Анфиса Ширшова

Терри тряхнул головой. Это абсолютно точно галлюцинация! Должно быть, возникла на фоне лечения в психушке. То есть, простите, в клинике для душевнобольных , конечно же.

– Лишь самые важные кельты носили шейные кольца, – добавил дед. – Это символ могущества, власти и отваги.

Скажи об этом Тайлеру, и он сильно в тебе разочаруется. Потому что ты должен думать о деле. – Одна половина моего мозга занята операцией, а вторая – тобой.

Нет, – твердо ответила я. – Мы никому не скажем. Я молчу, и ты тоже будешь молчать, Эби. Я справлюсь. Главное – никто не должен знать.

Левандовски тут же покачнулся и выругался, чуть не грохнувшись на спину. В последний момент успел удержаться на ногах, мигом нацепив на лицо непроницаемое, даже чуть скучающее выражение. Я улыбнулась, еле сдерживая смех.

Наказывал ее за чувства к другому. Потому что она не имела права думать о нем, видеть его, помогать, беспокоиться…

Мне бы остаться живой и не сломленной после всех этих сумасбродных приказов выжившего из ума Правителя.

уйду, – шепчет она, прижимаясь ко мне всем