Rezensionen zum Buch "Хорошие собаки до Южного полюса не добираются", Seite 3, 84 Bewertungen
О чёрт. Ну и книга.
Ханс-Улав Тюволд - автор 7 документальных книг о полярных исследователях. О Северном и Южном полюсах он знает всё. В этой книге в художественной форме "рассказ в рассказе" он рассказывает об открытии Южного полюса Руалем Амундсеном.
Шлёпик - лосиная лайка.
Из-за белого пятна на морде он непригоден для выставок, и заводчики никак не могут его продать. Пока не приходит Майор Торкильдсен и не предлагает забрать его за полцены.
Когда Майор умирает, Шлёпик остаётся с его женой, бывшей библиотекаршей фру Торкильдсен. Сын фру Торкильдсен женат на психопате, которая его ни во что не ставит и заставляет его раз за разом требовать от фру Торкильдсен переселиться в дом престарелых, а дом (целые 196 метров, куда такой дом старухе, говорит жена сына фру Торкильдсен) отдать их семье. Эта женщина отдаст мужу ещё много беспощадных приказов, но о них пока никто не подозревает.
Альфа-самка привыкла добиваться желаемого. Возможно, в более крупной стае случайных индивидов у Щенка бы и получилось утвердиться, но в собственной маленькой семье шансов у него нет, и ему это известно. Так уж распорядилась природа.
Фру Торкильдсен, одинокая и несчастная, начинает спиваться. Чтобы отвлечься, она рассказывает Шлёпику историю Руаля Амундсена, которой увлекается по мере чтения о ней.
История рассказана от лица Шлёпика - милого и мудрого пса. В ней рассказывается о том, как Амундсен избивал, убивал, ел и топил собак. О том, что покорение Южного полюса и покорение космоса построены на костях собак.
Все помнят – или должны помнить – собаку-космонавта Лайку за ее неоценимый вклад в завоевание человеком Вселенной. Произошло это уже после того, как собаки помогли людям открыть все потайные места на земле и люди повоевали на паре войн. Лайка тоже была первой – там, где людям делать нечего. Великий поход к центру пустоты. На этом сходство заканчивается. Если стая Шефа брела к конкретной цели, держа в загашнике план возвращения оттуда, то для Лайки обратного пути не существовало. Впрочем, ее соплеменницы, гренландские собаки, тоже не вернулись, хотя с расой это и не связано. Лайка была дворнягой неизвестного происхождения из Москвы. Лайка умерла от перегрева в невесомости, захлебываясь от страха, на борту «Спутника-2», где ей отмерено было пробыть всего несколько часов, но работу свою выполнить успела. Она невольно доказала, что человек, выпущенный в космос из ракеты, способен выжить, и с тех самых пор люди то и дело повторяют этот фокус. Повстречались однажды на лесной тропинке волк и человек, и вскоре они уже парят в невесомости на пути к центру пустоты. Из ниоткуда в Пустоту – вполне логичный шаг. Однако и тут можно, как фру Торкильдсен, задаться вопросом: а что они там забыли? Официально считалось, будто Лайку самым человечным и гуманным образом усыпили по возвращении из космоса, где она провела несколько спокойных дней, но такая уж у правды особенность, что она всегда всплывает наружу, хоть и поздно. Так же получилось и с Лайкой. Более того – ученый по имени Олег Газенко, принимавший участие в запуске Лайки в космос и написавший книгу «Животные в космосе», позже сказал: «Я очень сожалею. Нам не следовало так поступать… Мы не так много узнали в ходе этой миссии, чтобы оправдать этим смерть собаки». Добросердечный Олег считал доказательство того, что у людей есть будущее и в космосе, недостаточным для убийства одной-единственной дворняги. Каково было его мнение об убийстве пары сотен гренландских собак ради того, чтобы прийти на Южный полюс за пятнадцать минут до англичанинов, мне неизвестно. Могу лишь догадываться. Потому что Олег Газенко уже мертвее мертвых.
А мне эта книга напомнила другую, которую я сейчас читаю Николай Никулин - Воспоминания о войне - только там в расход пустили людей, а здесь собак.
Из высших сфер поступает приказ: взять высоту. Полк штурмует ее неделю за неделей, теряя множество людей в день. Пополнения идут беспрерывно, в людях дефицита нет. Но среди них опухшие дистрофики из Ленинграда, которым только что врачи приписали постельный режим и усиленное питание на три недели. Среди них младенцы 1926 года рождения, то есть четырнадцатилетние, не подлежащие призыву в армию... «Вперрред!», и все. Наконец какой-то солдат или лейтенант, командир взвода, или капитан, командир роты (что реже), видя это вопиющее безобразие, восклицает: «Нельзя же гробить людей! Там же, на высоте, бетонный дот! А у нас лишь 76-миллиметровая пушчонка! Она его не пробьет»... Сразу же подключается политрук, СМЕРШ и трибунал. Один из стукачей, которых полно в каждом подразделении, свидетельствует: «Да, в присутствии солдат усомнился в нашей победе». Тотчас же заполняют уже готовый бланк, куда надо только вписать фамилию, и готово: «Расстрелять перед строем» или «Отправить в штрафную роту», что то же самое. Так гибли самые честные, чувствовавшие свою ответственность перед обществом, люди. А остальные - «Вперрред, в атаку!» «Нет таких крепостей, которые не могли бы взять большевики!» А немцы врылись в землю, создав целый лабиринт траншей и укрытий. Поди их достань! Шло глупое, бессмысленное убийство наших солдат.
Невыносимо смотреть на этот
спокойный фатализм по отношению к чужой судьбе.
Кнут уже давно перестал пугать их; когда я пробовал бить собак, они только собирались в комочек, стараясь получше предохранить голову; не беда, если попадет по телу. Много раз вообще не удавалось заставить собак идти, и тогда мне приходилось прибегать для этой работы к чужой помощи. Двое толкали сани, а третий нахлестывал кнутом.
И когда читаешь дневник Амундсена, то понимаешь, что он открыто писал это только потому, что не все люди считают аморальным избивать и убивать собак, силой заставляя их делать то, что им делать не хочется. Если бы у людей это считалось аморальным, это бы засекретили. Всё, что считается аморальным, государство засекречивает. Глава государства или чиновник совершил подлость или преступление? Нечем гордиться? Засекретим, а откроем архивы через 150 лет, когда даже все родственники психопата уже умрут.
Когда читаешь то, что Амундсен пишет в своём дневнике, поражаешься его жестокости
Спустя еще четыре дня с жизнью распрощался любимец Шефа, Лассе Он совсем обессилел и больше никуда не годился. Его разделили на пятнадцать по возможности равных частей и отдали товарищам. На следующий день удар ледорубом в голову получил Пер. Шеф немного поразмышлял над смертью этой удивительной собаки, никогда не принимавшей участия в общих битвах и играх, чудака, показывавшего, чего он стоит, лишь попав в упряжь. Как упряжное животное он был бесценен, – пишет Шеф, – но, подобно большинству других собак с таким же характером, он не смог вынести длительного пути. Он выбился из сил, был убит и съеден. А вот по Свартфлеккену никто не горевал. Через несколько дней, тем же вечером, когда собаку съели, Шеф записал: Дурной характер. Будь он человеком, то, начав хорошо, кончил бы в тюрьме. Он был довольно жирен и съеден с видимым удовольствием. Иначе говоря, Шеф сам признается, что марш-бросок на Южный полюс превратился для него в некое извращенное нравственное соревнование. Одно дело – принудить нас к участию в проекте «Четырехлапый ужин», и совсем другое – оценивать поведение твоей будущей еды. Если верить Шефу, выходит, что с гибелью Свартфлеккена мир избавился от опасного преступника. Будь он человеком…
А вот что пишет Никулин
Лейтенант отползает в сторону, а через минуту возвращается бледный, волоча ногу. Ранило. Вспарываю сапог. Ниже колена - штук шесть мелких дырочек. Перевязываю. Он идет в тыл. До свидания! Счастливо отделался!.. Однако в душе у меня смутное сомнение: таких ран от снаряда не бывает. Ползу в ту воронку, куда уходил лейтенант. И что же? На дне лежит кольцо от гранаты с проволочкой... Членовредительство. Беру улики и швыряю их в воду на дне соседней воронки. Лейтенант ведь очень хороший парень, да к тому же герой. Он получил орден за отражение танковой атаки в июле 1941 года, на границе. Выстоял, когда все остальные разбежались! Это что-нибудь да значит. Теперешний же срыв у него неслучаен. Накануне он столкнулся в траншее с пьяным майором, который приказал ползти к немецкому дзоту и забросать его гранатами. Оказавшийся тут же неизвестный старший сержант пробовал возражать, заявлял, что он выполняет другое приказание. Рассвирепевший майор, не раздумывая, пристрелил его. Лейтенант же пополз к доту, бросил гранаты, не причинившие бетонным стенам никакого вреда, и чудом выполз обратно. Он вернулся к нам с дрожащими глазами, а гимнастерка его была бела от выступившей соли. Бесполезный риск выбил лейтенанта из равновесия и привел к членовредительству...
Цель оправдывает средства. Это одна из черт характера людей из тёмной триады — психических отклонений, от носителей которых лучше держаться подальше, чтобы тебя не пустили в расход. Такие люди не ведают жалости и сострадания, они слушают только себя, а всех других считают инструментами на пути к их цели. Таковы все политики, эффективные управленцы и многие из тех, кто остался в истории. Кто жаждал власти и славы. Самое главное, что часто
Человек, которого я не знаю, которого, возможно, вообще ни разу не встречал, вдруг подчинил себе ход моей жизни, и это омерзительно.
Ну и вывод: хорошие собаки до Южного полюса не добираются.
Не будь хорошей собакой и не заводи себе хозяина. Который дойдёт до Южного полюса по твоим костям и войдёт в историю из за своего зуда
– Когда Шеф вернулся с Южного полюса, то его с восторгом принимали повсюду. Даже там, где видеть его не хотели. Как ты понимаешь, англичане слегка обиделись на покорителя Южного полюса, и было это еще до того, как они обнаружили заледеневшие останки капитана Скотта и его экспедиции. Британцы, хоть и скрепя сердце, пригласили Шефа в Лондон на торжественный банкет. Пост президента Королевского географического общества занимал в те времена лорд Керзон. И он же должен был произнести речь в честь виновника торжества. В речи этой лорд Керзон особым вниманием почтил собак, которых использовали норвежцы во время экспедиции. – Естественно, – вставил я. – «Позволю себе предложить вам прокричать троекратное ура в честь собак!» – сказал он. – Ха! Прямо так и сказал? – Прямо так и сказал. И собакам прокричали ура. А Шефу – нет. – И он разозлился? – А ты сам-то как думаешь? Это его всю оставшуюся жизнь грызло. За пару лет до смерти Шеф издал автобиографию, такую отвратительную и злобную, что он навсегда запятнал себя и лишился тех немногих друзей, что еще оставались подле него. В автобиографии он, сочась ядом, пересказал случившееся в Лондоне. Он об этом так и не забыл. – И поделом ему. Пускай помучается. Это тебе не на санях стоять. Так просто не отделаешься. – Этим мучения не ограничивались. Все время, проведенное в Антарктике, Шеф мучился от дикой боли в заднем проходе. – Уййй! А ведь туда не доберешься. И вряд ли он умудрился бы вылизать себя в таком месте. – Да, это вряд ли. – То есть все время, пока он шел до Южного полюса, у него болело в заднице? – Он мазался какой-то мазью, но насколько она помогала, не знаю. Когда речь идет о боли в заднем проходе, то, думаю, тебе уже все равно, сильная это боль или не очень. – Может, он именно поэтому и рвался вперед? Потом что сзади все время болело? – Тебя послушать, так получается, будто Руаль Амундсен – кто-то вроде кошки, которой намазали под хвостом горчицей, и она несется как бешеная, не разбирая пути. – А что, неплохое сравнение. – Покорение Южного полюса как симптом анального зуда? – Ментального анального зуда. К тому же самое важное, что они не туда добрались, а назад рванули. Шеф был первым, кто покинул Южный полюс. – Какая разница, какая разница, как ни крутись – повсюду задница. – Именно.
Потомки, конечно, поймут, что
срежиссирована эта история так изуверски, что и гордость, и радость от победы были заляпаны кровью еще до того, как герои достигли цели
, но ты об этом уже не узнаешь.
В книге много-много-много самых разных мыслей, в рамки одной рецензии их не уместишь.
А конец книги совсем разбивает сердце на миллиард крошечных осколков.
Если бы я знала, о чём книга, сама бы я не стала её читать. Но я не знала, и она выпала мне в Новогоднем флешмобе, и я очень рада, что это произошло.
Самое главное - никогда не быть хорошей собакой, за которую всё решает хозяин, не раскрывая свои планы и цели. Лучше плохие решения, ошибочные, некачественные, но твои собственные. Это, собственно, и есть свобода - состояние субъекта, в котором он сам является определяющей причиной своих действий.
Собаке и ее хозяину хватит общей цели, и, пока они вместе, достаточно, чтобы знал ее лишь один из них.
...когда в миске у тебя всегда есть еда, инстинкты слегка притупляются. Такова жестокая судьба домашней собаки, но если бы сама собака, благодарно виляя хвостом над миской, это сознавала, было бы только хуже. «Если собака довольна, то все хорошо». Счастливое неведение – вот как это называется. Привилегия Животного. А привилегия Человека называется знанием.
Некоторые сбежали. Два коротких, написанных рукой Шефа слова. По мне, так это лучшее из всего, что он написал. Несколько собак во время полярной экспедиции просто сбежали. Думаю, они взялись за ум, поэтому и свалили оттуда. «Тут торчать мне в лом» – девиз волка.
Не суди о собаке по окрасу.
Что нужно для собачьего счастья? Чтобы вовремя давали чего-нибудь вкусненького, правильно чесали и читали хорошие книги. Например, про экспедицию Руала Амундсена на Южный полюс. Шлёпик, оставшийся после смерти своего хозяина с его женой, фру Торкильдсен, хороший пёс.
Я родился в деревне. С годами запах хлева выветрился, но я все равно собака деревенская. В помете нас было шестеро. И родились мы в конце весны.
Он был продан Майору за полцены из-за неправильного окраса. Но что окрас, если сердце большое и любопытное! Шлёпик и на охоту может сходить, и с хозяйкой поговорить, уважает Библиотеку и не любит хозяйкиных сына и невестку. Ему кажется, что они что-то замышляют против фру Торкильдсен. А ей уже 75 лет, непонятно, много это или мало. Вот Шлёпику шесть, и говорят, что половину жизни он уже прожил. И хотел бы прожить её вторую половину с фру Торкильдсен.
Комедийно-драматичный роман о жизни глазами пса. Может, не самого умного, но чувствующего людей, способного на дружбу и любовь. Финал разбил мне сердце. Как же люди не заслуживают собак, этих преданных друзей. Мне кажется, книгу должны прочитать все любители животных, и не обязательно собак.
Если бы наши домашние любимцы умели говорить... Или нет - если бы мы умели их слышать... Это было бы общение на новом уровне , такое, как у милого пса Шлёпика ( на самом деле его зовут не так , а иногда его имя Сатан Свирепый!) и фру Торкильдсен, старушки, оставшейся одинокой с собакой в роли главной опоры. Книга необыкновенно трогательная, иногда смешная, чаще грустная. Согласитесь, нечасто приходится слушать четвероногого рассказчика. Всей душой пёс переживает, что его человек стареет, болеет, слишком часто прикладывается к стакану с драконовой водой. И неизбежность развязки ясна с самого начала, но я вот всю книгу надеялась, что автор как-то остановится раньше... Увы, видимо, это невозможно, потому что старость - вещь сложная и конечная. "Но на душе-то морщин не появляется. И внутри я не старею. Мое тело и мозг – все это стареет, но сама-то я старше не делаюсь. Когда я мечтаю о чем-то, то представляю себя шестнадцатилетней, и, думаю, душа навсегда остается в этом возрасте. Моя уж точно. Вот только она сидит в тюрьме, то есть во мне, а время и отсутствие ремонта мало-помалу разрушают эту тюрьму," - говорит фру Торкильдсен, и она, безусловно права... А пёс просто изумительный, хоть память у него и не как у слона...)))
Эта история не совсем обычная, так как рассказывается она от лица (или точнее сказать, от морды) выбракованного щенка чёрной норвежской лосиной лайки по кличке Шлёпик. Одно белое пятнышко в окрасе решило судьбу пса – он был непригоден для той жизни, которая была уготовлена всем его идеально правильным породистым собратьям. Но, нашелся пожилой мужчина, которого дефект в экстерьере не смутил, он выкупил подросшего щенка у заводчика и так Шлёпик обрёл свой дом у пожилой четы - майора Торвальдсена и его жены.
Жизнь в семье майора текла размеренно и спокойно. Щенок постепенно вырос в хорошую собаку и верного компаньона для своего человека. Но, эта идиллия была разрушена – всё переменилось, когда пожилой мужчина тяжело заболел. И, когда в один из дней, жена майора положила Шлёпика на кровать к любимому хозяину, пёс сразу почувствовал, что в воздухе разливается запах приближающейся смерти и жизненный путь друга-человека подходит к концу. Фру Торокильдсен и пёс остались вдвоём. Каждый из них погрузился в свои мысли, переживая свою потерю.
Пожилая дама, некогда поглядывавшая на пса с сомнением, теперь старалась подружиться с четвероногим соседом. Она стала подкармливать его вкусностями, брать с собой на «охоту» за продуктами и «драконовой водой», а также, старалась подыскать общую тему для разговоров. И, стоит сказать, тема, сближающая их, находится очень быстро – книги, в которых собаки играют главную роль.
Старушка решает рассказать своему четвероногому приятелю об экспедиции норвежского полярного исследователя Рауля Амундсена на Южный полюс. Так, в жизни пса и его новой хозяйки появились разговоры о сложном антарктическом походе, в котором участвовали не только люди, но и знаменитые северные гренландские собаки, чья судьба оказалась крайне трагичной. Описывая те события, хозяйка рассказывает Шлёпику о торжестве гордыни, свойственной некоторым первооткрывателям, о чрезмерных амбициях, унесших жизни практически всех собак, взятых в тот поход. О жестокости и хладнокровной расчетливости в угоду достижения намеченной цели, о моральных принципах и благородстве, о признании и критике. На удивление, Шлёпик оказывается внимательным слушателем. Его шокирует открывающая циничная правда о покорении Южного полюса, и он, в силу своего собачьего восприятия и понимания, начинает задаваться вопросами, касающимися морально-этической и философской стороны той экспедиции, а потом и мироустройства в целом. Однако тихие дни, которые Шлёпик и фру Торкильдсен проводят за чтением книг, разговорами и вырезанием бумажных фигурок собак для демонстрации масштабов того знаменитого похода Амундсена, нарушаются прибытием Щенка (сына фру Торкильдсен) и его жены, отчаянно желающей прибрать к рукам дом, слишком просторный для одинокой старушки и её невоспитанного пса.
Я с трепетом следила за судьбой Шлёпика. Наблюдала за тем, как он всей душой переживал, видя, как один его человек стареет, болеет и умирает, а другой – страдает от тоски, слишком часто прикладывается к стакану и не всегда следит за собой. Как он размышляет над словами о «хорошей собаке» и считает себя именно таковой, как он старается быть верным товарищем для фру Торкильдсен и желает оставшуюся непрожитую половину своей жизни прожить с ней дома.
Дебютный роман Ханса-Улава Тюволда оказался одновременно необыкновенно трогательным, серьезным и очень тяжелым. По большей части автор рассказывает не о подвигах собак, а о нас с вами - тех существах, которые обычно болтаются на противоположном конце поводка и от которых зависит не только судьба собаки, но и ее счастье.
Временами я откладывала книгу, потому что читать дальше было морально тяжело. Тюволд выбрал несколько монотонный и размеренный стиль повествования, который, как мне кажется, должен был подчеркнуть размеренный неторопливый уклад жизни пожилой вдовы. И, с этой точки зрения, у автора получилось воссоздать практически типичную картину повседневности, в которую погружен одинокий пожилой человек – гнетущую тоску по ушедшим близким, ускользающее желание жить. Периодически я сама впадала в полное уныние и ощущала безысходность этой ситуации, особенно в моменты, когда описывалось, как фру Торкильдсен отправляется за очередными запасами алкоголя и топит своё горе в стакане с «драконовой водой». Читать о такой старости мне было больно и страшно. Добравшись до финала, я ощутила полное эмоциональное опустошение и потерянность, концовка не так однозначна, как может показаться на первый взгляд, но в любом случае, она сшибает с ног своим неожиданным поворотом.
Мне сложно советовать или не советовать данную книгу, так как всем любителям животных читать её будет ох, как нелегко морально. Признаюсь, давненько я не испытывала столь тяжелых эмоций во время чтения, не ощущала столь горького послевкусия и гнетущей безысходности. Но, если вас не отталкивает такая атмосфера, а истории о пожилых людях, написанные одним очень известным скандинавским писателем, пришлись вам по душе, то все же стоит рискнуть и обратиться к роману о хороших собаках, которые до Южного полюса не добираются.
Мир глазами собаки? Нет, даже не так – история о собаке в человеческом мире. Шлепику не особенно повезло с самого рождения. Как говорится мастью не вышел – ни на развод, ни как выставочный экземпляр не годится. Да вот только на его пути встретился майор Торкильдсен, для которого Шлепик оказался лучшей в мире собакой. Так Шлепик поселился в самой обычной семье, где майор для этой собаки был главным человеком в его собачьей жизни. О том, что жизненный путь майора завершен Шлепик понял, когда миссис Торкильдсен подняла его на кровать майора. Вот так они и остались вдвоем тоскующие миссис Торкильдсен и Шлепик. И начался диалог человека и собаки, где оба понимают друг друга. Миссис Торкильдсен, заинтересовавшись экспедицией Рауля Амундсена на Южный полюс начинает рассказывать об этом Шлепику. И окажется, что главными действующими лицами этой экспедиции были даже не люди, а собаки, а сама эта экспедиция открывает циничную и жёсткую правду по отношению к животным. Цель оправдывает средства? Этим можно оправдать все?
Грустно-ироничная книга о старости, верности, жестокости, о ненужности подвигов если уходить придется в одиночестве и об умении дарить свою любовь пусть просто собаке - с горьким послевкусием…
Эта история начинается с того, что конец жизни майора Торкильдсена становится все более очевидным, как будто смерть парит над ним, ожидая момента. Шлёпик, верный спутник майора, замечает запах смерти в воздухе, когда миссис Торкильдсен поднимает его на кровать майора. Когда Шлёпик лежит рядом с майором, он обнаруживает, что вспоминает стишок, которому хозяин научил его, когда он был еще маленьким щенком, и в конце концов после нескольких тестов понимает, что это действительно так.
Какая разница, какая разница, как ни крутись – повсюду задница.
Всё повествование ведётся от лица (морды?) пса по кличке Шлёпик. Воспоминания начинаются с того дня, когда майор впервые встретил Шлёпика и купил его за полцены и привез его домой. Пёс, по мнению заводчика, был непригоден для выставок и разведения. А вот майор считал его хорошей собакой и компаньоном. И Шлёпик очень гордится тем, что он хорошая собака. Этот период автор детально не описывает, но дает нам небольшое представление о том, насколько пёс был близок к майору до самого конца.
После смерти мужа пожилая миссис Торкильдсен часто напивается от одиночества, но всегда относится к Шлёпику с добротой. Здесь в изобилии угощения и короткие прогулки, в основном, чтобы купить спиртное, которое Шлёпик называет Драконьей водой.
Изюминкой их совместной жизни является то, что миссис Торкильдсен начинает приводить Шлёпика в публичную библиотеку, где она читает ему о гонке 1911 года к Южному полюсу, в которой победил норвежский герой Амундсен. Англичанин Скотт пришел вторым, и его команда погибла. Амундсену это удалось, потому что он привез с собой более 100 северных гренландских собак. То, что случилось с этими доблестными собаками, было ужасающим.
Эта прекрасная книга оригинальна по своей концепции, остроумна и заставляет задуматься. Некоторые мысли и философские идеи были забавными и позволили по-новому взглянуть на то, о чем, помимо еды и прогулок, может думать питомец. Шлёпик привносит в историю юмор (зачастую черный), опасается, что может быть расистом, потому что ему не нравятся некоторые породы собак и некоторые другие виды животных. Он особенно предвзято относится к пингвинам, поскольку узнал, что они практикуют развратное сексуальное поведение. Помимо веселых мыслей Шлёпика, есть глубокие темы жизни, старости, снижения способностей, общения, отвержения, одиночества и смерти.
Быть одному - это одно, быть наедине с собакой - это вообще не быть одному. Любить, делиться любовью - вот все, что имеет значение, это то, что придает смысл нашей жизни.
Конец открытый, но очевидный.
Сколько уже времени прошло, а меня не отпускает история Шлёпика. Пёсика, не наделённого большим умом и сообразительностью, попавшего в дом пожилой паре.
Книга хороша для совместных чтений и обсуждений тем, кто может читать о смертях собак. Их в книге будет много, ведь параллельно с основным сюжетом рассказывается о экспедиции на Южный полюс и роли собак в ней, используемые как расходный материал.
Стоила ли гонка таких жертв? Надо учитывать время, когда происходила экспедиция и этика была другой. В это же время Николай 2 на охоте убивал десятками животных и истребляет за один выезд более десятка голов. Однажды убив за раз 37 зубров. Это не укладывается в моей голове и кажется более ужасным. Этих животных убили ради прихоти и сиюминутного удовольствия.
Жизнь Шлёпика меняется после смерти хозяина, его жена не может пережить потерю и одиночество. Постепенно спиваясь, не находя общий язык с сыном и невесткой, для нее одна радость - верный друг и история экспедиции на полюс.
Чудесная и теплая история от лица Шлепика, пса рассудительного и понимающего. После смерти хозяина он остается с фру Торкильдсен и помогает ей, как может, справляться с одиночеством. Да тут еще и сын с невесткой пытаются сбагрить фру в дом престарелых, дабы завладеть просторным домом. Чтобы заполнить пустоту своей жизни, хозяйка Шлепика увлеклась историей Руаля Амундсена, покорившего Южный Полис. А какая экспедиция без ездовых собак?
И чем больше герои погружались в детали экспедиции знаменитого путешественника и полярника, тем больше неприглядных подробностей всплывали в ней, о которых, кстати, я и сама не догадывалась. Собаки, служившие верой и правдой, стали для Амундсена бесплатной тягловой силой и провиантом, который не нужно вести, он сам бежит, да еще и поклажу везет. Я могу понять Руаля, что в суровых условиях, когда стоит вопрос жизни и смерти, приходилось принимать непростые решения, но мне показалось, что тут был просто расчет и цинизм. И он ценою жизни 200 собак первым достиг Южного полюса. И единственная вернувшаяся собака и та стала чучелом. Вот благодарность людей за верность.
Эта история, я думаю, никого не оставит равнодушным, правда не раз у меня были слезы на глазах. Книга, на первый взгляд легкая и необременительная, на деле оказалась такой трогательной, очень душещипательной и живой, благодаря юмору и моментам нашей жизни, тонко подмеченных взглядом собаки, диалогам и разговорам между героями, а также тем, что заставляет посмотреть на мир и вещи другими глазами. Оценка 5
Приобрела книгу давно, всё руки не доходили прочитать, не помнила даже примерно, о чем должна быть книга и почему она меня заинтересовала. Но с выбором я не ошиблась, история оказалась стОящей!
Мы наблюдаем за миром глазами пса Шлёпика, который встречается с человеческой добротой и жестокостью, несправедливостью мира и житейскими проблемами. Его мысли часто вызывают улыбку, ведь под таким углом вряд ли кто-то смотрел на себя и окружающих. От книги веет теплом и уютом, настоящим Домом, в котором тебя любят и ждут всегда, при любых обстоятельствах и в любом виде. Именно такой была любовь Шлёпика к своей хозяйке фру Торкильдсен - незаурядной старушке, горько переживающей потерю супруга, борющейся с собственным сыном и снохой за право умереть в собственном доме. Самое интересное, что героиня обсуждает со своим песиком всё происходящее, рассказывает ему истории покорения Южного полюса и читает вслух книги об экспедиции Руаля Амундсена. И эта историческая часть так умело вплетена в историю фру Торкильдсен и Шлёпика, что не кажется лишней, наоборот, было очень интересно читать о том, как Амундсен добрался первым до Южного полюса, использовав собак, и чего ему это стоило. Более 200 погибших животных - страшно представить! А у некоторых незавидная судьба стать кормом для своих товарищей и людей. . Финал книги оглушает, хотя уже понятно, к чему всё идет, и ничего хорошего ждать не приходится. Но всё равно послевкусие у книги светлое и доброе. Я бы советовала книгу всем, особенно любителям животных. В темные дни нашей жизни она напомнит о светлой стороне, о беззаветной любви и преданности.
Вот что нужно для того, чтобы вести двусторонний диалог со своей собакой? Правильно, нужно быть на одной волне. У фру Торвальдсен это получается легко и после принятия драконовой воды. И диалог не убогий, а с философским уклоном. Разобрать по косточкам открытие Южного полюса и действия Шефа, который на гренландских ездовых собаках не только добрался и опередил Скотта, но и не помер с голоду и от цинги за счёт всё тех же собачек ^^
"В истории дело обстоит так же, как и с подвигом : в ней важно стать первым. А когда ты оказываешься перед выбором, в чём стать первым, то выбираешь первенство в истории".
А вот выводы, к которым пришли фру и Шлёпик.
"-Покорение Южного полюса как симптом анального зуда?
-Ментального анального зуда. К тому же самое важное, что они туда добрались, а назад рванули. Шеф был первым, кто покинул Южный полюс."
Фру Торвальдсен бывший библиотекарь (хех, бывших библиотекарей не бывает)). Она, по мнению Шлёпика (кличка милая, но в душе он Волк), библиофил, которому хватает библиотек, в отличии от библиоманов, за счёт которых живут букинистические магазины.
Книга эта и смешная и грустная (совсем чуть-чуть) об одиночестве. Но если у тебя есть хоть кто-то, с кем можно поговорит и съесть тарелку с коричными рогаликами, ты уже не одинок.
