© Александр Бер, 2016
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
На первый взгляд Алеся самая простая девочка. Настолько обыкновенная, что самая невероятная история приключилась именно с ней. Как и все дети, она любит кушать мороженое и гулять по парку за ручку с бабушкой. Но сверстники почему-то сторонятся её и называют странной, а взрослые как будто и не замечают вовсе её существования.
Почему так случилось, никто не знает, и объяснить не может. Даже мы с вами не возьмёмся судить, о чём не имеем ни малейшего представления. Вдруг это всё просто из-за её чрезмерно курносого носа или из-за смены молочных зубов? Вот пусть сама по себе и живёт такая загадочная одинокая беззубая зайка.
Однако подобное положение вещей очень огорчало саму Алесю, ведь раньше всё было совсем иначе. Это так сильно сказалось на её характере и поведении, что со временем окружающие стали замечать – юная школьница начала замыкаться и всё чаще уходить в себя.
В это время она погружалась в свой собственный придуманный мир, где ей было комфортно. Здесь никто никого не обижал, не подтрунивал над другими, кто хоть чем-то отличался от остальных, и не хихикал за спиной, как в реальной жизни. Там позволено целыми днями дурачиться и кушать ириски. Этот мир представлялся ей в виде облака из молочного зефира, по которому можно было бегать босиком и не бояться разбить коленку, если упадешь. По сторонам лежали разбросанные любимые игрушки, красивые наряды и никого вокруг, с кем приходилось бы делить это богатство и вынуждать себя с ними общаться. Только сильные переживания или громкие настойчивые голоса родителей могли заставить спуститься её с небес на землю.
Свой первый юбилей, 10 лет, Алеся встретила дома в кругу семьи: мамы, папы, бабушки, ну и большого торта с кремовыми цветочками и разноцветными свечками. Подруг у неё не было, поэтому она и не ждала, что кто-то вот так неожиданно придёт поздравить её с днём рождения.
Торжество тянулось медленно, как нуга в шоколадном батончике. Было не то, чтобы не весело или грустно, а как-то просто и заурядно. Каждый поздравлял именинницу, желал ей здоровья, удачи, друзей и интересных событий в жизни. Родители что-то вручили, подёргали её десять раз за уши, потеребили щёчки и поцеловали в лоб. Алеся стояла отрешённо и изо всех сил старалась не расплакаться от подобного внимания и даже не смотрела никому в глаза. В последнее время она вообще избегала чужих взглядов и смотрела куда-то в сторону. Потом все расселись за столом и принялись за праздничный ужин. Постепенно взрослые так увлеклись непонятными разговорами о работе и о знакомых, что вся семья и вовсе позабыла про нашу именинницу.
В голове юбилярши невыносимо громко звенели столовые приборы, а радостные голоса слышались диким воплем великанов-людоедов. От обиды ей хотелось прикрыть уши руками и убежать в соседнюю комнату, спрятаться в углу и представить своё зефирное облако.
В общем, ничего не радовало в этот день, ни белое платье с пурпурными узорами и сливовым шёлковым пояском, которое мама сама сшила по случаю рождения дочки, ни новые изящные сандалики на носочках с рюшами. Возможно, девочка находила эти вещи старомодными, не по возрасту и чувствовала себя в них неловко. Даже на подарки не взглянула. Она с удовольствием надела бы сейчас джинсы, футболку с рисунком любимого мультперсонажа, расплела косички с бантами и сбежала бы жить в глухой лес. Насовсем. Чтобы только она одна и никого больше. Ни зверюшек, ни родителей, ни птиц.
Алеся медленно встала из-за стола, аккуратно сложила тряпичную салфетку, задвинула стул и под сочувствующий взгляд своей бабушки, отвлёкшейся в этот момент от десерта, молча направилась в детскую.
Даже в таких ситуациях все её действия не нарушали привычную для неё последовательность. Порядок этот был во всём, но оставался понятным только ей и напоминал скорее заученный ритуал. Как играть, как гулять, как убираться и складывать салфетку после еды, всё было подчиненно своей логике и системе. Она никогда не уложит свою куклу спать, если прежде не расчешет ей волосы, или сама, отправляясь на прогулку, будет идти только справа, и только по тем тропинкам, по которым она уже тысячу раз ходила. Иногда казалось, что-то новое могло просто напугать её или сбить с толку.
Печальное дитя село у окна, облокотилось на подоконник и стало мечтательно разглядывать мерцающие на небе звезды. Одиночество и уединение, от которых она страдала порой не меньше, чем от пристального участия в её жизни, странным образом стали придавать ей силы и уверенности в себе. Она-то знала, еще чуть-чуть и молочное зефирное облако снова примет её в свои успокаивающие объятия.
Правда пока что разные мысли пчелиным роем кружились в её маленькой светлой головке и не давали окончательно расслабиться: «Что же будет со мной дальше? Что? – размышляла она. – Как открыться и объяснить, что я чувствую? Как мне показать родителям, что я люблю их и также нуждаюсь в их любви и поддержке? И можно ли научиться дружить и найти настоящих друзей?». Но пока ответы на столь разные и серьёзные вопросы не находили себе ответа.
Внезапно раздался громкий стук. Алеся вздрогнула. Из-за дверей послышался заботливый и любимый голос: «Это я, внучка, можно войти?»
– Входи, бабуля!
– Я принесла тебе свой подарок, – сказала пожилая женщина.
Хотя она вручила его сразу же после поздравления родителей, Алеся также не обратила на него ни малейшего внимания. Сейчас Бабушка всё равно решила не заострять на этом внимания и собралась сделать преподношение заново, будто бы в первый раз. К счастью, пока она единственный член в их небольшой семье, который научился находить общий язык с ребёнком, подбирать правильные слова и совершать осторожные поступки в обращении. «Ведь это так просто, но так важно для нашей любви и взаимопонимания», – думала она. А внучка всегда отвечала взаимностью.
– Смотри, что у меня есть для тебя.
– Какая большая коробка, – удивилась девочка.
– Открывай же быстрее, мне не терпится увидеть твою радость и услышать озорной смех.
– Погоди, давай ты возьмешь меня к себе на колени, а я возьму твой подарок?
Бабушка понимала, если Алеся придумала себе именной такой план, то непременно надо соглашаться, чтобы не огорчать её и не вызвать снова чувство протеста.
Со счастливыми глазами и довольной улыбкой на лице девочка удобно уселась, поцеловала бабушку в щёку, взяла её правую руку и сама обняла ею себя за талию. Потом она робко дотронулась до краёв разноцветной крышки коробки и стала медленно-медленно поднимать её вверх.
Алеся сосредоточенно вглядывалась и вслушивалась в содержимое дара. Может быть ей хотелось, чтобы оттуда неожиданно вылетела невиданная птичка или наоборот тихо лежала и ждала своего часа красочная детская книга. Ох, порой так тяжело догадаться, о чём думает другой человек.
Когда крышка была полностью снята, и прежде чем отложить её в сторону, Алеся в предвкушении сюрприза сделала глубокий вздох и потом резким движением скинула её на пол. Она медленно опустила лицо в коробку и, вытянув губы и округлив голубые глазки, выдохнула протяжное: «O-о-о».
Бабушка была счастлива, потому что видела – её подарок пришелся по душе.
Внучка проворно слезла с колен и достала из подарочной упаковки одного за другим трёх ежей. Одного большого, второго в два раза меньше и третьего совсем маленького. Это были мягкие игрушки, лёгкие как пушинки, с добрыми бусинками глаз и чёрными носиками, трогательной улыбкой, смешными пампушками в виде ушек и лапок, и самое главное, невероятно приятной на ощупь густой копной ниточных иголок.
Алеся схватила ежей в охапку, встала на цыпочки, закрыла глаза и стала бабочкой кружиться по комнате. Они были такие милые, такие воздушные, и напоминали те самые зефирные облачка. Только не белые, а с цветом топленого молока на животиках и темно-коричневыми и золотистыми вперемежку иголочками на бочках и спинках.
Бабушка поняла, что полностью угодила своей любимой внучке, погладила её по русым волосам и вышла из комнаты.
С этого подарка в жизни Алеси и начали происходить самые славные события. Но об этом по порядку.
Der kostenlose Auszug ist beendet.