Buch lesen: "Только для взрослых 18+. Покорная служанка для хозяина"

Дождь лил стеной, когда старенький автобус остановился у развилки, а дальше Лизе предстояло идти пешком. По узкой, заросшей дороге, сквозь серую пелену, вела лишь тропинка, почти стёртая временем. В руках она сжимала потрёпанную сумку — всё, что осталось после жизни в городе, которая не захотела её держать.

Перед ней вдруг возник дом. Не просто особняк — усадьба, словно сошедшая со страниц старинного романа. Высокие колонны, чёрные ставни, окна, похожие на пустые глазницы. Забор из кованого железа, будто руки, тянущиеся из земли. Над воротами — вырезанная из дерева сова с пронзительным взглядом.

Лиза сделала шаг. Потом ещё один. Ворота скрипнули, будто предупреждая: «Ты ещё можешь уйти».

Дверь открылась до того, как она успела постучать. На пороге стоял он — Александр. Высокий, в тёмном свитере, с холодным взглядом и голосом, от которого по коже пробежал мороз.

— Вы опоздали на двадцать минут, — сказал он, не глядя на часы.

— Дождь… автобус…

— В этом доме погода не оправдание. Помните это.

Он пропустил её внутрь. Холл был огромным — мраморный пол, зеркало в позолоченной раме, старинные часы, стоявшие на 11:59. Ни звука, кроме капель, стекающих с её куртки.

— Вас зовут Лиза. Вы — прислуга. Спальня у вас будет в восточном крыле. Там же столовая для персонала. Западное крыло — запрещено. Ни сегодня, ни завтра, никогда бы то ни было.

— А… почему?

Он замер. Посмотрел впервые прямо в глаза.

— Потому что то, что там — не для ваших глаз. Пока.

Она кивнула, сглотнув. Что-то в его голосе… не угроза. А обещание.

— Ужин в восемь. До этого — освойтесь. И, Лиза… — он замедлил шаг, уходя. — Не шумите по ночам. Дом не любит, когда его будят.

Дверь его кабинета закрылась. Лиза осталась одна.

И в этот момент — часы пробили полночь.

Лиза лежала в своей узкой постели, обняв подушку. Поездка в дом Александра вымотал её, но мысли о хозяине не отпускали. Его строгий голос, уверенная походка... Она засыпала, представив, как он заходит в комнату.

— Лиза, — раздался его низкий голос, будто из тумана сна. — Поднимайся.

Девушка вздрогнула. Всё вокруг мерцало, словно восковые стены покоев растаяли. Перед ней стоял Александр в смокинге, его глаза горели чёрным огнём.

— Сними платье, — приказал он, садясь на кровать. Лиза послушно разделась, кожа дрожала от предвкушения. Хозяин провёл пальцем по её шее:

— Красивая... Но ты слишком нервничаешь. — Он щелчком пальцев связал её руки за спиной. Лиза всхлипнула, но это лишь разожгло взгляд Александра.

Он приказал ей встать на колени, проводя ладонью по бёдрам.

— Хочешь быть хорошей служанкой? Докажи.

Александр шептал: «Ты моя...», и Лиза почувствовала, как её тело наполняется желанием.

— Проснись уже! — услышала она сквозь сон. Лиза открыла глаза, обливаясь потом. Но на губах остался вкус тайного сна...

Лиза провела пальцем по краю старинного комода в своей комнате — той самой, что выделили ей в восточном крыле. Всё здесь было чисто, но неуютно: строгие шторы, узкая кровать, зеркало, в котором отражалась её бледная, взволнованная девушка с мокрыми прядями, прилипшими ко лбу.

Она переоделась в форму — чёрное платье с белым фартуком, как будто сошла с фото из прошлого века. И, глядя на себя, почувствовала: она больше не та, кто приехала сюда в надежде просто пережить зиму. Здесь что-то менялось. В ней. В воздухе. В самом доме.

В восемь часов она спустилась в столовую. Пусто. Только свеча горела на столе, да слышался далёкий стук часов. Потом — шаги. Тяжёлые, уверенные.

Александр вошёл не спеша. В чёрных брюках, белой рубашке, расстёгнутой на две пуговицы. Взгляд — как лезвие. Он не сел. Просто остановился напротив.

— Вы не едите?

— Я… ждала, можно ли.

— Вы можете. Это не тюрьма. Но и не гостиница.

Он сел. Она — напротив. Молчание. Только дождь за окном и треск старого паркета.

— Почему вы устроились сюда? — вдруг спросил он, не отрывая взгляда.

— Нужна работа. И… место, где можно начать сначала.

— А в городе не осталось никого?

— Никто не хотел меня держать.

— Почему?

— Слишком много вопросов задавала, — тихо ответила она. — А ещё… не боялась говорить правду.

Он чуть наклонил голову. Впервые — тень улыбки. Не добрая. Опасная.

— Правда… — прошептал он. — Это самое страшное, что есть. Особенно в этом доме.

Она почувствовала, как по спине пробежал холод. Но не от страха. От влечения.

Между ними повисло напряжение — густое, как туман над озером. Каждое слово, каждый взгляд — как прикосновение. Он не предлагал вина. Не вставал. Просто смотрел. А она — не отводила глаз.

— Вы не такая, как другие, — сказал он наконец. — Это хорошо. Или плохо. Посмотрим.

Встал. Прошёл мимо — так близко, что она почувствовала запах его одеколона: древесный, с оттенком ванили и чего-то… запретного.

Дверь за ним закрылась.

А Лиза поняла: она уже не может уйти.

Даже если захочет.

Дом не отпустит.

А он — тем более.

Луна залила комнату холодным светом. Лиза спала, свернувшись калачиком под тяжёлым бархатным одеялом, снова видела его — хозяина дома Александра. Его силуэт вырисовывался в дверном проёме, словно призрак из её самых смелых фантазий.

— Лиза… — голос звучал так же хрипло, как и в первом сне. Она попыталась ответить, но язык прилип к нёбу. Александр медленно приблизился, его пальцы скользнули по её щеке, оставляя жаркие следы.

— Ты так прекрасна, когда спишь… — он сорвал одеяло, обнажив её тело. Лиза попыталась прикрыться руками, но Александр мягко отстранил их:

— Не надо. Я хочу видеть всё…

Его взгляд скользнул по её округлым бёдрам, заставляя сердце громче стучать. Внезапно он рванул вниз тонкую ночную рубашку, оголяя соски, которые напряглись от возбуждения.

— Хорошо… — прошипел Александр, наклоняясь к её груди. Его язык начал медленные движения, заставляя Лизу стонать. Она чувствовала, как между ног разливается влажность, но сдерживалась — не хотела показаться поспешной.

— Хочешь меня? — шепнул он, поднимаясь к её губам. Лиза кивнула, и его рот жадно накрыл её рот. Язык проник внутрь, исследуя каждый уголок…

Александр резко сел на кровать, потянул за собой служанку. Его пальцы уже ласкали её сквозь ткань нижнего белья — чёрные кружева, которые он подарил ей вчера.

— Скажи мне… Громко.

— Да! Пожалуйста! — вырвалось у неё.

Он снова начал ласкать её, и вскоре Лиза взорвалась волной оргазма. Но Александр не остановился — он продолжал свою игру.

— Хорошая девочка… — прошептал он, когда она обмякла. Потом внезапно поднял её на ноги и повернул лицом к стене:

— На колени

Она послушно опустилась, чувствуя, как ткань халата касается её плеча. Руки сжала в замок за спиной — приняла максимально покорную позу. Александр обошёл её кругом, и Лиза напряглась, ожидая сто будет дальше.

— Хорошо... — его голос стал мягче. — Но сегодня я хочу не просто подчинения. Я хочу видеть, как ты просишь...

Служанка замерла. Её губы дрожали:

— Простите, господин? Что мне просить?

Он засмеялся низким смехом и сел на кровать рядом с ней.

— Скажи: «Я хочу быть вашей рабыней в любых играх, мой хозяин». Или... — он провёл пальцем по её шее к ключице, — ...можно попросить меня сделать это...

Лиза судорожно сглотнула. Голос дрожал:

— Я.… я хочу быть вашей рабыней в любых играх, мой хозяин.

Александр наклонился и поцеловал её в губы — не нежно, а требовательно, будто отбирая воздух. Его рука скользнула под халат, касаясь бёдер...

Лиза проснулась в своей комнате, сон больше не шёл. Дом стоял тихо, а всё внутри — гудело. Слишком много впечатлений: холодный взгляд Александра, его слова, обещания, которые он не произнёс, но которые висели в воздухе.

Она легла, натянула одеяло до подбородка. За окном шуршал дождь, ветер играл с ветвями, будто пытался заглянуть внутрь. И тогда — впервые — она услышала это.

Скрип.

Не от ветра.

Не от дома.

Где-то в глубине особняка, за толстыми стенами, будто кто-то медленно провёл металлом по дереву. Потом — шаги. Лёгкие. Почти призрачные. Словно босые ноги по паркету.

Лиза села. Сердце билось в горле.

— Кто-то есть… — прошептала она.

Тишина.

И вдруг — свет.

Сквозь щель в шторах, из-за угла здания, пробился тусклый, мерцающий отсвет. Он шёл не снизу, не из окон столовой или холла.

С западного крыла.

Того самого, куда ей нельзя.

Она подошла к окну. Прижалась лбом к стеклу. Дождь искажал картину, но — да. За высокими окнами, закрытыми решётками, мелькнул свет. Будто кто-то прошёл с фонарём. Или свечой.

Потом — тень

Высокая. Женская. В длинном платье.

Остановилась.

Повернулась… прямо к окну.

Лиза отпрянула.

Сердце — как птица в клетке.

— Это невозможно, — прошептала она. — Там никого нет. Там запрещено.

Но тень была.

Свет — тоже.

И шаги… теперь они стали чётче. Будто кто-то спускался по лестнице.

Она бросилась к двери, приоткрыла — коридор пуст. Только тени от свечей дрожали на стенах. Воздух — тяжёлый, пахнущий воском и чем-то старым.

И тогда — шёпот.

Не на ухо.

Где-то в голове.

«Ты не первая… и, может быть, не последняя…»

Лиза захлопнула дверь. Заперла. Села на кровать, дрожа.

— Это дом, — сказала она себе. — Просто старый дом. Скрипит. Ветер. Галлюцинации.

Но в душе она знала: это не ветер.

А дом…

Он смотрит.

И кто-то в западном крыле — ждёт.

Она снова уснула.

— Ты слишком долго спишь, — прошептал знакомый голос Александра, и его губы коснулись её шеи. Лиза вздрогнула, но не испугалась — это был он, её хозяин, который в последнее время всё чаще появлялся в её снах.