Zum Hörbuch
– ДОЛЖОК! – громовым эхом прокатилось по столовой и вырвалось за дверь, разлетаясь по всему дворцу и пугая прислугу.
В наступившей гробовой тишине тренькнула жалобно струна, слишком сильно натянутая на скрипке.
– Рано етим недоумкам о танцульках думать! – Напротив императора, по другую сторону стола, стояла сухонькая сгорбленная старуха. – Не доросли ашо! Да и не заслужили!
Темненькое платьице в заплатках, поеденная молью жилетка на кроличье меху, серый льняной передник с выцветшей вышивкой и когда-то явно красненький платочек в горошек – все говорило о бедности и убогости незваной гостьи. На впалой старушечьей груди бряцали бордовые бусы, в ушах торчали такие же сережки, а с кушака свисали разные вязанки трав и грибов. В одной руке ведьма держала какой-то суковатый посох с черепом на самой верхушке, другой рукой подпирала бок, и с превеликим неудовольствием осматривала расфуфыренных придворных.
– Доброго здравия, честной компании. Я, гляжу, Вы тута трапезничаете, а про дела совсем не думкаете? – Старуха подошла ближе к столу и потянула носом, на котором красовалась жирная бородавка. – Ну, тяперича понятно, на каких халявных щах эти недодемоны такие морды отъели! – Говорила ведьма противным, дрожащим, скрипучим, но уже вполне себе обычным голосом.
Несколько секунд гости только переглядывались между собой, пытаясь понять, откуда взялась эта рухлядь. Первым очнулся военный министр.
– Страаааажааааа!
– Да не ори ты, малохольный. Оглушил совсем! – Яга, мгновенно оказавшаяся рядом с генералом, легонько ткнула демона посохом, и тот так и застыл с открытым ртом. Это быстро отбило у остальных желание совершать в сторону неизвестной особы какие-либо действия. – Чаво служивых почем зря по дворцу-то гонять? Чай не убивать пришла, а по долгам спрашивать.
После этой фразы напряглись все, ведь у каждого приличного демона за плечами были недомолвки и темные делишки. Яга же окинула присутствующих проникновенным взглядом, словно пыталась найти охальника, обидевшего старушку. Многие прятали глаза, боясь, что гостья при всех озвучит проступки каждого. И откуда эта ведьма про них все знает? Ведь не должен ей вроде как никто… Кроме императора, конечно. Он-то быстро сообразил, что отсрочка в месяц, данная демонам Бабой Ягой в Академии Драконов истекла как раз сегодня. Только напомнить об этом Леонарду никто почему-то не удосужился. Или никто не знал? Однако незнание не освобождает от ответственности, а потому кто-нибудь за такую провинность обязательно ответит.
– Ну, чего приуныли, касатики? – Бабулька, пользуясь очередным замешательством присутствующих, успела вплотную подойти к ненаследному принцу и его кузенам.
Яга ткнула своим когтистым пальцем в щеку Вила, оттянула подбородок вниз, рассматривая зубы, потянула за ухо и заглянула внутрь. Принц, было, дернулся в сторону от таких знаков внимания, но, как и военный министр, не смог ни пошевелиться, ни что-то сказать. Тяжелый взгляд ведьмы заставил маркизов-близнецов втянуть головы в плечи.
– Н-дась, – прошамкала старуха, – Вот вроде б и гладенькие, и холененькие, а внутри гнильца одна…
– Да кто ты такая, чтобы родственников императора оскорблять?! – Кристалина вскочила с места и уперлась руками в стол.
Демоница перестала себя контролировать, а потому и перевоплощение оказалось полным. Перед присутствующими в золотом мареве возникла демоница больше двух метров роста, чью вишневого оттенка кожу рассекали золотистые переплетения татуировки, отличие принадлежности к императорской семье. Кожистые крылья, венчали два заостренных когтя. На голове с четырьмя витыми рогами сверкала золотая корона, украшенная рубинами. Из ноздрей герцогини валил дым, а длинный хвост с кисточкой оголтело лупасил мощные ноги с копытами. Мужчины, знакомые с безграничной любовью матери к своим отпрыскам, благоразумно отодвинулись от демоницы на безопасное расстояние.
– Ух, какая ехида-то! – Ягуся только хмыкнула. – Ты, красна девонька, водички студеной глотони, охолонись малость. А то распыхтелась, как самовар. – Бабулька стукнула посохом по полу, и на герцогиню вылилась вода из возникшего в воздухе ведерка.
– Какой самовар?! Какая девонька?! – Душ подействовал моментально. От чудовища пошел пар, и перед честным собранием предстала мокрая герцогиня, пыл которой малость и правда поуменьшился. Но желание спорить не пропало. – Да ты знаешь, ведьма, сколько мне лет?! – Кристалина ударила кулачком по столу, оставив на поверхности приличную вмятину.
– А ты знаешь, сколько мне? – Бабуся явно издевалась. – Вот и мне неведомо. А даже ежели и ведомо, то все равно не скажу. Зачем же народ лишний раз пужать?
Старушка кокетливо заправила обратно выбившийся из-под платка седой локон, а императору на мгновение привиделась прекрасная улыбающаяся дева в легком красном сарафане и кокошнике. Монарх моргнул, и морок пропал, между ним и сыном по-прежнему стояла старая уродливая ведьма.
– Уважаемая, – Казначей Даркендии, Асгирет, улыбнулся грозной незнакомке, – извините, не знаю, как к вам обращаться, а о какой сумме, собственно, идет речь?
– Ишь, какой прыткай выискалси? – Яга прищурила глаза, оценивая нового собеседника. – Так тебе все и рассказала. Я до императору пришла. Вот он передо мной ответ держать и будет.
– Ну, что ж, – Леонард улыбнулся, предвкушая очередное веселье, – присаживайтесь, уважаемая. Отобедайте с нами, тогда и поговорим.
– Дык, я как погляжу, вы ужо закончили, – Яга не собиралась преломлять хлеб с незнамо кем, – а я недавно чаевничала. Так что пора и дело делать. Нам бы уединиться где-нябудь.
– Ну, если не хотите, то настаивать не буду. – Император поднялся из-за стола, чем дал всем знак о завершении обеда. – Пройдемте в мой кабинет. И уважаемая Яга, отпустите вы уже главнокомандующего, да и принца…, а то как-то не по-людски.
– Ой, гляньте-ка! Демон про людёв вспомнил. – Ведьма хмыкнула и отмахнулась от невидимой мошки. Генерал, тут же охнув, опустился на стул, а принц отскочил в сторону.
Монарх, довольно улыбаясь, открыл портал в свой кабинет.
3.
Воздух пошел рябью, и пространство прорезала огненная черта, постепенно расползающаяся в разные стороны. Пара секунд, и вот уже перед всеми полыхает ярким пламенем арка, внутри которой виден край письменного стола.
– Прошу, уважаемая. – Император слегка наклонил голову и протянул правую руку в сторону кабинета в приглашающем жесте. – Дамы, так сказать, вперед.
Баба Яга заглянула сквозь проход, потянула носом и прищурила подозрительно глаза.
– Ты, твое амператорское величество, того, давай первый. – Ведьма махнула головой в сторону прохода. – А то, хто вас тут демонов знает, отправишь бабушку не солоно хлебавши в запретные дали… Ищи потом дорогу обратно, отплачивай добром за бесплатную экскурсию…
– Да что вы себе позволяете?! – Хоть Кристалина и перешла на «вы», но силу звука не снизила, чем опять заставила старушку недовольно поморщиться.
– Что ж они у тебя, величество, оруть-то все. – Яга покачала осуждающе головой. – И как детёв в таком оре можно было воспитывать?
– Не обращайте внимания. – Леонард зыркнул в сторону сестры, заставив ту недовольно надуть губки. – Вы не беспокойтесь, ничего плохого против вас я не применю. Сам же о помощи просил. – И, чтобы подтвердить чистоту своих намерений, первым шагнул в проход.
– Все в етом мире относительно, милок. – Ведьма сначала ткнула в проем посохом, словно череп проверил дорогу, а потом с опаской шагнула следом за правителем Даркендии. – Шо демону игрушки, для ведьмы смертушкой может обернуться, али сыпь кака алергическа.
Пятиугольный кабинет императора имел вполне себе современную обстановку, не обремененную средневековыми готическими штучками и жуткими статуэтками. Помещение освещалось парящими в воздухе магическими светильниками сферической формы, самостоятельно регулирующими яркость огней в зависимости от времени суток. Стены заменяли панорамные окна от самого пола до потолка, открывающие вид на город, жемчужиной которого являлся императорский дворец. В простенках между окон кабинета располагались стеллажи с книгами и какими-то документами. В центре стоял письменный стол с выдвижными ящиками, рядом находилось удобное кресло.
– Ентиресная пентаграммка получается. – Яга, стуча посохом по паркету, проковыляла в сторону окна и уперлась своим носом в стекло, пытаясь рассмотреть то, что происходило снаружи. – Ето где мы?
– Центральная башня здания правительства. – Император слегка улыбался, довольный произведенным на гостью впечатлением и пафосно добавил. – В моей империи только я могу построить портал в любой ее уголок.
Ведьма только фыркнула на такие заявления, но напоминать о том, что она построила переход прямо в императорскую столовую, без проблем взломав всю магическую защиту дворца, не стала. Зачем монарха перед подчиненными во всякие там недоделки государственные носом тыкать. Чай не маленький, сам апосля проверку проведет.
– Ладно, хватит разговоры разговаривать, – бабулька не без сожаления отлипла от окна и огляделась в поисках какого-нибудь стула.
Леонард верно оценил недоумение, возникшее на лице гостьи, щелкнул пальцами, и перед собравшимися появились не менее удобные кресла, одно из которых, кряхтя, и заняла ведьма.
Народу, надо сказать попыталось проникнуть в кабинет много. Да практически все, кто перед этим был в столовой, только вот сидячих мест на всех явно не хватало. Император окинул присутствующих оценивающим взглядом, прикидывая в уме, кто из придворных может понадобиться, а кому и знать о монарших делах не следует. Еще один щелчок, и за спинами гостей появилось несколько пламенных порталов. Арки выпустили огненные лапы, захватывая и затягивая внутрь себя лишних министров с их семействами.
В кабинете остались только Леонард, Иезавета, герцогиня с мужем, принц с маркизами и казначей.
– Уважаемая Яга, – император занял место за столом, – вы не будете против, если я приглашу еще и администратора? Вдруг договор составить понадобится?
– Зови, давай, сваво министратора. Договор обязательно составим. У меня уже и грамотка нацарапана. – Бабулька тут же извлекла из-под фартука какие-то сложенные рулончиком листы. А вы чаво ашо стоймя-то? – Ведьма окинула придворных подозрительным взглядом. – В ногах правды нет. Седайте ужо.
То ли остальные просто ждали команды, то ли сила их какая неведомая подтолкнула, но все попытались быстренько разместиться на свободных стульях.
– А вы и пешком постоите! – Ведьма стукнула пальчиком по подлокотнику своего кресла, и принц с кузенами повалились на пол, потому как отведенные им кресла нечаянным образом испарились.
Недовольно бубня что-то себе под нос, парни встали, потирая ушибленные места.
В то же время за спиной монарха появился мужчина средних лет, похожий глазами на императора и держащий в руках горшок с каким-то комнатным пожухлым растением.
– Я же говорил, рога твои недозакрученные, оно плотоядное! Его мухами кормить надо! – Фраза вместо невидимого собеседника была выкрикнута монарху, а цветок сунут прямо тому в лицо, в которое тут же вцепились обрадованные дармовой еде зубастые листочки.
В кабинете повисла гробовая тишина. Причем большинство из присутствующих и просчитывало в уме количество тех самых предполагаемых гробов после такой выходки придворного.
– Занятно вы тут живете…– Старушка тихо захихикала, но сразу же попыталась снизить напряжение. – Ты, величество, на сваво человека-то не серчай. Он явно делом был занят, какому-то нерадивому чуду за жизнь нелегкую одомашненных травок рассказывал. А тебе вдруг его вздумалось от работы отвлечь, вот и случилась такая оказия.
Администратор дворца быстро оценил обстановку, понял, что его вызвали по явно неотложному делу. Мужчина быстро распылил мухоловку в воздухе, извинился перед своим монархом и изобразил на лице крайнюю заинтересованность происходящим, словно и не попал всего пару мгновений назад в безвыходную, можно даже сказать, смертельную ситуацию.
– Спасибо, уважаемая. – Администратор благодарно кивнул странной бабуле. – Мой благородный брат и, без сомнения, самый великий император во всех мирах, не будет наказывать своего преданнейшего слугу, да к тому же младшего родственника, за столь незначительный проступок.
– Вот и ладненько. – Яга опять зашуршала своими пожелтевшими бумажными листочками. – А то время идёть, а мы все с места сдвинуться не можем. Давайте ужо нужные разговоры разговаривать. Вот туть у меня все изложено. – Ведьма протянула администратору документы. – Все провинности вон ентих иродов перечислены, – Яга махнула головой в сторону наследничков демонских, – свидетельские показания прилагаються. Решение Драконовово Совету там же. И обещание ампиратора, а также евойная личная просьба.
– О чем это вы? Что именно просил у вас император? – Кристалина наконец-то сумела вклиниться в разговор, не без тревоги, поглядывая на своих сыновей и племянника.
– О наказании и перевоспитании. – Старушка сложила сморщенные руки на застиранном переднике, разглаживая невидимые складочки. – Вы ж вон их как залюбили-то, да избаловали. Вот они и творят всякие проступки нехорошие. А у нас в лесочке тихохонько, спокохонько. Хто там выжить смогёт, тот и настояшим богатырем станить.
– Что значит «выжить смогёт»? – Иезавета смотрела то на императора, то на сына. – Это на какую погибель вы наших детей отправить решили? Она же их со свету сживет своей магией дремучей.
– Цыть, рогатая! – Мощный голос ведьмы заставил всех вздрогнуть, как совсем недавно в столовой. Яга словно в росте и теле прибавила. Ее глаза сверкали гневом, а аура придавливала присутствующих своей силой. – Это вы тут незнамо чем занимаетесь! Одно колдунство непотребное на блага личные и во вред всему живому! А у нас волшба ведическая, то есть мы ведаем, знаем, по-вашему, что сотворяем на пользу обчеству!
– Уважаемая Яга, – Леонард устоял против атаки старушки, хотя и пришлось Демону приложить магические усилия. – Я от своих слов не откажусь. Что обещано, то будет исполнено. Мой сын и его кузены сегодня же отправятся в ваши владения, и примут назначенное вами наказание. Просто женщины волнуются о судьбе своих сыновей. – Мужчина махнул отвлеченно рукой. – Вы же понимаете, материнское сердце, и все такое…
– Вот для етова у нас контрактик-то и подпишится. – Яга успокоилась и приняла свой прежний беззаботный вид. – Вы, сторона А, мне, стороне Б, етих отпрысков семейства в учение отдаёте. А я, то бишь сторона Б, обязуюсь из них богатырей сделать. И за старания мои мене, стороне Б. за кажного в месяц будет оплачено по три грошика вами, стороной А. – Ведьма придирчиво еще раз оглядела молодых демонов и вздохнула. – Хотя они и такова не стоють, но ниже уже некуда.
– А если не выживут? – Казначей, что-то подсчитывающий в уме, вклинился в разговор.
– Выжить-то они выживуть. – Яга печально вздохнула. – Токмо у нас традиция такая. В конце обучения родитель должон за своим отпрыском прийтить самолично, и среди предложенных нескольких одинаковых сваво найтить.
– А если не угадает? – Администратор тщательно записывал весь разговор.
– Ежели сторона А, то есть родитель, – ведьма начала медленно диктовать, явно стараясь помочь чиновникам, – не узнает сваво отпрыска, то ентот робёнок навечно останется в лесу в услужении у стороны Б, ну у меня.
– Я никогда не соглашусь на такое безумие! – Кристалина вскочила со своего места. – Леонард, где ты откапал эту сумасшедшую старуху?!
– Крис, осторожней в выражениях! – Император не повышал голоса, но говорил жестко. – Уважаемая Яга, ведьма из тридесятого царства. Бабушка царевны, в похищении которой участвовали наши сыновья. Ты же знаешь, что грозит за такое преступление.
– Мы не знали, что она царевна! – Зло выкрикнул Виллиарт, до этого момента молча наблюдавший вместе с братьями за происходящим. – Она вела себя как… как обнаглевшая простолюдинка!
– Следи за словами, Демон! – Яга ударила клюкой по полу и резко поднялась, До того момента светлую комнату начала заволакивать тьма, а глаза ведьмы, как и глазницы черепа на посохе, засветились огнем. – Коли простолюдинка. Так всякие мерзости устраивать можно?! Мои внучки никогда своим положением не кичились! И зла никому не делали! Видно мало тебя Василисушка уму разуму учила. Ну не чо! Я доучу!
Ведьма ударила своим посохом по полу, и клюка превратилась в метелку. Яга махнула метлой, и посреди кабинета возникла черная воронка. Вторым взмахом ведьма отправила принца и его кузенов в этот омут, который тут же исчез.
Демоны отреагировали на атаку Яги, начав перевоплощаться. В кабинете стало тесно. Огромные монстры с рогами и кожастыми крыльями окружили незваную гостью, готовые уничтожить старую ведьму. Только вот безобидной старуха совсем не казалась.
Император спокойно наблюдал за происходящим со своего места. И ему снова виделась прекрасная женщина в сарафане и кокошнике. Ее черные брови были гневно сдвинуты на переносице, алые губы сжаты в тонкую линию, на щеках играл румянец. Ведьма крепко сжимала в руках посох с вырезанными на нем рунами, а за ее плечами поднимался во весь рост огромный бурый медведь, готовый ринуться на врага, чтобы защитить свою хозяйку.
Миг… И морок исчез.
– Хватит! – Император опять даже не пытался повысить голос, но все демоны застыли, боясь совершить неосторожное движение, и вызвать гнев своего монарха.
Старушка гордо подняла голову, ожидая дальнейших действий Леонарда. Главный Демон забрал у администратора все бумаги, которые передала ранее ведьма и, не глядя, их подписал.
– Я полностью доверяю, достопочтенной Яге. Более того, даю магическую клятву. – Ноготь на одном из пальцев мужчины вытянулся, и демон проткнул себе ладонь. Из раны на пергамент упало несколько капель крови. Яркая вспышка света подтвердила то, что мир принял нерушимый обет. – Никто не смеет оспаривать мое решение! Я только прошу позволения у вас, уважаемая ведьма, иногда посещать ваш лес.
Старуха на минуту о чем-то задумалась, затем кивнула головой в знак согласия. Яга медленно подошла к столу, забрала контракт. Последний раз сверкнула ведьма глазами в сторону демонов, повела своей метелкой и исчезла в воздушном водовороте.
4.
Солнце уже перевалило за полдень, даря природе первую летнюю жару. Это пока еще не зной середины лета, но уже и не весна.
По голубому, распростертому над землей, небу медленно плывут светлые перламутровые облака. Оно чистое и бескрайнее. Такое можно увидеть только в сельской местности, где дома не закрывают от взора человека горизонт. Ночью на таком небе отражается каждая, даже самая маленькая, звездочка.
По кривоватой проселочной дороге, упирающейся в большой валун, медленно перекатываются легкие полевые вихри. За камнем, потрескавшимся от ветров и покрытым мхом у самого основания, тропа разбивается на три направления, одно из которых уходит в ближний лес, манящий своей зеленью и прохладой. Второе убегает за невысокий холм, перед которым протекает небольшая речушка. Третья же теряется в поле, чье пространство занимают колосья хлеба, отливающие в лучах солнца легкой позолотой. До полного вызревания еще далеко, но зерна уже наливаются силой.
По зеленой травинке медленно ползет божья коровка. Над лугом кружат труженицы пчелы, собирая нектар, чтобы в улье превратить его в янтарный мед. Среди стеблей травы мельтешат мураши, бегая по своим повседневным, но при этом не менее важным делам. Между пшеничными колосьями проскочил мышка-полевка. Несколько кузнечиков раскачиваются на тонких стебельках травы, устроив между сбой стрекотание.
Мир и покой.
К нагретому полуденным солнцем камню привалился мужичок неопределенного возраста с взлохмаченными волосами, торчащими из-под потертой шапки. На человечке были надеты простые холщевые штаны, на теле – льняная застиранная рубаха-косоворотка и жилетка волчьим мехом наружу, а вместо обуви, поверх портянок, натянуты простые лапти из лыка.
Послеобеденный сон – это дело святое, а потому и мужичок, устроился в тени валуна, намереваясь вздремнуть, хоть и был приставлен к охране очень важного объекта – заветного камня перекрестков. Он прикрыл глаза и сладко зевнул. А что? Солдат спит, служба идет. Все, как в армии учили!
Вдруг из зарослей пшеницы послышался голос:
«Мирон-ветрогон,
Полна пазуха ворон.
Голова – копейка.
Соломенная шейка!
Нос крючком.
Волоса – клочком!»
Дразнилка закончилась звонким девичьим смехом.
– Я не сплю! – Тут же подскочил сторож, озираясь вокруг в поиске нарушителя спокойствия. Однако рядом никого не оказалось. – Ето хто здеся над уважемым погранишником потешается?! – Мужичок подбоченился и строго сдвинул косматые брови. – А ну выть на свет, чтобы чесной народ не смушать!
На пыльную дорожку выскочила рыжая лисица подбежала к камню и уставилась на мужичка своими черными умными глазками. Даже тявкнула на постового, чтобы привлечь к себе внимание. Хитрый зверек оббежал Мирона вокруг, задев его ноги пушистым рыжим хвостом с белой опушкой на самом конце.
– Ох, дядюшка Мирон, а ты все не меняешься! – Лисица наклонила голову на бок и улыбнулась.
– Это хто ж к нам пожаловал-то, а? – Мужичок внимательно вгляделся в гостью. – Озорница наша! Неужто бабулю проведать решила? Да и нас осчастливить? Ай, молодца! Соскучилась, поди, в своих заграницах по родным-то местам? И лес по тебе тоже тосковал-горевал. – Сторож наклонился, опираясь своими шершавыми ладонями на колени и заглядывая оборотнице в глаза.
– Ты прав, здесь все родное, – лисичка покивала головой, – и дышится легко и свободно. Ты дядюшка, как освободишься, приходи на чай. Я и гостинцев принесла.
– Ну, хорошо девонька, беги. – Мужичок осторожно погладил рыжую мягкую шерстку зверька. – Как с поста сменюсь, так обязательно к вам нагряну.
Неожиданно, прямо над валуном, начала разрастаться воздушная воронка, из которой выпало три существа, рухнувших друг на друга несуразной кучей. Лисичка тут же юркнула за ближайший куст, сверкая из-за листвы черными глазенками.
– Мать моя бесоватая, а ето ашо кого к нам нелегка принесла? – Дядька Мирон прытко отскочил за валун, настороженно осматривая не прошеных гостей.
Куча мала, кряхтя и переругиваясь, пыталась разделиться на отдельные части. Сторож прищурил глазки, почесал морщинистой рукой всклоченный затылок и выбрался-таки из укрытия. Мужичок неспешно поклонился в пояс трем путникам, заброшенным к нему магическим способом.
– Здраве будьте, калики перехожие. Далече путь держите?
С земли медленно поднимались трое перепачканных землей и пылью парней, ругаясь на непонятном языке и отряхивая от грязи одежду.
– Не. На калик не похожи. – Мирон пожамкал пальцами кончик длинного носа. – Про бегунов ужо пять сотенок годков не слыхать… Ни тебе серого волка в помощниках, ни конька-горбунка… И хто ж ето такие-то?
Тем времен гости, нахмурившись, оглядывали местность, пытаясь определить, куда их магическим ветром занесло. Мирон обошел валун с другой стороны и снова поклонился в пояс, продолжая попытки вывести незнакомцев на разговор.
– Вы, добры молодцы, дело пытаете или от дела лытаете? – Сторож уже спокойно ожидал ответа на свои вопросы, который опять и не получил. – Языка шо ли нашенского совсем не разумеют? Неужто Ягуся бусурман к нам притянула? Мало шо ли своих дураков-неучей? Куда не плюнь обязательно в каково-нябудь Ивашку попадешь.
– Ты кто такой? И где мы находимся? – Самый важный из пришельцев грубо прервал рассуждения сторожа.
– О, по-нашему балакають… Ето хорошо… Но, вот грубости… Эх, молодежь… – Мирон покачал осуждающе головой. – Шишок мы, местный охранитель камня заветного. – Мужичок бережно погладил валун. – А прибыли вы, гости дорогие, на границу тридесятого царства. – Пограничник даже грудь выпятил от важности произнесенных слов. – А вы сами-то, чьих будете?
– Ты как с королевскими особами разговариваешь?! – Второй пришлый потемнел и частично перевоплотился, раскрывая крылья и выпуская рога и хвост.
– Нечесть моя родимая! – Мирон хлопнул себя ладонями по бокам. Но ни капли не впечатлился от увиденного и в ноги к гостям с повинной не бросился. – Нам только демонюк высшего порядку не хватало! – Сторож отступил, однако, за валун, так, на всякий случай, и уже вел беседу из укрытия. – Вы бы, молодцы, здеся своими званиями-то не шибко козыряли. Они тута ни к чему. А рога у нас и свои имеются. – При этом шишок стянул с себя шапку и продемонстрировал гостям два маленьких рога, выглядывавших из спутанных волос
– Вот же ведьма старая! – Выругался третий, пнув маленький камушек и подняв при этом очередной столб пыли.
– Значит, точно Ягуся постаралась. – Хихикнул из-за камня шишок, и эхом ему прилетело из кустов, словно кто-то чихнул. – Вы бы, отроки, зря земельку-то не пинали, она в ваших грехах невиновная.
– Какие мы тебе отроки?! – Подал голос и третий парень. – Мы императорские наследники!
– Ну, наследники, али нет, мне того не ведомо… – Мирон снова появился из-за валуна. – А коли тута оказалися, значится отроки вы ашо неумелые. И путь ваш в обучение лежит прямо вот от етого камня заветного. У кажного своя дорога. Но прежде чем выбирать, назовитесь для порядку.
Мирон, кряхтя, наклонился к траве, что густо росла на перекрестке, и достал какую-то тетрадку в потертой обложке, старую чернильницу и гусиное перо. Мужичок неспешно заострил писало перочинным ножичком, открыл тетрадку там, где торчала закладка и пристально воззрился на молодцев в ожидании необходимой информации.
– Я – Веллиарт, – самый важный из демонов, в камзоле, который еще несколько минут назад был ярко пурпурного цвета, недовольно кривился от происходящего и говорил, презрительно растягивая слова, – третий сын императора Даркендии, Леонарда.
– А вы, два молодца, одинаковых с лица из каких земель? – Мирон записал что-то в тетрадке и обратился к братьям.
– Маркиз Элатан и маркиз Барбатос, – старший из близнецов представился, -племянники императора Дарконии Леонарда, сыновья его младшей сестры, герцогини Кристалины.
– Ух, какие ж бравые робяты нас посетили! Аж жуть от таких гостей береть! – В глазах Мирона скрывались смешинки, а из кустов опять послышался то ли чих, то ли всхлип. – Но прядок есть порядок. Итак, мы имеем: прынц – одна штука, зарегистрирован под нумером шестьсот четырнадцатый; маркизы – два штуки. Под нумерами шестьсот пятьнадцатый и шестьсот шишнадцатый.
Мирон спрятал тетрадку опять в траву и достал три сложенные бумажки.
– Енто воть вам буклетики, как себя у нас в царстве-государстве вести, – мужичок протянул картонки гостям. – Значиться так: к девкам нашим не приставать, нечисть не тревожить, зверье не обижать. Трактиры посещать в строго отведенное время, и шоб без драк там всяких.
Парни вертели в руках цветные картинки, не понимая, что им дальше делать. Пограничник и тут пришел к ним на помощь.
– Встаньте на перекрестке перед валуном волшебным, руку к нему приложите, и выберите путь себе по сердцу, там судьба вас и встретит.
– Или карма догонит, – послышалось тихое из кустов. Только вот демоны настолько были обескуражены происходящим, что на тонкий голосок внимания и не обратили.
Парни подошли к камню, и смогли с трудом разобрать начертанные, бог знает сколько веков назад, письмена: «Направо пойдёшь – коня потеряешь, себя спасёшь; налево пойдёшь – себя потеряешь, коня спасёшь; прямо пойдёшь – и себя и коня потеряешь».
– Что за бред?! – Элатан ударил от злости по валуну и тут же схватился за ушибленную ступню. – Что мы выбрать-то должны?!
– У нас коней нет! – Подключился его брат. – И терять нам нечего! Мы – дипломированные маги!
– Ох, милок, не зарекайся! – Мужичок осуждающе посмотрел на молодых. – В этой жизни кажному есть шо терять. Ну, чего мешкаете то? Длань свою на камень положте, он сам вам дорогу укажет.
Демоны переглянулись, пожали плечами и водрузили свои руки на теплую поверхность валуна. Древний указатель слегка засветился, и все надписи слились воедино, а три дороги за перекрестком соединились в один путь, который терялся в чаще леса.
– О как! – Шишок выпучил глаза, видимо на его веку такого еще никогда не было. – Ох, сильно Ягуся на вас прогневалась, шо всех к себе на аудиенсию ждет. – Мирон в очередной раз почесал затылок и, словно вспомнив о своих обязанностях, поклонился парням, указывая на чащу. – Ну, как говорится, добро пожаловать в наш волшебный лес и скатертью вам дорога.
Откуда не понятно взявшийся порыв ветра, поднял на дороге пыль, подтолкнув путников в сторону деревьев. Демоны, кашляя и отмахиваясь от песка, поспешили от камня к своей судьбе. А из кустов потихоньку выбралась лисичка.
– Ну, что скажешь про гостей? – Шишок внимательно посмотрел на зверька.
– Время покажет, дядюшка. – Лиса чихнула, потому что пара пылинок попала и ей в нос, – а мне бежать пора. Ну, ты вечером заходи. – И пушистый хвост скрылся в траве, иногда мелькая среди зелени. Оборотница направилась в лес.
5.
Проселочная дорога убегала вперед, скрываясь за деревьями. Изначально ее граница обозначалась только луговой травой, затем появились кустарники, становясь все гуще и выше, и вот тропа забежала под кроны первых деревьев.
Стройные белоствольные березки с коричневатыми тонкими ветвями и резной зеленью листвы разбегаются в разные стороны от дороги. Яркие лучи, сумевшие пробиться сквозь кроны деревьев, прыгают солнечными зайчиками с ветки на ветку или по зеленому травяному ковру. Из-за такой игры света листва переливается разными цветами. Одни серебрятся мягким покровом, другие дразнят светло-зелеными и изумрудными отблесками. Те же, что находятся у самых стволов и на самых нижних ветках кажутся почти черными. Легкий ветерок заставляет всю эту мозаику всколыхнуться так, что начинает рябить в глазах. И вся пестрота мягко осыпается тенью на траву, даря ей прохладу в знойный летний день.
Деревья кажутся живыми. Необходим только миг, и тонкоствольные красавицы сорвутся, словно веселые подружки со своих мест, чтобы подбежать поближе друг к другу и пошептаться о чем-то. Путнику тоже хочется присоединиться к ним. Подойти, прислушаться к разговору, обнять тонкую фигурку, провести ладонью по стволу и ощутить шероховатость черного рисунка на белой коре, почувствовать ее запах.
А потом, снять обувь и дать усталым натруженным ногам пройтись по густому пушистому зеленому ковру, который покрывает всю землю в роще. И этот пир зелени разбавляют белые, желтые и сиреневые вкрапления полевых цветов. Так и тянет прилечь, чтобы вдохнуть полной грудью легкий ненавязчивый аромат лесных скромниц, прячущихся в густых стеблях других растений, пропитаться им, сохранить до самой зимы.