Zitate aus dem Buch "Тостуемый пьет до дна", Seite 3
Карловых Варах.) Я достал из штанишек кутушку – так
А я подумал: «Не прав все-таки был Стендаль, когда написал, что Бога может оправдать только то, что его нет».
Майга не живописью отвлекает своего сына, а музыкой. Мы купили ему барабанную установку, полный комплект - и теперь он лупит по барабанам и днем и ночью, соседи уже три раза милицию вызывали. А когда мы его просим ночью не барабанить, он говорит:
- Вы хотите, чтобы я опять много водка стал пить? - Тоненьким голосом передразнил он пасынка.
Я спросил у Саши Адабашьяна (мы с ним работаем над сценарием анимационного фильма), на чем заканчивать книжку? Он ответил:— Эту — на том, как бросили пить. После этого что-то хорошее вам будет трудно вспомнить.Идея мне понравилась. Бросил я пить в восемьдесят шестом году, после фильма «Кин-дза-дза». Значит, на этом фильме я и закончу эту серию.
У меня болезнь — аллергия на собрания. По мере возможности я стараюсь на них не бывать, но иногда приходится. Первые десять минут мне просто скучно, а потом очень хочется курить и начинает болеть голова. (То же самое со мной происходит, когда я смотрю фильм, который мне не нравится.)
— Помнишь, была очень вкусная сырокопченая колбаса «Московская», она еще существует? — спросил композитора Гию Канчели очень известный грузинский композитор К.
— Будешь в Москве, если попадется, купи мне один батон. Я, когда стемнеет, лягу в кровать, накроюсь с головой одеялом, возьму ее, как кларнет, и съем всю! Останется веревочка. На этой веревочке я и повешусь!
Но когда на правительственном банкете в Кремле, по случаю юбилея Октябрьской революции, Расул поднял тост «За дагестанский народ, предпоследний среди равных», а на вопрос — «Как это могут быть среди равных предпоследние?» — ответил: «Последние у нас — евреи», — это ему уже простить не смогли! На него так обиделись, что даже исключили из членов Президиума. Но через какое-то время вернули, — видимо, поняли, что без Расула Гамзатова на Президиуме стало очень скучно.
Многое из сказанного Гамзатовым стало афоризмами. Упомяну только последний: «Дагестанцы, берегите эти бесплодные, голые скалы, кроме них у вас ничего нет!»
«Земную жизнь пройдя до половины, я оказался в сумрачном лесу»… Мне в то лето стукнуло сорок лет, и я считал, что жизнь уже прожита.
Старушка Роза сказала: "От человека зависит, быть войне или нет на этой планете, а на нем галстук за двадцать центов!"
