Терапия памяти

Я не любила просыпаться по утрам без Матвея. Его дежурства вызывали у меня что-то похожее на приступы паники – когда утром не открываешь сразу глаза, чтобы не увидеть рядом пустую подушку. Мажаров всегда вставал раньше меня, но в такие дни я слышала его присутствие в квартире, его шаги, и это придавало мне уверенности. Я быстро отвыкла жить одна, хотя училась так жить довольно долго. Матвей своим появлением очень изменил мои привычки, мой жизненный уклад, и эти изменения пришлись мне по душе. А отсутствие мужа по ночам теперь доставляло дискомфорт. Я выбралась из постели, приняла душ, вышла в кухню и сварила кофе, мимоходом отметив, что даже это я делаю совсем иначе, чем Матвей. Вот так – живешь всю жизнь одна, думаешь, что так оно и надо, привыкла, приспособилась – и вдруг появляется человек, вроде бы сначала совершенно посторонний, и твоя жизнь становится абсолютно иной, как будто он приносит в нее даже другой воздух, дышать которым теперь можно только вместе, а поодиночке уже плохо получается.

– Мне не до шуток. Дядя Слава… на Матвея дело завели… об изнасиловании… – Я даже зажмурилась, когда произносила это, потому что подобная фраза казалась мне чем-то постыдным, да так и было, собственно… – Что?! – выдохнул Васильков, расслабляя узел галстука, словно тот ему мешал. – Вот так… Матвей переживает, и я боюсь, как бы это не сказалось на его работе, понимаешь? – Да ты сдурела, что ли?! – рявкнул вдруг дядя Слава

спиной и обсуждать, что и где ты сделала. И тут приходит… кстати, а кто ты у нас нынче? В зеркале заднего вида я отметила, как

Это сообщение так выбило ее из колеи, что она весь обход вела себя почти неадекватно. Как назло, у Иващенко сегодня был выходной, и посоветоваться с ним мне удалось только по телефону.

– А вам на обход не нужно? – спросила Ульяна, заметив, что он и не собирается покидать своего места. – Это еще не обход. У нас принято смотреть своих клиентов до того, как состоится обход с главным врачом. Аделина Эдуардовна и сама так делает. – Я запомню, – кивнула Ульяна