– Лиглинги созданы Нардахоном, чтобы вредить людям! – брызжа слюной заявил офицер. – А ты принёс эту тварину к нам!
Шерсть на Квадунгурарашаве снова встала дыбом. Лапа сжалась на ноже, уже выскользнувшем из ножен. Чиж, очевидно, это заметил – потому что лицо его озарила хитрая ухмылка.
– Ну вы и сами неплохо справляетесь с тем, чтобы собирать лиглингов рядом с собой, нет?
Офицер побагровел.
– Мы их!.. – возмущённо начал он.
Но что они с ними собирались делать, офицер не сказал. Квадунгурарашава уже прокрался на край стола, в одно движение оказался на плечах офицера и вогнал нож ему в горло. Тот забулькал, потянулся руками к лиглингу, но Квадунгурарашава уже был на полу, вне досягаемости человека. Булькнув ещё пару раз, охранник повалился на спину.
– Спасибо! – произнёс Чиж. – А то я уж думал, что тебе доставляет особенное удовольствие смотреть, как надо мной издевается этот… Как бы его обозвать… – лиглинг уже расковал разбойника, и тот поднялся. – Нарушитель всех планов наших, вот!
Квадунгурарашава хмыкнул. Не будь он здесь всего минуту назад, и не будь у Чижа под правым глазом здоровенного синяка, лиглинг ни за что бы не поверил, что этого человека только что кто-то избивал.
– Эх, чёрт его дери, растреклятый болван! – Чиж достал из-под плаща какой-то вытянутый предмет. – Не только трубу мне разбил, но ещё и трубу! Чтоб ему!..
– Поч-ч-чему шапка, хи-хи? – Квадунгурарашава засмеялся. – Ты п-п-правда ждал, что теб-б-бе поверят, хи-хи-хи?
– Ну что-то же надо было сказать, – Чиж бросил сломанную трубу на труп вождя в доспехах. – И потом, те двое замечательно купились на это! Если бы этот чудик не оказался самым неподходящем слушателем для моей выдумки…
– Я-т-т-то её уже слышал, мне можешь не расск-к-казывать, хи-хи, – Квадунгурарашава осмотрелся. – Но нам п-п-повезло: отсюда можно пройти в б-б-башню.
– О! Так ты и правда облазал весь форт, нет?
– Зд-д-десь не был, – Квадунгурарашава прислушивался, но никаких следов других солдат обнаружить не мог. – Но под-д-дземелья у них тут обширные, хи-хи. Должны найт-т-тись.
– Что ж, – Чиж отряхнул полы плаща и поправил ремень так, чтобы его таинственное оружие опять оказались в зоне досягаемости. – Раз уж мы всё равно вызвали такой беспорядок, давай закончим наши дела побыстрее.
– Не возр-р-ражаю…
– Кто здесь? – донёсся слабый голос из соседней двери. Квадунгурарашава подпрыгнул от неожиданности и осторожно подошёл к двери. За ней скрывался длинный коридор с решётками вдоль одной из сторон. Из одной из таких клеток высунулась чья-то сухощавая рука.
– Ого, да у них дрянные отношения не только с лиглингами, нет? – шепнул Чиж. Квадунгурарашава был уже внутри, и он узнал пленника.
– Март-т-тунг! – лиглинг прыгнул к клетке.
– Квадунгурарашава? – купец прильнул к прутьям. Его когда-то внушительная борода теперь была изрядно потрёпана, чуть ли не разорвана в клочья, роскошная пурпурная одежда превратилась в лохмотья, а лицо покрывали синяки и царапины. Прежними остались только брови, похожие на две пушистые щётки.
«А тот, другой, сказал, что Мартунг ушёл по своим делам…» Квадунгурарашава зашипел от отвращения.
– Что ты здесь делаешь? – взволнованно спросил купец. – Тебе надо уходить! Они хотят истребить лиглингов, Квадунгурарашава!
– Ист-т-требить? – Квадунгурарашава фыркнул. – Он-н-ни никогда не были друз-з-зьями лиглингов!..
– Нет, ты не понял меня, – Мартунг удручённо покачал головой. – Люди и раньше не любили лиглингов, это правда. Но теперь, когда пришёл этот чародей, пусть имя его будет проклято самим Моргоном, всё пошло ещё хуже. Он положил глаз на лес, Квадунгурарашава! Он объявил людям, что прибыл как посланец высших сил, и что Моргон дарует им этот лес! Что поэтому они должны выбить отсюда всех обитателей, железом, кровью и чарами! – старик издал невнятный звук, не то вздох, не то всхлип. – Меня схватили за то, что я торговал с лиглингами. Он хотел, чтобы я сказал, где искать племя, но я не выдал вас, Квадунгурарашава! Я держался! Тогда меня бросили сюда, и… И тут уже… Не выдержал…
Мартунг тяжело вздохнул. Квадунгурарашава схватился за прутья. Вот, как люди нашли племя!..
– Так что тебе надо уходить, Квадунгурарашава! Я знаю, такие, как ты, не в особой части среди племён, но предупреждай всех, кто станет тебя слушать, и бегите! Они будут истреблять каждого лиглинга, которого найдут, и детёнышей, и самок – всех! Чародей обещал это!..
Шерсть встала дыбом на спине Квадунгурарашавы – но теперь от страха. То, что он видел у Племени Ястреба – ждёт всех лиглингов леса?..
– Прямо всех? – донёсся удивлённый свист сзади. – Да уж, это жестковато даже для альтов Наэсфеля! Ставлю сразу оба пистолета, этот чародей компенсирует какие-то свои комплексы!
Квадунгурарашава вздохнул. Он уже почти забыл о разбойнике…
Мартунг отпрянул от прутьев.
– Кто это с тобой, Квадунгурарашава?
– Квадунура… ра… Чёрт возьми! Я просто обязан высказать вам своё глубокое восхищение за такую дикцию, почтеннейший!
Квадунгурарашава кинул взгляд на Чижа. Что ни говори, этот выходец из другого мира был крайне странным типом. Таких людей Квадунгурарашава раньше не встречал. Но всё же…
– Нап-п-парник, – наконец ответил он.
– Напарник? – нахмурился Мартунг. – Что же это за дело, которое потребовало от тебя напарника?
Квадунгурарашава крепко сжал прутья клетки.
– Я сп-п-пасу племя.
Мартунг с сожалением улыбнулся, вздохнул и покачал головой.
– Я не стану тебя разубеждать, Квадангурарашава. Я лишь надеюсь, что ты найдёшь, что ищешь.
Квадунгурарашава внимательно посмотрел на купца. Он знал о машарагадунгвах. И знал, как лиглинги относятся к ним. А даже знал, что больше всего Квадунгурарашава хотел вернуться в племя. И никогда не верил, что это получится.
– И мы в этом окажем ему всё возможное содействие, – прервал тишину разбойник. – Что ж, уважаемый, если только вам не нравится эта сырая клетка больше всего на свете…
– Д-д-да, – Квадунгурарашава заставил себя отвлечься от мыслей, – я теб-б-бя выпущу…
Мартунг грустно улыбнулся и снова покачал головой.
– Оставьте меня, – удивительно мягко сказал он. – Даже если вы меня вызволите, далеко мне не уйти.
– Ох, как угрюмо-то… Вы уверены, почтеннейший? А то нам совсем…
– Оставьте, – повторил Мартунг. – Вам стоит поторопиться.
Квадунгурарашава снова бросил взгляд на Мартунга. Он и сейчас не верит. Если Мартунг не верит…
Он потряс головой. Купец – его друг, но он человек. А люди и лиглинги, как ни крути, совсем разные. И Квадунгурарашава делает это не для себя – он делает это для племени.
– Что ж, дело ваше, – подтвердил мысли Квадунгурарашавы Чиж, одёрнув полы пальто. – Счастливо вам оставаться!
– Удачи, незнакомец, – Мартунг сдержанно кивнул Чижу.
Чиж замысловато махнул рукой.
– Пойдём, Квадунгунарва… Чёрт возьми, извини, я всё ещё буду звать тебя Квадун, ладно? Пойдём!
Квадунгурарашава посмотрел в глаза купцу, коротко кивнул и поспешил дальше по коридору. Раз Мартунг решил остаться, не Квадунгурарашаве его переубеждать. Сейчас главное – найти способ спасти племя. А для этого…
– Итак… – разбойник не выдержал и минуты молчания. – Как я посмотрю, ты совсем-совсем не настолько против людей, как пытался представить, нет?
– Март-т-тунг – друг, – пробурчал Квадунгурарашава.
– Понимаю, понимаю… О, и пока мы не отошли от темы: Мартунг сказал что-то про таких, как ты, и что вас не очень любят остальные…
Квадунгурарашава развернулся и зло зашипел.
– Не т-т-твоё дело!
Чиж примирительно поднял руки, кротко улыбаясь.
– Не моё – так не моё! Не надо так заводиться, дружище!
Квадунгурарашава покачал головой. Ему было очевидно, как очевиден запах, оставляемый малдангванишами на месте ночёвки: язык доведёт этого человека до беды.
Они свернули из коридора с клетками. Если Квадунгурарашаву не подводила память, они уже близко.
– Квадун, поверь мне: мы найдём способ освободить твоё племя! – вдруг сказал Чиж. – Слово есть слово, даже среди нас, разбойников.
Квадунгурарашава хохотнул. Что ж, может, Чиж и болтлив, но, вроде, честный. Таких людей лиглинг знал немного.
– Прид-д-дётся тебе поверить, хи-хи!..
Ещё пара поворотов, пустых решёток и выстроенных вдоль стен бочек – и они оказались в небольшом квадратном с люком наверху. Память не подвела.
– Вот-т-т, – Квадунгурарашава указал хвостом на люк. – Это ещё од-д-дин вход в башню.
– Чудно! – хлопнул в ладоши Чиж. – Будем только надеяться, что и он не заперт и не под магией…
– Т-т-тут мало кто ходит, только вожд-д-ди, хи-хи, – Квадунгурарашава уже поднялся по приставной лестнице и приоткрыл люк. Да, так и есть: первый этаж центральной башни, казармы. По чутью ориентироваться не удавалось, слишком много людей было, но глаза и уши не говорили о том, чтобы кто-то был внутри. – Т-т-ты идёшь?
– Я? Разумеется! Чем быстрее мы найдём этот чёртов кулон, тем быстрее спасём твоё племя, вернёмся за нашим товарищем грайдцем и смоемся отсюда! Улавливаешь?
Гросох сначала долго сидел на какой-то коробке, но потом не выдержал, встал и заходил.
Когда он бродил по лесу, встретился с этим странным длиннохвостым псом, ползал по тоннелю с ним и Чижом, он был достаточно занят, чтобы не думать почти совсем ни о чём. Гросох любил такие моменты. Но они всегда заканчивались, и теперь ему снова приходилось решать.
«Сделай это, и получишь свободу,» – заявил ему Лаарнель. Когда Гросох это услышал, он забыл о том, что оказался лишь орудием в руках мадрала, что потерял всякую надежду найти среди других рабов каких-либо товарищей – обо всём, что гложило его после победы над Задирой. Всего лишь сходить с человеком-разбойником в другой мир да выполнить ещё одно небольшое поручение – и он свободен! Он сможет снова сражаться там и тогда, где и когда пожелает, больше не будет выходить в самую рань в поля, чтобы горбатиться над мафшахерхом… Всё – позади!..
На самом деле оказалось, что всё не так уж и просто. Этот разбойник, Чиж, первым же делом спросил его имя. А потом не пустил его драться с людьми в крепости – и не потому, что не захотел, а потому, что Гросох бы не победил и умер. Он не приказывал, а просил, вообще не пытался продемонстрировать свою власть над рабом. И может быть дело было вовсе не в особом беспокойстве за самого Гросоха, но последний раз кто-то так обращался с Гросохом только тогда, давным-давно, когда он и другие рабы в его мире восстали против хозяев.
Так что Гросоху совсем не нравилось то, что требовал от него Лаарнель за свободу. Не так, как не нравилось собирать мафшахерх, а решительно и остро, как не нравилось вечно ходить сгорбленным и подчиняться злобным мадралам. Будто бы если он выполнит приказ Лаарнеля, он тем самым предаст всех тех, рядом с кем сражался тринадцать лет назад…
Гросох сжал кулаки и тихо зарычал. Опять думать, что делать! Должен же быть правильный выбор!..
К счастью, думать долго не пришлось. Дверь, через которую недавно ушёл Чиж, открылась, и на пороге появилось два стражника.
– Говорю тебе, Воргор, слишком много берём! Вот если бы…
Гросох довольно пробурчал. Наконец-то он сможет подраться!..
Люди, увидев грайдца, остановились, как вкопанные. Глаза их расширились и стали похожи на большие кисточки от мафшахерха.
– Б-б-б-брахан… – заикаясь пробормотал один из них.
Гросох даже опустил кулаки.
– Ы?..
– Брахан! – первый человек упал на пол, чуть ли не уткнувшись в холодный камень носом. – Нас посетил посланник самого светлейшего Моргона, Воргор! Прояви уважение!..
Второй человек тоже опустился на колени и, заворожённо глядя на Гросоха, принялся делать какие-то странные жесты рукой.
– Брахан самого Моргона!.. – пролепетал он. – Горе мне, не верившему!..
Гросох разжал кулаки.
– Ы…
В памяти всплыли слова Чижа о том, что здесь кому-то поклоняются и о том, что это как-то глупо. Какое-то неведомое чувство подсказывало, что Чиж был прав. Но в чём – Гросох не понимал.
– Мы знали, что рано или поздно Моргон откликнется на наши благочестивые молитвы!.. – первый опять уткнулся носом в пол. – Моргон прислал тебя, о могучий брахан, чтобы помочь справиться с нашими врагами лиглингами, так ведь?
Гросох нахмурился. Лиглинги – так называли этих длиннохвостых собак. Сам Гросох впервые их видел, но Чиж обещал Квадуну, что они освободят его племя. Тогда, выходит, лиглинги – друзья. А эти люди, которые упали на колени перед ним, кто тогда?..
– Ы! – Гросох агрессивно помотал головой. Он только хотел избавиться от сложных мыслей, а ему подкинули ещё!
Люди у подножья лестницы затрепетали.
– Прости нас, брахан, если мы проявили слишком большую наглость! – не отрывая носа от пола затараторил первый. – Мы просто!..
– Брахан!.. – как заведённый бормотал второй.
Гросох потряс головой. Ему очень хотелось просто взять и напасть на этих чудиков – но они сами не пытались никак ему навредить. Нападать будет неправильно. А что тогда с ними делать?..
– Дверь! – вдруг сообразил Гросох. – Откройте дверь!
– О брахан, мы не можем! – ответил первый, склонившись ещё глубже. – Ключ от двери есть только у чародея Суолиля, главного в нашей крепости! Если позволишь, мы тут же сбегаем за ним!
Оба человека поднялись, неуклюже стукнувшись друг о друга, и, чуть ли не перескакивая один другого, стали подниматься наверх.
– Ы…
Магов в этом мире не было – так говорил и Чиж, и Лаарнель. Может, они ошиблись… Или это и есть тот альт, которого им надо было найти!
Гросох, нахмурившись, посмотрел вслед людям, которые уже почти вышли из подвала. Лаарнель поручил Гросоху убедиться, что альт узнает о прибытии Чижа и найдёт его. Зачем и почему, если сам Лаарнель потребовал у Чижа какой-то кулон – Гросох не знал. Но именно таково было условие: сдать разбойника местному альту. Выполнить последнее приказание как раб, чтобы стать свободным…
Гросох фыркнул. И он должен исполнить недостойное, только потому, что ему приказали?
– Стой! – крикнул Гросох. Оба человека встали прямо у двери.
– Да, о бахран?.. – подобострастно пробормотал первый.
Гросох мастером слов не был. Он поднялся к солдатам и стукнул их головы друг о друга. Люди обмякли и повалились на пол, звякнув доспехами.
Гросох довольно кивнул. Теперь, когда решение было принято, всё стало проще. Надо найти Чижа и предупредить его. И пусть Лаарнель грызёт себе локти со своим предложением! Честь грайдца не продаётся!
Он спустился вниз и снова посмотрел на дверь. Квадун сказал, что проход наверх за ней. Значит, они с Чижом идут туда. Надо попасть внутрь!
Гросох поднёс руку к ручке, но его тут же дёрнуло магией.
– Ы! – с неприязнью выдал он. Раз альт хотел, чтобы в неё не ходили, конечно, дверь не открыть!..
Гросох нахмурился. Ведь альт не хотел, чтобы туда ходили люди. А грайдцы – не люди. Грайдцам магия не так страшна. Вряд ли эта дверь заколдована сильнее, чем хлыст, которыми мадралы стегают рабов…
Гросох потряс головой. Думать – меньше, делать – больше!
Он разбежался и врезался плечом в дверь. Та треснула, сверкнула магия – и Гросох оказался в другой комнате.
Грайдец покачал головой и оглянулся. Дверь он снёс легко, будто её там и не было даже. Судя по чёрным отметинам на стенах вокруг, магия, ударившая по ним, была похожа на огонь. А Гросоха не пожгло: только чуть-чуть пощекотало. Грайдец осмотрел руки и довольно хмыкнул: даже следа не осталось, как от хлыста!
Гросох осмотрелся ещё и увидел лесенку, ведущую к люку в потолке. Поднявшись, Гросох хотел было выбить и люк, но всё-таки сдержался и вместо этого осторожно приподнял его головой. Он оказался в большой круглой комнате, с кучей двухэтажных коек, какими-то стойками и небольшими столиками. Двери на улицу были открыты, и у них стояла пара стражников, но смотрели они наружу. Вдоль одной стены поднималась винтовая лестница.
Гросох нахмурился. Чиж говорил, что альт будет жить наверху, и у грайдца не было причин в этом сомневаться. Если это так, то они пошли наверх – туда надо и Гросоху.
Грайдец вошёл в комнату, как мог аккуратно закрыл люк и прошёл наверх. Следующий этаж оказался таким же, как предыдущий, а вот третий – уже другим. Здесь красовались и какие-то ковры, и длинный стол со стульями, и…
На Гросоха снова кто-то набросился. Грайдец заворчал и потянул руки к напавшему, и, как и в лесу, нащупал лапами мех.
Квадун уже спрыгнул с грайдца и отбежал на порядочное расстояние.
– Ы! – не выдержал Гросох. – Зачем на меня бросаешься?
– А чт-т-т-то ты тут делаешь? – прошипел в ответ лиглинг. – Т-т-т-ты всё-таки выломал дверь, хи-хи?
– Да! Где Чиж?
– Он наверху, в комнат-т-те этого вашего альт-т-та. Ищет побрякушку, хи-хи.
«Альт ещё не там!» – обрадовался Гросох.
– Мне надо кое-что ему сказать. Где он?
– Наверху, ск-к-казал же, хи-хи! – но лиглинг сощурился. – Что сказать?
– Про альта! – прорычал Гросох. – Веди меня к нему!
– Лад-д-дно, лад-д-дно, не крич-ч-чи, – Квадун осмотрелся. – Я тут сторожу от солд-д-дат, вообще-т-т-то…
– Это важнее!
– Я п-п-понял! – лиглинг опять зашипел. – Идём за мной!
Ещё одна лестница, на этот раз куда менее приметная – и Гросох потерял дар речи от того, в какой комнате он оказался.
Комната была такой же большой и круглой, как все предыдущие. Но только теперь в ней был не один посеревший ковёр на полу, а настоящее покрывало из зелёно-серебряных ковров, укутывавших и пол, и стены. С одной стороны был выход на длинный балкон с видом на лес, вдоль остальной стены – большие окна, бликующие на солнечном свету. Между окнами – разнообразные шкафы и шкафчики, на них – какие-то фигурки и вазочки. Длинный ряд книжных полок почти перекрывал одну из частей комнаты. За этими полками – огромная кровать с пологом, больше которой Гросох не видел во всю свою жизнь.
Грайдец замотал головой. От бесконечных цветов, вещей, тканей – ото всей роскоши в глазах рябило. Он дважды видел что-то такое. Один раз это была комната в доме того хозяина, против которого Гросох и другие грайдцы восстали тринадцать лет назад. Второй – приёмная его нынешнего хозяина, Лаарнеля.
– Ч-ч-чиж, – подал голос лиглинг. Только тут Гросох заметил разбойника, вывалившего все вещи из одного из ящикаов – Тут-т-т пришёл Гросох…
– О! – Чиж оторвался от своего занятия и приветливо, но несколько рассеянно взглянул на грайдца. – Гросох! Я смотрю, ты-таки выбил дверь, нет?
– Да… – признался грайдец.
– И правильно, дружище! – Чиж кивнул и вернулся к поискам чего-то в ящике. – Учитывая, как сложились обстоятельства, так нужно и было поступить с самого начала… Согласен, Квадун?..
– Д-д-да, пожалуй, хи-хи.
Гросох удивлённо фыркнул. Беспечность этого разбойника просто невероятна!..
– Тебе надо торопиться!
– Ставлю этот чёртов кулон, если я его найду, я согласен с этим больше всех, – Чиж уже перешёл на следующий ящик. – Надо только найти эту штуковину…
– Альт тебя ищет!
– Как, уже? Неудачно, неудачно… Я был так уверен, что моя болтовня сработала… Что ж, придётся…
– Нет! – рявкнул Гросох. Чиж отвлёкся наконец от своих ящиков. – Для этого меня с тобой послал Лаарнель: чтобы альт нашёл тебя! Надо уходить!
Воцарилась тишина. Чиж сощурил один глаз.
– Так… То есть, ты хочешь сказать, что я всё это непомерное богатство перерыл без толку?..
Ответить Гросох не сумел: шею опять пронзила жгучая боль, в голову ударил звон.
Чиж бросил всё, что до этого держал в руках, и повернулся к вошедшему. Тот появился не сквозь обычные двери – которые, к слову, тут же захлопнулись, – а через какой-то ему одному ведомый тайный ход. Это был альт, без сомнений: длинные руки и ноги, вытянутое лицо, светлые волосы и глаза. На поясе – длинная вереница магических кристаллов, позвякивающая при каждом шаге. Одет, правда, пришелец был совсем не как альт: длиннополый кафтан, а поверх него – какой-то местный стальной доспех.
– Вот так так… А я-то думал, маскарады в Наэсфеле не любят…
Альт кинул уничтожающий взгляд на скрючившегося от боли Гросоха.
– Презренный раб, – бросил он, крепко сжимая в руке кристалл. – Твой господин узнает о твоих грехах, поверь мне!
Чиж вежливо кашлянул в кулак.
– И тебе тоже доброго вечера, о славный!.. Чёрт возьми, совсем забыл твоё имя…
Альт перевёл удивительно маленькие для его расы глаза на разбойника. Его лицо исказила ненавидящая ухмылка.
– Ты-то мне и нужен, перелётная птичка.
– Ах, какая незадача… Видишь ли, твоя помощь мне совсем не нужна: боюсь, договориться не получится…
– Жалкий клоун! Я уничтожу тебя за то, что ты сделал со мной!
– С тобой? – нахмурился Чиж. – Мы встречались?
– А, так ты не помнишь? – ядовито усмехнулся альт. – Не помнишь, как непрошенным пришёл в место, которое я называл домом? Как своими дешёвыми трюками выставил меня полным дураком? Как отнял у меня всё?!
– Эм… – Чиж сощурил один глаз. – Было бы гораздо проще, говори ты не общими фразами и будь твоё лицо хоть чуточку более выразительным…
– Гадёныш! Ты сжёг усадьбу Эмесфейлей-Лаоров, а с ней – и благородного Лаулайя, достойнейшего альта, а сам притворяешься, что даже не помнишь об этом?!
– Ах, вот оно что! – Чиж хлопнул себя по лбу. – Искреннейше прошу прощения, тут дело просто в различных акцентах. Я-то запомнил, как я вытащил из одного из домиков боковой ветви Эмесфейлей почти всё их фамильное имущество… А тот старикашка сам себя поджёг, я тут не причём!
– Червь, – альт чуть ли не плевался. – Ты посмел прикоснуться своими грязными лапами к имуществу благороднейших альтов Наэсфеля! Ты!..
– Только после того, как благороднейшие альты Наэсфеля посмели прикоснуться к имуществу таких грязных червей, как я! И потом, пускай старичка я вспомнил, а вот ты по-прежнему для меня загадка… Кто ты? Какой-то полузнатный отпрыск? Дальний родственник, вспомнивший о дедушке только под самый канун его кончины?
– Я служил им! – глаза альта лихорадочно блестели, будто он принял что-то крепкое. – Служил верно и преданно! А из-за тебя меня покрыли позором и выставили за дверь, как провинившегося щенка!..
– Ну… – Чиж хитро ухмыльнулся. – Будем справедливы: именно благодаря несравненной верности и преданности твой службы я смог проникнуть в особняк, нет?
Альт был вовсе не настроен поддерживать беззаботную беседу.
– Но теперь я всё исправлю. Пусть возблагодарят боги благороднейшего Лаарнеля за то, что тот указал мне средство моей мести! Ты ответишь за свои преступления, презренный разбойник! – альт засунул руку в карман кафтана и выудил оттуда какой-то медальон.
– Ба! Вот, именно эта-то штучка мне и нужна! Ах, проказник Лаарнель, обвёл меня!..
Альт уже не слушал. Глаза его будто бы заволокла какая-то пелена, до того светлая кожа побагровела.
– Я – Суолиль ос Нарлан! Я – хранитель последней реликвии Эмесфейлей-Лаоров, которая дарует мне право говорить от их имени и являть себя членом их семьи! Я осеняю себя этой реликвией, и тем самым объявляю своё право вершить над тобой суд за преступление против Эмесфейлей-Лаоров и приговариваю тебя к смерти!..
На этот раз не ответил уже Чиж. Он, конечно, безумно любил поболтать, с самыми разными существами. Но во всём и всегда самое главное – знать меру.
Так что вместо остроумного ответа в Суолиля полетела одна из его бесконечных вазочек.
Альт, несмотря на весь свой фанатизм и завидное отсутствие адекватности, в ту же секунду вызвал перед собой небольшой мерцающий магический щит, и ваза разлетелась на множество осколков. Чиж уже выхватил пистолет и выстрелил альту в голову. Барьер несколько расширился – пуля со свистом отрекошетила. Суолиль безумно расхохотался.
– Я готовился к этой схватке, разбойник! – провозгласил он, бросив использованный кристалл. – Готовился десять лет! Твоё оружие не поможет тебе!..
В лицо альту прилетел сгусток пыли. Его барьер, рассчитанный на более плотную материю, не сработал, и альт закашлялся, замахал руками. На него тут же с шипением прыгнул Квадун, обхватив хвостом одну из рук, метя ножом в шею.
«Чёрт их побери, слишком близко стоят!»
– Квадун! – Чиж вскинул пистолет. – Слезай!
Но лиглинг был слишком увлечён борьбой с Суолилем. Нож направился к шее – и ударился о броню.
«Принцип!..» Так эта подлянка и работала: как ни целься, удар пройдёт мимо мага, если у того достаточно сил!..
Чиж выстрелил Суолилю в колено – пуля пролетела мимо со свистом врезалась в пол.
«Чёртов Принцип!» Ну кто бы подумал: обычный альт – и так много магии!..
Квадун, казалось, не заметил своего промаха и всё ещё сидел на альте. Он полез в мешочек на поясе за очередной щепоткой пыли – но Суолиль уже оклемался от первой и схватил новый кристалл. Лиглинг повис в воздухе, бессильно дёргая лапами и хвостом. Альт сжал его заклятием и бросил в стену. Квадун затих.
– Чёрт! – Чиж снова выстрелил. Теперь пуля летела ровно – но альт успел поставить барьер.
– Твои зверьки не помогут тебе! – продолжил вещать Суолиль. – Вам не победить Принципа!..
«Да врёшь, врёшь, скотина альтийская! – проворчал про себя Чиж, спрятавшись за комодом. – Уж мы с тебя твою магию сострижём! Дай только подойти!..»
Альт немедленно исполнил просьбу Чижа: комод с грохотом отъехал в сторону. Чиж тут же развернулся, прицелился – но сделать ничего не смог: альт сковал его заклинанием. Боль пронзила все члены тела.
– Я отомщу!.. – глаза альта блестели, от усилия по лбу стекали капельки пота. – Я отомщу!..
– Ы!!!
Суолилю прямо в нагрудник прилетел кулак грайдца. Альт начал падать, но под спину ему попался один из шкафов. Это дало альту момент выхватить следующий кристалл. Суолиль вскинул руку, и Гросох снова согнулся от боли.
– Раб! Я прикончу и тебя!..
Вместо того, чтобы, как в прошлый раз, повалиться на пол, Гросох медленно распрямился. Слегка дёргаясь от всё ещё причиняемой магической татуировкой болью, он занёс оба кулака.
– Ы-Ы-Ы-Ы-Ы!!!
Альт едва-едва увернулся, а вот шкаф за его спиной был разнесён в дребезги. Книги и свитки посыпались на пол. Гросох махнул кулаками ещё несколько раз, и последний удар наконец достал свою цель. Суолиль даже отлетел в сторону, а когда поднялся, то оказалось, что панцирь его был уже помят. Прежде, чем Гросох смог снова обрушить на альта град ударов, тот прикоснулся сразу ко всем кристаллам на поясе и выставил большой барьер, разделивший всю комнату пополам. Грайдец снова заревел, обрушился на эту магическую преграду, но преодолеть её не мог…
Но Чиж оказался на одной стороне барьера с Суолилем. И не преминул этим воспользоваться. Выстрел – звон – и барьер пал.
– Мои кристаллы! – воскликнул альт. Чиж усмехнулся.
«Ну что ж, посмотрим, как Принцип будет помогать тебе теперь, без магии!»
Разбойник поднял пистолет, целясь альту в голову. Гросох выкрикнул очередное грозное «ы» и кинулся в сторону мага…
Тот отступил назад, широко раскинул руки и выкрикнул какое-то заклинание. Из кристалла, который он по-прежнему держал в правой руке, вырвались две молнии. Одна ударила в градйца, вторая – в человека. Оба грохнулись на пол.
– Я убью вас! – пообещал альт, накладывая новое заклятие, сковывая обоих. – Я обездвижу вас магией и прикажу солдатам потрошить ваши тела! Вы будете чувствовать каждый миг этого, каждый надрез! А потом я отдам вас!..
Довершить свою угрозу альт не смог. Его прервал грохочущий рёв.
У другого конца зала, там, где недавно валялся Квадун, теперь стоял огромный зверь в серой шкуре, с усыпанной кривыми клыками пастью и горящими глазами.
Альт опустил руки, прекратил творить заклинание. Он широко раскрыл рот.
– Так это правда?.. – слабо пробормотал он.
Новое чудовище взвыло и в пару прыжков оказалось у альта. В густой мех ударила молния, но зверя это не остановило. Челюсти с хрустом сомкнулись на шее мага. Раздался страшный вопль, сверкнула ещё пара чар, но зверь мотал альта из стороны в сторону, брызжа вокруг кровью. Ещё мгновение – и комок из двух тел замер.
Чиж, всё ещё сидя на полу, озадаченно моргнул.
– Эм… Вот это неожиданный поворот событий…