Проснувшись поздним утром с тяжелой головой, Лияну я в комнате не обнаружила. Стало быть, она начала выполнять мой план. Надеюсь, что у нас всё получится. Самостоятельно одевшись в простое платье без корсета, я умылась и пошла в малую столовую, где когда-то в далёкие времена были счастливые часы, проведённые с родными. Экономка, попавшаяся мне на пути, смотрела на меня с презрением и брезгливостью. Словно я тут не хозяйка, а грязная дворняга, посмевшая встать у неё на пути. Этот вопиющий акт демонстрации неуважения, я оставила без внимания. Потому как все мои мысли занимал вопрос, как забрать украшения матери из семейного хранилища? По-хорошему опекун должен был отдать мне вчера всё, кроме родовых артефактов, но он просто так не расстанется с дорогими украшениями. В некоторых из них таиться магия. Нет, это не те артефакты, которые передаются среди времён и поколений. А те, которые дарил мой отец своей любимой женщине. Например, мамино кольцо с рубином помогало легче переживать регулы и облегчало боль в родах. Когда-то она хотела заказать у ювелира- артефактора подобную вещь и для меня. Как она выразилась- на вырост. Там было много подобных вещиц. И была у меня мысль, как заставить скрягу отдать мне положенное. Вскоре мне представилась возможность её осуществить.
В конце моего завтрака в столовую ввалился дорогой родственник. По виду он был пьян или не протрезвел со вчера. Тем лучше для меня. Улыбка не сходила с его лица. Вид был у него помятый, а счастье изливалось из него ручьями.
– Дорогая. Я всю ночь поднимал тосты с друзьями за твоё здоровье. Ты почему так рано встала? Я удивлённо посмотрела на него.
– Разве рано дядюшка? Почти полдень уже. Он посмотрел на часы, висящие за моей спиной. – М-да. – задумчиво протянул он. – И в самом деле полдень.
Плюхнувшись на стул, он придвинул к себе чашку с кофе, понюхал и скривившись начал кричать на служанку.
– Вина мне принеси! Ты разве не видишь, я тут именины единственной племянницы справляю! Затем он рыкнул и грубо хлопнув по бедру испуганную молоденькую служанку, сказал: – Ты еще тут? Она бросилась за дверь. Он, рассмеявшись противным каркающим голосом, закинул в рот кусок вареного мяса. В этот момент меня саму чуть не вывернуло на стол от его манер. Не высокородный граф, а пьяная падаль. Я решила, что это удачный момент. Разговор завела неспешно, не хочу, чтобы он меня заподозрил. Подошла к нему поближе и присела за соседний стул.
– Граф, а вы сообщили моему брату о помолвке? Я с самым невинным видом посмотрела на него. Тот же в свою очередь пристально посмотрел на меня и жестко ответил
– Естественно сообщил, и он счастлив за тебя. В этот момент в столовую вошла Руэлла неся графин с вином. Она кокетливо стрельнула глазами и поманив мужчину за собой зазывным взглядом пошла к выходу.
– Амелия. в моем кабинете лежит для тебя подарок и письмо от твоего жениха. Я сейчас буду занят какое-то время, будь добра забери сама. Всё на столе. Арен даже не притронувшись к вину встал и с довольным видом быстро покинул меня.
Я доела и всё же решила забрать подарок таинственного жениха. Поднявшись на третий этаж, я услышала весьма недвусмысленные крики Руэллы из спальни родственника, она находилась через две двери сразу за кабинетом. Дверь была закрыта не до конца. Не знаю какая сила потянула меня к спальне, но я пошла. Заглянув туда я увидела два тела страстно двигающихся в объятьях друг друга. Они были скрыты за полупрозрачным черным балдахином. Было отчетливо видно, как мой дядюшка, запрокинув голову и закрыв глаза, вбивал в кровать своим весом упругое тело служанки. Стоны и рычания были слышны казалось на весь этаж. Смущение одолело меня. Я собралась закрыть дверь, но заметила на столике, который был в комнате недалеко от входа, нечто знакомое. Изящный ключ на тонкой золотой цепочке, который постоянно висел на шее отца. В детстве я даже играла с ним однажды, пока отец строго не отчитал меня, сказав, что это не игрушка. Столик был недалеко от двери, сбоку от кровати. А цепочка от ключа свисала с его края. Ключ от семейного хранилища. Он- то мне и нужен. Времени раздумывать не было и пока любовники заняты, я решилась. Скинула домашние туфли и оставшись в тонких чулках тихо вошла, пригнулась и начала идти к столику. Мне нужно было пройти шагов пять и обратно. Я почти дошла, когда Руэлла очень громко вскрикнула и затихла. Я в эти секунды обмерла от страха. Из меня чуть дух не вышел. Я застыла через пару секунд услышала возню и недовольное рычание Графа. –Я еще не закончил. Звуки греховного деяния вновь наполнили комнату. Я шустро схватила ключ и не разворачиваясь, спиной попятилась к выходу. По пути назад к двери, задела напольную большую вазу, но успела её придержать. Любовники ничего не заметили. Выскочив за дверь, я чуть прикрыла её, до конца, впрочем, не захлопывала. С колотящимся сердцем я обула туфли и бегом бросилась к лестнице. Я бежала в подвал, туда где было хранилище. Времени у меня было мало, если не сказать совсем не было. Когда мы с братом были детьми, отец как глава рода водил нас в семейное хранилище. Попасть туда мог не всякий. Кровная магия, заключенная в стены замка, как и в библиотеке, пропускала только членов семьи и только кровных родственников. И к тому же нужен был ключ, который сейчас жег мою руку, как раскалённый. Я никогда ничего не крала, до сегодняшнего дня. Видят боги –это вынужденная мера, а иначе мне не забрать украшения матери. Задыхаясь я подошла к двери, вставила ключ в замочную скважину и провернула замок трижды. Холодный и спертый воздух вырвался мне в лицо. Тут бывают не часто. Когда я вошла и закрыла за собой дверь, зажегся световой шар и облетев меня поднялся над моей головой. Обычно сколько человек входит, столько шаров и зажигается. Помимо света это было своего рода охранное заклинание. Если пришел чужак –то этот шар по словам моего покойного отца должен увеличится в размерах и спалить непрошенного исследователя чужих сокровищниц до пепла. Я осмотрелась и открыла рот от изумления. Множество стеллажей было заставлено старинными книгами. Я прошла их быстро, потому как они меня мало интересовали. За ними были столы на которых стояли мешки чуть больше чем поварские в которых было развешено по два килограмма соли. Мешков было несколько сотен. Подняв один из них, почувствовала, что он очень тяжелый. Внутри зазвенели монеты. Развязав мешочек, я оторопела, там было золото. Наскоро вернула его на место. Я прекрасно знала с самого детства, что на золото в хранилище наложена охранная вязь чар. Тот глупец, который попытает вынести его получит удар магии и будет хорошо если он будет не смертельный. И к тому же хранилище магически заблокируется, до прихода хозяина никто не сможет войти или выйти. Я пошла дальше, ведь меня интересовали витрины с драгоценностями, стоящие в конце хранилища. Три витрины были с родовыми артефактами и по этому их я трогать не стала. Каждый раз, когда их брали из хранилища, глава рода знал об этом. Его оповещали чары. А мне не нужно быть пойманной на месте преступления. Меня же интересовали те витрины где были украшения моей матери. Безошибочно нашла нужные и подошла к ним. Слёзы навернулись от воспоминаний. Мама обладала невероятным вкусом и умело сочетала наряды с украшениями. С тоской в сердце открыла витрину и осторожно не издавая шума начала вынимать кольца из своих лож. Подумав куда это богатство сложить, посмотрела на пустые мешки от монет, которые стопкой лежали на стеллаже. Развязала их и начала складывать кольца туда. Затем я сняла серебряный гарнитур с аметистами и сунула в мешок. Забрала я и все золотые серьги матери. Браслеты и кулоны так же пошли в мешок. А теперь перейдем к самому сладкому, с предвкушением дядиной реакции подумала я. Подойдя к следующей витрине я засмотрелась на тиары. Тут было пять красавиц. Изумрудная, аметистовая, бриллиантовая и рубиновая. А самая красивая была из огнекамня. Эту тиару моя мать надевала на свадьбу с отцом. К ней шли серьги, но они были выполнены раньше тиары лет на двести и были артефактами, так что увы и ах, как бы того не хотелось, но забрать и их я не могла. Решила не мелочиться и забрала все тиары. В хозяйстве пригодятся. Мало ли на какой бал занесет. Жизнь-то длинная. С удовлетворением завязала мешок и с трудом пошла к выходу. Разглядывать остальные украшения рода времени не было. Мешок был довольно тяжелый. Я молилась всем богам, чтобы успеть донести его до своей комнаты без свидетелей. Выйдя из хранилища, заперла за собой дверь. Повесила ключ на шею и подняв свою ношу с пола, как могла быстро стала подниматься по лестнице. Мои молитвы услышаны не были, потому, как только я дошла до своего этажа и ступила в коридор на меня вылетела одна из горничных.
– Ой! Испуганно взвизгнула она. – Госпожа, я не заметила вас. Простите и позвольте помочь вам с мешком. Она покосилась на него с любопытством.
– Госпожа, позвольте узнать, что у вас там? И молоденькая девушка хитро посмотрела на меня.
– У меня там соль Оливия. Ванну решила принять, я тут обнаружила, что у меня кожа загрубела- вдохновенно и безбожно врала я, при этом надеясь, что ни одна цепочка не зазвенит. – А соль так прекрасно её размягчает. Но тут главное не пересидеть, а -то в сморщенный изюм превратишься. Девушка изумлённо распахнула глаза и с уважением в голосе сказала мне:
– А я думала высокородные простыми средствами не пользуются, им только масла да притирки подавай- бесхитростно сказала она. – Простите госпожа герцогиня, давайте я вам донести помогу? Смущенно опустила глаза в пол
– Ну чего ты, я и сама могу дойти, мне тут немного осталось. Лучше вели чай на веранде подать. И я пошла в свою комнату, при этом я заметила, что девушка посмотрела мне в след еще с большим уважением. Зайдя в свою комнату, я быстро прошла в гардеробную и открыв полку для шляп запихала за шляпные коробки свою драгоценную во всех смыслах добычу. Осела на пол. Переведя дыхание поняла- ключ нужно срочно вернуть. Ну как это сделать незаметно? Подумав я решила. Если любовники еще в кровати, я подкину ключ в комнату ближе к столу, там лежит коврик, звука падения ключа слышно быть не должно. Если уже выбрались из нее, то положу ключ в кабинете. Я же туда за письмом иду, да, за письмом. Я придумала еще несколько вариантов, но тут помог случай. Дойдя до спальни, я увидела все еще открытую дверь и подошла к ней. Графа, как и его любовницы в комнате не было, но за –то смех и плескания отчетливо слышались за дверью купальни. Окрылённая такой удачей спокойно вошла в комнату и вернула ключ на место. Дверь я вновь не закрыла. Пусть позор падет на голову Руэллы если её застанет супруг в комнате господина. Эта нахалка давно заслужила подобный поворот в своей жизни. В эту минуту мне стало понятно, что я смогу всё. Спокойно дойдя до кабинета, открыла дверь. Сразу заметила на столе мешочек из бархата красного цвета. И конверт. Большая сургучная печать говорила о том, что его не вскрывали. Оглядела внимательно кабинет и тут меня посетила безумная идея где я могу раздобыть столь необходимые средства на побег. В любой момент могу продать некоторые украшения, однако всё моё естество противиться этому. Память о матери заложена в этих дорогих моему сердцу вещах. Я припомнила что в, детстве мы с братом нашли сейф в кабинете отца. Увидели мы его только потому что он был открыт. Видимо отец торопился и забыл закрыть его. Он не боялся воровства. Магия, когда кабинет был пуст пропускала туда только кровных родственников. По этой причине для нас практически не было закрытых дверей в доме. Подойдя к тому месту где была скрытая ниша, я нажала на потайной рычаг и о чудо, дверца раскрылась. Дверца сейфа была той же, и я в тайне понадеялась, что опекун его не сменил. Для открытия последнего требовалась кровь, и я не раздумывая приложила палец в углубление. Короткий и не глубокий укол, после которого незамедлительно последовал щелчок и ура, я заглянула в сейф. Куча бумаг и увесистый кошель с золотом, который я схватила не раздумывая. Быстро сунув его во внутренний карман платья закрыла сейф и направилась к столу за тем что мне тут оставили. Забрав подарок обернулась и увидела на входе опекуна. Волосы были мокрыми, а лицо уставшим, но довольным и трезвым на вид.
Амелия, давно ты тут? Он спросил меня пристально разглядывая. Думает очевидно о том, слышала ли я его развлечения? И знаю ли кто дама?
– Нет дядюшка, только поднялась к вам за своим подарком. Из ворота его рубашки виднелась золотая цепочка. Я широко ему улыбнулась и продолжила. – Десять минут как я приказала подать чай на веранде, может вы присоединитесь?
– Не могу солнышко, неожиданно ласково ответил он мне. У меня назначена встреча в городе. Так, что в другой раз. А ты иди чай пить. Служанку свою позови, чтобы скучно не было. Поговорите про рюши и ткани там всякие.
Я молча вышла из кабинета, чувствовала я себя при этом весьма паршиво, потому как ничего в этот момент не понимала. Меня передёрнуло от его ласкового обращения «солнышко». Как этот человек, говорящий со мной ласково, показывая заботу, мог так вероломно предать меня? Да даже не меня, а нашу семью. Мой отец, как мне казалось, был очень близок с дядей. И поэтому после смерти родителей я не противясь приняла его опеку надо мной с братом. Брату оставался лишь год до первого совершеннолетия и ему было в общем –то всё равно. Я понимаю только одно сейчас, мой прежний мир пошатнулся. Прежние понятия о семье и родственных связях покинули меня так же как облака небо. Всё во что я верила раньше было ложью. Дяде нет до нас дела. Тягучая горечь заливала мою душу и как унять это противное чувство я не знала. Оставляя опекуна с ворохом его дел, я не желала больше видеть его. Отправилась к веранде. Там я собиралась прочесть таинственное письмо, выпить чаю и успокоиться.
Запах роз и померанцев ворвался в мои лёгкие. Я пошла в центр сада, где располагалась красивая, резная беседка. Чайный сервиз был уже сервирован для меня. Бесподобный вкус жасминового чая облегчал моё состояние. Задумавшись над тем, что чаепитие в саду хоть и было спонтанным, но очень своевременным, я сломала сургучную печать на бумаге. В конверте из плотной бумаги был один лист, сложенный пополам. На нем острым, но весьма аккуратным почерком было написано следующее:
– Мне многое хотелось бы сказать вам. Надеюсь при нашей следующей встрече, у нас получится с вами поговорить. Амелия вы были восхитительны. Надеюсь мой небольшой подарок будет вам симпатичен. К моему сожалению я был вынужден покинуть маскарад так и не будучи представленным вам, как ваш будущий супруг. Я попросил вашего дядю не сообщать вам кто я, потому как хотел, чтобы вы делали собственные выводы обо мне. Не опираясь на слухи, которые неизбежно вам донесут. С уважением и надежной на скорую встречу. Ваш В.
Отложив листок, я потянулась к бархатному мешочку. Внутри находился изумительный гребень. Тонкая работа мастера запала мне в душу. Он был выполнен из тонких золотых нитей изящно переплетенных друг с другом. Размером приблизительно с половину ладони, гребень был усыпан большим количеством камней. Россыпь бриллиантов сверкала на послеполуденном солнце. Но главным украшением был огнекамень размером с вишню. Он горел на свету словно солнце, при этом сверкая и переливаясь. Складывалось такое ощущение, что этот красно – оранжевый свет был будто жидким под поверхностью.
Я с восхищением посмотрела на гребень и решительно запихнула его обратно в бархат. Да, подарок оригинальный и весьма недешевый. Что можно подумать о дарителе, пожелавшем остаться неизвестным? Тон его письма ко мне был весьма учтивым и доброжелательным. Что весьма радовало меня. Этот мужчина умел интриговать, необходимо отдать ему должное. Странные мысли начали одолевать мою тяжелую голову. Может и вправду этот человек смог бы составить моё счастье. Судя по тону письма он не злобен и не похотлив. Довольно образован и учтив. Подарок же говорит о его вкусе и щедрости. Так же из письма следует, что он видел меня. Но почему же он не подошел ко мне. Может по натуре он робкий? Или ждал подходящего момента? Я решила оставить эти размышления, потому как они ни к чему не приведут. Есть у меня в настоящий момент более насущные дела, о которых необходимо позаботиться. Решительно отодвинув чай, я направилась в свои покои. Нужно было дождаться Лияну и выяснить, всё ли той удалось сделать? А также упаковать и вынести в конюшню поклажу в дорогу.
В комнате я нашла свою горничную. Лицо её было полно отпечатками усталости и тревоги.
– Госпожа, я всё сделала. Деньги потратила почти все- отчитывалась мне она.
– С командиром торгового судна удалось сговориться на трёх золотых. Вещи я купила и отнесла в каюту на корабле. Туда же отправились те вещи, которые я собрала заранее. Мне пришлось подкупить возничего почтовой телеги, поцелуем, – неожиданно тихо сказала Лияна и щеки её покраснели,
– Потому как он уж очень косился на сумки, которые я везла с собой в город. – поспешила оправдаться Лия
– Он знает где ты сошла в городе- испуганно и обреченно сказала я.
– Нет госпожа, я ему наплела, что вы велели старые вещи в храм пожертвовать и сошла на площади. Дождалась пока он уедет и только после этого наняла экипаж и поехала в доки.
– Молодец! Я обняла её- Ты просто умница. Лучше отговорки и не придумаешь.
– Только есть несколько затруднений, сказала служанка, теперь у нас практически не осталось средств, а в столице всё значительно дороже. И еще одно. Корабль уплывает за час до рассвета и нас никто ожидать не будет если мы в срок не придем.
– За наш достаток можешь не переживать, я улыбнулась ей заговорщицки. А на корабль мы вовремя попадём. А теперь иди отдыхать и собираться. В полночь приходи ко мне в комнату. Будем осуществлять наш план.
Девушка с поклоном вышла. А я решила начать готовиться.
В сумку, которую я собирала, пошли только памятные вещи. При этом я старалась не брать ничего лишнего. Миниатюры портретов матери и отца с братом. Свои украшения и небольшой запас денег который был лично у меня, я сложила на самое дно сумки. Сверху положила одно дорогое платье, оно мне очень нравилось и отлично сидело на мне. Вот не смогла я удержаться и взяла с собой. А еще я подготовила простое, но изысканное платье для ужина с дядюшкой. Оно мне понадобится при побеге. Закинув в мешок еще некоторые мелочи, я с удовлетворением отнесла его на конюшню, где и припрятала до ночи. Идя обратно в дом, услышала весьма интересные новости. Оказывается, наш дворецкий сильно заболел вчера, слег и не встаёт. Слуги так ему сочувствовали. Нотки недовольства проскакивают в их словах. Потому, как экономка Руэлла, вместо того чтобы ухаживать за больным супругом, как и подобает жене- лучится счастьем и здоровым румянцем. Прачки развешивая бельё, щедро посыпали ругательствами нерадивую жену дворецкого. Ага, подумала я, значит она уже похоронила своего супруга и в мечтах носит графскую тиару. Но только вряд ли ей перепадёт что-нибудь. Граф Арен Ронэ насколько мне известно не собирается жениться в ближайшем будущем. Он был вдовцом. Жена его умерла через три года после брака. Детей у них не было. И насколько я понимала статус холостяка дядю устраивал полностью. Пройдя мимо сплетниц, я направилась в комнату. Решила полностью вымыться и после ужина лечь спать, хоть на пару часов. Я, справедливо рассудив, что неизвестно в каких я условиях буду пребывать дальше и не знаю, как скоро мне удастся следующий раз вымыть хорошо тело. В коридоре позвала первую попавшуюся служанку и велела ей подготовить купальню. Этой служанкой оказалась Оливия. Так, что для поддержания лапши на её ушах велела ей принести соль, потому как в обед я якобы передумала принимать ванну и отнесла всю соль обратно. Через час я сидела напротив зеркала, Оливия сушила и заплетала мои волосы в косы. Её интересовало где Лияна. Я ответила, что той нездоровится и она сегодня отдыхает. Оливия очень сочувствовала девушке и желала скорейшего выздоровления.
После ванной я решила, что пора действовать. Я надела то самое платье, довольно простое, но для домашнего ужина с дядей сойдет и пошла в столовую. Дяди еще не было. Ужин уже был сервирован для нас, и я ждала его прихода. Пока слуг в комнате не было я подошла к столу и вылила пол флакона снотворного в небольшой графин с вином. Это снотворное периодически пила сама, после смерти родителей. Лекарь посоветовал мне его для скорейшего засыпания и крепкого сна. Обычно хватало одной или двух столовых ложек чтобы крепко уснуть. Но это мне, лёгкой девушке. А сколько понадобится крепкому мужчине? К тому же я здраво решила, что Граф вряд ли осилит весь графин за раз, а если с компанией пить будет –значит все поспят. Мне нужно удостовериться, что он выпьет его. По этой причине я не начинала ужин, а ждала родственника. Дядюшка вошел в столовую минут через десять.
– Ты меня ожидаешь? Есть какие-то вопросы ко мне Амелия?
– Да дядя, накладывая еду и наливая себе сок, я жадно следила за теми же действиями на другой стороне стола, только вместо сока дядя наливал себе вино.
– Могли бы мы обсудить дату моей свадьбы?
– Конечно, расплылся в улыбке дядя. – Я думаю о конце лета или начале осени. Число выбирай сама.
– Хорошо, я подумаю.
Каждый раз, когда дядя делал глоток вина, я в душе победно улыбалась. Вот он осушил один стакан и налил себе еще половину. Так за разговорами, я поняла, что мой жених взял в приданное земли и это меня весьма удивило. Обычно золото дают, крайне редко артефакты и золото. Земли же практически никогда, хотя иногда обедневшие аристократы кроме земли ничего дать не могли и поэтому подобное практиковалось.
Дядюшка встал из-за стола, зевнул и сообщил что устал и отправляется спать. Я встала и пожелав ему доброй ночи победно сияя отправилась к себе. Но до комнаты не дошла. Мне в голову пришла отличная мысль, я решила, что напоить всех слуг за моё здоровье в честь дня первого – совершеннолетия-это отличная идея. Подождав примерно с час, я позвала одного из стражников и велела ему найти кухарку и повара, передать им мой наказ открыть две бочки пива и бочку вина.
– Скажи им чтобы наливали всякому кто захочет, да еще чтобы три вяленых окорока на закуску достали. Я хочу всех слуг замка угостить.
– Ваша светлость, а страже тоже можно? -С придыханием спросил он?
– Можно, но только немного, вам еще караул до утра нести. Я надеялась, что моё формальное высочайшее разрешение послужит катализатором для большой пьянки и мы с Лияной сможем беспрепятственно уйти. Еще через пол часа я наблюдала из окна как веселятся слуги и стража. Они пели песни и пили из больших кружек. Некоторые образовывали парочки и целовались. Вот и отлично, подумала я и отправилась поспать пару часов.
Меня разбудил неясный шум в комнате. Открыв глаза, я схватилась за тяжелый подсвечник. Рядом с кроватью тихий голос сказал:
– Госпожа, это я, Лияна. Уже полночь почти. Ван нужно одеваться.
– Боги, Лияна я чуть рассудка не лишилась.
Опустила подсвечник на тумбу, свесила ноги с кровати и потянувшись встала. Подошла к окну и отодвинув штору, посмотрела вниз. Как я и рассчитывала на внутренних воротах и у дверей в замок стражи не было.
– Отныне называй меня своей сестрой. Никаких реверансов и условностей. Теперь мы с тобой в одной лодке. Обращайся ко мне на-ты. Ты поняла меня Лияна?
– Да госпожа. Ой. Хорошо, Амелия.
– Вот и отлично. Я смотрю, замысел мой удался и стража спит вместе со всем замком?
– Они перепились все- хохотнула Лияна.
– Тогда я сейчас одену костюм для верховой езды. Ты взяла с собой плащ?
– Да – только вот твой не подумала взять. – Тихо ответила она.
– Ну ничего страшного, я свой из гардероба возьму. Ночью будет непонятно какой он. Главное, что капюшон есть.
Тихо одевшись и еще раз окинув комнату взглядом, я подошла к полке с шляпными коробками. Отодвинув их, я достала мешок драгоценностями и кошель с деньгами. Вручила один названной сестре и сказала:
– Тут золото. На корабле пересчитаем. Сколько там я и сама не знаю. А теперь пошли.
Я знала, что свои вещи она уже занесла в конюшню, а остатки моих мы сейчас занесем. Мы крались по замку, как мыши под полом. Старались чтобы ни звука не издать. Повсюду тут и там полулежали пьяные стражники. Вот завтра дорогой родственник удивиться, подумала я. Так мы и прокрались в конюшню. Для начала мне пришлось седлать лошадку, наперсница совершенно не знала, как к этому подступиться. Затем мы уже вместе навязывали мешки с поклажей. И тут как оказалась есть еще пару проблем. Первая и самая главная-Лияна не умеет ездить верхом. И вторая, часть территории внутри замка брусчатая и цокот подкованной лошади будет слышен на весь двор. Подумав пару минут, я решила подсадить девушку на кобылу с помощью лестницы и до выхода из замка вести нашу лошадь под уздцы. Только что с топотом делать? Осмотревшись я увидела куски шерстяной плотной ткани, которыми обтирали лошадей после купания. Так, подумала я, мне бы ножницы сюда и веревку. Лияна в этот момент бледная сидела на лошади. Я пошарила глазами и увидела всё искомое. Ножницы, как и моток веревки висели на ржавых гвоздях вдоль стены конюшни. Порезав на куски ткань, я обмотала копыта лошадям и перевязала их крепкой, но тонкой веревкой. Лошадка моментально стала раскачиваться на своих ходулях. И я решилась. Осторожно вывив лошадку из конюшни, мы с сидящей верхом Лияной отправились к выходу из замка. В этот момент зазвонил колокол. Три удара колокола заставили меня напрячься. Через час уплывает наш корабль, и мы должны во что бы то не стало уплыть на нём. Потому, как я не собираюсь становиться очередной умершей супругой господина В. Как снять проклятый кулон, который был всё еще на мне, я придумаю позже. Сейчас же у меня была очередная проблема. Животное упрямилось и не хотело идти. Отфыркивалась. А по сему проходилось его фактически тащить. Возле ворот был тот самый замощенный брусчаткой участок. Тут я взмолилась богам. Хоть бы мы тихо прошли, и никто не проснулся. Пьяная стража спала на земле. Ворота были открыты. Я потихоньку потащила упирающуюся кобылу. Цокот подков приглушился благодаря мягкой ткани, но полностью не исчез. Тут один из стражников всхрапнул и затих. Я думала сердце выскочит из моей груди. Страх сковал меня, и я застыла. Но всё обошлось. И я потащила лошадь дальше под мирный храп и сопение пьянчужек. Выдохнула только через двадцать шагов за воротами. Наскоро развязав лошадиные копыта, я убрала в сумку ткань и веревку. Запрыгнула в седло за спину Лияны. Сказала впередисидящей девушке:
– Держись, время летит очень быстро, и мы опаздываем.
Я послала лошадь рысью. Лияна стискивала край седла до побеления костяшек на пальцах. По дороге у нас был участок где крутой овраг и дикий каменистый пляж. В овраг я выбросила остатки ткани с веревками. А подъехав к пляжу, пришлось спешиться. Тут я оставила своё платье, в котором была за ужином. Там же я оставила и письмо господина В. Если мне повезет- то все решат, что я тут утопилась. Потому как именно на этот пляж пала слава места для прощания с жизнью молодых особ.
– Будем с тобой надеяться, что они поверят, будто я утопилась. Тогда никто не будет искать меня.
– Амелия, а ты хорошо подумала, прежде чем убегать? Может ты просто боишься замуж выходить?
– Лияна, чуть позже я тебе всё расскажу. А пока нам нужно торопиться.
Я залезла обратно за подругу, после всего, что она для меня сделала, я только так к ней могу относиться. Притянула её тело и крепко прижав к себе, пустила лошадь во весь опор. Добравшись до пристани, где были торговые суда я спросила:
–Куда дальше?
– Нужно ехать к тому кораблю. Указала на самый маленький из тех, что стояли. Но всё ровно. Корабль был достаточно большим. Мы двинулись туда. Уже начинало светать. Подъехав к сходням, увидела капитана. Красивый мужчина лет сорока, подтянутый и крепкий.
– Здравствуйте красавицы- поприветствовал он нас.
– Здравствуйте капитан Баред. Мы с сестрой приехали, как договаривались за час до рассвета. – ответила ему Лияна, томно улыбнувшись. Мужчина явно был ей по душе.
– Отчего же таких красавиц с собой не взять. – он как-то пристально покосился на мой плащ. При этом он снял Лияну за талию. Попытался помочь и мне, но я отказалась. Ловко сама слезла и попросила мужчину.
– Капитан, могли бы вы нам помочь с вещами? Сами же сказали, что скоро отплытие. Вот мы спешили, как могли. И подскажите кому тут можно прямо сейчас продать лошадь.
– Подскажу. – Он при этом отвязывал наши сумки.
– Можно продать вон тому скряге. Он тут единственный, но много он не даст, а я смотрю лошадка у вас, что надо. Да и подкована хорошо. Торгуйтесь до последнего.
Я пошла к торговцу, пока Лияна с капитаном Элтоном Баредом, как он нам представился, тащили вещи в каюту. На наше счастье Лияна догадалась нести мешок с драгоценностями самостоятельно. По дороге я увидела старика, лошадь его была совсем плоха. Худая, бока облезлые, тянула она при этом огромную ношу и так она жалобно на меня смотрела, что я сжалилась и подошла к ним.
– Батюшка возьмите в дар эту лошадку, она добрая и нрав кроткий. Будет вам служить долго. А вашу лошадь пожалейте. – Я протянула ему поводья и передала оседланную лошадь. Старик поклонился и заплакал. Но потом посмотрел на мою руку и сказал.
– Герцогиня, ежели вы ночью бежите от кого недоброго, браслет снимите родовой, потому как вас сразу узнают по нему. А если нет, то остерегайтесь одной по ночам ходить, давеча девку снасильничали. Опасно это для молодой девицы, по ночам одной ходить.
Я поблагодарила старца за предостережение и посмотрела на браслет. А ведь точно, там медальон в виде герба на нём. Какая же я дура! Ничему жизнь не учит! Наверное, капитан заметил вот и косился, только не на плащ, а на руку. Отпустив старика и попросив его никому не говорить, что он видел меня на пристани, сняла родовой браслет и пошла к кораблю. Я с большим восторгом разглядывала всё, что видела ведь мне впервые выпала возможность отправиться на таком судне в дорогу. Люди словно мурашки сновали туда-сюда, завершая последние приготовления перед отплытием. Ругались и смеялись как бы по-дружески. Матросы закатывали бочки с разным содержимым в трюм. Некоторые же просто смотрели на округу стоя на корабле, как бы окидывали взглядом всё доступное им для обзора. Когда я поднялась на судно, я заметила улыбающуюся подругу, она спешила ко мне. Подошла ко мне ближе и тут-то я обратила внимание, что губы её распухли и глаза блестят.
Der kostenlose Auszug ist beendet.