Крууга

После издания предыдущей книги Анны Лужбиной (сборника рассказов «Юркие люди») прошло три года и кажется, что каждый день она прокачивала свое мастерство, чтобы первый роман стал совершенным. Он не стал. Но это как раз тот случай, как стремясь к невозможному человек достигает оптимального.

Роман «Крууга» и правда очень неплох. Возможно, на мой вкус, у него слишком рыхлый и вялый сюжет, но общий колорит, детали, карельский воздух, люди и их мотивация – очень хороши.

Детство Ярика проходит в глухой карельской деревушке, за пределами которой он ни разу не был. Здесь еще остались старые плакальщицы для свадеб и похорон, и на праздниках по-прежнему танцуют круугу, но с экранов телевизоров уже заглядывает в повседневную реальность Терминатор и Дукалис из «Улиц разбитых фонарей».

Мир Ярика далек от сказки, ведь это деревня конца девяностых или начала двухтысячных – соседи пьют, карельские традиции умирают под поверхностным взором ярких журналистов и фотографов, дети жестоки, мама наивна, ружье заряжено…

А всё, чего хочет главный герой – сохранить дружбу с необычной питерской девочкой Женей, семья которой нарушила болотистый покой их деревушки то ли проектами, то ли прожектами на благоустройство. И никто не сможет дать ответ на вопрос, что лучше – дать старинному быту и традициям сгнить в неизменности или превратить их в туристический лубок?

Галерея персонажей в «Крууге» на удивление богата – великолепная старуха Ирма, красавица Урсула, так удивившая меня в финале, жутковатый Гудрон, странный несчастный Еся, слегка нелепые в своей городской наивности Женины родители, местный авторитет Сухонос. Всех их хочется рассматривать и изучать, как пришпиленных бабочек.

Такое чужое и такое знакомое детство, на которое так странно смотреть из настоящего, наблюдая, как прошлое, настоящее и будущее засыпает белыми хлопьями снега…

«Крууга» – отличное медленное и даже слегка медитативное чтение, после которого поневоле начинаешь ждать новых книг Анны Лужбиной.

Необычный роман, очень атмосферный. Понравился образный язык автора, неспешное, но насыщенное красками и звуками повествование, в которое проваливаешься, как в карельские туманы. Я несколько раз была в Карелии, но это были экскурсионно-туристические маршруты, и не дальше Петрозаводска. Поэтому было особенно интересно читать про жизнь в отдаленной северной деревне. Иногда я немного уставала от минора и безнадеги, но ведь в романе описано всё как было в те годы, да и продолжается сейчас в глубинке - умирающие деревни, заброшенные дома, спивающиеся безработные взрослые, неустроенные дети... Согласна с предыдущим отзывом насчет того, что сюжету как будто не хватает чего-то, но созданные автором образы и язык произведения однозначно перевешивают этот недостаток. Очень рада, что случайно наткнулась на этот роман, когда искала книги про Карелию, которую очень люблю, но в этом году не получается поехать. Спасибо автору за погружение в этот суровый мир.

Необычный роман, очень атмосферный. Понравился образный язык автора, неспешное, но насыщенное красками и звуками повествование, в которое проваливаешься, как в карельские туманы. Я несколько раз была в Карелии, но это были экскурсионно-туристические маршруты, и не дальше Петрозаводска. Поэтому было особенно интересно читать про жизнь в отдаленной северной деревне. Иногда я немного уставала от минора и безнадеги, но ведь в романе описано всё как было в те годы, да и продолжается сейчас в глубинке - умирающие деревни, заброшенные дома, спивающиеся безработные взрослые, неустроенные дети... Согласна с предыдущим отзывом насчет того, что сюжету как будто не хватает чего-то, но созданные автором образы и язык произведения однозначно перевешивают этот недостаток. Очень рада, что случайно наткнулась на этот роман, когда искала книги про Карелию, которую очень люблю, но в этом году не получается поехать. Спасибо автору за погружение в этот суровый мир.

Понравилась книга. Благодарю автора. Мне было очень интересно прочитать об обычаях карелов, о карельской деревне. Рассказ ребенка. Все мы видим его глазами. Интересны взаимоотношения соседей, взаимопомощь. Пожалуй только так можно выживать и жить в суровых условиях.