Buch lesen: "Фаза 2. Инициация"
Глава 1. Местные
Будь я проклят, если это был не снаряд РПГ! По крайней мере, в кино их изображают именно так!
Голова треножника разлетелась на мелкие, чадящие фиолетовым куски, которые расшвыряло на много метров в стороны, словно у него под броней располагался центнер взрывчатки!
Я резко развернулся, вскидывая дробовик, мысленно готовый к тому, что за спиной окажется кто угодно — от огромного ОБЧРа до роты армейского спецназа.
Но за спиной оказался всего один человек. Если быть точнее, одна молодая женщина азиатской внешности с длинными черными волосами, собранными в хвост и с мечом, режущая кромка которого лучилась слабым фиолетовым светом, в руке.
Не знаю, как и для чего она оказалась у меня за спиной, но она явно пыталась подобраться ко мне скрытно, и, поняв, что это не удалось, она кинулась вперед, занося свой меч для удара!
Разделяющие нас три метра она перекрыла одним невероятным прыжком, словно исчезнув в одном месте и тут же появившись вплотную, так что я даже выстрелить не успел!
А в следующий момент клинок меча взлетел в воздух в ударе, конечная точка которого явственно просматривалась на моей шее.
Я резко дернул рукоять дробовика вверх, располагая оружие стволом вниз и блокируя удар ствольной коробкой. Как только меч коснулся Предвестника и тот недовольно загудел потревоженным металлом, я повел левую руку вверх, описывая стволом широкий круг, обводя меч вокруг своей головы и в итоге «сбрасывая» его в другую от себя сторону. Закончив с этим, я снова вскинул ствол вверх, практически уткнув дульный срез в лицо азиатки.
И почувствовал, как шеи касается холодная сталь. Не знаю, как она умудрилась, но она успела тоже поднять свой меч, и даже почти успела довести атаку до конца.
Мы замерли, глядя друг другу в глаза. Оба прекрасно понимали, что ситуация патовая. Если я выстрелю, то азиатка разрежет мне шею даже уже умерев. Она банально упадет и потянет клинок на себя, разрезая все возможные вены и артерии, которых в шее немало. Я в свою очередь тоже успею спустить курок, независимо от того, что выкинет она.
Короче, пат.
— Привет. — ухмыльнулся я, пытаясь разрядить обстановку. — Как тебя зовут?
— Очень смешно. — фыркнула азиатка без малейшего акцента, не сводя с меня темно-карих, почти черных глаз. — Долго будешь так стоять?
— Пока ты свою кочергу не уберешь. — так же спокойно ответил я. — Я не люблю деревенский быт, мне больше по душе высокие технологии.
Азиатка открыла было рот, чтобы что-то ответить, но не успела. Сбоку раздался возмущенный вопль Насти:
— Эй, ты! А ну отвали от него! Отвали, сейчас же!
Глаза азиатки удивленно расширились и она, будто полностью забыв обо мне, повернула голову в сторону источника звука. А потом и вовсе опустила свой меч, совершенно не беспокоясь о том, что я-то дробовик не опустил.
— Настя?! — ахнула она. — Сверчок?!
— Тетя... Йока?! — упавшим голосом произнесла Настя. — Это правда ты?!
— Быть не может! — засмеялась азиатка, пряча свой меч в воздух, в инвентарь. — Черт возьми, это и правда ты! Быть того не может!
Что ж, смертоубийство, судя по всему, отменяется. Я опустил дробовик и наблюдал за тем, как Йока присела на колено возле Насти, держа ее одной рукой за ладонь, а другой — гладя блаженно жмурящегося кота, лежащего пузом кверху в шарфе. В основном, конечно, я наблюдал за Йокой.
У азиатки была подтянутая спортивная фигура с тонкой талией и ладной грудью, без единого лишнего жирового волокна. Одета она тоже была так, словно только что вернулась с марафонской пробежки — спортивный топ с длинными рукавами, открывающий живот и поясницу, короткие шорты с высокой талией, кроссовки и почему-то высокую защиту ног, прикрывающую голени и колени. Больше всего она выглядела похожей на то, что носят мотоциклисты, но, когда я додумался просветить ее «ревизией» все встало на свои места. Это оказалась единственная шмотка на азиатке, которая ответила на системный запрос и вывела одну-единственную строчку:
Камаритовые поножи
И все. Просто камаритовые поножи. Никакой больше информации. Наверное, это потому что вещь надета на другого субъекта Основания, вот система и не дает мне ее прочитать. Такая себе защита от всякого рода нечистых на руку, которые могут с расстояния срисовать шмотку и кокнуть тебя просто для того, чтобы ее забрать.
Настя громко и искренне рассмеялась, снова привлекая мое внимание к их разговору. Йока обернулась и хитро посмотрела на меня через плечо, после чего вернула взгляд к Насте, бросила еще пару слов, встала и подошла ко мне. Я ждал ее, положив дробовик на плечо.
— Извини. — с ходу и очень легко произнесла Йока. — Я когда увидела направленный на меня ствол, крышу сорвало.
— Понимаю, тут у любого сорвет. — согласился я.
— Но ты не думай, я бы все равно тебя не убила. Так, чисто на понт взять, чтобы ты не дергался. Мало ли что ты за человек...
— Так я не в обиде. Я тоже не собирался тебя убивать. — я снял с плеча дробовик, повернул его окошком выброса гильз к азиатке и потянул цевье вниз. — У меня и патронов-то в магазине не было.
— Ах ты жук. — с восхищением в голосе произнесла Йока. — Даже виду не подал!
Я пожал плечами и принялся набивать магазин дробовика патронами, раз уж о них зашел разговор.
— Я, в общем-то, хотела сказать спасибо за то, что Настю вытащил. Я даже предположить не могла, что она выживет.
— Вы хорошо общаетесь, я посмотрю?
— Я работала с ее матерью, а сама Настя для меня как младшая сестра. Она... Не такая, как все остальные, и меня это зацепило.
— Это точно. — согласился я, ставя дробовик на предохранитель, который насилу нашел. — Не такая, как все... Такую везучую, как она, еще поискать надо. Ты знаешь, как мы познакомились?
— Нет... — Йока на секунду обернулась на Настю. — Как-то не спросила.
— Сначала ей повезло выжить, когда вся ее семья превратилась в зараженных, а потом ее нашли бандиты и уже собирались изнасиловать, когда подоспел я. Еще бы минута — и... Короче, она фантастически везуча.
— Что есть, то есть. — Йока покачала головой. — Скажи-ка, Виктор...
— Лучше Фаст. — перебил я.
— Фаст? Хм... Ну ладно, Фаст так Фаст. Так скажи мне, куда вы идете с Настей?
— Планировали пробраться в военную часть. — я качнул головой в сторону забора. — И хотя бы передохнуть. Весь день по городу носимся как два сайгака, даже поесть некогда нормально.
— Хах. — усмехнулась Йока. — Так вы, получается, и так и так к нам шли!
— К вам? — я вскинул брови. — Вы что, уже заняли военную часть?
— Ну как сказать «заняли»... — Йока неопределенно покрутила рукой. — Только-только вошли, если говорить совсем честно. Обследовали только четверть территории, наверное, то, что ближе к воротам. Остальное не успели — услышали, что тут у вас творится веселуха и решили принять участие...
— Участие? То есть это вы по нему с РПГ вмазали?
— Да, это был Сэм. — Йока кивнула куда-то в сторону забора. — Он увидел, что табуретка почти сдохла и решил ее добить, а тут как раз и склад с оружием под рукой оказался... Военная же часть! Он схватил один из РПГ и поднялся с ним на наблюдательную вышку, и оттуда...
— Я бы этому Сэму... — пробормотал я, уже понимая, кто украл у меня целую огромную кучу опыта...
И ладно бы украл, так нет же — он ее просто по ветру развеял, поскольку добил треножник из человеческого оружия!
— Что-что? — не поняла Йока.
— Я говорю кто такой этот Сэм? Откуда он умеет обращаться со всем этим?
— Он местный, из гарнизона военной части, мы уже тут познакомились. Он единственный выживший, кого мы пока что нашли, завалил десяток зомби и оказался ранен, не смог покинуть часть, пока не пришли мы и не помогли ему медициной.
— А треножник? Ну, табуретка.
— Он уже потом появился. — Йока махнула рукой в сторону улицы. — Встал тут и стоял как истукан, ни войти, ни выйти, ксо. Хорошо что ты его завалил, теперь остальные хоть выйти смогут оттуда.
— А сколько этих остальных?
— Со мной будет шестеро. Четверо, и я в том числе, выжили на станции скорой помощи, мы из ночной смены, поэтому находились на работе, когда все произошло. Еще одну подобрали по пути, отбив от зомби, ну и Сэма встретили уже внутри, в части.
Ясно. Они-то на станции скорой помощи точно знали, что рядом есть военная часть и наверняка, ни в чем не разобравшись, пошли сюда в надежде, что получат защиту. А нашли только раненого человека, которому пришлось оказывать помощь, и еще больше зомби. А потом и вовсе остались заперты в части подошедшим треножником.
— Так, стоп. А ты как оказалась у меня за спиной, если, как ты говоришь, треножник вас запер внутри?
— Навыком. — усмехнулась Йока. — Позволяет переместиться за спину тому, на кого смотришь, но только в определенном радиусе.. И появляешься как-то не вот прямо за спиной, я еще не до конца разобралась. Просто увидела тебя из вон того окна, ну и...
— Что за специализация с таким навыком? — удивился я. — Я думал, у тебя «холодное оружие». Ну, судя по мечу.
— Оно и есть. — кивнула Йока. — Только это не от специализации, а от оружия, я случайно обнаружила... Короче, потом расскажу об этом, ладно?
Пока шел разговор, я не забывал поглядывать по сторонам, чтобы ненароком не пропустить новой атаки. Конечно, можно было отложить его на потом, хотя бы до того момента, пока мы не окажемся за стенами части, в относительной безопасности, но, во-первых, очень уж легко и непринужденно текла беседа, чтобы вот так грубо ее прерывать. Вдруг потом уже не получится так же легко вывести девушку на разговор.
А во-вторых, лучше вытащить из нее побольше информации о месте, в которое мы собираемся идти, прежде чем мы туда пойдем. А не тогда, когда мы уже оказались внутри.
К тому же, никакая голубая гнилушка не собиралась подходить к нам и пытаться нами закусить — всех окружающих дохляков распылило на атомы взрывом бензовоза. Кстати, что странно, за них мне тоже совершенно не капнуло никакого опыта, как будто система решила, что я вовсе не причастен к их прекращению жизнедеятельности. Отчасти она, конечно, права, ведь я не был причиной произошедшей аварии, благодаря которой из грузовика потек бензин и получилось провернуть весь этот фейерверк... Но все равно обидно. Могла бы хотя бы новое достижение подкинуть из серии «Вы уничтожили десять зомби за одну секунду, получит достижение «Скорострел».
Хотя нет, ну его нахер такие достижения.
— Так что скажешь? — спросила Йока и я понял, что последний вопрос прослушал.
— Не расслышал, повтори. — не стал скрывать я. — Что ты спросила?
— Я спросила, вы пойдете к нам? — азиатка качнула головой в сторону части. — Ты же говорил, вы туда и идете.
— А, ну да. — я кивнул. — Идем. Надо отдохнуть.
Йока кивнула, развернулась к Насте, которая все это время стояла неподалеку и протянула ей руку:
— Настенка-найденка, пойдем к нам!
— А дядя Витя? — насупилась Настя.
— Я тоже иду. — я поспешил успокоить девочку. — Сейчас наконец нормально отдохнем и поговорим обо всем.
Вместе с Йокой, держащей Настю за руку, мы подошли к воротам, и азиатка постучалась в толстую стальную дверь справа от них. Дверь открылась, и в проеме появилась полненькая кудрявая девушка в замызганной светло-голубой медицинской форме. Она внимательно посмотрела на Йоку, потом на меня, на Настю, снова на Йоку и только после этого отошла, освобождая проход. Мы прошли через дверь, и она тут же снова заперла ее за нами на толстый железный засов.
Я думал, что военные части внутри забора представляют из себя большую площадь, застроенную нужными для функционирования строениями, но здесь это было не так. Мы находились внутри относительно небольшого, где-то двадцать на двадцать метров, бетонированного квадрата, на котором располагалась небольшая будка КПП, которую мы миновали, пройдя через ворота, небольшое двухэтажное кирпичное здание, рядом с которым торчала фанерная вышка метров шести в высоту, еще одно здание, но на сей раз одноэтажное и площадью поменьше, а в дальней от нас стене виднелся еще один проем, закрытый воротами, сделанными из нескольких сваренных вместе листов металла, да еще и на колесиках.
- А там что? - спросил я, кивая на ворота.
- А там как раз зомби, от которых отгородился Сэм. Вот в этом небольшом пятачке нас и заперла табуретка. — сказала Йока, кивая на двухэтажку. — А там мы разместились пока что. Это, кстати, Вика. Вика, это... Фаст.
Я кивнул кудрявой толстушке, которая смотрела на меня, подозрительно поджав губы.
— Это Настя. — продолжила Йока. — Она дочь Ирины Валерьевны.
— Ага. — только и сказала Вика.
Йока вздохнула:
— Ладно, идемте, познакомлю с остальными.
Мы дошли до двухэтажки, и Йока провела нас по коридорам до двери с надписью «Учебный класс». За дверью действительно оказался учебный класс, будто перенесенный сюда прямиком из ближайшей школы. Гнутые из единой трубы стулья с фанеркой вместо сиденья и спинки, парты из ДСП и черная распашная доска на стене — вот и все убранство этого помещения. Хотя нет, еще по стенам была развешаны характерные плакаты, показывающие внутреннее устройство автомата семейства АК или правильную последовательность действий при броске гранаты.
В дальнем конце помещения парты были сдвинуты к середине и таким образом там освободили место, в котором располагалось несколько людей. Двое мужчин, остальные женщины. Они сидели и лежали прямо на полу, некоторые — подложив под задницы отломанные от стульев спинки. Прямо на полу валялось несколько пустых оберток от продуктов Основания, стояла пара бутылок с водой и больше ничего.
Один из мужчин был ранен. Он был без верхней одежды, одежду ему заменяли бинты, практически полностью покрывающие верхнюю часть тела и на правому боку немного тронутые красным. Судя по всему, это и есть тот самый Сэм, который отправил к черту целую прорву опыта. Ну точно он, вон как сидит, подбородок задрав и глядя на всех свысока — мол, целую табуретку завалил, да и вообще раненый герой. Не нравится он мне.
— Эй! — позвала Йока, войдя в помещение. — Познакомьтесь, это Ви... Фаст и Настя. Настя дочь Ирины Валерьевны, ну, это для тех, кто ее знает.
— Привет. — нестройно и не очень радостно протянули люди. Сэм вообще ничего не сказал, только смерил меня взглядом.
— Уж простите, но хлеб-соль не завезли. — Йока развела руками. — Сами не знаем, что делать. Склад с продуктами на той территории, где мертвяки торчат, а до магазина не могли выйти из-за табуретки.
Я внимательно посмотрел на нее и, видимо, в моем взгляде было что-то не то, потому что Йока моментально нахмурилась:
— Что?!
— Ты это серьезно? — спросил я. — Насчет продуктов.
— По-твоему, таким шутят?! — вспыхнула Йока. — Да мы тут с ночи почти ничего не ели!
— Охренеть... — вздохнул я и повернулся к Насте. — Настен, вываливай серые коробки.
— Все? — с готовностью тряхнула головой Настя.
Я посмотрел еще раз на собравшихся людей, задержал взгляд на секунду на Сэме, и уверенно кивнул:
— Все.
И мы принялись вытаскивать из инвентарей серые коробки. Первые пять я активировал и положил на пол, чтобы они раскрывались, следующие стал просто класть рядом. Когда кончилось место и на полу — начал складывать на парты.
Выложив примерно треть, я решил, что хватит, и так получилось больше двадцати коробок вместе с теми, что достала Настя. Первые открытые уже исторгли свое содержимое и сейчас на полу вперемежку лежали хлеб, макароны, консервные банки, бананы, бутылки с водой и молоком и черт-те что еще.
Йока молчаливо наблюдала за всем этим — наверное, просто дар речи потеряла. Потому что с каждой новой коробкой ее глаза становились все больше и больше и в конце концов она даже перестала быть похожа на азиатку.
— Вы... — наконец произнесла она. — Где все это взяли? Где вы все это взяли?!
Глава 2. Свое место
Само собой, никакого способа приготовить еду здесь не было и быть не могло, ведь мы оказались, как выяснилось, в административном здании военной части, которое по совместительству имело в себе несколько учебных классов для офицерского состава. Учебка для обычных же вояк находилась на остальной, занятой сейчас мертвяками, части территории. Там же располагалась и столовая с запасами продуктов и плитами, здесь же готовить еду было просто не на чем и не в чем. Основа как-то не разбрасывалась такими вещами, как газовые горелки или хотя бы печки-щепочницы. Можно было бы нарубить тех же парт и сидушек со стульчиков, чтобы развести огонь, но, во-первых, это было бы жутко трудозатратно, во-вторых, так как они были где лакированные, а где крашеные, мы рисковали скорее задохнуться от дыма в помещении, нежели получить сносный огонь, в-третьих у нас все равно не было никакой посуды для того, чтобы приготовить толковую еду.
Поэтому решили обойтись сухомяткой, благо система подкинула продуктов навалом. Из одних только первых пяти коробок удалось добыть банку консервированной кукурузы, банку тушенки, два батона хлеба, пачку с каким-то соусом, напоминающим по вкусу нечто среднее между чесночным и майонезом, палку вареной колбасы, и большой кусок твердого как камень сыра, который скорее крошился, чем нарезался. И это только то, что можно было съесть прямо сейчас. Помимо этого выпало еще килограмма три картошки, сплошная синяя пачка без каких-то обозначений, внутри которой с характерным звуком громко шуршали макароны, прозрачная пластиковая упаковка с гречкой, и почему-то всего одна морковка. Из напитков система предложила несколько бутылок с водой и несколько коробок сока. Ничего, кроме этого, она, по ходу, не умела производить, по крайней мере, еще ни разу ничего кроме нам не выпадало.
Ножей, конечно же, ни у кого, кроме Сэма, не оказалось, да и у того был только комплектный штык-нож от АК, который, как известно, и не штык и не нож и вообще существует только для того, чтобы его можно было похерить. Пришлось достать из инвентаря Лизу, ту, что попроще, и резать еду ею. Конечно, это было не сильно удобно, поскольку клинок был толстоват для такой деликатной работы, но все лучше, чем пилить тот же хлеб коротким ломиком, по недоразумению называющимся штык-ножом. Зато вот консервные банки Лиза грызла с большим удовольствием, вспарывая жесть чуть ли не легче, чем тела низкоуровневых зомби.
Люди набросились на еду с неподдельным голодом, словно не ели с ночи, а как минимум пару дней. Даже Сэм, который все время наблюдал за мной с не самым приятным выражением лица, с появлением съестного сменил его и принялся сооружать себе громадный бутерброд из трех кусков хлеба, колбасы, сыра и консервированной кукурузы.
— Так откуда у вас это все? — спросила Йока, сидя рядом со мной на парте, понемногу откусывая свой бутерброд и наблюдая, как Настя кормит Пушка кусочками колбасы. — Вы что, продуктовый обнесли? Хотя нет, это же из коробок.
— Меня больше интересует, почему этого нет у вас. — я усмехнулся. — Вас же так много, вы должны были по идее тысячу зомбаков приделать по пути сюда.
— Ты прикалываешься? — фыркнула Йока. — Да у нас же даже оружия никакого не было!
— А меч твой?
— Ну вот только он и был. И то не сразу появился, а мне его Вика принесла, когда открыла одну из первых коробок. Думали, что там такое может быть, а оттуда меч вывалился, ну мне его сразу и отдали.
— Почему тебе?
— Я кендо занимаюсь... Занималась, до того, как это все началось. Ну, фехтование на катанах.
— Я знаю, что такое кендо. — поспешил уверить я.
— Ага, хорошо. Ну вот и решили, что единственное нормальное оружие лучше отдать тому, кто с ним умеет обращаться.
— То есть, у вас всех есть только одно оружие? В смысле даже не системное, просто оружие — одна-единственная единица? — уточнил я.
— Системное? — Йока с удивлением посмотрела на меня. — А, ты имеешь в виду, из коробок. Да, только оно. Тут, конечно, целая оружейка еще рядом, но мы в нее не лезли пока, ключ-то у Сэма... Оказывается.
— В каком смысле?
— Ну, мы когда его нашли, он был почти без сознания из-за потери крови, мы его перевязали, влили физраствор, в общем, сделали все нужные процедуры, он и пришел в себя. Не сразу, конечно. Мы за это время обошли доступную территорию, нашли закрытое строение — тогда еще не знали, что там оружейная. А потом, когда Сэм пришел в себя и мы начали разговаривать, нас больше интересовало, что тут произошло и выжил ли кто-то еще. Ну а потом уже и ты появился, и тут-то Сэм и заявил, что у него есть ключ от оружейной и сейчас он этой табуретке пропишет... как он там сказал... «кумулятивную плюху».
Ага, ну да. Как только «табуретка» практически издохла, так тут же и необходимость прописать плюху нарисовалась. Что ж он ее не прописал, когда треножник битых полдня за стенами торчал?
— А по пути сюда вы почему не порубили кучу зомби? Тут же идти почти километр.
— Ксо, ты точно прикалываешься. — Йока покачала головой. — Да мы на станции скорой помощи едва выжили, когда почти весь персонал превратился в дохляков... Да и то выжили не все. Так что потом, когда мы решили идти в военную часть, мы всех этих дохляков старались обходить по широкой дуге, чтобы не рисковать. Это было не так уж и сложно, учитывая, что почти все они были или в машинах или за дверями и витринами. Пока они нас увидят, пока очухаются, пока подползут — нас уже и след простыл. И все равно пришлось по пути несколько тварей зарубить.
— Я так понимаю, у тебя единственной из здесь присутствующих имеется какой-никакой уровень?
— Да, второй. Сто десять опыта набито.
— Сто десять опыта... — я нахмурился. — Это же дохера гнилушек, это двадцать две головы срубить надо.
— Мне за одного дали сразу тридцать. — Йока улыбнулась. — Я так и не поняла, за что. Я его даже не мечом зарубила, я вообще его даже не видела, я наступила на огнетушитель, который выпал из разбитой машины, не заметив его, он стукнулся о бордюр и как взлетел! Как снаряд реактивный, и прямо в башку этому зомбаку!
— Надо же, а я думал огнетушители только в кино летают. — я покачал головой.
— Я тоже так думала! — рассмеялась Йока. — А оно вон как получилось.
— Эй, новенькие! — внезапно раздалось из угла, в котором сидели все остальные. — А вы чего там засели как сычи? Или вы типа подачку кинули, а сами с холопами сидеть не намерены? Так вы подходите, подходите, нормально познакомимся! Я вот например, Сэм, я тут главный, так что если есть вопросы — вы ко мне обращайтесь, ко мне!
Конечно же, это был Сэм, кто же еще это мог быть? Кажется, еда придала ему сил и он окончательно поверил в то, что он герой и главный тут.
Я не спеша слез с парты, на которой сидел и подошел к Сэму. Встал прямо перед ним, заложив руки за спину и негромко, но отчетливо сказал:
— Да, конечно. И у меня первый вопрос — а почему ты Сэм? На американца ты не похож и по-русски говоришь без какого-то акцента, к тому же сомневаюсь, что в русской военной части мог бы оказаться американец. Я вижу только два варианта, почему так может быть — или ты сам просил всех называть тебя Сэм, хотя на самом деле ты Семен, что звучит не круто, согласен. Или ты последний алкаш, который даже кличку получил за то, что постоянно гнал самогон из всего, из чего можно и чего нельзя. Второй вариант мне нравится меньше, поскольку в сложившихся условиях алкаш в группе выживших это не просто слабое звено, это просто-таки дыра в цепочке связанных жизней, из-за которой может посыпаться вся эта цепь, и от такого субъекта надо избавляться как можно скорее и как можно решительнее. Поэтому я пока что буду считать, что Сэм это значит Семен.
Сэм ничего не ответил, но взгляд его из нахального и уверенного стал злобным и подозрительным.
— Хм, надо же, я сам ответил на свой вопрос. — деланно удивился я. — И ты мне, оказывается, для этого совсем не нужен... Впрочем, я дам тебе возможность реабилитироваться и задам еще один вопрос — а с чего, Семен, ты собственно решил, что ты тут главный?
Окружающие люди и до того не особенно разговорчивые затихли вовсе. Казалось, напряжение в классе сгустилось настолько, что его тоже можно было отрезать и класть на хлеб, как колбасу.
— Я единственный выживший на территории части. — сквозь зубы ответил Сэм. — А значит единственный, кто может командовать на ее территории.
— Да неужели? — я удивился. — А согласно каким, скажи мне, Семен, документам? Что может подтвердить, что ты вообще имеешь отношение к этой части, а не явился сюда за час до остальных, спрятавшись из-за ранения?
— Да я десять зомби завалил! — выплюнул Семен, глядя мне в глаза. — Так и получил свое ранение! А скольких убил ты?!
— Ты таких чисел не знаешь. — совершенно серьезно ответил я. — Но это к делу не относится.
— Еще как относится! Я тебе, щенку, жизнь спас! Я подстрелил табуретку!
— Ты у меня кучу опыта отнял, имбецил! — тоже не выдержал я. — Ты не жизнь мне спас, ты, сука изо всех сил пытался мне ее испортить! Ты вообще ни хрена не понимаешь, что вокруг тебя происходит и как устроен новый мир, в котором мы оказались! В следующий раз, когда тебе захочется выстрелить по кому-то из РПГ, сначала спроси у меня! А если меня рядом не будет, то засунь его себе в задницу и выстрели туда!
— Слушай, ты... — угрожающе начал Семен. — Ты не смотри, что я раненый...
— Именно потому что ты раненый, я и спускаю тебе все это с рук пока что. — я перебил Семена, не дав ему договорить. — Делаю скидку на твое состояние, на недостаток крови в организме, сниженные когнитивные функции и все такое. Будь ты в полном здравии, я бы уже это немного исправил самостоятельно. А пока что отдыхай, Семен. И помни — ты можешь считать себя главным над кем угодно, но не надо мной. Быть главным надо мной — это право еще надо заработать. А ты в этом отношении по очкам пока что вообще в минусе.
Я развернулся и пошел обратно к Йоке и Насте. Сидящие на полу работники скорой проводили меня непонятными взглядами, в которых читалось полное непонимание происходящего.
А вот Йока смотрела на меня с восхищением. Смотрела и улыбалась...
И вдруг внезапно ее улыбка погасла, а глаза удивленно округлились. Она открыла было рот, чтобы что-то то ли сказать то ли крикнуть, предупредить меня...
Она же не знала, что меня не надо ни о чем предупреждать. От любой дистанционной атаки, пусть даже в крысу, со спины, меня защитит Модуль Защиты, а если Семен попробует вскочить и кинуться на меня с кулаками... Ну так я это услышу.
И все же я развернулся обратно к Семену, которому явно не хватило ни мозгов, ни выдержки на то, чтобы... Да ни на что, собственно, не хватило.
Мне в голову летела консервная банка. Даже не вскрытая, а значит — полная и тяжелая. И швырнул ее Семен, который как раз в этот момент опускал руку и болезненно морщился. Он не мое не понимать, что, если попадет, то может нанести неплохие такие повреждения, вплоть до сотрясения мозга. А, значит, он перешел все возможные рамки и пора его проучить. Пока что — просто показательно. Причем показательно не столько для Семена, сколько для всех остальных.
Я не дал сработать Модулю Защиты — он бы просто уничтожил банку, как уничтожил кислотный плевок патриарха вороксов, а она мне была еще нужна. Поэтому я вскинул руку и перехватил банку в полете, благо раненый Сэм швырнул ее больше навесом, чем по прямой. Перехватил — и тут же швырнул обратно, тоже навесом, чтобы ненароком не попасть Сэму в голову.
А потом активировал инвентарь, вытащил оттуда Предвестник и разнес банку одним выстрелом точно в тот момент, когда она ударилась в стену над головой прикрывшегося руками Сэма! Как тарелочку на стендовом стрельбище!
Банка разлетелась в клочки, разбрасывая вокруг себя кукурузу и расплескивая рассол. Основная часть попала на Сэма и тот вздрогнул и скукожился, прикрываясь еще больше, словно его осыпало не желтыми зернышками, а осколками от разрывающихся снарядов.
Дождавшись, когда грохот выстрела перестанет гулять по комнате, я дернул цевье, выбрасывая пустую гильзу, и убрал дробовик обратно в инвентарь.
— Нападать со спины подло. — назидательно сказал я. — Особенно на того, про кого ничего не знаешь.
Я снова развернулся и направился к выходу из класса. Настя с готовностью вскочила, подхватила Пушка и пошла за мной следом.
— Вы чего задумали? — спросила Йока, когда я проходил мимо.
Я остановился возле нее и повернулся так, чтобы видеть всех окружающих.
— Если вы еще не поняли, если вы не поверили тому, что прочитали на сетчатке глаз с самого утра, то я вам повторю — миру пришел конец. Заявляю об этом со всей ответственностью, как тот, кто прошел через половину города в отличие от вас, кто за все эти часы прошел чуть меньше километра, а все остальное время сидел тут, за стенами. Я понимаю, это трудно принять и почти невозможно понять, но вам придется это сделать. Как минимум — поверить в то, что это действительно так, потому что в противном случае вам не выжить. Деньги, шмотки, даже власть — все это отныне пустые слова и ненужный хлам, который годится лишь на то, чтобы... Да ни на что, в общем-то не годится. Вам повезло выжить, вам повезло выиграть в игре, шанс выигрыша в которой... процентов пять, вряд ли больше, и вы считаете, что этого достаточно? Вовсе нет. То, что вы выжили — это только начало всей этой игры. Так что теперь каждому из вас, каждому из нас, придется день за днем, час за часом доказывать, что он не просто так выжил тогда, когда все остальные — нет. Что он этого достоин. И в сложившейся ситуации есть только один способ это сделать — развиваться быстрее, чем это делает окружающий нас мир. Вы по пути сюда убили сколько зомби? Десятка два в общей сложности на всех? А что вы делали потом? У вас там за забором толпа зомби, огромная куча опыта и лута, коробки с едой и снаряжением... А вы даже не пытались открыть ворота и убить их! Вместо этого вы сидите тут впроглодь и думаете о том, как ужасна и несправедлива ваша жизнь. Могу вас заверить — если вы будете продолжать в том же духе, она станет еще ужаснее и несправедливее.
