Юлия Резник

ласке. Ей было хорошо… Ведь она имеет на это право? Просто получить удовольствие. Для себя. Пока Таня размышляла, Павел стащил с нее трусики и провел пальцами по промежности. Женщину буквально подкинуло, да и самого Павла порядочно потряхивало. У него сто лет такого не было. Она была гладкой и очень влажной. Готовой его принять. Мужчина стащил штаны и посмотрел прямо на Таню. Не отрывая взгляда, закинул ноги женщины на спину и толкнулся внутрь. Таня болез

ние, было обеспокоенное Веткино: – Слушай, может, тебя отвезти в стационар? – Где ты была? – задал встречный вопрос Коган. – В аптеке. Купила тебе лекарств. Но теперь думаю, этого недостаточно. Серьезно? Сандалова купила ему лекарства? В лесу умер последний лось? Иначе как объяснить

Возможно, в этом и заключалось его наказание? Полюбить женщину, в чьих бедах он был виноват? Чтобы до дрожи в коленях боясь ее потерять, до последнего верить! Верить в то, что она простит. И пока оставалась хоть капля надежды, что все еще можно исправить, складывать их разбитые жизни по черепкам, по кусочкам… держать их вместе, сколько понадобится – а вдруг получится соединить?

– Слушаю. – Булат, нужна помощь. – Ты бы хоть когда-нибудь позвонил мне просто так… Для разнообразия.

Знаешь, что бабуля на этот счет говорит? Нет? Она утверждает, что возраст – это число, которое показывает, как далеко ты готов ехать за дешевой свиной ногой на холодец.

упорством следил за ней взглядом. Весь их недолгий, но такой содержательный диалог. Он даже забыл о своем кошмаре, сосредоточившись на другом… На её удивительных словах, которые даже захотелось записать. Чтобы не