Über das Buch
Знаковый роман, с которого официально отсчитывают само существование жанра «антиутопия». Запрещенный в советский период, теперь он считается одним из классических произведений не только русской, но и мировой литературы ХХ века. Роман об «обществе равных», в котором человеческая личность сведена к «нумеру». В нем унифицировано все – одежда и квартиры, мысли и чувства. Нет ни семьи, ни прочных привязанностей…
Но можно ли вытравить из человека жажду свободы, пока он остается человеком?
Andere Versionen
Bewertungen, 4 Bewertungen4
Очень хорошее произведение. Примерно так я представляла себе наступивший коммунизм) Интересно. Местами жутко от безысходности
Люблю 1984, поэтому читала и этот роман, так как есть версия, что Оруэлл впечатлился этим произведением. Но Мы идёт тяжелее, под настроение, поэтому читала долго. Параллельно читала парк падших людей Клейменова, тоже можно провести явную параллель в некоторых моментах. Кажется эта идея вдохновляет многих, но не все могут её красиво перенести на бумагу
В Едином государстве все жители строго подчиняются принятым законам, на свободу личности и живые эмоции наложен запрет. Главный персонаж с присвоенным ему именем Д-503 живет по законам общества, честно трудится и соблюдает все необходимые правила, но вдруг встречает I-330, и эта встреча меняет его необратимо. Рушится его привычный мир, теперь все, что он знал раньше, подвергается им сомнению, и на первый план выходят чувства. Это не что иное, как любовь и Д-503 позволяет ей победить бездушные правила.
Это хорошая книга и самая первая антиутопия своего времени. У меня давно было желание познакомиться с творчеством Замятина, и после этой книги интерес стал еще больше.
Сначала никак не могла понять, на что похоже. Потом вспомнила,- Оруэлл, 1984. Надеялась, что развязка будет иная, но нет. Всё та же безнадёга. Конец скомкан, я разочарована.
Уж лучше бы молчала – это было совершенно ни к чему. Вообще эта милая О… как бы сказать… у ней неправильно рассчитана скорость языка, секундная скорость языка должна быть всегда немного меньше секундной скорости мысли, а уже никак не наоборот.
Это ведь о нас, о теперь. Да! Вы вдумайтесь. Тем двум в раю – был предоставлен выбор: или счастье без свободы – или свобода без счастья; третьего не дано. Они, олухи, выбрали свободу – и что же: понятно – потом века тосковали об оковах.
кресло возле кровати – мы одно: и великолепно улыбающаяся старуха у дверей Древнего Дома, и дикие дебри за Зеленой Стеной, и какие-то серебряные на черном развалины, дремлющие, как старуха, и где-то, невероятно далеко, сейчас хлопнувшая
равнин, ветер несет желтую медовую пыль каких-то цветов