-"Привет, сына!" – как-то раз написал мне отец.
–"Привет, пап"
–"Ну как там, в Таганроге? Как тренировки? Игры уже начались? Победаете уже?"
–"Игры начались, но еще не официальные. Тренировки нормальные, комфортные, особо на них не устаем. Таганрог – какой-то страшный город. Еще хуже Красноярска." – отвечал я.
Отец на тот момент жл в Санкт-Петербурге. Он был в разводе с моей мамой, так что он теперь жил отдельно. Если честно, в этом были какие-то плюсы. Хоть мы теперь редко видимся, но все свое время отец пытался уделять мне. Мы созванивались, переписывались. За любым советом я мог смело обращаться к нему. У него на все был ответ. Может быть, не всегда правильный, зато неоднозначный. Когда я вырос, значение "папы" для меня стало вторичным, теперь у меня появился "отец". Мудрый, немногословный, задумчивый, реффлесирующий отец. Если бы не он, моя картина мира была бы совсем другой. В ней было бы больше неоднозначностей и неясностей. Взгляды моего отца – это некого рода учение, своя философия. Некоторые вещи я не понимаю или не разделяю, но в целом я стараюсь придерживаться, как мне кажется, его правильной философии. Нет "черного" или "белого". Есть то как ты видишь, и то как видит другой. Ты можешь видеть что-то совсем по-другому, но это твоя философия, твои взгляды. Если ты думаешь, мыслишь – ты живешь. Многие люди живут не задумываясь. К таким я могу отнести свою маму. Человек четких формальностей и четких граней. Человек традиционного взгляда на мир. Для которого есть общепринятое мнение и "неправильное". Я всегда боялся таким стать, но как выяснилось во мне слишком много философии отца и самокопания. Мама всегда говорила, что самокопание ненужная и в какой-то степени даже вредная вещь, в которой легко "утонуть". Конечно, с ней можно согласиться. В самокопании очень легко утонуть. Но опять таки, я согласен и с первым и со вторым мнением. Со мнением отца и со мнением матери. А это значит, что философия отца хоть несколько, но правдива. Не бывает "черного" и "белого".
–"Как тебе вообще атмосфера в команде? Все нравится? Как тренера?"
Отец всегда умел задать вопросы. Именно те вопросы, которые раскрывают всю суть, но на которые очень трудно дать ответ.
–"Ну.... Как сказать, команда так себе, тренера тоже так себе. Вообще, я не уверен, что мы победим. Никто из команды этого особо не хочет."
–"Понятно. А играть,тренироваться вообще нравится? Профессионалом хочешь стать? Всю жизнь собираешься играть?"
–"Нет." – сразу написал я. – "Профессионалом я точно не буду. Я не хочу посвятить этому жизнь. Я хочу заниматься другим. Пока не знаю чем, но другим."
Таганрог, конечно, открыл мне глаза. Я не спортсмен. И я это четко понимал и осозновал со всей ответственностью. Спорт я смело вычеркиваю из списка дел, которыми я хотел бы заниматься всю жизнь. Особенно мне хорошо дало это понять окружение, в котором я нахожусь. Само общение с ними у меня отнимало очень много сил.
–"Да? Ну ладно. Хорошо, что ты это сейчас осознал, а не тогда, когда ты уже отыграл бы десять лет. Нужно уметь понимать, что тебе нравится, а что нет. И то, что не нравится нужно выкидывать из своей жизни."
Надо это записать. "Нужно уметь выбрасывать все, что тебе не нужно, из своей жизни". А с этим у меня наблюдаются некоторые проблемы.
Придется над этим работать.
–"Это очень нужный навык. Развивай его в себе. Очень поможет в жизни. Выбрасывай все, что не нужно. Все, что тебя отвлекает от ТВОЕЙ жизни и ТВОИХ мечт. Выбрасывай вещи, людей, мусор. Все, что тебе мешает, все, что тянет тебя вниз, это все нужно выбросить."
Кажется с этого сообщения началось мое перерождение. Я полностью избавил себя от каких-то иллюзий по поводу профессиональной карьеры спортсмена. Надо начинать новую жизнь. По-новому. Например, начать строить дальнейшие планы и искать новую мечту.
"Кем я хочу стать?" – этот вопрос стал для меня первостепенным и самым значимым на тот момент. Человек без целей, мечт и амбиций – это тело, не обремененное человеческой идентичностью. Можно сказать, человек "второго сорта". Человек, нужный лишь для помощи в воссоздании чужих мечт. Нужный как материал.
Из одного разговора с отцом я получал больше информации, чем от всего преподавательского состава школы, тренеров и одноклассников.
Я отложил телефон, но еще долго не мог уснуть. Вопрос: кто же я такой? Еще долго вертелся у меня в голове. Да, понимание кто ты такой приходит не сразу, но все же он меня не отпускал. Плюс, появился страх. Страх о том, что я все таки не найду свое любимое дело и так и буду "исходным материалом" для других людей. Да, это невероятно грустно и страшно. Понимать, что ты "второй сорт". Что с помощью тебя другой человек просто реализует свои амбиции. Амбиции, на которые у тебя просто нету сил и смелости.
"Этот страх будет преследовать меня вечно." – подумал я.
Утро. Снова тренировка. Снова все идем по сорокоградусной жаре на ту же самую бетонную площадку.
Но на подходе к площадке тренер попросил нас сесть на газон, который находился в тени. Все сели полукругом перед тренерами. Никто еще пока что не понимал что происходит и что будет происходить. Нас будут ругать? Нас будут хвалить? Хотя за что нас хвалить? Может нам будут объяснять новую тактику? Вряд ли.
–Парни, мы вас сдесь собрали для того, чтобы с вами поговорить. – сказал Андрей Викторович.
"Логично" – подумал я.
Андрей Викторович замолчал и отошел на пару шагов назад. А вперед вышел Иван Валерьянович. Он был нашим тренером по "моральному настрою" и сплочения коллектива. Конечно, это не была его официальная должность. Просто в команде он выполнял именно такие функции.
–Ребят, я вас собрал здесь всех, чтобы вразумить вас. Я вам расскажу одну поучительную историю, которая может чуть изменит ваше отношение к регби и к тренировкам. – начал Иван Валерьянович.
"Хм, жизненная история? Это всегда интересно, особенно, от более страшего человека. Одна такая история может заменить кучу лекций."
–Так вот, когда я был игроков молодежной команды Красный Яр, нас было в команде около двадцати человек. На спартакиаду взяли четверых. Меня и еще трех людей. Я играл в веере, а все остальные были нападающими. И вот, когда мы уже приехали в Москву, чтобы играть, нас поселили в отель, и в первую же ночь один из игроков Красного Яра, его звали Максим, напился до такого состояния, что на следующее утро его милиция притащила в отель и спросила: "Ваш?". Пацаны, не дай Бог, кто-нибудь из вас испытает такой же позор и унижение. Он там чуть ли не пятки тренеру лизал, чтобы его не отправили обратно в Красноярск. Но на поле он так и не вышел. Ну так вот, осталось нас трое. В самой сборной уже пошли слухи: "Да вот, там, Красный Яр – это говно, а не команда! Их игроки раздолбаи! С ними работать нельзя! В сборную больше не допустим!". Мы разозлились. Решили, что надо исправлять ситуацию. На следующей игре в основной состав никто из наших не попал, как раз из-за этого Максима. И вот, выпускают нас на последних минутах поиграть чуть-чуть. Всех троих. Я, Валера и Антон. Пинают мяч. Антоха ловит и со всей силы входит в игрока плечо в плечо. И ломает себе ключицу. И все, тоже не играл. Остались я и Валера. Мы до конца турнира отыграли, но в основу ни разу не попадали. В итоге, я и Валера еще играли на профессиональном уровне пару лет, пока оба травму не получили, а Макс и Антоха больше никуда никогда не вызывались. Антоха из-за травмы сразу перестал играть, а Макса потом все помнили как того парня, который на спартакиаде нажрался. Единственное, что я сейчас знаю про Валеру и Макса, это то, что Макс алкоголик, а Валера мясо на рынке продает. Вот… Мне повезло еще, я тренером стал. Я успел выучиться на него, когда играть закончил. Так что вот, пацаны, будьте осторожнее, а главное не расслабляйтесь. Не надо отвлекаться. Для вас сейчас главное – это профессионалами стать! А потом уже веселье. У вас же одна дорога в жизни. Это спорт. Все, остального нет. У вас нету там супер-богатых родителей, которые вам жизнь наперед оплатят, вы там не успешные в учебе, нас вас постоянно ралуются в школе. Так что, пацаны, не расслабляйтесь, а работайте, если не хотите как Максим или Валера закончить.
Длинная пауза. Почти на несколько минут. Никто не издавал ни звука, все сидели молча, не двигаясь. Еще никогда, ни одна речь тренера не производила на нас такое тяжелое впечатление. Пожалуй, этой историей тренер ударил нас по больному месту.
"Я в ужасающем положении. Я сам себя запихал, практически, в безвыходное положение. Господи! Нужно валить от сюда, как можно скорее. Иначе, я так и буду всю жизнь играть в "мячик". И это в лучшем случае."
Обратно в отель шли все под впечатлением. Как таковой тренировки не было. Был длинная беседа с тренерами. И похоже, она повлияла на нас. Когда я сидел в номере не было слышно ни единого шороха.
–Что думаешь по поводу сегодняшней беседы? – спросил я у Кобыляна.
–А что тут думать? Ты разве не понял, что тренер к Ивани обращались?
–Серьезно?
–Ну конечно, а к кому еще? Он же у нас постоянно косячит. Постоянно в такие ситуации попадает.
"То есть Кобылян пропустил эти слова мимо ушей? Интересно…" – подумал я.
Я не мог отпустить эту беседу. Она застряла у меня в голове. И на обеде, и на ужине у меня постоянно в голове звучали слова тренера. Мой страх стал более ярковыраженным, не абстрактным. Я стал бояться именно такого исхода событий. Стоять в ларьке за бутылкой водки или стоять на рынке и продавать мясо. Я не мог представить себе такой сценарий своей жизни. А что если у меня все будет так же? А что если моя жизнь тоже не сложиться? Блин, надо срочно, срочно бросать регби.
Моя голова была загружена. Есть такое определенное состояние у человека, когда он прокручивает одни и те же навязчивые мысли у себя в голове. При этом, мысли чаще негативные, вводящие в ступор или депрессию. Ты не можешь делать ничего просто потому, что твоя голова не может одновременно делать что-то и прокручивать эти мысли в голове. Поэтому нужен был психологический отдых. Разгрузка для мозгов.
Я начал думать, как же мне его организовать? Что это должно быть? Чтение, просмотр фильма на телефоне. Это все не помогало.
–Слушай, Жук, а ты бы не хотел в кино пойти? – спросил я у Жука после ужина. Он сидел в номере и читал. Жук много читал. Правда наши предпочтения в книгах слишком разняться. Нет, Жук может прочитать пару моих излюбленных книг, так же как и я смогу прочтитать его книги, но особого удовольствия мы из этого не получим. Зато, дискуссировать с Жуком было очень даже интересно. У него был подвешанный язык и он легко аргументировал свои доводы.
–Сейчас? – спросил он.
–Ну да, а когда еще? У нас же возле отеля есть кинотеатр.
–А Володя с нами пойдет? – сказал Жук, как бы обращаясь к Володе, который сидел рядом и играл в телефон.
–Не, вы что? С дуба рухнули? Никуда я не пойду. Идите без меня.
–Ладно, пошли быстрее.
Мы вышли. Хоть кинотеатр был рядом, нам нужно было поспешить, чтобы договориться по поводу фильма и сеанса. Я не стал особо спорить с Жуком по поводу выбора фильма и мы пошли на какой-то супергеройский фильм. Мне это идельно подходило. Не напрягать мозг – это то, что нужно.
Я набрал попкорна и газировки и стал наслаждаться просмотром. Раньше я не понимал всю прелесть таких "попкорных" лент, но сейчас "секу" в чем их "фишка". Они идеальны для того, чтобы снимать психологическое напряжение. Ты смотришь на экшн, мелькающие кадры, яркие битвы и сражения, харизматичных актеров. Просто сиди и получай удовольствие. Разве это не кайф? Спасибо Жуку. Он мне открыл новый жанр фильмов. Не могу сказать, что он станет моим самым любимым жанром, но эти фильмы определенно доставляют мне удовольствие наравне с драмами и комедиями.
Дискуссия с Жуком после фильма на счет того: "получился ли фильм или нет?" была неплохой. Она полностью сняла остатки напряжения. В кровати я лежал думая о том, какие же все-таки насыщенные дни я пережил. Думаю, в этой поездки определенно был смысл.
Новый день. Я проснулся. Сегодняшний день был выходным. Без тренировок. Но свободного времени все равно не было. Нас сразу после завтрака повезли в одну из художественных галерей Ростова. Видимо, в Таганроге не осталось абсолютно никаких достопремечательностей.
Вообще, тренера были уверены в том, что свободное время нам абсолютно не нужно. А зачем оно нам? Что мы в это свободное время будем делать? Конечно же пить, гулять и что-то употреблять. Думаю, тренеров в этом нельзя винить. А что им еще остается думать, если Ивани и компания каждый свободный день напиваются? Даже здесь, на соревнованиях в другом городе. Но, действительно, не будут же они в свободное время читать, ходить в кино и на выставки. У них просто нет того, что их смогло бы заинтересовать. А пустоту, в виде свободного времени, они привыкли "заливать".
Если честно, свободное время я бы провел с Жуком или Индейцем. Сходил бы куда-то. Главное не сидеть в отеле и не быть рядом с остальной командой. Но поздно, нас уже везут на автобусе в Ростов. Дорога займет где-то полтора или два часа. Ехать в Ростов было намного более некомфортно, чем когда мы ехали в Таганрог. Тогда был уже вечер. Не было палящего солнца. Все были уставшие и никто особо не шумил. Но сейчас другой случай.
В автобусе стоял ор и смех. Я ехал рядом с Индейцем. И хоть меня не трогали, Индейцу постоянно прилетали щелбаны, пинки и часто какой-то мусор сыпали ему прямо на голову. Пакеты от чипсов, семечек.
Хоть я был и в наушниках, музыку я едва слышал. Но она мне все равно хоть чуть-чуть помогала. Она помогала абстрагироваться от всего этого.
Прошло 20 минут. Потом 30. 40. Час. Два. И вот мы уже в Ростове. Должен сказать, Ростов был поприличней Таганрога. Но архитектура все равно оставляла желать лучшего. Все было чисто, культурно, но не более. Жить бы тут я не остался бы. Многие говорят, что растения украшают город. Я же скажу нет. Если в городе есть большой, ухоженный, приятный для прогулок парк, расположенный в удобном месте, то это украшение города, а то, что было в Ростове, это просто хаотично выращенные деревья. Было много тополя, на который у многих аллергия. И это называется украшение города? Смешно.
Автобус ехал по какому-то частному сектору. Везде деревянные дома. И тут нам попадается старый деревянный дом, на заборе которого висит табличка о том, что это дом какого-то старинного художника.
Мы вышли из автобуса. Нас встретила приятного вида женщина. С короткой стрижкой, в блузке, на невысоких каблуках.
"Ее одежда оставляла желать лучшего...." – подумал я.
–Здравствуйте, дети! – как-то наигранно сказала она.
Все хмыкнули.
"Ей явно больше сорока пяти. Наигранность, неприлично широкая улыбка. Еще и какой-то советский максимализм… Боже, как только нам подбирали экскурсовода!" – гневно подумал я. Меня это действительно раздражало.
"Просто зачем? Кому нужна эта экскурсия?" – подумал я. – "Нам? Точно не нужна. В целях развития? Да какого развития? У большинства в голове мозгов не осталось! Чем они будут впитывать информацию? Господи, как же это все наиграно. Все пацаны ржут. Тренера ходят с телефонами и делают вид, будто им интересно."
Но в конце группы я увидел Жука. Он прошел мимо меня, у него в руках был телефон. На секунду я успел заглянуть в экран телефона и увидел, что Жук что-то читает.
"Вот этот человек может и хочет развиваться! Как же это все таки круто!" – подумал я. – "Наплевать на все и делать то, что тебе интересно. Жук не хочет слушать нудный голос экскурсовода. Он берет книгу и читает о том, что ему интересно. Потрясающе! Я бы пожал руку Жуку, да боюсь его отвлекать. В отеле скажу."
–Посмотрите направо. Это самая большая картина художника. Он писал ее около пятнадцати лет. – говорила женщина.
"Пятнадцать лет! Серьезно? Вот на это? Интересно, а сколько она стоит? Этот художник успел продать ее до того как умер? Или она пылилась у него на чердаке?"
Не поймите неправильно, но мне кажется, что искусство должно приносить доход. Как, например, с фильмами. Успех картины это не только признание и номинации на кинофестивалях, но и кассовые сборы. Очень трудно найти баланс между первым и вторым. Люди хавают разное говно, типо супергеройского кино или какие-то фильмы, выезжающие за счет того, что их крутят на праздниках. На День Победы или на Новый Год. А здесь что? Искусство должно быть комерчески успешным. А если это искусство уже никому не интересно, как, например, живопись или классическая музыка, то надо забывать такое искусство. Серьезно, кто кроме пожилых людей сможет слушать классическую музыку? Да она уже давным давно никому не интересна. Почему мы продолжаем пинать это полумертвое тело? Не нужно бояться показаться глупым или необразованным. Если вам это не интересно, то и не смотрите, не слушайте это. А если вы продолжаете ходить смотреть и слушать то, что вам говорит экскурсовод, как напрмер, Эся, Володя, то флаг вам в руки. Как же нужно не уважать себя и свое свободное время, чтобы ходить и слушать экскурсовода. И думать, будто Эси и Володе это интересно, это глупо. Как только они сядут в автобус они все это забудут.
Экскурсия шла, а народ все кричал и шумел. Экскурсовод не справлялся, поэтому нас часто успокаивали тренера. Мы понимаем только язык силы, как низшая каста. Если вы хоть чуть-чуть знаете о терминологии каст и Индии, то есть сословий населения, вы знаете то есть низшая каста – шудры, а есть категория людей вне этой классификации – это неприкасаемые. Мы калеблимся где-то между ними. Все, кроме Жука. Он меня поражает. Этот "талант". Наплевать на всех и делать то, что хочешь, это вызывает восхищение.
Когда экскурсия закончилась мы вышли на задний двор галереи, чтобы сфотографироваться. Вот то, что любят пацаны – фотографироваться. Высшая степень самоуверенности – это когда ты не фотогеничен и даже не можешь красиво улыбнуться, но встаешь по центру так, чтобы тебя всего было видно и тем самым портишь картину.
Дорога назад в этот раз была чуть спокойнее. Видимо, повлияла жара и общая усталось. Я хотел было сходить куда-то с Индейцем или Жуком, но они успели заснуть. Отлично.
Сборы подходили к своему концу. Нас ожидала еще одна пробная игра с еще одной провинциальной командой. В этот раз мы играли против Новокузнецка.
Как только мы приехали на стадион сразу поняли: "Эта команда будет потруднее". Они выглядели более серьезными и собранными, чем предыдущие соперники. Их тренер не сидел в телефоне, а занимался командой. Кричал, давал советы, снова кричал, хвалил, снова кричал.
Мы переодевались молча. Светило яркое солнце. Наверх нельзя было поднять голову – сразу будешь ослеплен солнцем. Как только я надел форму, я почувствовал жар, как будто надел толстую кофту, которую нагрели на батарее. Разминка была тяжелой. Баговые упражнения, упражнение на внимательность, на реакцию, на командное перестроение. Хоть все наши действия выглядели коряво, но мы все же выполняли все упражнения вместе, стараясь показать себя тренеру и заодно запугать соперников.
–И так, пацаны, – начал тренер, когда разминка закончилась. – Я хочу, чтобы вы показали настоящую взрослую игру. Я хочу увидеть тактичное регби. Вы сейчас должны оттачивать технику и тактику. Эти пацаны более серьезный соперник, чем те, с которыми вы недавно играли. Так возить их не получится. Используйте свое преимущество в мастерстве, в тактике, в работе с мячом.
Как по мне, это была лучшая речь тренера. Мотивационная, но не давящая. Заряжающая, но без какого-то выпрашивания. После таких слов хотелось играть. Однако, была и плохая новость. Меня на эту игру не выпустили в старте, так же как и Жеку. Мы были очень рассержены. А Жека еще и всячески показывал свое недовольство наружу.
Пока Жека матерился, сидя на скамейке, я подумал: "А почему меня не выпустили в старте? Неужели я хуже? Я что, где-то слаб? Где-то сдал? В каких аспектах я стал плох?". И тут во мне проснулась какая-то злость, обида. Но обида была, скорее, мотивирующей, заряжающей на победу. Это была такое "маленькое перерождение". Как во многих мотивирующих фильмах про бокс или футбол.
"Сейчас я должен показать себя. Показать свою лучшую игру. Я должен разозлиться и сделать это. Чтобы у тренеров больше не возникало мыслей оставить меня на замене."
Свисток. Первый тайм окончен. Из-за жары 45-ти минутный матч решили поделить на три тайма. Команда подошла к тренеру выслушать указания.
–Парни, все хорошо. Только в скорости атак добавьте чуть-чуть и все будет хорошо! И еще, боритесь за мяч на стандартах. Вы сможете их выиграть.
Пацаны были запыхавшимися и горячими. От них, буквально, исходил пар.
–Так, сейчас замена. Выходят Ярик и Жека.
Перерыв закончился. Все встали по своим позициям. Удар. Мяч в воздухе. Мы ловим. Пас, пас, удар, набегание. Соперник ловит мяч. Пас, пас, пас. Мяч получает игрок соперников. Он был самым крайним. Он бежит на меня. Он был больше, толще, выше меня. Но я, удачно подстроившись, беру его в захват. Мои плечи упираются ему в живот, а своими руками я хватаю его ноги и просто переворачиваю его на спину. Бум! Захват. Стандартное положение. Больше он не захочет так сильно разбегаться. Соперник пинает мяч, его ловит Качи, проходит одного соперника, другого. Он бежит прямо, перед ним двое, Качи толкает одного правой рукой, а левой отдает мне пас. Я разбегаюсь, но меня хватают за ногу, я подкидываю Жуку. Жук бежит вперед. Он был самым большим в команде, но не был самым быстрым. И вот, когда на нем повисло около трех соперников, он отдает мне пас. Попытка! Я заношу.
"Это неплохая мотивация для меня!" – подумал я. – "Поставьте меня на замену, я разозлюсь на самого себя и выйду с совершенно другим настроем."
Игру мы, безоговорочно, выиграли. Я ехал в автобусе довольный и гордый собой. Все в автобусе были такими. С передних сидений было слышно тренеров, которые нас хвалили всю дорогу и по очереди выделяли каждого из нас.
Кажется, это был один из немногих, действительно, хороших дней.
После обеда, когда все уже успели помыться после игры и готовы были отдохнуть в номерах, нас ждала радостная новость. Тренера, видимо от дикой радости, решили организовать общий поход в кино. В кино как раз выходил новый супергеройский фильм. Нет, я конечно, хотел на него сходить, но не с командой. Может с Жуком, но точно не с командой. Этот внезапный "тим-билдинг" меня настораживал. Я все время чувствовал себя некомфортно.
"Повытаскивали из номеров и заставляют все вместе идти в кино" – подумал я. – "Нет, действительно, зачем? Для чего этот поход в кино? Еще и билеты нам покупают… Как-то странно все это…"
–Парни, в связи с вашей хорошей игрой сегодня, мы решили собрать вас всех в кино. Вы заслужили это. Показали, что вы можете играть "так как надо" и побеждать.
Мы стояли в холле кинотеатра. Пока тренера стояли у кассы и покупали нам билеты, мы разговаривали друг с другом. Я стоял с Жуком чуть дальше от всех.
Жуку было явно сейчас не до похода в кино. Он был уставшим и "помятым" после игры. На его лице были видны царапины и покраснения. То же самое было и с руками.
–Не понимаю, зачем нас всех здесь собрали? Зачем мне идти в кино с этими дибилами? Нахуя просто??? – говорил Жук. Он был агрессивнее обычного. Это если вы поднимете человеке в пять утра и начнете с ним разговаривать.
Вообще, Жук плохо себя чувствовал сразу после игры. Наверное, повлияла жара и то, что его так и не поменяли. Он отыграл всю игру.
–Серьезно, лучше бы я с тобой сходил или один.
Жук был недовольным по праву. Ему нужен был сейчас отдых. Но не такой, а в одиночестве в номере отеля. Проще говоря, сон.
Я на секунду посмотрел на Ивани и "компанию". Кажется, их ничего не могло утомить. Наверное, разве что умственная работа. Да, это будет для них самым сложным.
Идиотских смех, громкие разговоры… Все это только раздражало. Все сильнее и сильнее. Мое хорошее настроение, которое было после игры уже давно пропало.
"Ну, хоть высплюсь в кино" – подумал я.
Да, я заснул. Практически сразу после начала фильма.
Но пока я вам кое-что скажу. Эти пацаны не такие плохие как кажется. Просто они совсем другие. Найти с ними общий язык трудно. Нет, это возможно, но трудно. Бонально, наши интересны граничили только на тему спорткласса. Я понимаю, что я не хочу связывать свою жизнь с ними, но пока мне никуда не уйти. Я как в клетке. Дружи с кем теми, кто есть. Другого не дано.
После фильма мы приехали в отель.
–Может куда-нибудь поесть сходим? Ты не хочешь перекусить? – спросил Жук, когда мы только вошли в холл отеля.
Я выспался на фильме и в отель я не хотел идти, поэтому я согласился. И мы пошли искать какую-то кафешку. Жук предложил поехать в КФС, который находился в центре, в одном из торговых центров. Мы поехали.
Мы пошли на остановку, сели в автобус номер 221 и поехали.
"Никогда не встречал настолько длинных номеров у автобусов" – подумал я.
Дорога была отличной. Мы с Жуком молчали. Мы были уставшими и, наверное, сейчас нам было комфортнее быть самими с собой. Когда есть человек, с которым можно поговорить – это неплохо, но когда есть друг с которым можно и помолчать – это еще лучше.
Автобус был новым, большим. В нем не было огромного количества людей. Было открыто окно, откуда дул приятный свежий ветер. Я слушал приятную мне музыку.
"Вот бы автобус ехал чуть медленнее, хочу, чтобы эта дорога была подлиннее" – подумал я.
Но увы, дорога закончилась. Мы приехали на свою остановку, вышли. Перед нами предстал совсем другой Таганрог.
"Вау!" – подумал я. -"А где-то этот город весьма красивый."
Мы были на широкой улице, с каждой стороны которой стояли красивые старинные дома, какие можно увидеть в центре Санкт-Петербурга или Москвы. Все было подсвечено. Из какого-то кафе доносилась приятая живая музыка. Машин на дорогах было не так много.
"Эх, как жаль…" – подумал я. – "Здесь наверное нет ни одной квартиры. Это место не для жителей города."
Но может это и к лучшему. Нет неопрятно одетых жителей города. Не множества машин. Нет ларьков с шаурмой, а улицы не завалены мусором.
Мы Жуком пошли вдоль улицы и дошли до торгового центра. Это был маленький, но приятый торговый центр. В нем не было ничего "колхозного". Не было кучи бесвкусной и вызывающей рекламы, лишь пара вывесок брендов и киноафиша.
Когда мы уже купили билеты и ждали начала сеанса Жук вдруг спросил меня:
–Тебе вообще нравится здесь, на соревнованиях?
Я не успел ответить как он задал еще один вопрос.
–А ты после 9-го класса будешь еще играть?
Этот вопрос был очень провокационным. Этот вопрос хотели бы задать каждый из нашей команды каждому из нашей команды. Эта тема буквально летала в воздухе здесь, в Таганроге. Просто никто не решался так в открытую его задавать. Хотя, всем уже давно все было ясно. Кто-то переживал за результат, горел всем этим, игрой, тренировками. А кто-то нет…
–Не знаю, а ты? – спросил я.
С этим вопросом нужно быть очень аккуратным. Любой твой ответ будет сразу же известен всем. И потом каждый будет считать своим долгом подойти к тебе и спросить: "Почему? Почему ты не будешь играть после 9-го?"
Девятый класс был неким перевалочным моментом. Контрольно-пропускным пунктом, где "отсеиваются", если это можно так назвать, те, кто не хочет, не может дальше играть. Я считаю, если ты после девятого класса остаешься в школе, то ты обязан учиться. Это говорит о том, что в твоей голове еще есть знания, с которыми ты можешь поступить в университет и тем самым выбрать иной путь, не идя в спорт.
–Я не буду играть после девятого, это точно. – честно и открыто сказал Жук.
Это было сигналом. Что Жук задал этот вопрос не просто так. Вероятно, он искал некую психологическую поддержку. Здесь, в Таганроге, я, наверное, был единственным, кто полностью понимал Жука. Наверное, он, как и я, уже осознал, что он не является спортсменом и что ему пора заканчивать играть, как это уже сделали Серега и Сиплый.
–Я тоже. – ответил я. Я полностью доверял Жуку, как и он мне. Я понимал, мы оба мыслим очень схоже.
–Я просто не хочу дальше играть. Меня уже это все задолбало. Это постоянное общение с командой. Общение с этими идиотами, типо Ивани и Миша. Еще и тренера нас гоняют каждый день. То мы делаем не так, это мы делаем не так. – гневно говорил Жук, активно жестикулируя. Было видно, что у него "накипело". Этот маленький монолог был как освобождением, выплеском. Монолог о "наболевшем". – С чего тренера вообще взяли что мы возьмем кубок? Как мы его выиграем? У нас команды нет! Да никто просто играть не хочет. Все сюда отдыхать приехали. Мы Енисей уже год не побеждали. Почему мы именно сейчас должны его выиграть?
Жук затих. Кажется, выговорился. Тем временем, сеанс начался, мы вошли в зал, сели. В этот раз просмотр фильма был более комфортным. Я не заснул, а все немонятные мне моменты фильма, которые тем или иным способом были связаны с предыдущими фильмами серии, мне объяснял Жук.
"Как хорошо, что в Таганроге я нашел единомышленника." – подумал я.
И в дальнейшем мне было уже чуть более комфортнее находится в Таганроге.