– Смотри, кафе какое классное.
– Давай сюда зайдём.
– Пошли.
Тут к ним подошёл официант, очень вежливый, и предложил меню, и заодно выбрать напитки из винной карты.
– Ян, ты что будешь есть?
– То же, что и ты. Выбери на свой вкус. Мне нужно сделать звонок на работу.
Он вышел из кафе и начал эмоционально кому-то названивать, но через плотное стекло и стены не было ничего слышно.
Диана сидела и думала: «Может, он своей любовнице звонит, прямо внаглую?»
– Вчера привозили трубы, но они не подходят для подключения труб горячего водоснабжения, – объяснял он уже директору, более спокойно, с вытянутой по швам рукой.
Закончив разговор, он зашёл обратно, когда уже принесли горячее. Диана уже начала есть, нахваливая кухню, и Ян присоединился с удовольствием.
– Мне здесь понравилось.
– Приедем ещё на выходные. Я поеду за рулём, поэтому вино не буду. Если хочешь, можешь заказать. Но не напивайся, я тебя тащить не буду, – сказал жене он с серьёзным лицом, но с прищуром глаз.
– Сейчас и поедем.
Музыка, которая играла в кафе очень тихо, притягивала их, не хотела отпускать, даже после того, как они уже оплатили счёт.
Дорога домой заняла полчаса, пришлось ехать через дублирующую дорогу, так как ремонт на главной дороге длился уже полгода и завершиться не собирался. Рабочие там то появлялись, то неделями никого не было.
Они стояли на перекрёстке, и Диана потянулась за бутылкой воды, которая лежала на заднем сидении.
И тут он включил продув салона воздухом, что юбка её поднялась, под которой были очень тонкие стринги телесного цвета, которые с небольшого расстояния уже не были видны.
Мужчина, переходящий дорогу, застрял на этой картине и замер на месте, люди проходили мимо него, расталкивая его плечи.
– Чего встал, раззява? Прокричала бабушка и прошла мимо него.
Шутка не удалась, и Диана была недовольна, рассмотрев, что на неё растопырился мужик.
– И что? Тебе нравится, как на твою бабу смотрит другой мужик? – злобно сказала Диана.
– Это же шутка.
– Шутка?! Вот нихуя себе!
Дальше она ехала молча всю дорогу, пока не добрались до лифта. Заходя, она схватила его за яйца и промежность, чтобы проверить его твёрдость, и, убедившись, что у него привстал:
– Ты же специально сделал. Шалун, – сказала Диана и пыталась ущипнуть Яна за ягодицы, но у неё ничего не получилось, потому что просто не дотянулись руки.
Он ничего не ответил, обнял её за талию, и они, добравшись до этажа, зашли в свою квартиру. Прихожая была достаточно просторной и расставлена по бокам полками, и освещение включалось автоматически, но также отключалось после продолжительной тишины.
Расставив пакеты с продуктами, которые они купили по пути после кафе на выходные, на пол, Диана пошла в ванную. Ян понёс их на кухню, на лету расставляя то по полкам, то в холодильник, и это он делал довольно аккуратно и точно.
Пока жена вышла, смывая макияж, он уже заваривал чай, раскладывая десерт, который они купили в магазине. Это был маленький торт крем-суфле, довольно красивый на вид, с розочками и узорами в виде заплетающихся косичек. Выглядело это довольно вкусно, и Яна сразу присела за стол.
Дома она любила ходить в одной футболке и не одевать на низ ничего. Везде были мягкие сидения кресел, стульев и дивана из одинаковой материи, которые они заказывали в одной мастерской. Их легко можно было стянуть одному без лишних усилий и, постирав, обратно затянуть, поэтому проблема чистоты поверхностей не стояла, более, ей очень нравились поверхности этих сидений, потому что их бархатистость нежно касалась её промежности.
Особый трепет она испытывала от того, что, если, уронив чего-либо, она наклонялась и дотягивалась до этой вещи, и при этом она тёрлась половыми губами об ворс. Иногда бессознательно она роняла вещи, чтобы проделать эту процедуру, испытав небольшие приятные ощущения, особенно когда у них были напряжённые разговоры или ссоры между собой, включая спор о том, кто должен готовить ужин.
Торт, который был похож на большое пирожное, был достаточно большим, наесться двоим. Футболка, которую она одела после ванной, сняв с себя всю уличную одежду, она испачкала кремом, и теперь на уровне пупка у неё было пятно.
– Как же я неаккуратно всё. Опять стирать, только одела. Ну ладно, – и, немного хлебнув фруктового чая, пошла снова в ванную, стягивая её наверх.
Тело у Дианы было совершенным, возможно, даже больше, чем совершенное, потому что, кроме изящной фигуры и отсутствия любого лишнего жира, у неё были в избытке формы ягодиц и возвышающиеся груди, которые, казалось, выращивались отдельно по заказу, хотя это была её натуральная красота, красота от природы, красота от рождения. Абонемент в спортзал она имела, но, казалось, она порой идёт туда не для того, чтобы тренироваться, а выводить глаза парней на свою задницу, которая в спортивных шортах, похожих больше, наверное, на спортивные трусы, выглядели особенно выдающимися.
Специальный крой позволял полностью выражать углубление промежности, и её ягодицы после этого казалось, что отклеились, и их нужно склеить, пока они раскололись пополам.
Она любила ловить взгляды мужчин, независимо от возраста, особенно она томно испытывала парней помоложе, которые сначала смотрели на неё долго, трахая глазами, потом, когда она глядела им в глаза, они быстро их отводили, она чувствовала их смущение и возбуждение от её тела.
Если кто начинал настойчиво знакомиться, она говорила, что замужем и больше ни с кем не встречается, любит мужа и всё в этом духе, и вишенкой на торте показывала кулак, на пальце которого было свадебное кольцо, практически всех это отбивало. Как говорят в народе: «Кобыла не подпрыгнет, кобель не вскочит».
Фантазии, которые у неё появлялись при виде мускулистых мужчин и парней, вот они не имели границ, она почти всю тренировку рассматривала более крепко сложенных и представляла, как они её трахают прямо в спортзале, прямо во время тренировки, между подходами, что некоторые стоят и советуют мужчине, с какой стороны заходить к ней, а девушки подсказывают, как сложить правильно суставы ног, чтобы поймать нужный угол для нежного входа для его члена. Фантазии были в её голове, и она всегда представляла жёсткие варианты секса.
Ян, знавший каждую впадину на её теле, каждую родинку, рассматривая на жену, которая голая идёт в ванную, чтобы снять себя запачканную футболку, практически ничего не испытывал. Он всегда старался себя контролировать, и так как завтра была пятница, нужно было вставать рано, кроме всего, нужно было сдавать работу начальству, вышестоящему, хотя он тоже был начальником. Как известно, у любого начальника есть свой начальник.
Обычно он её удовлетворял перед сном и утром, и это стало неким ритуалом, который становился привычкой.
Ян чувствовал, что Диана его сегодня испытывает на чувства, и, возможно, даже проверяет, осталась ли у него ещё та животная страсть, которая была у него на первом свидании, что разбрызгал ей колготки спермой.
– Милый, тебе завтра во сколько вставать?
– Думаю, ближе к семи. Ещё нужно в СТО заехать.
– СТО – это что?
– Техобслуживание, масло нужно поменять.
– Сам не можешь?
– Могу, просто специалисты правильно это сделают.
– Там так трудно?
– Ну самое сложное – это закрутить под нужной нагрузкой потом болт.
– Хрень какая-то, что там закручивать? Закрутил и всё. Ладно, я пошла спать.
Он остался на кухне, допивая свой остывший второй стакан фруктового чая.
Он чувствовал, что вечер, который так прекрасно начинался в кафе, превратился в штиль. Он думал про завтрашний день, и всё сексуальное напряжение, которое у него за вечер возникло, наблюдая за своей голой женой, сразу пропадала. Завтрашний день для него решал многое, потому что если он провалится, то он окажется в числе тех, кто дальше не продвинется по карьерной лестнице, но если он без замечаний сдаст работу, над которой трудился весь его отдел полгода, то это сулило большие возможности.
Сама работа по разработке программного обеспечения для дизайнеров была разработана, ему оставалось грамотно преподнести его руководству, то есть провести презентацию. Обычно на такие мероприятия собираются все инвесторы, многие из которых вообще не понимают в программировании, но зато понимают законы бизнеса, что, если красиво не преподашь свой продукт, считай, что ты ничего не сделал. Люди любят красивую упаковку, их нужно цеплять, и для этого нужны идеи, тезисы, лозунги торговые, то, за что покупают в конце концов тот или другой продукт.
Он сходил в душ, настраивал себя на секс, но всячески срывался, и это его больше напрягало.
Он выключил свет и пошёл в спальню, которая была рядом с кухней. Приоткрыв одеяло, он лёг, коснувшись бёдер жены, которая, видимо, заснула и сейчас в дремоте сказала:
– Иди ко мне, обними меня.
Он обнял её, и в одно мгновение, её упругое, имеющее шелковистую кожу, об который касаться одно удовольствие, почувствовал настолько сильные эмоции, похожие на внезапную мигрень, что сон прошёл в сию минуту.
Она в полудрёме взяла его член и начала доить, и в надежде получить какую-то жидкость. Возможно, она уже и не спала, но голову не поднимала, и это выглядело, как она во сне ему мастурбирует член, который пришёл в себя.
– Люби меня, – она прошептала.
Он её обнял, навалился сверху, но придерживаясь руками, чтобы не придавить своим весом, так он имел довольно большой вес, но и не был толстым, скорее плотным мужчиной с спортивным прошлым.
Он взял дозу смазки из тюбика, которая постоянно стояла на тумбочке возле кровати, и помазал себе головку и ей половые губы, не запуская пальцы внутрь влагалища, думая, что ствол всё равно размажет вдоль стенки.
Он раздвинул ей щель, которая, как цветок розы от росы, была влажная, и очень медленно начал вводить внутрь, он входил в неё, как поршень перемещается по цилиндру, ровно и толчком, который закончился, как он дошёл до матки, сделав немного больно Диане.
– Прости.
– Всё хорошо.
– Продолжай.
Он разминал ей ягодицы одной рукой, другой касаясь её сосков, осторожно крутил их, продавливал и потом массировал груди.
Он перевернул её боком и продолжил трахать, и сейчас касаясь пахом её ягодиц, что было похоже по звуку на жидкие аплодисменты после спектакля в театре.
Но ритм становился быстрее, сильнее и прерывистей, и через мгновение он залил её вагину спермой, которая продолжала вытекать и после того, как он лёг на спину, а Диана, раздвинув ноги, снова перевернулась на спину.
Она, казалось, и не просыпалась вовсе, а просто раздвинула ноги, получила дозу спермы себе в промежность и перевернулась обратно, но глаза она не открывала, это было точно, хотя о том, о чём думала она в тот момент, снова ли о парнях в спортзале или о Яне, пока осталось неизвестным, но после каждого соития она часто говорила:
– Я люблю тебя.
На этот раз была тишина, но дремоте снова или нет, она провела безымянный и средний пальцы правой руки и, запустив себе во влагалище, так же не открывая глаза, подвела к носу, понюхав и зализав остатки попавшейся спермы. Она скинула одеяло и легла боком, находясь сейчас в освещении лунного и уличного света из окна. Они освещали её фигуру, превращая в силуэт акустической гитары, которую забыли на кровати.
Она лицом лежала от мужа, и поэтому её выдающаяся задница была на стороне Яна, и в таком положении выглядела еще больше.
Она открыла глаза и долго смотрела на дальний угол большой комнаты спальни, которая была больше, чем гостевая. Тюбик рема-смазки отдавал довольно большую тень на стене, но это больше было от уличного фонаря, который, видимо, был настолько одинок, что хотел как-то привлечь к себе внимание.
Она, не получив оргазма, хотела получить что-либо, напоминающее его, протягивая руки к своему пупку и ниже. От своей бархатной и одновременно шелковистой кожи она возбудилась больше, чем от секса с мужем, и непременно поставила цель – кончить, чтобы со стонами и нервными конвульсиями, что бывает только во время сильного удовлетворения.
Она залезла в комод спальный прикроватный со своей стороны и достала точным движением руки фаллоимитатор, который был из прозрачного силикона, но вспомнила, что смазка осталась на тумбе со стороны мужа, не желая перелезать в его сторону, она намочила слюной головку и засунула себе в промежность и начала активно перемещать в разные стороны.
Ян, конечно, всё это слышал, но не видел, потому что он, как бы в дремоте, так же перевернулся спиной к ней.
Он слышал, как она начала глубоко дышать, и что ортопедический матрас, несмотря на погашение вибрации, всё равно передавал колебания его телу. В ночной темноте при лунном свете лежали голый мужчина и девушка, которые смотрели в разные стороны, оба не спали.
Диана массировала себе груди, время от времени засовывая большой палец себе в рот и закрывая при этом глаза. В этот момент она представляла, что её трахает второй парень в рот. Она меняла парней в фантазиях, представляя то одного, то другого, и сейчас она представила, что легла на спортивную скамейку раком, и посетители спортзала по очереди её удовлетворяют, под музыку и одобрение окружающих. Она представляла, как случайно зайдёт в мужскую раздевалку, которая была окутана водяным паром, и начнёт сосать у каждого члены, разбрызгивая на своё лицо сперму, размазывая потом по лицу, делая косметическую маску.
Она почувствовала, что тысячи иголок покололи её в ягодицы, и она настолько бурно кончила, что дёрнула ногами, и не проснуться от такого движения муж никак не мог, но он не показывал вид, что проснулся, а постепенно и тихо себя мастурбировал, слыша звуки. Он представлял свою начальницу, которую завалила Ирина, и которая постоянно к его презентациям придиралась. Он представил, что трахает завтра её на глазах у всех и говорит ей:
– Ну что, сука, пиздеть ещё будешь?!
Он неожиданно для себя кончил, забрызгав простыни, и его движения рук не могла не заметить жена, если только перевернулась бы в его сторону, хоть на несколько секунд. Но ему сейчас было всё равно, он кончил, брызнул и уснул.
Диана не захотела вынимать фаллос из вагины, хотелось держать его внутри, когда он, согревшийся её же теплом, согревал её саму. Она так и уснула, и потом уже не услышала, как он, выскользнув, упал на пол и прилип соской, оставшийся не только до утра, но до следующей ночи, как вернулась домой, после некоторых событий.
Проснувшись утром, он обнаружил, что жена уже встала и моется в душе, и, не желая отвлекаться, ушёл на кухню, раздумывая, что поесть на завтрак, и что бы было быстро. И он приготовил яичницу с помидорами, которую он обычно готовил, когда нет времени и требуется сосредоточение на чём-то важном, например, как сегодня.
Сейчас он в любой другой день сходил бы в душ и оттрахал бы Диану так, что пришлось бы проснуться соседям без будильника.
Быстро позавтракав, помыв лицо на раковине кухни, немного помыв верхнюю часть тела, обтерев лицо и тело, быстро позавтракал, собрал документы, которые уже были приготовлены с вечера, положил в кожаную сумку, которую он купил на скупке. Это была добротная и довольно стильная сумка, но тяжёлая, но он, полюбив этот деловой саквояж, почти не расставался с ним. Когда он держал его в руках и шёл по офису, представлял себя большим боссом, что было недалеко от истины, он был боссом, но среднего звена.
– Здравствуйте, Ян Константинович.
– Здравствуйте, – говорил он в ответном приветствии, не зная многих по имени, кто с ним здоровается, обычно помнил фамилии, потому что они в документах пишутся без инициалов.
«Мир фамилий, где они известны, но обратиться ими нельзя», – думал он часто, как и сегодня, заходя в свой кабинет, где пахло свежестью и старательно вымытым полом, на котором он чуть не поскользнулся, подходя к окну, чтобы открыть форточку. Он не очень любил кондиционеры, потому что они не освежали воздух, а только охлаждали, разгоняя циклом, поэтому правильно открытое окно на нужный угол спасало положение.
– Кристина, сделайте, пожалуйста, отчёт за квартал, – сказал он, выглянув через дверь.
Кроме сегодняшней презентации, были и текущие задачи, которые никуда не пропадали.
Он разложил вокруг себя кипу бумаг по технической документации готового продукта для запуска продаж.
Презентация программы, которая началась ровно в 11:00, и началась с небольшой речи исполнительного директора компании, представившего Яна Константиновича инвесторам.
– Здравствуйте, данный продукт позволит дизайнерам работать в команде, не прибегая к другим дополнительным коммуникациям, наша команда предприня… – тут речь его прервал один из инвесторов, спросив:
– А вы сами пробовали работать на этом продукте?
– Да, но я не дизайнер, я программист.
– Я вчера дал триал-версию своей дочери, она не разобралась в интерфейсе сразу, хотя она отличница в школе, значит, пользователь не сможет быстро запустить новый продукт на своём рабочем столе.
– Но она же не дизайнер.
– Она отличница и хорошо рисовала раньше, поэтому дали ей на пользование, и ваш продукт нужно доработать, упростить интерфейс.
– Но он сделан для профессиональных дизайнеров, и работать с этим про…
Тут его снова прервал тот же инвестор, который имел 31 процент акций, что считалось самым крупным в одних руках, следующий владелец имел только пять процентов, остальные ещё меньше, но их было большинство. Большинство, которое сейчас ничего не решало, что можно было представить как нарушение внутреннего устава, но этот держатель крупного пакета акций был настолько харизматичен, что никто не смел его поправить.
Проект вернули на доработку.
Ян вернулся в свой кабинет, десять минут, которые после этого прошли, не изменили его положения тела, и заходящие сотрудники, его подчинённые, понимая, что случилось, видя его абстрактный взгляд в окно, выходили обратно, не стараясь беспокоить.
– Блядь! – сказал он настолько громко, что это не могли слышать проходящие мимо сотрудники через открытую дверь.
Ян взял в руки телефон и начал листать контакты с мыслью – кому позвонить, чтобы немного отвлечься.
Позвонил другу, с которым учился в университете, но он не взял трубку, позвонив жене, он также услышал гудки, которые продолжались вечность, как ему казалось, и резали тишину, как нож масло.
Он вышел в коридор, но все, казалось, прятались от него, что, выйдя в курилку, где сидели сотрудники, и у которых только половину знал имена, и почти у всех фамилии, разговора не получилось.
Делегировав свои полномочия своему старшему сотруднику отдела, он спустился в кафе, где решил поесть сладкого десерта, что мозговая деятельность получила импульс.
Пирожное, которое ему предложили, было удивительно похоже на вчерашний торт, и весь вечер и ночь у него прошла перед глазами, он вспомнил жену, которая, повернувшись спиной, трахала себя силиконовым членом, и себя, который излил сперму на простыню.
Мысли в его голове путались, как овощи в салате, перемешиваясь с отрывками реальности, когда он успел разглядеть сотрудницу своего отдела, которую раньше почему-то он замечавший.
Она сидела в углу маленького кафе, где тихо играла музыка и крепко пахло жаренным кофе. Он решил к ней присесть и завести разговор, нарушая все правила субординации. Но сегодня для него был особенный день, особенно трагичный день, поэтому он осознанно пошёл на нарушение внутреннего правила компании – не разговаривать с подчинёнными о личных делах и тем более не трахать их.
– Здравствуйте.
– Здравствуйте. А мы здоровались утром. Я – Надя, хотя, наверное, вы и так знаете, но всех разве упомнишь.
– Знаю, – сказал Ян, хотя он не знал её имени, и не то, что бы забыл, он её никогда не знал.
Она была в черных брюках и в светлой рубашке, это была рекомендованная форма одежды, хотя сотрудники не все старались соблюдать это правило.
Кольца на руке не было, но она могла быть в разводе или просто не носить кольцо. Разные мысли продолжали посещать Яна.
Вставая со стола, он написал ей на салфетке свой личный номер и, похлопав по плечу, сказал:
– Позвони после работы.
Она ничего не ответила и осталась доедать свою порцию еды.
День на работе завершился, и Ян не торопился уходить домой, ждал звонка от своей сотрудницы Нади, у которой он почему-то сам не спросил телефон. Но телефон молчал, позвонил жене, трубка не отвечала.
Найдя во внутренней базе номер Нади, он отправил сообщение: «Привет, это Ян Константинович».
Ответ пришёл через пять минут: «Я сегодня еду на день рождения к подруге, если хотите, потом можете меня отвезти домой».
Он ответил: «Хорошо».
Но желание ехать домой у Яна совсем не было, и он решил прогуляться по городу. Припарковав машину на платной стоянке, пошёл пешком, и он решил, что ходьба лучше всего сможет сбить его депрессию от несданной работы. Это сулило новые проблемы, но технически они все решались, но он близок к тому, чтобы потерять веру в человечество.
Скамейки в парке, мимо которого он проложил свой пеший маршрут в никуда, без цели, были все заполнены гуляющими, прогуливающими и гулящими.
Присмотрев одну свободную половину скамейки на одном месте, он пошёл уверенным шагом и, дойдя, спросил разрешение присесть.
– Садитесь, – сказала ему девушка, которая была одета в спортивный костюм и, возможно, или шла, или возвращалась из спортзала, потому что рядом на скамейке стояла большая спортивная сумка.
– Ян.
– Анна.
– Очень приятно. Вы в спортзал или из спортзала
– Нет, переезжаю.
– В другой город?
– Нет, с парнем расстались, поссорились.
– Помиритесь ещё.
– Навряд ли.
– Почему?
– Да, есть там причина.
– Я думал, вы в спортзал едете, потому что в спортивном костюме, – сказал Ян, но подумал, что слишком примитивное объяснение, потому что она уже сказала причину, но ему явно хотелось увлечь девушку разговором
– А вы что гуляете вечером в парке? Жена тоже выгнала? – и засмеялась Анна.
– Жена… Да нет, нормально с женой, разное бывает, но мы любим друг друга, – сказал неожиданно для себя и, возможно, для неё, которая, возможно, ожидала, что он начнёт ругать жену и озвучивать сложное семейное положение.
– Тогда надо ехать домой.
– Не хочу, день тяжёлый был, не хочется домой, да и трубку она не берёт, может, обиделась.
– На что?
– Может, потому что мало удаляю в постельном плане, – сказал Ян, забыв, что он разговаривает с совершенно случайным человеком на улице, если даже, если она красивая и молодая девушка, ему захотелось поговорить с кем-то, может, даже поплакаться, как в детстве, но друзей у него близких не было. Он почти со всеми прервал отношения после свадьбы, потому что, во-первых, сама жена, потом и Диана намекнула об этом, да и самому не хотелось, хотелось больше времени уделить уже семье.
– Да, мы такие, сначала не даём, потом жалуемся, почему нас не хотят, – сказала Анна и поправила груди, которые, видимо, то ли вываливались не по размеру подобранными лифчиками, или они у неё просто вспотели под спортивной одеждой.
Понять он ничего не мог, но, чувствуя, что девушка его не боится и говорит как с хорошо знакомым человеком, без опасений, предложил сходить в кафе, который издалека манил красивой вывеской.
– Может, по кофе?
– С удовольствием.
Они встали и пошли в сторону этого заведения, и Ян предложил взять её большую спортивную сумку в свои руки.
– Что там? Трусики? – спросил он, раздразнивая немного.
– Нет, не только, – ответила Анна, улыбаясь.
Она была довольно высокой и на каблуках сейчас стала даже почти вровень с ростом Яна, который привык общаться с девушками пониже, и жена у него была ростом ниже среднего. Он почувствовал небольшой дискомфорт, который заметила новая знакомая.
– Вам некомфортно с высокими девушками?
– Отлично, вам показалось, – сказал и старался больше об этом не думать.
Кафе стояло довольно на видном месте, и посетителей было здесь всегда много, чаще всего люди заказывали кофе и шли гулять в парк. Но Анна и Ян решили посидеть, заказав кофе.
– Вы уже выбрали квартиру, где будете снимать?
– Давай на ты.
– Хорошо, а ты знаешь, где точно будешь жить, или будешь искать?
– Как получится, возможно, у подруги немного поживу, дальше посмотрим. Родители и в этом же городе живут, но расстраивать их категорически не хочется, и что опять скажут – «что я никудышная».
– Может, тебе помочь со съёмом жилья? Это можно сделать, если будет не трудно принять от меня помощь, я бы оплатил тебе первый месяц аренды или два, как получится.
– Ну не знаю, неудобно как-то.
– Неудобно на потолке спать, а это нормально, поэтому не думай. Проблема в том, что на это потребуется время, и сегодня и завтра это нельзя сделать
– Я понимаю. У меня есть подруга, она не знает моего парня, и это хорошо, не будет мне на мозги капать, что вот он такой, вот он сякой, я не хочу его ни с кем не обсуждать.
– Понимаю.
Они переглянулись взглядами, и та искра, которая пробегает между парнем и девушкой при встрече, произошла, но правильнее сказать, она продолжила искрить, потому что она уже началась еще в парке, когда он спросил её про трусики в сумке.
– Ваше кофе.
– Можно сразу счёт? Спасибо.
Они вышли из кафе, и Ян предложил прогуляться, допивая кофе, и потом подбросить до подруги на машине, и она охотно согласилась.
Дорога занимала примерно четверть часа, но с учётом вечерних заторов она заняла дольше. Тёплый спортивный костюм Анны явно не был рассчитан на такую тёплую погоду, Ян это заметив, предложил ей снять верхний костюм.
– У меня это… Там нет ничего, просто одевалась второпях, и поссорились внезапно, во время секса, я успела накинуть на голое тело костюм и набросать вещи свои, хотя понимаю, что всё же что-то осталось у него.
– У меня затемнённые окна, не видно ничего.
Она стянула с себя костюм, и груди, которые до этого казавшиеся в заточении, осветились светом, и форма напоминала скульптуру. Если бы Ян в это время не стоял в пробке, мог бы улететь в кювет, но несчастье помогло, чтобы не случилось второе.
– Даже кончить не успела сегодня, – поправив уже штаны в районе промежности, сказала Анна.
Они доехали до двора. Она обратно одела костюм, Ян взял её сумку и предложил донести до этажа. Поднявшись на лифте молча, она постучала в дверь, но никто не открыл. Когда они собирались уходить, дверь открыла её подруга, видимо, задремавшая, с взъерошенными волосами и в халате на тело, под которыми могли быть только нижнее бельё, потому что под случайно раскрывшимися подолами только красные трусы вырисовывались в полутемноте треугольником.
– Привет, я и сообщение только от тебя получила. Заходи. А это твой парень?
– Это мой… парень, – стараясь не делать долгой паузы после слова «мой», чтобы не вызывать подозрение.
У меня там дальняя комната свободна, я пойду готовить ужин, сегодня вышла с дежурства утром, весь день проспала.
Ян взял сумку и понёс её туда.
– Он с тобой будет жить?
– Он… Да, но у него много работы, поэтому часто в командировках, поэтому редко будет заезжать.
– Понятно. Мой тоже так в командировку уехал два года назад, и потом написал, что женился, прости, извини. В общем, кроме него я больше других парней к тебе пускать не буду, я не хочу, чтобы мой дом превратился в бордель.
– Конечно. Он очень вежливый и спокойный.
– Вижу. Я в магазин, надо купить кое-что из продуктов и для себя тоже
– Я вам помогу.
– Не, я сама, мне нужно прогуляться, целый день спала, теперь как дурная
Она вышла, и замок щёлкнул. Анна вытащила вещи из сумки, где действительно были и трусики, и трусы, и какие-то верёвки в форме трусов. Она сняла с себя верхний костюм, и после сняла и брюки.
– Жарко.
– Да, я тоже немного вспотел.
– Так разденься. Сейчас душ примешь, поужинаешь и поедешь к своей любимой жонке.
Он снял с себя рубашку и брюки, и захотел прилечь на кровать, которая была довольно аккуратно застелена. Анна продолжала бегать по комнате то туда, то сюда, нагибаясь и высматривая что-то на полу.
Вдруг она почувствовала, что руки схватили её за живот и прижали к себе. Анна почувствовала своими ягодицами твёрдый ствол, который выпирал из трусов Яна.
– Трахни меня, как суку, и, засунув руки ему в трусы, сначала стянула их до колена, и, направив к себе в промежность, насадила себя его на себя.
Ян почувствовал, как кожа тянется, и уздечка болит оттого, что влагалище было почти сухим.
– Я вначале всегда такая, надо раскочегариться долго.
– Значит, ты любишь долго.
Он засадил ей сейчас настолько глубоко, что можно было это сделать. Она, нагнувшись, массировала свои соски и груди.
– Давай же! Быстрее.
Он начал делать более резкие движения, отчего он начал чувствовать действительно влагу, нежную, липкую. Он после свадьбы никогда не изменял жене, и сегодня ему казалось, что он занимается сексом в первый раз, это были совсем другие ощущения, другой диаметр отверстия, глубины и форм, всё было другое.
Тут они оба довольно отчётливо услышали, что дверь открылась и подруга вернулась. Но останавливаться они не хотели, продолжили, еле сдерживая эмоции, особо было трудно Яну, ему хотелось ругаться и шлёпать ей по ягодицам.
Подруга не могла не заметить, как они в комнате занимаются сексом. Первая мысль была, чтобы присоединиться к ним, но сдержала себя и решила мастурбировать в коридоре, рядом с их дверью, слыша их уже очень тихие движения, но всё равно заметные
Они начали шептаться и говорить тихо, и она всё это слышала и продолжила себя мастурбировать, засовывая несколько пальцев руки в промежность. Палец другой руки она засунула себе в анус и села на корточки. Она очень хотела кончить раньше их, и это у неё получилось. Она оставила после себя небольшое пятно на полу, которое она принципиально не хотела убирать.
Через десять минут из комнаты вышли Анна и Ян, он поцеловал её и сказал, что ему сейчас надо уехать на работу, и, возможно, командировка будет. Через пять минут он ушёл.
– Он женатый?
– Откуда знаешь?
– Да этих кобелей насквозь вижу. Пошли пить чай, ужин скоро будет.
Диана за один день успела съездить в соседний город к подруге, посоветоваться, отлить душу, почему у них с мужем отношения не заладились. Она сама работала косметологом, и часто её клиентки становились её подругами, каждая из которых старалась советовать своё, при этом больше половины из них сами были не замужем или в разводе.
Есть люди, которые любят давать советы, есть те, которые любят слушать советы, вот она из таких была.
– Анжела, может, у него кто-то появился, вчера даже трахать не захотел, я там весь вечер с голой жопой вертела, он был напряжён и ничего не говорил. И похоже, вчера он ещё и подрочил перед сном, пока я лежала рядом, и тут она не сказала, что сама трахалась с силиконовым членом во влагалище.
Der kostenlose Auszug ist beendet.