Моей маме Вере Меламед
Редактор Марина Белкина
Иллюстратор Ариэла Марина Меламед
© Ариэла Марина Меламед, 2022
© Ариэла Марина Меламед, иллюстрации, 2022
ISBN 978-5-0055-6657-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Почему-то считается, что Автор состоит исключительно из Принцессы. Это не совсем так. Из Дракона она состоит, Сфинксов, эдельвейсов, вулканов, золотых башмачков, а главное – из Неизвестно Чего
Что же касается Принцессы, она состоит, конечно, из Автора, но главное – из мамы Автора. Которая, когда хохочет, – смеются цветы, звезды, человечество улыбается, а Дракон трансформируется в голубя, хоть на время. А когда она говорит слова, то хочется конспектировать и по их следам сочинять сказочки.
Вот Такая она, Нина Глядная, то есть, – Вера Меламед.
С любовью, я.Ариэла Марина Меламед.
Чтобы всё было хорошо,
необходимо время от времени валять дурака.
Хотя бы по понедельникам и четвергам.
Если дурака не валять, он очень расстраивается…
Автор
Дракон – это персонаж мифический, сказочный, с крыльями. Огонь выдыхает по настроению, взлетает по желанию, размышляет о своём.
Голов у российских драконов обычно три (Горыныч), у европейских – сколько угодно, а безголовых пока никто не встречал. Или встречал, но не рассказывал… Одна голова у дракона – признак породы, ума, отсутствия раздвоения личности. И у каждого дракона своя сказка. Этим он мало отличается от человека…
Итак, долго летел Дракон в космическом пространстве, а тут Земля. Устал, уже и пути не различал, только свет в конце туннеля… Приземлился, присмотрелся.
Пещера, скалы. Эдельвейсы. Ручеёк…
Жить бы и жить…
Шумно вздохнул Дракон огнём, спалив старую мусорку кармических недоработок. Задумался о превращении в голубя. Потому что каждому есть куда превращаться, всех, между прочим, касается…
И будет счастье всем превратившимся и не очень. Нашедшим в себе рыцаря, золотые ботиночки и неизвестно, что, до принцессы включительно. Полюбившим дракона в себе и себя в Драконе…
Дракон критически относился к миру. Мир в ответ поёживался, но не сдавался. Автора от этого клинило и вставляло сказочками.
Однажды, прямо с утра, критические фибры Дракона насторожились. То ли хамсин ожидать, то ли ещё чего-то от природы-нет-плохой-погоды?.. К полудню Дракон решился открыть пещеру и пасть, навстречу и всем ветрам назло.
На пороге стояла Принцесса – девочка лет шести, с косичками, в королевском платьице и короне. Ковыряла оторванную пуговицу, смотрела искоса, низко голову наклоня, предупреждающе…
Жертву привезли – понял Дракон. Сейчас пуговицу пришивать придётся, жертва точно шить не умеет. И жертвенник разогревать…
– Заходи, – тяжело вздохнул Дракон, – располагайся.
– А есть когда будешь, то есть готовить?
– В смысле, завтракать или тебя?
– И то и другое, два в одном…
– А смысл? Вредно это, холестерол там, канцерогены… Погуляй пока так.
Принцесса с интересом огляделась – вулкан под плитой, наскальная живопись и Неизвестно Что прямо на пороге. Дома её предупредили, что Дракон странный. Хотя Принцесса сама была не простая, нехоженая, то есть неухоженная, от мачехи взятая прямо за косички.
И никто не знал, что Дракон на диете. Пельмени ещё можно раз в месяц, а Принцессу – никогда. Яичницу можно, картошку с грибами, суп овощной, салат домашний, оливье, шубу, винегрет, запеканку творожную, пудинг. Рис неплохо бы, но не хочется. Рис только и делает, что прорастает, такая у него привычка.
Если он начнет прорастать из живота Дракона, вы себе представляете этот китайский садик?..
А вот от людей Дракона тошнит. Полетает над деревней – сразу изжога.
Что-то они там курят не то…
Кстати, Принцесса была родом из людей, к тому же маленькая, из дворца, некурящая. Не хотелось вас расстраивать, но это пока всё. То есть конец изначальной сказки.
Принцесса сидела под столом и жалела себя. Из Дворца её отправили в жертву Дракону – считай, подарили. Если бы он её съел, как порядочный дракон, или превратил в тыкву, а потом съел, она бы давно превратилась в солнечный свет и воздух – после цепи превращений. А так как Дракон оказался вегетарианцем, то превращаться оказалось некуда – только оставаться девочкой лет шести.
Когда человеку навсегда шесть лет – это просто сказка, не то слово… того слова Принцесса вслух не говорит никому. Уйти бы из этой сказки в документальное кино или, на худой конец, в хроники династии Цинь…
От жалости к себе Принцесса рисовала на стенах портреты Неизвестно Чего в молодости, Принцессы в детстве и Дракона в зрелом возрасте. Запах яичницы по утрам. Вы умеете рисовать запах яичницы по утрам?
Да, в пещере было так уютно, что цепь превращений могла обождать. Казалось бы – скалы, пещера, а на самом деле – дом родной. Далёкий вой койотов из Аризоны. Эдельвейсы в Ткоа. Пельмени по субботам. Привидения по праздникам. Хорошо-то как… Может, ну её, династию Цинь, обойдётся…
Принцесса уже было решила остаться в ожидании пельменей, но тут вернулся Дракон после утренней пробежки и немедленно стал жалеть себя. Обычно он этим занимался до завтрака, перед утренним душем.
Дракон жалел себя молча, но воздух в пещере нагревался. Скоро на этом воздухе можно будет жарить яичницу. Ну почему он так и не стал птеродактилем – а в детстве так мечтал! Не улетел на Альдебаран – а Сфинксы улетели и выращивают там кокосы, и настаивают на лимонных корочках, а Дракон давно уже ни на чём не настаивает, у него лапы связаны чувствами глубокими, но непонятными, как живопись Пабло Писассо или Дега. Кстати о живописи.
Принцесса продолжала рисовать на скалах. Скалы топорщились. Назревал переезд. Надо сказать, что переезд назревал уже несколько страниц, но все не находился подходящий вариант – чтобы и у моря, и пещера, и полетать, и валенки. Чтобы всё в нужной кондиции в поисках субстанции.
С другой стороны, назревший переезд – это как нарыв, нужно промыть, продезинфицировать и вернуться в пещеру. Потому что куда-нибудь нужно обязательно возвращаться.
Потому что должен быть у человека дом, даже, если он – Дракон. Да и народу в соседней деревне будет поспокойнее…
И было утро, и был вечер – шестой день, как Принцесса осталась в пещере.
Погода не мешала, цвели анемоны, и часто хотелось яичницу.
Дракон бывал вечерами разговорчив, вспоминал молодость, на пороге пещеры лежало Неизвестно Что и прислушивалось.
Так что всё было лучше, чем предполагалось.
В тот день у Дракона было просто сказочное настроение. Хотелось музыки, цветов, а лучше водки и Неизвестно Чего.
– Если бы ты не был Дракон, ты бы кто был? – спросила Принцесса.
Дракон приосанился, чихнул огнём в ближайшие скалы.
Где-то вдали завыли койоты.
– Я бы я был. А ты бы ты была. Или ты хотела быть Кем-нибудь?
– Конечно, Кем-нибудь, – отозвалась Принцесса, – если он не будет против… Сказку давай! От сказок у меня улучшается характер и проступает логическое мышление…
А Доктор предупреждал – чтобы Дракон не заболел, у него обязательно кто-то должен требовать сказки…
Может быть, именно поэтому у Дракона завелась Принцесса. Она вообще была заводная, заводилась с пол-оборота.
Так будет сказка или я за себя не отвечаю? – в последний раз поинтересовалась Принцесса.
– До ужина у нас скандал, потом индийский чай и танцы. То есть пряники… Ты будешь пряники?
– Что-нибудь я обязательно буду…
Дракон хотел цыкнуть правым зубом через левое плечо, но передумал.
«Легко от людей перенимаются привычки, надо как-то с этим бороться, – подумал он с сомненьем, – чего не подцепишь от этой живности. Лишь бы не птичий грипп».
И стал рассказывать:
– На золотом крыльце сидели царь-царевич-сапожник-портной-кто-ты-будешь-такой… Дракон, в общем. И соседские кошки.
– То есть Сфинксы? Ты вчера уже про них сочинял.
– А сегодня сфинксы улетели на Альдебаран, теперь их можно только сочинять… Тогда они чай пили, чашки били, на санскрите говорили. Часто ходили лошадью, потом домой возвращались. Пойдут налево – песнь заводят, хором поют или боксом увлекаются, по закону гор. Здороваются, руки моют перед едой, зубы чистят, чем ещё дома заниматься… И тут вдруг, откуда ни возьмись, прилетает Принцесса и начинает требовать сказок…
– А если бы прилетел принц и стрелял из рогатки по Драконам, тебе бы легче было? Кстати, я не прилетела, меня тут в жертву привезли, если кто-то забыл. На случай, если тут заведётся Дракон.
– Я уже завёлся, – согласно кивнул Дракон. – Сейчас начну огнём плеваться…
– Когда я вырасту, обязательно стану Драконом и, представь, тоже начну плеваться огнём…
Дракон представил. У него было богатое воображение.
– Так о чём ты говорила? – вежливо спросил он.
– Так о том, что когда приходит год Дракона, лучше рассказывать сказки, чем ждать, когда наступит Неизвестно Что…
«Чего они ко мне прицепились, – страдальчески вздохнуло Неизвестно Что. – Нигде мне покоя нету.
Яду мне, яду…»
– Ладно, жертвенное животное, слушай дальше, – сказал Дракон. – Нашёл я себе занятие на старости лет – принцесс приручать.
И битых два часа Дракон рассказывал ей про золотые башмачки, как они переходили дорогу на зелёный цвет, приносили удачу…
Если бы Золушка не теряла один из них регулярно на королевской лестнице, если бы Принц не обладал нюхом ищейки… то башмачки не могли бы собраться снова в пару. В единое целое.
Башмачки никогда не ссорились, в отличие от носков, которые потому и становятся непарными, что не выдерживают деления на правое-левое, теряются в стиральной машине, уходят в иные пространства…
Когда Принцесса, наконец, уснула, Дракон укрыл её шкурой бизона и полетел на работу.
Он летел над полями-лесами за синие горы и думал о том, что правый мотор барахлит, что симбиоз самолёта и ласточки получился какой-то неожиданный. Что летать ему Драконом до будущей весны, пока ласточка не проснётся от зимней спячки или самолёт не отслоится сам собой…
А пока придётся регулировать погоду, охранять скалы от астероидов, Принцессу вывести в люди. Или к людям – это как получится.
Наступила ночь и конец первой серии, хотя была только вторая страница. В Далласе по-прежнему выли койоты. В отличие от Аризоны.
Неизвестно Что притворилось подушкой и сделало вид, что спит.
Дракон давно хотел поделиться Несбывшимися Желаниями. Хотя лучше бы, конечно, зефиром и амброзией, но, как говорится, есть то, что есть. Иногда нужно сбывать Несбывшееся.
Хоть кому. Хоть куда.
И для здоровья полезно. А если сбывать за деньги, то и разбогатеешь.
Понимаете, когда Несбывшиеся Желания накапливаются в жерле вулкана, они могут взорвать любого, даже Сфинкса, не говоря уже про койотов, которые часто воют, предположим, в Ткоа, чтобы не повторяться. А у Дракона и так дыхание достаточно горячее. В общем, с Несбывшимися Желаниями надо было что-то делать.
Они хранились у Дракона на кухне, в верхнем шкафчике, между леденцами и зимними игрушками, непонятными железками, песочными часами и портретом чьей-то бабушки. Несбывшиеся желания остались с давних времён, когда он менял кожу на валенки. Или на валентинки. То есть сбрасывал кожу и валялся.
Ещё с Юрского, кажется, периода – когда к Автору Юрка приезжал, остались они в скромном пакете, перевязанном ленточкой.
Вдруг Дракону стало казаться, что в них – Самая Суть всего. Это во-первых.
Хотя Самая Суть висела на стенке у камина, но сейчас не о ней. Это во-вторых.
Главное – в третьих:
Несбывшиеся Желания занижали Дракону самооценку.
А это очень вредно не только для Дракона.
И вот, однажды наступил Тот Самый День Когда. Люди читали спортивные газеты, над ними летали самолёты куда-нибудь туда, койоты помалкивали.
– Отпусти погулять, – заныла Принцесса, едва проснувшись, – я тут сижу-сижу, скоро превращусь в Неизвестно Что.
– Опять все шишки на меня, – отозвалось печально Неизвестно Что, – никто меня не понимает…
– Никто меня не понимает, – мрачно повторила за ним Принцесса, – а я летать хочу.
– Мало ли кто чего хочет, когда крыльев нет!
– На себя посмотри!
«Какая грубая девочка, а ещё Принцесса, – подумало Неизвестно Что, – или она станет Драконом,
или замуж выйдет, или это одно и то же…»
Дракон посмотрел на себя в зеркало – действительно, крылья он снял, чтобы проветрить и заодно почесать спинку.
– Хорошо, гуляй, где хочешь, но чтобы домой после первой звезды. Когда мой коготь коснётся пола этой пещеры! Иначе я не знаю.
– А не иначе ты как знаешь?
Вместо ответа Дракон нацепил крылья и полетел. Нужно было прочистить дымоход в соседнем вулкане, потом на рынок и домой. По пути он встретил пару яиц и задумался.
То ли яичницу, то ли высиживать. То ли высиживать, то ли яичницу… Было над чем поразмыслить.
В горах послышался зов предков.
«Послышалось», – подумал Дракон и стал чистить дымоход.
В это время Принцесса думала.
Ей нравился этот процесс, когда мысль летает вокруг, влетая по очереди в каждое ухо, а вылетает через рот.
Поэтому она ещё и разговаривала сама с собой о чём-то своём.
Правое ухо побаливало – то ли мысли в него попадали особенно неприятного свойства, – ну, скажем, а не убрать ли в пещере, чем кормить Дракона, если передумает сам готовить, и всякое в том же духе.
В левое ухо влетела мысль насчёт полетать на Драконе или сливочного мороженого со взбитыми сливками. Можно даже без сливок.
– Наверно, стоит приготовить сливочное мороженое из Неизвестно Чего, – вслух подумала Принцесса.
– Это у кого тут ухо болит! – возмутилось Неизвестно Что.
– С другой стороны, сливочное мороженое не обязательно слизывать с уха, – вслух подумала Принцесса. – Особенно взбитые сливки.
Тогда всё и случилось. То есть Принцесса пошла на кухню искать зимние игрушки или как получится. А вдруг там пломбир. Ну, или волшебная шкатулка, Сапоги-Лоботрясы или ещё какой фикус несказанный. Недосказанный.
– Фигу-с-с-маслом-с, – откомментировало Неизвестно Что, наблюдая. Мало ли кто тут в кого превратится в процессе эволюции. Будет, о чём вспоминать в летнем сумраке ночном.
Принцесса эволюционировала по кухне вразброс.
То есть всё разбрасывалось у неё куда попало. Так, пустяки на постном масле – сковородка, стакан муки и специи по вкусу.
И тут на пути случились табуретка и шкафчик. На табуретку ещё встать удалось, а шкафчик не открывался ни в какую. Но Принцесса тоже была какая-то такая.
Она посмотрела пристально на шкафчик и подумала вслух:
– Или ты открываешься, или я не знаю!
– А как ты не знаешь? – отозвался с порога Дракон, он как раз прилетел и подумывал заняться яичницей, а тут как раз очень удачно сковородка прямо под ногой.
Принцесса сползла с табуретки, вежливо поздоровалась.
Дракон остепенился. То есть решил назвать себя временно Степаном.
Неизвестно Что почувствовало важность момента и стало назревать.
И назрело…
Все эти возмущённые вибрации вихрем взлетели, замаячили и рассредоточились по кухне и остальной вселенной. Зажглась третья звезда.
В изумлённой тишине сама собой отворилась дверца шкафчика и из неё выпорхнули Несбывшиеся Желания.
Они охорашивались, трепыхались и рвались сбываться. Их трудно было разглядеть в полёте – что-то лёгкое, белое с крыльями, похожее на журавлика в летнем сумраке ночном.
Дракон, наконец, почувствовал себя человеком и пошёл жарить яичницу.
Der kostenlose Auszug ist beendet.