© Александр Жабский, 2023
ISBN 978-5-0060-3140-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Лена выскочила из маршрутки на перекрёстке, резво прошла с полсотни метров по песчаной дорожке между газонами чахлого скверика до торца высоченной многоэтажки и взбежала по крутым ступенькам к глухой металлической двери. Дверь была выкрашенной краской, какой красят военные корабли. Над ней мерцала днём и ночью безвкусная светодиодная вывеска «Отель «Монплезир».
Лена нажала на кнопку домофона и помахала видеокамере над входом. Спустя несколько секунд клацнул дверной замок.
– Что-то ты весёлая, мать, больно! – послышалось ядовитое замечание её сменщицы.
– На работу – как на праздник, – с благодушным хохотком отозвалась Лена.
– На праздники, голуба, не опаздывают! – вышла из-за угла тесного помещения сменщица и встала в позу павиана, приготовившегося к нападению. – Разуй глаза! – указала она на настенные часы, показывавшие 20 минут первого.
– Вечно ты.., – начала Лена, открывая шкафчик, где хранила одежду согласно дресс-коду: черный низ, белый верх, но сменщица, мгновенно вскипев, перебила её.
– Вечно – ты! – ткнула она в её сторону черенком швабры. – А я-то как раз прихожу всегда вовремя!
– И опоздала б, я бы промолчала, – постаралась Лена затушить назревающий скандал. – Никто ж от этого не умер.
Но сменщица всё не могла или, скорее, не хотела уняться.
– Ещё не хватало, чтобы умер! – донесло эхо скандальные вибрации из недр «отеля». А следом принесло шум воды из крана, треньканье ведра, тюханье половой тряпки по ламинату. – С меня хватит и этих буйных секс-гигантов.
Лена хмыкнула. Она уже переоделась в служебное и стала выкладывать из сумки в холодильник принесённые продукты.
– Ну и набрала опять! – появилась в холле сменщица. – Будто не на сутки, а в полёт до Марса.
Сменщица была хронически дородной, и её заедало, что Лена имела ладненькую, хоть и не тощую фигурку – и при этом ела без самоограничений.
– Опять эти красавцЫ приходили, – сказала она, проглотив, что Лена ей так и не ответила.
– Да слышала уже.., – отозвалась Лена. – Что, с новой бабой?
– Они со старыми не ходят, – чуть завистливо сказала сменщица. – Хотя у этой ни рожи, ни кожи…
Лена хихикнула:
– Так с лица же тут им не воду пить.
Зазвонил телефон.
– Здравствуйте, отель «Монплезир» слушает, – стандартно сказала она, подняв трубку. – На сутки? Ну, в принципе возможно, да только вам невыгодно: у нас почасовой тариф – две тысячи за час. Да никакой не бордель! – поморщилась она. – Да, помогаем – надо же людям где-то встречаться, если невозможно дома. Пожалуйста… Сохраните наш номер – кто знает, может и вам однажды пригодится!
Сменщица успела тоже переодеться и явилась в обтягивающих джинсах, которые едва не лопались по швам, и легкомысленном топике, открывавшем несколько складок на её дебелом животе. Зрелище было потешное, и Лена постаралась скрыть улыбку
– Пошла? – спросила она, делая вид, что переставляет что-то в холодильнике, стоя к сменщице спиной. – Может чаю со мной попьёшь? Ты уж прости – я постараюсь больше не опаздывать. Честно! – повинилась она, когда справилась с приступом смеха от вида сменщицы.
– Не зарекайся! – фыркнула та. – Пошла… Оба номера вымыты, постели перестелены, полотенца поменяла.
– Ну прям герой труда!
– Капиталистического, – парировала сменщица и продолжала перечислять свою выработку: – В туалете тоже всё вылудила. Кстати, там ручка в бачке заедает, так последи, чтобы вода без конца не бежала, не то счётчик намотает Олегычу, а он – нам с тобой. Ох, и жарища, – шумно выдохнула она, – Едва дотянула до конца смены. Хоть бы шеф кондишены скорей поставил!
– Ага, поставит! – насмешливо отозвалась Лена, располагаясь за столом администратора. – Фумигаторы не могла допроситься от комаров в номера купить, пока один не нарисовал в моё прошлое дежурство в книге отзывов, ты же видела, «прибор» с сидящим на нём комаром.
Сменщица прыснула:
– Интересно, он с натуры рисовал? Ничего так перчик у него…
– А ты возьми-ка, Алла, и проверь! – подначила её Лена.
– Да надо будет, – в тон ей ответила Алла – будто тоже хохмит. Но глаз у неё призывно загорелся, как огонёк свободного такси. – Но он один не ходит…
– Устроить? – заглянула Лена ей в глаза.
Та отмахнулась:
– Да ну тебя!
В дверь позвонили. Лена взглянула на монитор видеокамеры, установленный на полочке под крышкой стола, и подмигнула Алле:
– А вот и он!
– Я вообще-то бронировал с 13-и часов, но ничего, что раньше? – спросил бесцветный мужчина в годах, пропуская вперёд себя весьма фигуристую тётеньку.
– За полчаса доплатите? – задала встречный вопрос Лена, сверившись с часами.
– Ах вот так.., – он стушевался. – Мы лучше погуляем, правда, Вера?
Вера однако желала отнюдь не прогулок, а жарких объятий и оттого взглянула на спутника с откровенной насмешкой.
– Мой милый донжуан, гулять я ведь вполне могу одна.
Она повернулась и пошла к выходу.
– Ну как же, Верочка?.. Да и потом.., – он покосился на головку бутылки шампанского, выглядывавшую у него из авоськи и сделал шаг за ней. – Постой же ты!
– Оревуар, – сказала оскорблённо Вера, перехватив его взгляд и отталкивая руку, которой он пытался её удержать. – Ну а шампусик, Павлик, девочкам подаришь! – сделала она жест в сторону Лены и Аллы и скрылась за входной дверью.
Павлик не знал куда девать глаза. Алла, чтобы не видеть их, перевела взгляд на его ширинку.
– Не чешется? – спросила она неожиданно даже для себя незадачливого бабника.
– Не понял. Что? – переспросил тот, не улавливая, куда именно направлен её взгляд.
– Проехали, – сказала Алла.
– А мы как раз установили фумигаторы, – оживлённо сообщила Лена, уловив направление взгляда сменщицы, и выразительно глянула на Павлика. – Согласно изобразительным пожеланиям клиентов.
Павлик покраснел.
– А-а, это… Простите, я тогда был сильно подшофе, вот, бес попутал, и превысил… позволил, так сказать, себе… Простите ещё раз, а бронь мою отменить нельзя? Я же теперь, как вы понимаете…
– Нельзя: снимаем только за шесть часов, – вздохнула Лена и прибавила уже не столь уверенно: – Наверное.
– Такого ещё у нас никогда не бывало, чтобы сбегали из-под венца, – прыснула Алла, которая всё никак не могла уйти и наблюдала происходящее присев на краешек диванчика.
– Сейчас я хозяину позвоню, – подала Лена надежду озадаченному Павлику. – Как он решит.
Она стала набирать номер хозяина отеля, а Павлик, удручённый коварством Веры и перспективой выложить деньги за неиспользованный для плотских утех номер, которая совсем его добила, присел на диванчик рядом с Аллой. Она смотрела на него сочувственно, и он печально улыбнулся.
– Вадим Олегович, такое дело, – сказала в трубку, дозвонившись до хозяина отеля, Лена. – Клиент вчера забронирован номер на сегодня с тринадцати…
– А знаете, чешется до сих пор, – шепнул меж тем Павлик, наклоняясь к Алле, с которой у них после обмена улыбками установились, как ему показалось, доверительные отношения. – Только теперь дошло… У меня, знаете, такой организм необычный – комариные укусы очень долго дают о себе знать. В прошлом году знакомые зазвали в июне на дачу, – а в июне комары, как известно, самые злющие…
– …Комарихи, – уточнила со знанием дела Алла. – Они особенно любят мужскую кровь.
– Да вы что?! – по-детски удивился Павлик. – Прямо как женщины… А то я думаю… Так вот я решил знакомым помочь прополоть огород, выкатился во двор в одних шортах, даже без футболки, в шлёпанцах на босу ногу – помните, какое пекло было? – ну и поплатился. До декабря всё тело зудело, особенно щиколотки.
Алла слушала его, кивала. Подошла Лена.
– Хозяин разрешил взять с вас половину стоимости, – сообщила она. – И то только в обмен на ваше согласие, чтобы мы вывесили ваш рисунок в одном из номеров. Сказал, увеличим, вставим в рамку под стекло…
– Бог мой, да не напоминайте! – страшно смутился Павлик, покраснел и отвернулся.
– А вы с натуры рисовали? – вдруг ляпнула Алла. После общения с Павликом на комариную тему она смотрела на него почему-то совершенно бесстыже.
– А ты же вроде шла домой? – состроила Лена гримасу за спиной у Павлика: мол, надо ж что сморозила.
Алла нехотя встала с диванчика:
– И точно! Тут с вами запросто ум за разум зайдёт…
– Так что решаете? – обратилась Лена к Павлику. – Мне надо дать ответ хозяину.
Павлику было явно жаль расставаться со всей суммой, причитающейся за неиспользованную броню, но, вместе с тем, неловко, что его более чем пикантный рисунок – в сущности, пьяная выходка, хоть и вполне безобидная, будет иметь продолжение. Он долго мялся – пока не проявилось третье чувство – гордость художника, неожиданно признанного массами. Правда, «массы» были не вполне многочисленны – всего три человека, но это уже вопрос второстепенный.
– А номер ведь вы никому не отдадите на предстоящий час? – спросил он, взглянув на часы, показывавшие почти 13 часов.
– Следующий клиент записан в этот номер только на 15, – подсказала Алла Лене, которая пошла к столу свериться с записями, переданными ей сменщицей. – Я ещё подумала, – сказала она Павлику, – что вы, возможно, захотите продлить себе удовольствие ещё на часик – так вот будет возможность.
Павлик при этих словах сморщился, словно лизнул лимон – он вспомнил бесславное фиаско его рандеву с Верой.
В дверь позвонили. Лена, не глядя на монитор видеокамеры, сразу открыла.
– У нас на 13! – воскликнула, вбегая, молодая «лань» таким тоном, словно ей начали возражать ещё в двух квартала от отеля. Она тащила за собой за руку прыщавого парня, который хоть и не упирался, конечно, но и не бил копытом, как самец лося во время гона.
– Учительница, – шепнула Алла Павлику.
– Господи, что уже в школах творится! – поразился Павлик.
– Не в этом смысле, – выразительно глянула на него Алла.
– Милости просим, – любезно сказала «учительнице» Лена и протянула ключ от номера.
– Но вы сказали.., – растерянно промямлил Павлик, когда парочка удалилась.
– У нас же тут два номера, – пояснила Лена.
Павлик постучал себя по лбу на манер Андрея Данилко в образе гаишника:
– Даун, даун, даун!
– Вы так и не сказали, что решили, – напомнила Лена, что пора рассчитаться. – Платите две тысячи или тысячу и уступаете нам право на рисунок?
Павлик с убитым видом вынул из кармана какой-то странный, чуть ли не старушечий кошелёк и с горьким вздохом отсчитал десять сотенных бумажек. Лена приняла, ещё раз пересчитала и сделала пометку в тетрадке для хозяина. Потом достала чистый лист бумаги и ручку и встала из-за стола.
– Садитесь и пишите.
– Что ещё писать? – вытаращился Павлик.
– Как что? Шеф сказал, чтобы всё было по форме, – заявила Лена. – Пишите разрешение на использование вашего произведения на имя ИП Подушкина. Нам не нужно исков за нарушение авторских прав!
– Вы полагаете, с такой картинкой я пошёл бы в суд? – сконфуженно спросил, подсаживаясь к столу, Павлик. – Да я там и вообще никогда не был…
– Ещё час назад мы, простите, не предполагали, – парировала Лена, – что сейчас вы будете не лежать на вашей Вере, а составлять документ. Так что…
– Правда ваша, – признал Павлик и вдруг мечтательно добавил, словно наедине с самим собой: – А говорят, она предпочитает, чтобы самой быть сверху…
Лена с Аллой переглянулись. Павлик хлопнул себя по лбу, потом по губам, дескать, что я болтаю, и склонился над чистым листом.
– Ну, прям как Старик Хоттабыч, – прокомментировала его жест Алла. – Осталось только по причинному месту, недоеденному комаром! – И они с Леной дружно расхохотались.
Der kostenlose Auszug ist beendet.