Дело сочли раскрытым, и все силы бросили на отлов зверя.
Быстро добравшись до дома Эйвери, я забрался на невысокое дерево, откуда в окне разглядел её спящей силуэт, в безопасности, за стенами, что не пропустят ни одного вампира. Проверил и ту её шумную, хотя при этом вполне приятую, подругу, чтобы из-за меня уж точно больше никто не пострадал.
Я искал следы Итана каждый день, но раз за разом он обводил меня вокруг пальца, ставя в тупик. К несчастию, мой собственный дом открыт для него, впрочем, и для любого другого вампира. Но он не являлся, а предпочитал изводить.
Если все мы, вампиры, охотники по натуре, и любим поиграть с жертвой, то Итан не просто ведет игру. Он мучает, испытывает до тех пор, пока его цель не лишится рассудка и сил, пока она не станет настолько непривлекательной для него, подобно настоящей падали. А потом, будто бы из милосердия, убивает её.
На лужайке моего дома мне оставили очередной подарок, разве что не перевязанный ленточкой. Ещё одно тело. Обескровленное, но без единой видимой царапины, с мало заметным укусом клыков, ближе к шее, на ключице. Прилагалась и дружеская записка, не без кровавых чернил.
«Хочешь, чтобы все поверили, что это зверь, так оставляй на телах следы сам.»
Я знал, чего он хочет от меня. Очередная игра, затеянная только ради безумного веселья безумного вампира. Но я не стану подобного делать и присоединяться. Я избавился от тела, ещё долго отмывая руки после этого. Стал ждать до тех пор, пока полиция не обнаружит тело, чтобы снова использовать внушение и обвинить зверя. Если бы на этом и закончилось, я был бы счастлив.
Но нет. Мне придется внушить ещё не одному десятку человек свою «правду».
***
Мобильник разрывался от непрерывных звонков. Пятно на щеке за ночь только резче раскраснелось, и я бы не сумела его спрятать, что пойти на занятия. В дверь раздались энергичные постукивания.
Я не стала двигаться, решив, что это Ловиз. Но вслед за сутками донесся голос:
– Это я!
Откинув одеяло, я поднялась, ради того, чтобы впустить Ребекку. Машинально прикрыла рукой щеку, постаравшись не взволновать подругу.
– Не прячь, – осадила она, обеспокоенная за меня больше обычного. – Я увидела.
Отворачиваясь, я продолжала пытаться прятать красное пятно, хотя Бекки и не позволяла закрываться от неё. Её влажные глаза не отнимались от моего лица, иссыхая от слез. Боль от беспомощности в проблеме подруги изнуряла Ребекку, заставляя каждый раз горько рыдать, утешая меня. Только ради неё и нашей Алисии я боролась, боролась изо дня в день.
– Ты хоть представляешь, как я переживала? – высказалась она, хорошенько меня встряхивая.
– Я ведь написала тебе…
Но Ребекка несильно ударила в лежащую рядом подушку от обиды, вздернула подбородком.
– Не отвечала на мои звонки! – добавила подруга на высокой ноте. – А я успела столького надумать.
Виновато опустив голову, я сделала попытку спрятаться под одеялом, признавая ошибку. Но Ребекка жалобно добавила:
– Если ты собираешься и завтра пропустить уроки, я останусь с тобой.
– Нет. – сухо отказалась я. – Я пойду. Просто хотела, чтобы покраснее спало.
Подруга ничего не сказала и вместо этого принесла лёд. Я вздрогнула.
– Прости. – попросила я, искренни, когда её испуганные глаза не менялись, заострившись на моём лице.
– У меня нет второй Эйвери. – напомнила она со всей суровостью. – Поэтому не заставляй меня ещё больше переживать о тебе.
Я пообещала. Явился Ловиз. Заглянув, его сощуренный взгляд безмятежно прошёлся по моему лицу, по яркому следу от удара. Но не проявив даже одной эмоции, дядя молча скрылся за дверью.
– Я люблю тебя, Эйви. – с горячими объятиями поддержала меня Ребекка. – Ты всегда можешь уйти отсюда жить ко мне.
Моя измученная улыбка её не убедила.
– Это мой дом, в нём мои воспоминания. Я не хочу покидать всё настолько родное мне из-за одного человека. – высказалась я, на самом деле расстроенная из-за происходящего. – Может лучше сходишь со мной в приют? Хочу отвлечься.
– Когда ты заявила, что собираешься вернуться к нормальной жизни после лета, я рассчитывала, что это будет происходить в кино, на вечеринках. – весело высказалась Бекка не без недовольства.
– Я стараюсь.
Мистер Смит, владелец самого старейшего и забытого многими приюта для животных встретил меня с улыбкой, но подняться из-за больного колена не смог. Каждому животному мы уделили время, каждого покормили и приласкали. Но пса, по кличке Граф, я навестила последним, прикупив ему заранее новую игрушку. Пёс бросился ко мне, виляя от счастья хвостом, ведь наши встречи были так коротки и нечасты. Гладила я его медленно, с особой осторожностью относясь к макушке, где не было одного уха.
– Жаль, что его не забирают. – пожалела подруга, тоже расчувствовавшись из-за этой несчастной мордочки.
– Всё из-за уха. Его прежние хозяева были ужасны. – согласилась я, целуя Графа. – Но ничего, Граф, рано или поздно, но я заберу тебя.
Пёс довольно залаял, устроившись у меня на коленях. Он верил, что я заберу его, и мне нельзя было подвести своего верного друга. Надо было просто подождать, ведь Ловиз мне точно не позволит его забрать домой, а если и разрешит, мой дом-не самое лучшее и безопасное место.
***
Никогда я еще не был так близко к смерти и никогда ещё настолько не жалел, что, до сих пор жив. Его удары заставляли меня кричать, унижая собственное достоинство. Хотя одного им было не добиться от меня-мольбы и того, что я встану на колени. Я могу валяться у них в ногах, пока меня убивают, могу кричать от боли, надрываясь. Но по собственной воле, я не перед кем не встану на колени, моля о чем-то.
Грань источилась, но Итан не торопился меня убивать.
Маттео и Альфа 2в стороне оставались безголосыми зрителями. Каждый из них, разумеется, был согласен с происходящим со мной в эти минуты. Троица явила наконец себя во всей красе, но сил сражаться у меня не было. Хотел ведь разыскать их, и вот они явились сами, все разом. С оставшимися силами, я терпел все удары когтей вампира.
Выплеснув порцию злости, Итан прекратил, не смерив меня даже взглядом. Я всё понимал и сам. Маттео, однако, не стал марать о меня когти, лишь швырнул горсть земли мне в лицо. Альфа вслед оскалился, проходя мимо в теле волка. Его укус запросто мог бы убить меня, но им это не нужно было. Им было нужно отнять что-то самое дорогое у меня ради вкушения мести, но сейчас, у меня ничего не было. Меня швырнули на крыльцо…
Я долго пролежал, не столько униженный произошедшим, сколько по-настоящему обессиленный. Что у меня было, кроме пустой злости? Боль. Слабое вампирское тело непривычно трясло. В голове ещё гудели их голоса, каждый из которых отзывался громче колокольного звона.
Голова разрывалась.
– Ты убил Лору.
– Ты виновен в смерти Моники.
– Убил моего брата.
– Лишил сестры.
Я поднялся, чтобы сменить вымазанную в крови одежду. Толстовка и джинсы были уже на выброс. Настолько я ослаб, что самого себя и то таскал теперь с трудом. В тот момент, когда смерть была соблазнительно близка, голову посетила яркая мысль, что может мне действительно прекратить жизнь вампира? Одно моё нахождение в этом городе уже принесло несколько смертей. Никаких чувств. Ни страха, ни сожалений. Я итак перестал что-либо чувствовать, кроме вины. Время, потраченное на эту школу в надежде что-то изменить, оказалось пустым. Вся эта затея не изменила ничего, а я только больше стал вспоминать погибшую девушку и свою вину в этом.
Я слышал, как мне в спину мчалась машина, но не стал ничего предпринимать. Может новая, даже не смертельная, боль вынудит меня что-то иное чувствовать. Заставит хотя бы бороться за жизнь.
Развернулся, чтобы встретить автомобиль лицом.
Уже близились колеса, на языке было предвкушение столкновения, но этого не произошло. Я кубарем покатился, ощущая на себе руки, лихо вытолкавшие меня.
Её отрывистое дыхание целиком ударило мне в шею, пальцы с побелевшими костяшками оставались на моих плечах. Эйвери не сводила с меня глаз, оставаясь на месте. Она приподнялась, судорожно отдергивая дрожащие руки.
Придя в себя, девушка ударила меня по руке. Отдышалась и ударила ещё раз.
– Зачем? – вскрикнула она.
– Я не хотел. – бесполезно соврал я.
– Я видела, как ты смотрел и ждал этого. Ты думаешь у тебя есть запасная жизнь или что? – она ещё раз ударила меня, но совсем слабо в сравнении с первым разом. – Совсем жить надоело?
Я молчал. И этим, как оказалось, вывел её из себя.
– Да что с тобой не так?
Стала плакать, и я совершенно растерялся, не зная, что делать.
Она оттолкнула меня…оттолкнула, зная чуть более одной недели. Я чужой для неё, а она рискнула своей единственной жизнью ради меня. Оттолкнула.
Эйвери Дэвис продолжала плакать, и я крепко обнял её, не спрашивая. А когда она успокоилась, я смог заметить недалеко от нас и её подругу.
Девушка поднялась, вытирая слёзы. Я протянул руку ей вслед, но Эйвери отпрянула, успокаиваясь. Тихо добавила перед уходом:
– Не делай так больше, – попросил её обыденно тихий и слабый голосок. – Пожалуйста.
Я нахмурился, решительно озадаченный мотивами этой девушки. Особенно, когда она так быстро собрала вещи и поспешно пошла, хмуро взглянув на меня напоследок.
Подметив мою озадаченность, Ребекка задержалась со мной на минуту:
– Её родители не так давно умерли. – без явного желания поделилась шепотом девушка. – И теперь она не может позволить, чтобы кто-то еще погиб на её глазах.
Таким они и оставили меня: спасенным, но в долгу. Я отряхнулся, глядя им вслед. Стоило проследить, чтобы пришедшие по моим следам вампиры и оборотень не тронули хотя бы её, их. А потому, теперь предстояло пойти на школьную вечеринку, на которую разумеется я не собирался, но могла пойти моя спасительница. До тех же пор просто приглядывать за ней.
***
– Если улыбнешься, будет совсем хорошо.
Я улыбнулась, убеждая себя, что это необходимо. Вечеринка, без сомнения, принадлежала к идеям Бекки, но мне пришлось поддержать её, ведь клятва начать жить ещё обременяла меня. Что-то обязательно должно было расшевелить меня, но пока я чувствовала себя как обычно: немного уныло и приглушенно.
Вечеринку запланировали без разрешения в школьном бассейне, и неудивительно, если нас быстро разгонят.
Я последовала за Бекки танцевать, неумело двигаясь. Её захватила музыка, но вот я быстро стала угасать и отошла в сторону подышать. Народу собралось достаточно и далеко не все были из нашей школы. Пообщавшись с одной одноклассницей, я уже планировала сменить место и затаиться у стены, не видя особой радости в этом вечере, но за нами увязался парень. То ли с нашей школы, то-ли вообще с университета.
– Выпьете?
Наш отказ не убедил его. Не давая нам прохода, он несколько раз был близок, чтобы пролить на нас содержимое стаканчика.
– Что ты от нас хочешь? – рассердилась моя знакомая.
Он стал пританцовывать, всё предлагая:
– Выпей со мной.
Я попыталась мирно уйти, но нам не давали прохода. Знакомая ещё больше рассердилась.
– Если выпью, уйдёшь?
Она поднесла напиток к губам, но его выдернули из её рук.
– Девушка не будет пить.
Совершенно бесцеремонно, Нейтон толкнул парня, выливая содержимое ему на макушку. Схватил незнакомца за плечо.
– Проваливай отсюда. – притянул к себе за шиворот. – Если я ещё раз тебя увижу, или рискнешь попытаться накачать кого-то другого…
Нейтон одним хищным взглядом обозначил последствия нарушения его предупреждения, а потом отбросил его, как тряпичную куклу.
– Да что с тобой? – не переставала удивляться я, с трудом терпевшая любое насилие.
Он резко схватил меня за руку, вывел из школы. Его прикосновение было едва ощутимым на моей коже, хотя и требовательно тянуло за собой.
– Этот парень хотел вас накачать. – резко пояснил Нейтон. – И у него это почти получилось.
– Откуда ты узнал? – испугалась я, не освобождаясь от его рук.
Нейтон не удостоил меня ответом.
– Ты лично с ним знаком? – выдал испуг мой голос.
– Я похож на наркомана? – сбавив тон, спросил он.
На лице взыграло подобие улыбки. Нейтон цепко взглянул на меня, развеселившийся от моего предположения.
– Нет.
– Тогда простого «спасибо» будет достаточно. – холодно рассудил он, остановившись на школьной парковке.
– Спасибо. Но этого мало.
– Достаточно. – не захотел торговаться Нейтон. – Ты спасла меня, я помог тебе. Почти в расчете. Я подвезу тебя, если скажешь куда.
– У тебя есть машина?
– Да. – уже более туманно ответил он, озираясь по сторонам. – Но я редко ею пользуюсь. Так куда тебя вести?
Я метнула взгляд в сторону школы. Серьёзно ответила:
– Там Бекка, мне нужно вернуться.
– Стой. – Нейт перехватил меня, устало соглашаясь. – Я приведу её. А ты подожди меня в машине.
Он открыл мне дверь, удостоверяясь в моей безопасности. Считая, что я не вижу, несколько раз вздохнул, почти ругаясь, и побежал за моей подругой.
Довольно долго мы оставались в машине у моего дома после того, как отвезли Бекки. Нейтон не спешил меня выгонять, а мне требовалось обдумать произошедшее.
– Спасибо. – ещё раз поблагодарила я.
– Не стоит. – задумчиво бросил парень.
– Помню, помню. – не в восторге повторила я, сцепляя руки в замок. – Я спасла тебя, ты меня, расчёт.
– Я бы поступил так независимо от того, кто бы это был.
Мы резко повернули головы к друг другу, и я снова оказалась во власти его печальных зелёных глаз. Нейтон находился удивительно близко ко мне, ближе, чем с кем-либо его видели. Близко находились и наши ненадолго открывшиеся души, и моя очень стремилась помочь его, вытащить из той бездны, в которую та угодила. Его лёгкий шаг навстречу смерти в тот вечер не давал мне покоя.
– Послушай, – быстро начала я, желая достучаться. – Я не знаю, что у тебя случилось, возможно даже не этого смогу понять. Но чтобы там не было, это ведь не выход…
– Я искал выход, и вот я здесь. Не помогло. – выговорил Нейтон мрачно, не сводя с меня глаз, в этот миг почти стеклянных.
– Я не понимаю. – честно сказала я, ограниченная им в достатке информации. – Могу понять многое, но не тебя.
– Кое-кто, очень близкий мне – вымученно стал рассказывать парень, до хруста пальцев сжимая руль. – Умер. Я был сам не свой, злой, как затравленный дикий зверь. Мои…родители сочли нужным сменить место, словно я начну жить с нового листа.
Взгляд его изменился. В тот вечер он позволил мне две довольно-таки исключительные вещи: позволил проникнуть к самой его душе и прикоснуться к себе. Одним импульсом, мои руки потянулись к нему. Мне захотелось его обнять, но будто бы это могло помочь человеку с дырой в сердце.
Я выдохнула:
– И теперь ты здесь…
–Да. – снова обратился он ко мне исключительно потухшими глазами. – Но не очень-то выходит. Не знаю, – выдал Нейт, скрепя зубами от боли на душе. – Как можно вот так просто начать жить. Я хожу в школу, побывал только что на этой вечеринке, но не почувствовал, что это прям жизнь. Мне не дается всплыть с дна…
– Тогда, ты не с тем человеком сейчас говоришь. – приуныла я. – В этом вопросе из меня ужасный советчик.
– Родители. – понимающе рассудил он, сочувствуя мне.
– Да. Прошёл год…
– И что? – рассердился Нейтон, едва не коснувшись меня. – Разве стало менее больно?
– Только больнее. – сама по себе проявилась у меня жалкая улыбка. – Я и на вечеринку эту пошла, чтобы хоть попытаться «жить». Но, – продолжила я совсем честно. – Кажется совсем запуталась, что это значит. Я просто притворяюсь, что мне лучше, хот это не так.
– Признаться, я уже тоже ничего не понимаю.
Нейтон слегка передернул плечом, нервно поправляя рубашку. Придвинулся ко мне.
– Мне просто стало наплевать на все вещи.
– Я тоже порой сомневаюсь ради чего мне вообще вставать с кровати. Но когда мои подруги рядом, я вспоминаю, как мне повезло в этой жизни. Но в тоже время, я не хочу тревожить их всякий раз, когда мне становится грустно.
Развернувшись лицом к парню, я немного сглотнула. И более обычного тихим голосом, предложила:
– Может нам как-то помочь друг другу? Изредка выслушивать и поддерживать? Напоминать, что нам еще есть ради чего бороться.
Нейтон серьёзно задумался. Столь сосредоточенного мне впредь не доводилось его видеть. Пальцы парня наконец разжались.
– Иногда можно и попробовать. – внезапно согласился он, передернувшись от собственного решения. – Я понял, что ты имеешь ввиду. Но моя ситуация несколько сложнее-я дал этому умершему человеку обещание, но с трудом его выполняю. Мне сложно жить счастливо, как прежде, когда я не считаю, что заслуживаю подобное. – Нейтон сделал короткую паузу. – Поэтому я сам по себе.
Еще несколько минут мы молчали, Нейтон снова ощетинился, отдалившись.
– Понимаю. – с серьезностью, ответила я на откровение парня и, забрав свои вещи, поспешила уйти.
В тот поздний вечер так и был заключен наш тайный договор, что по-правде говоря, мы иногда забывали исполнять. Прошлое всеми силами тянуло нас обоих на дно. В особенности усердно топил себя Нейтон, по неведомым мне причинам. Он серьезно относился к своему обещанию начать новую жизнь, но не считал себя достойным подобного шанса. Я спросила о подобном лишь один раз и, после его отказа рассказывать, больше не лезла в его прошлое.
К приезду моей дорогой Алисии дела потихоньку пришли в норму. Художественная академия дала мне пока что отрицательный ответ, но это лишь подстегнуло меня плотнее заняться учёбой.
За прошедшее время, Нейтон честно придерживался нашего договора. Иногда он разговаривал со мной, а иногда после уроков непродолжительно гулял в моей компании или в нашей с Бекки. В такие короткие встречи, подруга стала вести себя несколько сдержаннее, больше не смущая Нейтона.
Однако, стоило Нейтону забыться рядом с нами, когда на смену хмурости заявлялся смех, парень быстро покидал нас. Я приняла его одиночество, не требуя бóльшого. Хотя не скрыть, что теперь я волновалась о Нейтоне, как о друге.
Помимо этого, мне не давал покоя поиск очередного волка, что принёс Глэртону ещё одну смерть. И пусть мы все теперь старались не покидать центра города и не ходить в вечернее время, приезд Алисии скрасил это не лучшее время. Ребекка и я вызвались помочь ей с разбором вещей, лишь бы скорее увидеться с подругой.
– Отвезешь нас завтра? – спросила я с улыбкой, когда мы закончили помогать подруге и просто улеглись на диване её дома в гостиной.
Бекка закатила глаза и в отместку взмахнула у моего носа ключами для зависти, что машины у меня нет.
К следующему дню, мы с Беккой собрались раньше обычного, планируя немного погулять с нашей Алисией перед занятиями. Но Алис, не смотря на наши уговоры, не пропустила своей обыденной утренней пробежки, хотя ждать нам пришлось её не только поэтому.
Прямо на наших глазах, она разговаривала с незнакомцем, упорно игнорируя наши гудки. Мне было видно немногое: его разбросанные по макушке чёрные кудряшки и чёрную кожаную куртку с молниями на рукавах.
Алисия распрощалась с парнем, даже не сожалея о задержке.
– Ну и кто он? – спросила Бекка, не отрываясь от дороги.
А вот я развернулась к ней назад, сузив глаза:
– Что за парень?
– Не знаю. Спрашивал дорогу. – без особых подробностей рассказала подруга. – Дал номер.
– Не боишься? – немного напряглась Ребекка. – Все эти убийства в городе…
– Было сказано, что это зверь.
– Но его не нашли!
– И потом, – вернулась к своей привычной серьёзности Алисия. – Я не пойду с ним на встречу, не уверенная в собственной безопасности, с пустыми руками.
Алис тихо меня спросила:
– Эйви, а ты что думаешь?
Я повернула голову к окну.
– Что я хочу верить в слова полиции. Делай как хочешь, но будь осторожна.
Ребекка завернула на парковку.
– Между прочим, получается довольно несправедливо! Тебе-незнакомец, Эйвери-Нейтое, а мне-никто.
Алисия дёрнула меня за руку.
– Ты еще покажешь мне этого Нейтона!
– Он ей нравится. – насмешливо вставила Ребекка.
– Не нравится. – безуспешно попыталась заверить я, но ведь сама утаила наш с ним договор, потому что в основе него были не только мои секреты.
Твёрдость намерений Алисии я оценила, когда она держала меня в коридоре каждую перемену насильно, пока к шкафчику не подойдёт Нейтон.
– Вот он. – шепнула я ей.
– Красивый. – шепнула Алис в ответ.
– Привет. – особенно серьёзно поздоровалась она – Я Алис. – и вытянула руку. – Подруга Эйвери и Ребекки.
Его рукопожатие выдалось сухим, после чего, он метнул мне сердитый взгляд в надежде на понимание. Утро у него явно не задалось.
– Нейтон.
– Как тебе в нашей школе? – со всей деловитостью занялась расспросом подруга. – Записался в нашу футбольную или баскетбольную команду? Может по плаванью? Как капитан черлидеров, я могла бы поддерживать тебя.
Он оборвал её:
– Спортом я не интересуюсь. Придётся поддерживать других.
Нейтон спешно удалился, опасаясь ещё вопросов.
– Он странный!
– Нет. – тихо возразила я, продолжая следить за тем, как его спина удаляется на глазах. – Он несчастный…
– Может ты и права. Но, – всерьёз завелась Алисия. – Что ты о нём знаешь? Мне не нравятся такие одиночки. Можно ожидать чего угодно.
– А что ты знаешь о том незнакомце? – парировала я. – Кажется вы обменялись номерами?
Алисия умолкла, но переживать меньше не стала и с того дня, почти все прошедшие две недели, внимательно присматривалась к Нейтону, в особенности, когда он говорил со мной. Но когда она встретилась с тем незнакомцем, я смогла заставить её прекратить слежку.
Но нас с Нейтоном спасло от чрезмерной заботы моей подруги еще и скорая футбольная игра, для которой Алисии, как капитану группы поддержки, нужно было придумать новую программу. А тогда же, я решила воспользоваться предстоящей игрой по-своему: вытащить на неё Нейта, который почти не посещал никаких массовых мероприятий.
– Это не лучшая идея. – услышала я в ответ на свое предложение.
– Но затворничество не соответствует твоим планам на нормальную жизнь.
Нейтон прищурился, приблизившись к моему лицу. Кратко улыбнулся.
– Тебя что заставляют на неё идти?
– Конечно нет. Я и сама хочу.
Парень тихо рассмеялся.
– Ты так говоришь себе или подругам?
– Всем. – честно призналась я. – Я хочу пойти и подержать Алисию с её новой программой. Но не в восторге от игры.
– Ладно. – внезапно сказал Нейт.
– Ладно? – удивилась я.
– Я составлю тебе компанию. Но не думай, что я не воспользуюсь своим правом по нашему договору в следующий раз затащить тебя на какую-нибудь вечеринку.
– Спасибо. – с облечением поблагодарила я.
Игру, однако, было не назвать веселой, потому что команда соперников еще до начала матча постаралась спровоцировать наших игроков на драку. Наша школа со школой Хилптон из Такомы, талисманом которой является «Рысь», встречались не первый раз на поле и враждовали не первый год. Каждый матч с ними закачивался неспокойно, часто с проблемами. И именно поэтому я так не хотела идти на игру, хотя обычно любила поддерживать нашу школу.
Да и помимо того, когда пришел Нейт, Ребекка ушла на нижние трибуны, чтобы оставить нас наедине, хотя в последние недели не выкидывала ничего подобного. С этим пришлось смириться.
По мере продолжительности матча, напряжение, что между игроками, что между болельщиками на трибунах, росло. А когда решающий мяч оказался за нашей командой, хилптонские игроки ринулись в драку. Трибуны не заставили себя ждать, бросившись друг на друга с кулаками.
За считанные минуты, на поле воцарился хаос, от которого у меня закружилась голова. Все кричали, размахивали руками, меня толкали со всех сторон, от чего я едва не потеряла сознание.
Мне стало тяжко дышать. Я постаралась уйти, но меня грубо пихнули, удержаться на ногах мне не удалось. Больше я ничего не видела, кроме жесточайшего насилия. Кошмарный страх сковал всё моё тело…
Я не встала с колен и, закрыв глаза, заткнула руками уши, почти отключившись.
Немного пришла в себя я только тогда, когда поняла, что меня настойчиво трясут за плечи.
– Эйвери. – повторяла Бекка, пока я не сосредоточилась на ней.
Она с усилием подняла меня, но как только мы стали идти, я упала прямо на ступеньках. Я видела бесчисленные удары, кровь, слышала крики и вопли. И у меня не то, что идти сил не было, а просто дышать давалось мне с трудом.
– Помоги вытащить её отсюда. – услышала я голос Ребекки.
И только на парковке поняла, что она обращалась к Нейтону, который в самом деле вынес меня.
Они долго ждали, пока я приду в себя. Но меня трясло даже тогда, когда я была так далеко от поля.
– Может стоит отвести тебя в больницу? – спросил Нейтон, заволновавшийся обо мне.
– Не стоит. – полушепотом ответила я.
– Но ты еле дышишь.
– Она же сказала. – строго осадила Алисия, появившаяся тогда, когда закончилась драка, что позволило ей вырваться к нам.
Алисия помогла мне опереться на неё и довела до машины, твердо намеренная отвезти меня к себе. Я не успела извиниться перед ним, но к счастью Бекка сделала это за меня, а после села за руль, чтобы развести нас по домам.
С того дня мы почти не разговаривали с Нейтоном.