Герои Аверченко из сборников "Шалуны и ротозеи" (1914) и "О маленьких для больших" (1916) совсем не похожи на благовоспитанных дворянских детей, знакомых читателю по произведениям Л. Толстого и других классиков XIX века.
"Моя была бы воля, я бы только детей и признавал за людей", - доверительно сообщает писатель. Он уверяет, что только дети выламываются из опостылевшего быта, из размеренной и нудной обывательской жизни, а взрослый человек - "почти сплошь мерзавец". Впрочем, иногда даже мерзавец способен проявить человеческие чувства, когда он сталкивается с ребёнком.
Bewertungen
1