Umfang 640 Seiten
6+
Über das Buch
Знаменитый Антон Павлович Чехов (1860–1904) первые шаги в русской литературе делал под псевдонимами Антоша Чехонте, «Человек без селезенки», Брат моего брата как автор юмористических рассказов и фельетонов, которые издавали в юмористических московских журналах «Будильник», «Зритель» и др. и в петербургских юмористических еженедельниках «Осколки», «Стрекоза», а впоследствии вошли в первые книги начинающего автора. Именно первые сборники и книги А. Чехова – «Шалость», «Сказки Мельпомены», «Пестрые рассказы», а также рассказы, печатавшиеся в журналах «Осколки», «Зеркало» и др., включены в эту книгу, раскрывающую юмористический талант признанного в мире писателя.
Bewertungen, 17 Bewertungen17
Новый Антон прочно вошедший в мои будни. Думаю с этим товарищем мы долго будем вместе, пока он, как и остальные, не исчерпает себя =)
Рассказы Чехова интересны, непредсказуемы, что мне, как антифанату голливудских сюжетов, нравится более всего. Юмор его тонок и деликатен, речевые обороты просто великолепны. Антон Павлович русский классик, и пишет он по-русски, красиво, с душой и без претензий.
Русская классика! Добавить больше нечего…
Дождемся ли ещё подобных Мастеров пера???
Боюсь – увы, увы…
Не только Пушкин – наше все, но и Чехов, Бунин, Блок, Пастернак…
Сборник в своем роде уникален, т.к в нем отсутствуют популярные классические произведения Чехова,-а исключительно юмористические рассказы. Думаю, такой должен быть в каждой домашней библиотеке))
Антон Павлович непревзойденный мастер слова, смысла. Темы его вечны! И сейчас его герои среди нас! Людские и общественные пороки ярко отражены в его рассказах!
В семье моего мужа считается, что культурный человек может спокойно наизусть минут 15 минимум цитировать "Евгения Онегина" и должен до заикания восторгаться Чеховым. Если с первым пунктом я справляюсь, то второй завалила безбожно. Мне мало на что в школе отбили желание, а вот с Чеховым "повезло". Несколько раз бабушка мужа (преподаватель русской литературы по образованию и немецкого языка по факту) пыталась уточнять, не дозрела ли я до Чехова. Но каждый раз видела, что взять с меня нечего. Так и махнула на меня рукой. И вот настал момент. Передо мной сборник юмористических рассказов, заходим в этот мир лайтово. Под обложкой таятся сборники Шалость, Сказки Мельпомены, Пестрые рассказы и рассказы 1880-1886 гг., не вошедшие в сборники. Глубоко вдыхаю и ныряю. 630 стр и трое суток(спасибо играм на ЛЛ, без этого челенджа я рисковала бы сильно увязнуть). Прекрасно пошло с первого рассказа, "Письмо к учёному соседу". Вот меткая иллюстрация того, что я зову воинствующим дибилизмом: "Я этого не знаю, следовательно, этого не существует". Да и практически во всех рассказах на первый план выносятся и высмеиваются мещанство, пошлость, наплевательство на ближнего(своя рубашка ближе к телу, а после нас хоть потоп!). Юмор? Нет здесь чистого юмора. В каждой истории довольно грусти: где-то ее немного, где-то она душит. Сами рассказы подчас буквально на лист, а то и меньше, но в них столько настоящей боли, такой пласт человеческого существования, так ярко выписанный уклад жизни: чаще провинции, реже столицы. "Краткость - сестра таланта", - Антон Павлович знал, о чем говорил. В этом сборнике я чаще встречалась с чиновниками, крестьянами и артистами. Последним даже посвящен целый раздел, Сказки Мельпомены. Про артистов читать лично мне было скучнее всего, так и осталась я далека от мира богемы. На удивление пресыщение малой формой, которое, как правило, наступает у меня после рассказа этак пятого, накатило лишь к концу чтения. Теперь в планах восполнить культурный пробел в части пьес и еще некоторых рассказов, "Палата номер 6", например. П. С. Постигла еще одну грань эротизма: ночью в постели читать друг другу Чехова вслух.
максимус понтифекс отец Герасим
– А есть такие вина, что четвертную за бутылку стоит. Выпьешь ты рюмку, а у тебя в животе делается, словно ты от радости помер.
Стена …люди, кончившие курс в специальных заведениях, сидят без дела или же занимают должности, не имеющие ничего общего с их специальностью, и таким образом высшее техническое образование является у нас пока непроизводительным… (Из передовой статьи) – Тут, ваше превосходительство, по два раза на день ходит какой-то Маслов, вас спрашивает… – говорил камердинер Иван, брея своего барина Букина. – И сегодня приходил, сказывал, что в управляющие хочет наниматься… Обещался сегодня в час прийти… Чудной человек! – Что такое? – Сидит в передней и всё бормочет. Я, говорит, не лакей и не проситель, чтоб в передней по два часа тереться. Я, говорит, человек образованный… Хоть, говорит, твой барин и генерал, а скажи ему, что это невежливо людей в передней морить… – И он бесконечно прав! – нахмурился
играет немалую роль. В этих романах фамилию его производят
уходившему папаше. – Славный малый! Что у него на душе, то и на языке. Прост и добр, как видно… Люблю таких людей». В тот же день вечером у папаши на коленях опять сидела мамаша (а уж после нее сидела горничная). Папаша уверял ее, что «сын наш» перейдет и что ученых людей не так уломаешь деньгами, как приятным обхождением и вежливеньким наступлением на горло.