Buch lesen: "Схиигумен Иоанн (Алексеев)", Seite 3

✵ Десять долгих лет старец нес тяжелейший крест настоятельства, и только в 1931 году по своей просьбе был освобожден от должности настоятеля архиепископом Германом.

✵ Около года отец Иоанн подвизался духовником Печенгской обители, а затем, по своему прошению, в 1932 году вернулся в родную обитель и был снова причислен к братии Валаамского монастыря. Старцу шел шестидесятый год, и он наконец снова стал смотрителем в любимом Предтеченском скиту, по которому так тосковал все эти долгие годы.

✵ В скиту по традиции братия подвизалась ревностно, был принят суровый образ подвижничества, и пост там соблюдался строже, чем в других скитах монастыря. Такие продукты, как молоко, масло, яйца, и даже рыба, здесь никогда не употреблялись в пищу. Постное масло было редким гостем на столе подвижников – только в редкие праздники. В скиту также никогда не пили чай. Женщин не допускали на Предтеченский остров.

Схиигумен Иоанн (Алексеев). 1953 год

✵ Через год после возвращения в скит отец Иакинф был пострижен в великую схиму с именем Иоанн. Так, с 1933 года, двадцать пять лет, до своей блаженной кончины старец подвизался в чине схиигумена, и главным его послушанием стала молитва. В скит приезжали паломники за духовным советом и молитвенной помощью. Отец Иоанн принимал страждущих, отвечал на многочисленные письма, помогал советом, наставлением.

✵ Он вспоминал о своей жизни в скиту: «Жил я один в небольшой пустыньке в скиту Иоанна Предтечи. Сам себе готовил и сам выращивал овощи, а за хлебом ходил в монастырь или иногда пек сам. Ночью я любил бодрствовать, ложился спать всегда после двенадцати часов, а в два или в три часа вставал».

✵ Духовная высота старца была уже явно видна окружающим. И спустя пять лет Господь снова призвал его из уединения на служение людям. Летом 1937 года старца перевели из скита в монастырь и дали тяжелейшее послушание главного духовника Валаамской обители.

✵ В 1940 году началась финская война и бомбежка Валаама. Старец писал 27 апреля 1940 года: «…Бомбардировку Валаама перенес благодушно. Во время тревог не бегал прятаться в убежище, хотя оно было у нас в соборе, но сидел в своей келье и читал Святое Евангелие. От грома бомб корпус дрожал, стекла в окнах вдребезги разлетались и двери открывались, а у меня какое-то было внутреннее убеждение, что останусь жив».

✵ Из-за военных действий братия монастыря была вынуждена эвакуироваться с Валаама. Игуменом с братией было приобретено сельское поместье Папинниеми в Финляндии, расположенное в красивом месте, на пологом южном берегу озера, окруженное дремучими лесами, – нынешний Новый Валаам.

✵ В то время здесь не было хорошей шоссейной дороги, связь с внешним миром велась водным путем, и в обители царили покой и уединение. Братия насчитывала более ста пятидесяти человек, поэтому множество различных построек в поместье нашли себе применение. И все же здесь было очень тесно. На старом Валааме каждый монах имел свою собственную келью, теперь же в одной комнате размещалось до пяти иноков.

✵ Старец писал о своей жизни в письмах: «Большую пользу я получаю жить в общем помещении и спать вповалку на нарах».

Новый Валаам. Финляндия

✵ Позднее отец Иоанн поселился в скромной келье с одним небольшим окном, из которого открывался прекрасный вид на тихое озеро. На внутренней стороне двери был прикреплен старинный рисунок: два монаха беседуют между собой. У одного в глазу маленький сучок, у другого громадное бревно. Рисунок напоминал о словах из Евангелия: И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? (Мф. 7, 3).

✵ В 1946 году старец, которому шел уже семьдесят четвертый год, писал о себе: «Работа меня не затрудняет, хожу на работу после обеда часика на два с половиной, в лес сучки собирать, да в кучу класть, – это полезно для тела и для души».