Buchdauer 12 Std. 40 Min.
2024 Jahr
Одинокий странник
Über das Buch
Почему люди говорят в лифте больше и охотнее, чем скажем в парикмахерских, у психологов или за барной стойкой? Посторонним людям они рассказывают то, чего не расскажут близким и родным? Почему? Может, потому что ты точно знаешь, что больше не встретишь этого человека? Знаешь точно, что ваши дороги разойдутся сразу, как только откроются двери лифта и этот чужой человек унесет с собой твою проблему. Он скроется из вида, и ты никогда не вспомнишь, что поделился с ним своей тайной, а на душе станет легче. Ведь так? Но не смотря на это, молодая девушка встретила незнакомца из лифта, который решил ей открыться, во второй раз и приняла его странное приглашение отправиться в путешествие. Со временем она узнает, что целью их путешествия становится найти запрятанные где-то в Европе во времена второй мировой войны сокровища, а еще и узнать тайны своего странного спутника и давно забытую семейную историю.
Genres und Tags
Ревность – это прекрасное чувство, но лишь до тех пор, пока не переходит границ разумности.
- Да кто же ты, Артем Давыдов?- Просто путешественник! – сказал он, ехидно улыбаясь, скрывая правду за этой улыбкой.
- Посмотри назад.На долю секунды мне стало страшно. Я почувствовала спиной беду и уже приготовилась давать деру, но тут же на лице Артема появилась довольная улыбка. Подумав, что все не так уж плохо, медленно я повернулась назад и увидела, как за нами издали наблюдает Жерар, наслаждаясь своей трубкой. Когда я повернулась, он только два раза кивнул головой, словно говоря нам, что все верно, что все хорошо и вмиг испарился в толпе. Он слился с туристами и в момент исчез из нашего вида.
спине, они продолжили разговор, – долго что-то ты шел до меня.
Всюду можно было увидеть на зданиях флаги СССР, Америки, Англии. Они висели на зданиях у подножия, которых торговали русской продукцией. Было что-то вроде шапок ушанок, военных костюмов, противогазов и матрешек. Я заметила даже карту СССР. Между двумя встречными дорогами был маленький бетонный островок, на котором стоял портрет советского солдата.