Марк Довлатов

Белка будет Андромеда. Натурально, голая. Красавица вся из себя. Прикованная к скале. И ждет дракона. Чтобы он ее вые… съел. Ага, не тут-то было! Тут появляешься ты – орел, дон Рэба, Персей то есть, в блестящих доспехах… и достаешь так свой ху… Пагади, Волобуев! А дракон? Да, точно.

Ты тогда не знал, что это был оргазм, но понял, что приобщился к чему-то мистическому, познал сакральную тайну бытия, она наполнила тебя всего и осталась с тобой навсегда. Ты и сейчас, закрыв глаза, можешь вспомнить белые пятна водяных лилий на сине-зеленой воде, солнечные блики на золотистой девичьей коже и свой восторг, который не потускнел с годами.

занимайтесь любовью, а не войной.

– Господи, Мишка, мне так хорошо! Я тебя так люблю. И ничего мне не стыдно. И сосать у тебя не стыдно. И сперму глотать. – Расскажешь девчонкам? – Как глотала? Не, ну это стыдно!

Когда ты кончаешь, я вижу твою душу.

Оба были до края возбуждены, вернулись в отель и бросились на кровать, он поставил девушку на четвереньки, собрал ее волосы в хвост и намотал на руку, хлопал ее по попке, двигался в ней как поршень паровоза, она стонала и кричала, успела кончить три раза, упала без сил на постель и перевернулась на спину, а он сидел у нее между ног с торчащим членом и никак не мог кончить,

На экране телевизора прямо в камеру поднялся мужской корпус, пристроил свою главную часть меж грудей, сжал их по бокам и задвигал ею; это плавное движение перешло в резкие толчки и закончилось в опаловой лужице на смуглой коже – экран потух.