– На следующей неделе готовьте рефераты по Эль`мен Таину. И советую их учить, а не рассказывать – иначе баллы получите по минимуму.
В этот момент моя подруга неожиданно опрокинула свою сумку, и она с грохотом упала на пол, разбросав содержимое одного из карманов. А именно – около семи ручек и карандашей.
– Что там за шум? – Розетта сразу среагировала на повышенный звуковой фон и активизировалась.
– Всё в порядке, – я постаралась помочь Айне и подняла сумку, после чего полезла за рассыпанными вещами. Авось, до конца пары оставались считанные секунды.
– Это я скажу, в порядке всё или нет, – наша «коммандерша» встала и направилась прямо ко мне. Не было печали!
Миссис Чейз была уже близко, когда я дотягивалась до последней ручки, но достать её я всё же успела.
– У вас что-то с координацией, юная леди? – преподша поняла, что именно случилось, и продолжила. – Если уж уронили портфель, извольте не елозить до конца занятий.
Айна уже собиралась что-то ответить, но я её опередила:
– Моя сумка (у меня язык не поворачивался назвать этот аксессуар «портфелем») упала быстро, так что всё, что случилось потом – чисто рефлекс. К тому же до конца осталось всего две минуты…
Взгляд диких глаз ядовито сверкнул на фоне фиолетовых волос, и дама сказала:
– Рефлекс? В будущем имейте в виду, что звонок ещё ничего не значит. Я спокойно могу оставить вас на всю перемену и имею на это законное право, – тут она сделала театральную паузу (любят же устраивать такое излишне пафосные люди!) и добавила. – Я искренне верю, что впредь вы будете вести себя лучше. Иначе это повлечёт за собой нежелательные последствия. Для вас, конечно.
И она удалилась обратно. Да, тётка ещё более невменяемая, чем я предполагала. К счастью, в эту же секунду прозвенел этот самый звонок, и она не стала нас задерживать. Видимо, поняла, что веских причин для этого не имеется. Ну и слава Богу!
– Как ты? – Айна шла по коридору с поникшей головой, да ещё в таком медленном темпе, что мне то и дело приходилось останавливаться, чтобы не обгонять её.
– Всё хорошо, просто мне нужно присесть… И спасибо, что взяла удар на себя…
Да, и вид у неё был не самый лучший. Лицо выглядело столь напряжённым, что казалось, будто на истории мы провели не полтора часа, а все двадцать четыре.
– Мы сейчас пойдём в столовую, и я тебе сама принесу поесть. А ты отдохнёшь. И если ты действительно плохо себя чувствуешь – мы отпросимся. Ну, то есть ты одна.
– Думаю, мне уже лучше, – Айна приободрилась, но я всё же взяла её под руку и направила нашу «команду» прямиком к столовой.
Однако сегодняшний день упорно собирался испортить мой утренний настрой – у входа, прямо рядом с лестницей, стояла «компашка» Сары. И что они уже второй день забывают рядом с этим местом? Ведь с самого начала там ни разу не появлялись!
– О, кого я вижу! Сколько лет, сколько зим! – Фредсен, как всегда, среагировала на моё появление весьма бурно.
– Мне не до тебя, уйди с дороги, – я правда не собиралась с ней связываться. По крайней мере, сейчас.
Но той эти слова показались сигналом к действию.
– Указывать будешь своей подруге по несчастью! – Сара заметила, что я держу Айну под руку и добавила. – И намекни ей, чтобы высыпалась как следует, а то видок у неё не очень…
В эту секунду я уже хотела отпихнуть назойливую змеюку, но Айна неожиданно высвободилась из моих рук и, что самое странное, обратилась к Саре:
– Как ты себя выносишь… Или ты об этом никогда не задумывалась? Попробуй на миг взглянуть со стороны. Увидеть себя настоящую! Пока ещё есть время.
Айне правда стало плохо, если она решила пофилософствовать с таким человеком, как Сара! И, что главное, её взгляд выглядел так, будто вот-вот, и она в полном смысле слова потеряет сознание…
– Тут все, что ли, будут учить меня жизни? Вы меня достали! Все. Проваливайте своей дорогой, у меня и так дел по горло!
Я хотела взять подругу за руку и уйти, но не успела даже моргнуть, как она пошатнулась и полетела вниз, прямо на пол. Вот чёрт! В последний миг мне удалось её поймать, буквально в пяти сантиметрах от паркета. Аккуратно положив её, я поняла, что Айна действительно потеряла сознание! Как такое вообще могло случиться???
– Айна, ты меня слышишь? Скажи что-нибудь! – я пыталась привести её в чувство, но без толку. Слава Богу, всем богам Нордума и святым учения Сур – она всё ещё дышала. Значит, это был всего лишь обморок.
– Вот, что я и говорила, – Сара встала поодаль, не обращая внимания на своих подруг, которые даже наклонились, чтобы самим убедиться, всё ли в порядке, и продолжила, – надо высыпаться. Иначе будете так падать каждый день.
Нет, зря она продолжила препираться… В этот момент я перестала себя контролировать. Убедившись, что Айне ничего не угрожает, я встала и крикнула на Сару так сильно, как, наверное, не поминала наедине с собой даже своего бывшего.
– Заткнись! Если ты ещё раз скажешь что-то гадкое про Айну, я тебя убью!!!
В тот момент я почти не отдавала отчёта своим словам. Нет, никого убивать я, конечно, не собиралась, но выругаться, быть может, впервые с десятого класса, я решила как следует.
Сара, кстати, тоже разозлилась. Она сделала пару шагов ко мне и, решив, что я не представляю никакой угрозы, сказала:
– Я буду говорить тогда, когда я того захочу. Ты для меня никто, и твоя подруга – тоже. Тащи носилки, забирай её и проваливай – у меня сегодня действительно плохой день.
Резкий удар по лицу на миг заставил замолчать нас обеих. Прошло несколько секунд, прежде чем пришло осознание того, что пощёчину нанесла именно я. Да, вот так, совершенно неожиданно, позабыв обо всех нормах и приличиях. Но в тот момент в голове промелькнула только одна мысль: «Она это заслужила! И плевать, что будет дальше».
Кстати говоря, ответные действия не заставили себя долго ждать: Сара накинулась на меня с кулаками, и мне, вначале уклонявшейся от ударов, пришлось сцепиться с ней не на жизнь, а на смерть. Нет, конечно, это звучит утрированно – девчачья драка есть девчачья драка, но за свою жизнь я редко с кем билась, поэтому чувствовала почти то же самое, что и крутые бойцы на ринге.
Не знаю, сколько вообще прошло времени, но в какой-то момент громкий мужской голос попросил нас остановиться (или приказал – это звучало одинаково), и собравшиеся нас разняли. Как оказалось, это был сам декан – тот самый Айзек Нотс, про которого я упоминала вчера вечером при просмотре новостей. Высокий и серьёзный мужчина лет тридцати трёх не выглядел совсем уж обескураженным, но выражение его лица всё-таки говорило о некотором недовольстве.
– Что здесь произошло??? – спросил он, стоя среди толпы студентов, и я наконец смога осмотреться.
Да, людей собралось немало: все любят поглазеть на шоу, а в стенах этого заведения такое выпадает не часто. Айна всё ещё лежала на полу, подруги Сары стояли поодаль, так и не решившись ей помочь, а она… Сейчас на неё было жалко смотреть: помятая, с оторванным куском блузки и растрёпанной причёской, девушка уже не выглядела на «миллион фунтов», как раньше.
Сумев прийти в себя, Сара сразу же начала свой незамысловатый рассказ о том, как я «вероломно бросилась на неё с кулаками, по непонятным причинам начала драку и, не слушая никого, даже грозилась её убить». Ну с последним я, может, и согласилась бы, но всё остальное – наглая ложь. Об этом я прямо и сказала нашему декану, заодно описав события с моей точки зрения. И упомянув, что вместо бесполезного выяснения ущерба лучше бы помочь Айне и как можно скорее отвезти её к врачу. Айзек взглянул на мою подругу, сразу же присел рядом и обратился к одному из преподавателей (нашему философу Руису – видно, тот тоже любил поглядеть на драки):
– Мистер Фенлиц, позвоните в больничный комплекс, а я пока отнесу девушку в кабинет врача, – и, подняв бедную Айну, декан обратился уже ко мне. – Мисс Андерсен, верно? Стоило с самого начала вызвать помощь, а не лезть в пустые споры. Думаю, когда Ваша подруга придёт в себя, Вы сумеете о ней позаботиться. Если мне станет что-то известно раньше, я сообщу через посредников. Пока же отправляйтесь на занятия. Это касается всех…
Да, последнюю фразу он адресовал собравшимся студентам, и те стали потихоньку расходиться. Тем более что в этот момент уже прозвенел звонок. Я проводила взглядом Айну, давая себе обещание сразу же после занятий поехать к ней в больницу (если она ещё будет там), и ушла в сторону своей аудитории. На Сару, к слову, я даже не посмотрела. Айзек был прав – я поступила по-свински. Надеюсь, что с подругой не произошло ничего серьёзного, а то я себе этого уж точно не прощу.
Последняя пара прошла медленно и тускло. Лекция по высшей математике – это скука из скук, причём в некоторых местах абсолютно непонятная простым смертным, но все мои мысли сейчас находились рядом с Айной, так что думать о чём-то другом я не могла. Да, и в этот раз описывать примеры наших заданий с формулами и графиками я не стану – это не имеет никакого смысла, учитывая, что я и так включаю в свою историю много «воды». Именно поэтому, как только прозвенел звонок, я собрала все свои тетради и побежала к выходу. Заглянув по пути на кафедру философии, я выяснила, что Айну всё-таки увезла скорая помощь, и теперь точно знала, куда мне идти.
Городская больница, она же больничный комплекс, располагалась в самом юго-западном уголке нашего города, и успеть добраться туда до темноты с каждой минутой становилось всё более и более сложной задачей. Я вышла на улицу, ничего не подозревая, и тут же ощутила на своей шкуре все законы подлости в одном: в Агелидинге шёл страшный ливень, низвергая с тёмно-серых масс облаков тонны воды, и я в который раз за день чертыхнулась! Ведь утром на небе не было ни облачка! Зато теперь всё выглядело так, будто начался новый Всемирный потом… Лужи увеличивались с каждой порцией осадков, крупные капли били по асфальту не хуже военных барабанов древности, а ветер изо всех сил хлестал по всему, что подворачивалось ему на пути. В такую погоду даже собаки прячутся по будкам, не то что люди.
Но и пережидать ливень я не собиралась! Предусмотрительная Шейна догадывалась, что однажды такое может случиться, и на всякий случай оставила один из своих зонтов в раздевалке нашего корпуса. Нет, я не глупая, чтобы вешать там что-то ценное, но дешёвый зонт, присланный моей маме по акции вместе с её любимым набором косметики, для такой задумки вполне подошёл. Если уж его украли, то флаг им в руки!
К сожалению, раздевалка находилась со стороны второго выхода (раньше он был главным), и мне предстояло пройти почти через весь корпус, чтобы добраться до драгоценной вещицы. Я снова предъявила студенческий билет комендантше (судя по её виду, она меня опять не узнала) и вошла внутрь. Как оказалось, большая часть учащихся уже покинула наш корпус. Вполне логично, учитывая, что совсем недавно прошла последняя пара. Никто бы в здравом уме не стал ходить по этим облезлым коридорам только для того, чтобы прогуляться.
Я пересекла один из таких коридоров, соединявший столовую и кафедру философии, спустилась по лестнице чуть ниже (так сказать, на этаж № 0,5) и добралась до полумрака слегка освещённой раздевалки. Странно, но в тот момент я невольно ощутила, как на душе у меня становится всё более неприятно и жутко. Хотя ничего странного я не вижу: в этом месте не было ни души, а темнота придавала старым и запыленным помещениям вид этакого плацдарма для неплохого фильма ужасов. Только вот я не собиралась становиться его участницей, если таковой и правда собирался проявиться. Ладно, я опять заболталась…
Как назло, никто это место не караулил, и проход к вешалкам оказался закрыт. Закрыт? Где наша не пропадала! Я быстро перепрыгнула через метровую дверцу и оказалась среди крюков и старых курток (думаю, даже преподы редко сюда заходили), после чего быстренько осмотрелась и нашла свой зонт. Даже он уже покрылся заметным слоем пыли! И правда, жуткое место. Тем быстрее я мечтала свалить оттуда подальше.
Дорога назад заняла чуть больше времени, чем туда – тревога делала своё дело, и я всё ещё испытывала лёгкий нелогичный страх. Я бы даже сказала, иррациональный, если вы больше любите научные термины. Но оставалось немного – лишь пересечь коридор, ведущий к столовой, и оказаться на улице. Под долгожданным дождём, да…
В тот момент, когда я вышла в этот самый проём, неожиданно замигали лампочки, и, буквально на долю секунды, свет в проходе померк. Однако я не успела даже подумать о том, как долго буду шагать в темноте, когда он снова включился, и прямо передо мной на полной скорости пробежала какая-то фигура! Парень (я уверена, что это был парень – по одежде) нёсся прямо через весь универ, да так быстро, что чуть не сбил меня с ног, но из-за мигающих ламп я не сумела разглядеть его лица. Даже цвета волос. Я крикнула ему вслед, чтобы он был аккуратнее, но тот уже выбежал в один из соседних проёмов. И кого здесь только носит! Секунда, и я услышала чей-то стон. Не громкий, но такой глухой и тяжёлый, будто кто-то в этот момент испытывал страшную мучительную боль. Вот это уже было по-настоящему жутко!
Вначале я испугалась, но вскоре поняла, что не могу уйти, не узнав, что именно случилось. Как говорится, вот и проявился мой природный героизм. Или, скорее, природная глупость… Я отчётливо слышала, что голос доносился слева – как раз оттуда выбежал незнакомец – и проследовала в том направлении, однако вначале никого не увидела. Только потом, чуть свернув вправо (коридор поворачивал плавно и криво), я увидела, что на полу, прямо у стенки, кто-то лежит. И, что самое страшное – кажется, рядом с ним, прямо на паркете, виднелись следы крови. Нет, неужели случилось то, о чём я думаю? В тот момент я начисто потеряла всякую осторожность и приблизилась к пострадавшей (так я её называла буквально семь-восемь секунд). Господи, разве такое возможно???
На полу, с глубокой раной на животе, лежала мёртвая Сара Фредсен. Крови было не так много, но, кажется, умерла она недавно – иначе как бы девушка издала тот стон? Именно сейчас страх ко мне и вернулся, со всей своей неумолимой силой. Я впала в такой шок, что не могла пошевелиться. Нет, согласна, я не любила эту девушку, скорее, даже ненавидела, но увидеть её мёртвой на полу своего института, причём после собственных пожеланий смерти, – это чудовищно… И страшно. Не зная, что для начала предпринять, я всё-таки пересилила себя и проверила её пульс. Может, ещё оставалась какая надежда, что она жива? Нет, увы: даже с моими знаниями первой медицинской помощи я прекрасно поняла, что свой шанс выжить Сара уже упустила. Тогда надо было вызвать кого-то. Полицию, врачей (хотя зачем они теперь?), хоть кого-то!
Привстав, я уже было направилась в сторону комендантши – единственного живого человека во всей округе – но вдруг услышала чей-то стон. Снова, тот же самый! Но только это была не Сара – звук шёл с дальнего прикрытого угла, и в паре метров от висевших над пролётом часов я увидела ещё кого-то. Не хватало новых жертв! Я быстро подбежала к пострадавшей и взглянула на неё поближе. Вот уж чего я не ожидала… На полу лежала старуха – да, именно старуха, и это не грубое выражение. Старая, седая, в частично истлевших лохмотьях, когда-то напоминавших толстую осеннюю куртку. Сейчас она потрепалась настолько, что я бы даже не сказала, в какой цвет она была раньше раскрашена. Старуха сидела, опёршись к стенке спиной, и как будто не замечала ничего вокруг. Её лицо, сплошь покрытое морщинами, словно исказилось от жуткой усталости, а глаза – глаза смотрели куда-то вдаль, будто выискивая там что-то. То, чего она жутко боялась. Не представляете, как мне надоел этот взгляд! Всё бы отдала, чтобы не видеть людей в таком состоянии.
– Эй, вы меня слышите? – я опустилась перед женщиной на корточки и, поначалу не решаясь, всё-таки взяла её за руку.
Та сначала даже не поняла, кто перед ней, но потом в её глазах что-то переменилось. Она взглянула на меня, испуганно и растерянно, и едва слышно произнесла:
– Шейна?
Вот те раз! Она меня откуда-то знала! Причём смотрела так, будто мы были знакомы с самого детства. Моего, конечно же.
Неожиданно старуха вцепилась мне в руку – не больно, но с такой силой, будто боялась отпускать от себя. Она пыталась что-то сказать, но видимо сил у неё оставалось мало, и вместо слов вылетало одно лишь бормотание. Наконец она сумела успокоиться на долю секунды, взглянула мне прямо в глаза и на последнем вдохе произнесла (почти выкрикнула) единственную фразу:
– НЕ СМОТРИ НА ЧАСЫ!!!
После этого она потеряла сознание, и я сумела выбраться из её хватки.
Во имя всего святого! Что тут вообще произошло??? Зачем? Зачем я вернулась за этим проклятым зонтом?!! События последних трёх минут казались настолько нереальными, что сначала я даже не понимала, правда всё это или нет. Они смотрелись так же, как и в сегодняшнем сне – даже коридоры похожие. Может, я тоже потеряла сознание вместе с Айной? Нет, я прекрасно знала, что так легко не отделаюсь. Уж кто-кто, а я точно сейчас не сплю. С ясным сознанием и ногами, уже увязнувшими во всём этом кошмаре (да, я не люблю грубых выражений, поэтому пусть звучит так).
Но нужно было что-то делать! Хоть что-нибудь, для начала. Я решила как можно скорее вызвать полицию – это лучше, чем убежать и потом ждать ненужных звонков у себя за дверью. В этом плане я знала, что поступаю мудро – в конце концов, я же ни в чём не виновата!
Встав на ноги, я осмотрелась, бросила мимолётный взгляд на часы над коридором (наверное, те самые, про которые говорила женщина) и помчалась на вахту. Представляю, что будет, когда все узнают о случившемся. Особенно учитывая тот факт, что за два часа до этого я и Сара дрались и грозились друг друга убить… Ладно, надеюсь, в нашей полиции сидят не такие дураки, как о них отзывается мой отец. Быстро подбежав к пропускному пункту, я постаралась как можно убедительнее описать случившееся комендантше (наверное, всё-таки правильнее «вахтёрше», но сейчас мне было не до основ терминологии!). Та, конечно, сначала не поверила, но видя мой испуганный взгляд (думаю, это правда было жутко…), всё-таки согласилась проверить, предварительно закрыв входную дверь корпуса. Что ж, это лучше, чем ничего. Я же, наконец-то отойдя от шока, решила сама вызвать полицию. Благо телефон вахтёрши лежал рядом. Сделав всё необходимое, мне не оставалось ничего другого, кроме как ждать. Ждать и надеяться, что всё разрешится само собой.
Я говорила «разрешится»? Мечтать не вредно! Шёл уже второй час, а я всё ещё стояла в том злополучном коридоре, всё больше и больше теряя надежду на скорое разрешение ситуации. Полиция, медики, пара преподавателей, которых вызвали только потому, что они жили рядом, даже один репортёр. С последним я как раз сейчас и общалась, рассказывая свою проклятую историю, наверное, уже в десятый раз. После того, как я оказалась единственным свидетелем, на мне сосредоточили всё внимание, какое только возможно, но даже это я старалась не воспринимать всерьёз. По крайней мере, раньше времени.
Тело Сары (никогда не думала, что это будет звучать так ужасно) уже вынесли судмедэксперты, предварительно всё сфотографировав и задокументировав, странную старуху также увезли на носилках, и я с тревогой ожидала «своей участи». А, кстати: я забыла упомянуть про детективов. Тут их прибыло целых двое! Взрослый (даже немного в возрасте) серьёзный мужчина досконально осматривал каждый сантиметр коридора, а молодой малый всё время ходил следом за ним, ведя какие-то записи и задавая тому вопрос за вопросом. До меня сразу дошло, что это практикант. Они о чём-то судачили уже минут пять, пока молодой не отделился от своего «начальника» и не вспомнил обо мне. И на том спасибо…
– Практикант убойного отдела, детектив Дейв Флемминг, – парень представился, и я поняла, что делал он это не так уж и часто. Слишком неуверенно держался. – Вы не могли бы ещё раз описать всё, что здесь увидели?
– Я уже раз двадцать это всем рассказала, – нет, ясно, что они так просто меня не отпустят, но этот парень мне не понравился с самого начала. – Если задержусь здесь ещё на полчаса, то домой придётся идти пешком.
На то, чтобы добраться до Айны, я забила – в такой час в больницу посетителей уже не пускают.
– Мы позвонили вашим родителям, он скоро прибудут, – высказал он ещё одну плохую новость и продолжил. – Я прошу описать всё в мельчайших подробностях. В особенности то, как выглядел незнакомец, бежавший по коридору.
Дейв стоял с новеньким, но уже порядком исписанным блокнотом и ожидал ещё одного рассказа. Однако было видно, что он тоже заметно подустал. Но надеяться на лучшее я уже переставала, так что пришлось ещё раз припомнить всё, что случилось в те злополучные десять минут. И силуэт парня, и слова пожилой женщины, и свет, неожиданно начавший мигать. Судя по выражению лица, практикант мне не верил. Я бы и сама, если честно, на его месте не поверила в этот бред…
– Значит, с жертвой вы были знакомы? – спросил он в своей манере, и я даже невольно поморщилась. В основном, из-за его акцента. Уроженец Южной Иллиосии – только они говорят так грубо и неприятно.
– Да, была, – что мне ещё следовало ему ответить?
– И, как сказал один из сотрудников университета, вы враждовали?
– Было дело.
Нет, этот тип явно выводит меня из себя. Почему меня не опрашивает главный детектив? Почему он?
– Я думаю, что лучше всего будет проехать к нам в участок и всё проверить.
В участок, почти ночью? Ну уж нет! Тут я уступать не собиралась.
– Я всё вам рассказала, пробыла на этом месте, наблюдая, как выносят тело… Думаю, с меня достаточно. Если что-то хотите спросить, ищите меня в любой другой день, хоть завтра! Но только в светлое время суток. Не хватало ещё, чтобы и меня нашли в каком-нибудь тёмном коридоре, валяющейся на полу.
Мистеру Флеммингу (хотя какой он мистер – ему от силы всего лет двадцать пять) мои препирания явно не понравились. Он тяжело вздохнул и заявил, что это не просьба, на что я ответила:
– Если хотите отвезти меня силой – арестуйте. У вас есть для этого основания? В данный момент нет. Я тоже живой человек, и у меня есть свои планы, которые, кстати, уже давно нарушены.
Понимаю, как это выглядит со стороны – молодая студентка спорит с полицейским и отказывается с ним ехать. Но взгляните на ситуацию по-другому: сегодняшние события вымотали меня не хуже военной операции, я видела несколько обмороков, убийцу, его жертву и много-много крови. И после этого молодой парень, у которого в лице ещё проскальзывают ребяческие черты, будет указывать мне, что делать? Нет уж, я смотрела пару сезонов «Ночного проспекта»5 и тоже знаю свои права. А учитывая, что этот тип из Южной Иллиосии, я вообще еле себя сдерживала.
Дейв уже собирался произнести что-то едкое, когда его руководитель вернулся к нам и высказался первым:
– Поехали, у нас остался всего час. Надо поработать с отчётом, – этот детектив произвёл куда большее впечатление, чем его практикант.
Нет, слегка запачканный костюмчик и небритость на лице никогда не подчёркивали образ статного мужчины, но я давно замечала вот таких вот людей. Эта внешность, учитывая взгляд и хватку, говорила лишь об одном – человек полностью предан своему делу, и ему нет времени до личных интересов.
– Но мы ведь не можем просто её отпустить? – парень всё ещё стоял на своём, и этим разонравился мне окончательно.
– Можем. Всё равно она никуда не денется. Или ты думаешь, что восемнадцатилетняя студентка этой ночью покинет город и сбежит в товарном вагоне прямиком в джунгли южных стран? Не для таких фантазий ты приехал к нам из Монгиса…
Монгис! Значит, этот заморыш точно из Южной Иллиосии…
Дейв кивнул своему начальнику в знак согласия, и тот обратился ко мне:
– Вам я советую не спорить с полицией. Не все воспринимают это как попытку отстоять свою правоту. Если нам что-то понадобится, мы с вами свяжемся.
И он отправился к выходу.
– До встречи, – практикант тоже попрощался и направился следом, но я успела крикнуть ему на прощание:
– Всенепременно, коммандер6! – пусть знают, что здесь им не рады.
К величайшему сожалению, родители всё-таки приехали… Мать стояла на ушах и чуть ли не в слезах бросилась меня обнимать, а отец лишь вертелся в сторонке у своей машины и ждал, когда наконец сможет вернуться к себе домой.
– Шейна! Ты цела??? – мама действительно разволновалась не на шутку, и в другой момент я бы даже утешила её, но сегодня мне просто хотелось лечь и заснуть. (Хотя кого я обманываю – мне всегда этого хочется…)
– Да, всё окей, мам. Не переживай, убили-то не меня.
Зря я это сказала – она разволновалась ещё больше. К счастью, вскоре мы все уже ехали домой, и разговоры о произошедшем постепенно сменились папиными рассказами о жизни, продажных полицейских, которые распоясались и стали хуже, чем сама мафия, несправедливых законах, политике и стране в целом. Я же от этих монологов начала впадать в сон.
Что-то слишком много сегодня произошло событий… Полностью осознать их все мне пока не удавалось, но я надеялась лишь на одно – что хуже уже точно не будет. Сары больше нет, я теперь – под присмотром полиции, но это было не то, о чём я думала перед сном. Я жутко жалела, что так и не попала к Айне. Как она там? Главное, чтобы с ней всё было в порядке. Что ж, завтра я не оставлю её одну, даю честное слово!
Der kostenlose Auszug ist beendet.