Buch lesen: "Свидетельство Данте. Демистификация. Ваше Величество Поэт. Книга 2. Чистилище. Серия «Свидетели времени»", Seite 9

5 октября состоится поход на Версаль к резиденции короля, чтобы силой заставить Людовика XVI санкционировать декреты и Декларацию, от одобрения которых монарх до этого отказывается. При этом Национальное собрание приказывает Лафайету, командовавшему Национальной гвардией, повести гвардейцев на Версаль. В результате этого похода король вынужден покинуть Версаль и переехать в Париж, во дворец Тюильри.

В июле 1790 года Учредительное собрание завершает церковную реформу: во все 83 департамента страны назначены епископы; все служители церкви начинают получать жалование от государства. Учредительное собрание требует от священнослужителей присягнуть на верность не Папе, а французскому государству. На этот шаг решается только половина священников и всего лишь 7 епископов. Папа Пий VI в ответ осуждает французскую революцию, все реформы Учредительного собрания и особо – «Декларацию прав человека и гражданина».

20 июня 1791 года король пытается сбежать из страны, но узнан на границе в Варенне почтовым служащим, возвращён в Париж, где фактически оказывается под стражей в собственном дворце (так называемый «Вареннский кризис»).

17 июля 1791 года происходит расстрел демонстрации на Марсовом поле национальными гвардейцами под руководством Жильбера Лафайета

3 сентября 1791 года Национальное собрание провозглашает четвёртую в истории Европы (после Конституции Пилипа Орлика, Конституции Речи Посполитой 3 мая, и Конституции Сан-Марино) и пятую в мире (Конституция США 1787 года) конституцию. По ней предполагается созвать Законодательное собрание – однопалатный парламент на основе высокого имущественного ценза. «Активных» граждан, получивших право голоса по конституции, оказывается всего 4,3 млн., а выборщиков, избиравших депутатов, – всего 50 тыс. В новый парламент не могут быть избраны депутаты Национального собрания. Законодательное собрание открывается 1 октября 1791 года. Этот факт свидетельствует об установлении в стране ограниченной монархии.

На заседаниях Законодательного собрания поставлен вопрос о развязывании войны в Европе, прежде всего, как средство решения внутренних проблем. 20 апреля 1792 года король Франции под давлением Законодательного собрания объявляет войну Австрии. 28 апреля 1792 года национальная гвардия предпринимает наступление на позиции Бельгии, закончившиеся полным провалом.

10 августа 1792 года около 20 тысяч повстанцев (т. н. санкюлотов) окружают королевский дворец. Штурм его недолог, но кровопролитен. Нападавшим оказывает сопротивление несколько тысяч солдат швейцарской гвардии, почти все они падут у Тюильри или будут убиты в тюрьмах в ходе «сентябрьских убийств». Одним из результатов этого штурма становится фактическое отстранение Людовика XVI от власти и эмиграция Лафайета.

С этого момента в течение нескольких месяцев высшие революционные органы – Национальное собрание и Конвент – находятся под сильным влиянием и давлением народных масс (санкюлотов) и в ряде случаев вынуждены выполнять непосредственные требования толпы восставших, окруживших здание Национального собрания. Эти требования включают свертывание осуществлявшейся ранее либерализации торговли, замораживание цен, заработной платы и жесткое преследование спекулянтов. Указанные меры приняты и существуют вплоть до ареста Робеспьера в июле 1794 году. Все это происходит на фоне роста массового террора, который, хотя и направлен главным образом против аристократии, приводит к казням и убийствам десятков тысяч людей из самых разных слоёв общества.

В конце августа прусская армия предпринимает наступление на Париж и 2 сентября 1792 года берёт Верден. Возникшее в обществе замешательство и страх перед возвращением старых порядков приводит к произошедшим в начале сентября «сентябрьским убийствам» аристократов и бывших солдат швейцарской гвардии короля, заключённых в тюрьмах Парижа и ряда других городов, в ходе которых убито более 5 тысяч человек.

20 сентября генерал Дюмурье отбивает при Вальми атаку пруссаков. Французы переходят в наступление и даже начинают производить завоевания (Бельгия, левый берег Рейна и Савойя с Ниццей в конце 1792 года).

21 сентября 1792 года в Париже открывает свои заседания Национальный конвент, в тот же день упразднивший монархию и провозгласивший Францию республикой. Конвент разделяется на три фракции: левые – монтаньяры, лидерами которых становятся Дантон, Робеспьер и Марат, правые – жирондисты, руководимые Бриссо, и аморфные центристы. Монархистов в Конвенте уже нет.

По решению Конвента начат судебный процесс против гражданина Людовика Капета (бывшего короля Франции Людовика XVI). Главным обвинителем выступает Луи Антуан Сен-Жюст. 21 января 1793 года Людовик казнён «за измену родине и узурпацию власти».

В конце февраля – начале марта 1793 года Конвент объявляет войну Англии и Нидерландам, а затем и Испании.

В марте 1793 года начинается контрреволюционный Вандейский мятеж. Для спасения революции 6 апреля 1793 года создаётся Комитет общественного спасения, наиболее влиятельным членом которого является Дантон.

В апреле 1793 года Робеспьер и Демулен выступают с обвинениями против жирондистов. После выступления Парижской коммуны 31 мая 1793 года ряд жирондистов арестован. Многие жирондисты, однако, спасаются бегством и организуют в провинциях восстания против Конвента, которые вскоре подавлены.

10 июня 1793 года силами Национальной гвардии установлена якобинская диктатура. 13 июля юная республиканка Шарлотта Корде закалывает кинжалом Марата; в ответ на это убийство якобинцы разворачивают революционный террор.

В августе 1793 года решено уничтожить «нечистый прах» французских королей, похороненных в базилике Сен-Дени.

15 октября 1793 года начат судебный процесс над Марией-Антуанеттой. Она единогласно приговорена к высшей мере наказания.

После ликвидации жирондистов на первый план выходят противоречия Робеспьера с Дантоном, представлявшим умеренное крыло якобинцев, и с Эбером, настаивавшем на необходимости радикальных реформ. Весной 1794 года сначала Эбер и его последователи, а потом Дантон и Демулен арестованы, преданы революционному суду и казнены. После этих казней Робеспьер уже не имеет соперников.

Одна из первых мер Робеспьера – установление во Франции почитания Верховного Существа, по мысли «гражданской религии» Руссо. 8 июня 1794 новый культ торжественно объявлен во время церемонии, устроенной Робеспьером, который разыгрывает при этом роль первосвященника «гражданской религии».

Термидорианский переворот.

Усиление бессмысленного террора приводит к тому, что группа членов Конвента под предводительством Колло д’Эрбуа и Барраса предпринимает 27 июля 1794 года термидорианский переворот, поддержанный Национальной гвардией. Робеспьер и около сотни его сторонников, включая Кутона и Сен-Жюста, арестованы и гильотинированы.

Национальный конвент.

После 9-го термидора Якобинский клуб закрыт, в Конвент возвращаются уцелевшие жирондисты. Термидорианцы отменяют якобинские меры государственного вмешательства в экономику, ликвидируют в декабре 1795 года «максимум». Результатом является огромный рост цен, инфляции, срыв продовольственного снабжения. Бедствиям низов и среднего класса (буржуазии) противостоит богатство нуворишей: они лихорадочно наживаются, жадно пользуются богатством, бесцеремонно афишируя его. Фактической главой правительства в дальнейшем становится Баррас – дворянин, неслыханно разбогатевший в революционную эпоху на спекуляциях и финансовых махинациях. В 1795 году оставшиеся в живых сторонники якобинцев дважды поднимают население Парижа (12 жерминаля и 1 прериаля), требовавшее «хлеба и конституции 1793 года», но Конвент усмиряет оба восстания с помощью военной силы и приказывает казнить нескольких «последних монтаньяров».

Летом того же года Конвент составляет новую конституцию, известную под названием «Конституции III года». Законодательная власть поручается уже не одной, а двум палатам – Совету пятисот и Совету старейшин, причём введён значительный избирательный ценз. Исполнительная власть отдана в руки Директории – пяти директоров, избираемых Советом старейшин из кандидатов, представленных Советом пятисот. Боясь, что выборы в новые законодательные советы дадут большинство противникам республики, конвент решает, что две трети «пятисот» и «старейшин» будут на первый раз обязательно взяты из членов конвента.

Когда объявляется указанная мера, роялисты в самом Париже организуют восстание, в котором главное участие принадлежит центральным секциям города (где проживают наиболее состоятельные слои буржуазии), полагавшие, что Конвент нарушает «суверенитет народа». Происходит мятеж 13-го вандемьера (5 октября 1795 года); конвент спасён благодаря распорядительности Бонапарта (которого Баррас привлекает для подавления восстания), встретившего инсургентов картечью. 26 октября 1795 года Конвент самораспускается, уступив место советам пятисот и старейшин и Директории.

В короткое время Карно организует несколько армий, в которые устремляются наиболее деятельные, наиболее энергичные люди из всех классов общества. В армию идут и те, кто хочет защитить родину, и те, которые мечтают о распространении республиканских учреждений и демократических порядков по всей Европе, и люди, желающие для Франции военной славы и завоеваний, и люди, видящие в военной службе лучшее средство лично отличиться и возвыситься. Доступ к высшим должностям в новой демократической армии открыт всякому способному человеку; немало знаменитых полководцев выходит в это время из простых солдат.

Постепенно революционная армия начинает использоваться для захвата территорий. Директория видит в войне средство отвлекать внимание общества от внутренней неурядицы и способ добывания денег путём наложения контрибуций. Во главе итальянской армии директория ставит молодого генерала Бонапарта, который в 1796—97 годах принуждает Сардинию отказаться от Савойи, занимает Ломбардию, берёт контрибуции с Пармы, Модены, Папской области, Венеции и Генуи и присоединяет часть папских владений к Ломбардии, превращённой в Цизальпинскую республику. Австрия просит мира. Покончив с Австрией, Бонапарт даёт директории совет нанести удар Англии в Египте, куда и отправляется под его начальством военная экспедиция.

Таким образом, к концу революционных войн Франция владеет Бельгией, левым берегом Рейна, Савойей и некоторой частью Италии и окружена целым рядом «республик-дочерей». Но тогда же против неё составляется новая коалиция из Австрии, России, Сардинии, Турции. Император Павел I посылает в Италию Суворова, одержавшего над французами ряд побед и к осени 1799 года очистившего от них всю Италию.

Узнав о том, что происходит в Европе, Бонапарт спешит во Францию. 18 брюмера (9 ноября) происходит переворот, в результате которого создано временное правительство из трёх консулов – Бонапарта, Роже Дюко и Сийеса. Этот государственный переворот считается концом французской революции.

Поэт делает ироническую вставку, сравнивая революционную Францию с больной женщиной, которая не спит среди перин и ворочается, не зная отдыха.

Возвращаясь к образу Италии, предшествовавшему образу Франции, понятно, что Италией поэт называет Священную Римскую империю германской нации, оплот Католичества и папства, горько сетуя на то, что после смерти императора Карла VI в Европе разражается война за Австрийское наследство, продолжившая череду Европейских войн XVIII века и перетекшую в век XIX. Величию Священной Римской империи германской нации восстановиться уже не суждено.

Данте всем величием своего сердца и гения осуждает в Комедии бесов Революции и Войны!

Чистилище – Песня VII
Долина земных властителей. Путники отправляются в плавание по реке Березайке.

 
И трижды, и четырежды успело
Приветствие возникнуть на устах,
Пока не молвил, отступив, Сорделло: 3
 
 
«Вы кто?» – «Когда на этих высотах
Достойные спастись еще не жили,
Октавиан похоронил мой прах. 6
 
 
Без правой веры был и я, Вергилий
И лишь за то утратил вечный свет».
Так на вопрос слова вождя гласили. 9
 

Радуясь земляку, Сорделло трёх и четырёхкратно приветствует Вергилия, затем, отступив, спрашивает путников: – «Кто вы, откуда и куда идёте?». Сорделло при жизни не знает ни Вергилия, ни Данте; поэт разбирает здесь его сочинения.

Вергилий называет Сорделло себя, прямым текстом говоря: – Октавиан Август – император, современник Христа, похоронил его прах и снова подтверждает, что не является христианином, и лишь за то утрачивает право на «вечный свет» – Рай.

 
Как тот, кто сам не знает – явь иль бред
То дивное, что перед ним предстало,
И, сомневаясь, говорит: «Есть… Нет…» – 12
 
 
Таков был этот; изумясь сначала
Он взор потупил и ступил вперед
Обнять его, как низшему пристало. 15
 
 
«О свет латинян, – молвил он, – о тот,
Кто нашу речь вознес до полной власти,
Кто город мой почтил из рода в род, 18
 
 
Награда мне иль милость в этом счастье?
И если просьбы мне разрешены,
Скажи: ты был в Аду? в которой части?» 21
 

Услышав, что перед ним сам Вергилий, Сорделло растерян и изумлен. Обращаясь к нему, он называет его «светом латинян», поднявшим латынь до полной власти, это значит, что до него латынь ничего не стоит. Вергилий почитает Мантую, свою и Сорделло родину. Сорделло растерянно спрашивает, что ему в этом счастье встречи с «Высочайшим поэтом»: – «награда или милость?»

Зная, что Вергилий в Энеиде описывает схождение Энея в Ад, Сорделло задаёт ему прямой вопрос: – «Ты был в Аду сам, а если был, то в которой части?»

 
«Сквозь все круги отверженной страны, —
Ответил вождь мой, – я сюда явился;
От неба силы были мне даны. 24
 
 
Не делом, а неделаньем лишился
Я Солнца, к чьим лучам стремишься ты;
Его я поздно ведать научился. 27
 

Вергилий уклончиво отвечает: – с помощью небесных Сил проходит сюда сквозь все круги Ада, подтверждая, что сам прошёл все круги загробного мира. Он понимает, что Сорделло ещё не может знать о его путешествии вместе с Данте.

Он лишен лицезрения Спасителя (Солнца) не потому, что грешит, а потому, что не знает христианской веры. Сорделло, находящийся в Чистилище, на пути в Рай, определённо является христианином.

 
Есть край внизу, где скорбь – от темноты,
А не от мук, и в сумраках бездонных
Не возгласы, а вздохи разлиты. 30
 
 
Там я, – среди младенцев, уязвленных
Зубами смерти в свете их зари,
Но от людской вины не отрешенных; 33
 
 
Там я, – средь тех, кто не облекся в три
Святые добродетели и строго
Блюл остальные, их нося внутри. 36
 
 
Но как дойти скорее до порога
Чистилища? Не можешь ли ты нам
Дать указанье, где лежит дорога?» 39
 

Вергилий сообщает: – сам он находится в Лимбе, там же, где и младенцы, рожденные до Христа, где и остальные, кто не облёкся в три святые добродетели – так называемые «богословские» – Вера, Надежда и Любовь. Остальные – все остальные добродетели человеческие, которые он свято чтит, нося их в сердце.

Он обращается к Сорделло с вопросом: – «Как скорее дойти до порога Чистилища?»

 
И он: «Скитаться здесь по всем местам
Вверх и вокруг, я не стеснен нимало.
Насколько в силах, буду спутник вам. 42
 

Сорделло утверждает, что он очень хорошо знает эти места и неоднократно проходит по Вышневолоцкой водной системе в ту и другую сторону и поможет путникам, насколько это будет в его силах. Это очень интересно, памятуя о том, что Вергилий и Сорделло, приветствуя друг друга, обнимаются и целуются не как бесплотные тени; думаю, что встреченный путниками Сорделло жив в 1743 году и неоднократно совершает путешествия в Санкт-Петербург!

Интересно созвучие фамилий: – Сорделло – Сердюков, который по праву является хозяином и лучшим знатоком здешних мест, исходившим всё вдоль и поперёк. Таким образом, Данте вводит своего проводника по Вышневолоцкой водной системе в Комедию.

 
Но видишь – время позднее настало
А ночью вверх уже нельзя идти;
Пора наметить место для привала. 45
 
 
Здесь души есть направо по пути
Которые тебе утешат очи,
И я готов тебя туда свести». 48
 

Но, замечает Сорделло, время уже позднее, пора наметить место для привала. Здесь, справа от реки есть село, где можно заночевать, он готов показать туда дорогу.

Он готов рассказать Вергилию о правителях Европы и Священной Римской империи германской нации – душах, которые утешат очи, намекая на то, что Вергилий в Энеиде даёт «пророчество» о судьбах правителей Римской империи.

 
«Как так? – ответ был. – Если кто средь ночи
Пойдет наверх, ему не даст другой?
Иль просто самому не станет мочи?» 51
 
 
Сорделло по земле черкнул рукой
Сказав: «Ты видишь? Стоит солнцу скрыться,
И ты замрешь пред этою чертой; 54
 
 
Причем тебе не даст наверх стремиться
Не что другое, как ночная тень;
Во тьме бессильем воля истребится. 57
 
 
Но книзу, со ступени на ступень
И вкруг горы идти легко повсюду,
Пока укрыт за горизонтом день». 60
 
 
Мой вождь внимал его словам, как чуду
И отвечал: «Веди же нас туда,
Где ты сказал, что я утешен буду». 63
 

Вергилий удивляется: – почему в Чистилище ночью нельзя передвигаться вверх и рассуждает о том, связано ли это с противодействием кого-то или это просто не по силам человеку. В Аду путники передвигаются по ночам.

Сорделло поясняет: – передвигаться вверх не даст ночная тень. Вниз или в сторону сколько угодно, но наверх идти не поможет бессилие.

Вернёмся на реку Березайку, вверх против быстрого течения которой, предстоит подняться путникам. Передвижение вверх по реке ночью невозможно, так как не видно берегов извилистой реки, нет никаких ориентиров для гребцов, которые и днём-то выбиваются из сил. Можно попасть в какой-то приток или заводь, бесцельно потерять время, либо двинуться в обратную сторону. На лодке, находящейся на воде, в отсутствии видимости берегов, направление течения невозможно определить. Когда течение сносит тебя, движения в отсутствии ориентиров не видно. Кроме того, это смертельно опасно; попавшего в холодную весеннюю воду ждёт неминуемая смерть. А вот вниз по течению можно идти легко. Река сама понесёт тебя, не прибивая к берегам. Единственное препятствие – мельничные плотины (со ступени на ступень) также не страшны, перед ними сильного течения нет. Вкруг горы – это уже оставленный путниками путь по Вышневолоцкой водной системе, вниз по течению рек Мста, Волхов и Нева, но эта дорога займёт около четырёх месяцев.

Вергилий, как и Данте, никогда не бывавший в этих местах, с огромным интересом внимает словам Сорделло и соглашается идти за ним. Сорделло здесь – лоцман Вышневолоцкой водной системы, прибывший к поэтам по приказу М. И. Сердюкова (или сам Сердюков – Сорделло), сопроводить их вверх по реке Березайке. Без него разобраться в этой реке с её многочисленными поворотами, притоками, заводями и перекатами невозможно.

 
Мы двинулись в дорогу, и тогда
В горе открылась выемка, такая,
Как здесь в горах бывает иногда. 66
 
 
«Войдем туда, – сказала тень благая, —
Где горный склон как бы раскрыл врата,
И там пробудем, утра ожидая». 69
 

Справа по ходу открывается выемка в крутом, покрытом густым лесом берегу реки, образованная полями и лугами вдоль села Тугановичи. Сорделло приглашает поэтов остановиться там на ночлег.

 
Тропинка, не ровна и не крута
Виясь, на край долины приводила,
Где меньше половины высота. 72
 

С берега реки поднимается извилистая, не очень крутая тропинка в сторону села Тугановичи, расположенного в долине меж двух холмов левого (северного) берега реки Березайка.

 
Сребро и злато, червлень и белила
Отколотый недавно изумруд,
Лазурь и дуб-светляк превосходило 75
 
 
Сияние произраставших тут
Трав и цветов и верх над ними брало,
Как большие над меньшими берут. 78
 
 
Природа здесь не только расцвечала
Но как бы некий непостижный сплав
Из сотен ароматов создавала. 81
 

Весенний апрельский луг, покрытый изумрудными травами, расцвеченный весенними полевыми цветами, в ореоле кустов цветущей черёмухи раскидывается перед Данте. Освещающие его лучи заходящего Солнца добавляют свои радужные цвета в это буйство весенних красок. Аромат цветущей черёмухи и полевых цветов разливается в тёплом вечернем воздухе. Вечерний луг на северном берегу реки подсвечен лучами Солнца, клонящегося к юго—западу.

 
«Salve, Regina,» – меж цветов и трав
Толпа теней, внизу сидевших, пела,
Незримое убежище избрав. 84
 
 
«Покуда солнце все еще не село, —
Наш мантуанский спутник нам сказал, —
Здесь обождать мы с вами можем смело. 87
 
 
Вы разглядите, став на этот вал
Отчетливей их лица и движенья,
Чем если бы их сонм вас окружал. 90
 

«Salve, Regina» (лат.) – «Славься, Царица», церковный гимн.

Славься, Царица, Матерь милосердия, жизнь, отрада и надежда наша, славься. К Тебе взываем в изгнании, чада Евы, к Тебе воздыхаем, стеная и плача в этой долине слёз. О, Заступница наша! К нам устреми Твоего милосердия взоры, и Иисуса, благословенный плод чрева Твоего, яви нам после этого изгнания. О кротость, о милость, о отрада, Дева Мария!

Из местной Церкви, скрытой от глаз высоким берегом, доносится пение певчих на вечерней службе Фоминой недели. Сорделло предлагает путникам, пока не село Солнце, подняться на берег для ночлега и разглядеть лица и движения поющих.

 
Сидящий выше, с видом сокрушенья
О том, что он призваньем пренебрег,
И губ не раскрывающий для пенья, – 93
 
 
Был кесарем Рудольфом, и он мог
Помочь Италии воскреснуть вскоре,
А ныне этот час опять далек. 96
 

Чтобы скоротать ночлег, исполняя обещание, данное Вергилию, Сорделло начинает рассказывать о земных властителях современности, описанных им в его произведении: – «Плач по Блакацу». Начинает он с кесаря Рудольфа.

Рудольф II (18 июля 1552 года, Вена—20 января 1612 года, Прага, Богемия) – король Германии (римский король) с 27 октября 1575 года по 2 ноября 1576 года, избран императором Священной Римской империи германской нации с 2 ноября 1576 года (в последние годы фактически лишён власти), король Богемии с 6 сентября 1575 года по 23 мая 1611 года (под именем Рудольф II, коронация 22 сентября 1575 года), король Венгрии с 25 сентября 1572 года по 25 июня 1608 года, эрцгерцог Австрийский с 12 октября 1576 года (под именем Рудольф V). Сын и преемник императора Максимилиана II.

В Пражском Граде, где с 1583 года живёт Рудольф (стремясь покинуть Вену, где не пользуется популярностью), им основана одна из первых кунсткамер – громадная коллекция книг, рукописей, картин, монет и всяких редкостей, пострадавшая от грабежей во время Тридцатилетней войны. Рудольф играет большую роль в ренессансной перестройке Праги и особенно Града. К своему двору император, игравший роль мецената, привлекает учёных и деятелей искусства различных стран – при нём в Праге работают астрономы Иоганн Кеплер и Тихо Браге, художники Бартоломей Шпранглер и Джузеппе Арчимбольдо (автор знаменитого портрета Рудольфа), скульптор Адриан де Врис.

Под руководством минералогов Рудольф собирает «Кунсткамеру» – коллекцию драгоценных камней и минералов различных регионов.

Император занимается также различными «оккультными науками», в частности, пытается найти философский камень. В то время граница между астрономией и астрологией, минералогией и алхимией ещё нечёткая. Рудольф II покровительствует странствующим алхимикам, а его резиденция представляет центр алхимической науки того времени. Императора называют германским Гермесом Трисмегистом.

К нему приглашены английские астрологи и алхимики Эдвард Келли и Джон Ди (который в 1584-м и 1586-м живёт в Праге), занимавшиеся также и вполне серьёзными с современной точки зрения изысканиями в области математики и астрономии. Алхимиком представляется и работавший при его дворе (и умерший в Праге) великий астроном Тихо Браге. За 600 дукатов Рудольф приобретает знаменитую рукопись Войнича.

Став императором, Рудольф II шесть лет не собирает имперского сейма, но должен созвать его в 1582 году, ввиду необходимости просить у империи помощи против турок, а также ввиду религиозных споров. Рудольф II начинает искоренять протестантизм в Австрии, Чехии и Венгрии. В Австрии почти все дворянство и все города исповедуют протестантизм. С восшествием на престол Рудольфа здесь начинается сильная католическая реакция, а также борьба абсолютизма с областными сеймами и самоуправлением городов. Особенной силой отличается реакция в Моравии.

Протестантские члены верхнеавстрийского и нижнеавстрийского ландтагов заключают между собою союз (1603 год) для защиты протестантизма; католики также составляют унию (1605 год). В Венгрии владычество австрийцев переносится весьма неохотно. Видя общее недовольство, Рудольф II думает привлечь общественное мнение на свою сторону войной с турками.

С этой целью Рудольф до последнего момента затягивает подписание мирного договора с Османской империей, пытаясь найти предлоги для его денонсации и возобновления войны против турок. Подобное поведение вызывает общее движение сословий Венгрии, Австрии и Моравии против императора, сохранившего в своих руках только относительный контроль над Чехией, Силезией и Лужицами.

Всеобщее восстание продолжает, однако, быть неизбежным, и родственники Рудольфа считают необходимым отнять у него власть в пользу его брата Матиаса (апрель 1606 года), сделавшего громадные уступки протестантам. По договору 1608 года Рудольф II отдаёт Матиасу Венгрию, эрцгерцогство Австрийское и Моравию и объявляет его своим наследником в Богемии.

Рудольф II придумывает средства отнять у Матиаса отданные ему земли, интригует против него, но всё-таки должен отречься и от чешской короны. 23 мая 1611 года Матиас коронован, а Рудольфу дают пенсию и сохраняют за ним внешний почёт. Лишённый власти, изнурённый болезнью и помешательством (сифилис третьей степени), Рудольф II умирает 20 января 1612 года, не оставив законного потомства, так как не женат.

Из шестерых незаконнорожденных отпрысков Рудольфа (от Катерины Страда, дочери императорского антиквара) старший, Юлий Цезарь Австрийский, наследует психическую болезнь отца и умирает в заточении после того, как с особой жестокостью убивает свою любовницу.

Рудольф похоронен в пражском соборе Святого Вита. Он является последним императором и монархом, погребённым в Чехии.

Объединение Италии происходит только в 1866—70 годах, после принятия Венским конгрессом 1814—15 годов «права наций на самоопределение».

И ещё один штрих: – личная корона Рудольфа II становится Императорской короной Австрийской империи, до того не имеющей короны. Сорделло начинает своё повествование не так издавна, с коронации Рудольфа II, которая случается за 167 лет до момента беседы.

 
Тот, кто его ободрить хочет в горе
Царил в земле, где воды вдоль дубрав
Молдава в Лабу льет, а Лаба в море. 99
 
 
То Оттокар; он из пелен не встав,
Был доблестней, чем бороду наживший
Его сынок, беспутный Венцеслав. 102
 

Ошибка переводчика: – река Молдава не впадает в реку Лаба (Эльба), зато в Лабу впадает река Мульде (Molta), на территории королевства Саксония. Правителей, упомянутых Данте, следует искать в Саксонии, с центром в Ганновере; в XVIII веке, когда там правит Ганноверская династия, курфюрсты которой одновременно являются и королями Великобритании. Именно в это время жители Великобритании и Саксонии получают название англосаксов (Англия + Саксония).

Ганноверская династия (House of Hannover) – династия королей Великобритании с 1714 года по 1901 год. Ветвь древнего германского рода Вельфов, до начала XVIII века правившая Ганновером (столицей нижней Саксонии) и Брауншвейгом. До 1837 года также правящая династия (курфюрсты, а затем короли) Ганновера, находившегося с Великобританией в личной унии.

Во многом чуждые английской культуре (первый король вовсе не говорит по-английски), Вельфы оказываются на британском престоле благодаря Акту о престолонаследии 1701 года, отрезавшему путь к британской короне всем многочисленным католикам, находящимся в родстве со Стюартами.

Ганноверские правители происходят от курфюрстины Софии Ганноверской, родители которой – английская принцесса Елизавета Стюарт и протестант Фридрих V, курфюрст Пфальцский.

Время Вельфов, известное также как Георгианская эпоха (первых четырёх королей зовут Георгами), – период усиления парламентаризма в Великобритании, ослабления королевской власти, становления британской демократии. При них происходит промышленная революция и начинает бурно развиваться капитализм. Это и период Просвещения и революций в Европе, войны за независимость американских колоний, завоевания Индии и Французской революции.

Благодаря вступлению Вельфов на британский престол могут продолжить свою деятельность в Англии и получить мировую славу уроженцы Ганновера – композитор Георг Фридрих Гендель и астроном Вильгельм (Уильям) Гершель. В то же время английская внешняя политика меняет вектор, начинает руководствоваться интересами защиты Ганноверского курфюршества от возможных посягательств извне. Это становится одной из причин переворота альянсов и Семилетней войны.

Применительно к XIX веку принято вести речь не о Георгианской эпохе, а о периоде Регентства (первая треть XIX века) и Викторианской эпохе – 64-летнем правлении королевы Виктории. По салическому закону Виктория не может наследовать ганноверский престол, поэтому с 1837 года по 1867 год (год объединения с Пруссией) в Ганновере правят потомки одного из братьев Георга IV – герцоги Камберлендские (Эрнст Август I и Георг V). Ещё одна ветвь рода проживает в Англии, нося титул герцогов Кембриджских.

Список королей Ганноверской династии времен Данте (они же и курфюрсты Ганновера):

Георг I (король Великобритании (1714—1727 годы);

Георг II (король Великобритании) (1727—1760 годы), сын предыдущего;

Георг III (король Великобритании) (1760 -1820 годы), внук предыдущего.

Кого из них поэт именует доблестным Оттокаром, а кого беспутным Венцеславом, можно понять, разобравшись, кто из них наживает бороду. По тексту Комедии ясно, что Венцеслав переживёт Данте. Смотрим на портрет Георга III в старости [Рис. Ч.VII.1].

Ч. VII.1 Король Великобритании Георг III (1738 – 1820 годы, король с 1760 года) и курфюрст Ганновера (с 1814 года король Ганновера).Ослепший и обезумевший от наследственной болезни (порфирии) он не узнает, что провозглашён королём Ганновера. Портрет в полумраке, так как порфирию сопровождает сильнейший фотодерматоз. По причине порфирии король перестаёт бриться, отпустив бороду.

Георг III (4 июня 1738 года, Лондон – 29 января 1820 года, Виндзорский замок, Беркшир) – король Великобритании и курфюрст (с 12 октября 1814 года король) Ганновера с 25 октября 1760 года, из Ганноверской династии.

Долгое (почти 60 лет, третье по продолжительности после царствования Елизаветы II, правящей сегодня и Виктории (его внучки)) правление Георга III ознаменовано революционными событиями в мире: – отделение от британской короны американских колоний и образование США, Великая Французская революция и англо-французская политическая и вооружённая борьба, закончившаяся Наполеоновскими войнами. В историю Георг входит также как жертва тяжёлого психического заболевания, по причине которого над ним с 1811 года установлено регентство.