Sergei Lukjanenko

как «вонючки» и «мохнатки». Цели перекрывали друг друга, сливались, но на взгляд там было не меньше сотни кораблей. А по встречной орбите, сближаясь куда стремительнее, но и находясь

Но я вдруг понял, что мне действительно интересно происходящее. Мир стоит на краю пропасти и скоро сделает шаг вперед.

Три раза ха-ха. Власть исчезнет только тогда, когда на Земле останется одинединственный человек. И то потому, что собой управлять-то никто не умеет, все предпочитают править другими.

расстроен? – Не знаю, – сказал я. И ощутил, что вовсе не расстроен. Скорее, рад. Но ещё и смущён. Спросил: – Эля…

– Можно всю жизнь питаться только мягкой кашей, – объяснил я. – Но тогда у тебя выпадут зубы, потому что станут ненужными. И желудок разучится что-то другое переваривать. Вот мультики и кино – словно каша для мозгов. Чтобы умнеть, обязательно надо читать.

Вреда никому не несу, пользы не причиняю.

в типографию. – Это мне и нужно. Сроки поджимают. И напомню, что после того, как я подписал макет, вы не можете вносить туда никаких изменений. – Согласен. – Согласны, – откликнулась Кузнецова за весь коллектив. Полдник обвел нас торжествующим взглядом и вышел. – Мы завершили сделку, кетиб

Пока в России есть бабушки - ни один вор не может чувствовать себя спокойно.

Я снова кивнул, будто игрушечный китайский болванчик из сказок Андерсена. Ох, не зря он называется болванчиком! Тот, кто все время кивает, – иного имени недостоин.

Дети, они к Богу ближе, он их чаще слышит