Zitate aus dem Buch «Фашистское жало»

не понять – языки во многом были схожи. Кроме того, их сейчас связывала одна забота на двоих, а это тоже способствует взаимопониманию. – А я думал, ты не рискнешь, – сказал Иван.

– Так точно, – ответила переводчица.

произнес Грицай. – А следует, что Фукс сейчас

смершевцев ничего на это не сказал, лишь Грицай неодобрительно крякнул. Однако

Унтером адресу, как неожиданно в помещение вошел какой-то боец. – Разрешите? – спросил он, и вид у него был при этом растерянный и озадаченный. – Что тебе? – недовольно отозвался Васильев. – Мы спешим… – Там это… – сказал боец. – Нес

вооружены, а у Ивана и Мачея хотя и были винтовки, но не было патронов

что у этих женщин особая роль в той разветвленной под

послужить! Мебель-то им чем помешала? – Это чтобы не оставить ее тебе, – сказал Семен Грицай. – Так, понимаешь, и сказали: перебьется Никитка Толстиков без мягких кресел! Посидит на табурете! – Я, конечно, посижу и на табурете, – смиренно согласился Толстиков. – А все равно жалко. Такая красота зазря пропала! Помимо раскуроченной мебели, по всем двум этажам там и сям валялись и стояли всевозможные металлические ящики разных

поверженного противника и нашел там пистолет. Семен хмыкнул

Грицаем Васильев. – Это почему же ты так думаешь?