Zum Hörbuch
– Но она к тому же кислая! – референт не очень понял. Он имел гуманитарное образование, а химию не учил даже в школе. Он с самого начала изучал языки и деловую сферу. Так везде делают. Подошел кто-то из вчерашних чиновников. Тоже лис, тоже в должности референта, но из другого, более высокого ведомства.
– Вы уже встали, коллега? Я слышал, в Кралепоре всегда встают рано!
– На мой взгляд, уже поздно! Уже восемь часов утра. Скажите, откуда городская система водоснабжения берет исходный ресурс?
– Из разных мест. Иногда воду даже опресняют. Но ее обычно расфасовывают. В кранах течет вода из водохранилищ и подземных скважин.
– Там есть промежуточные резервуары?
– А как же! Мы не можем пить природную воду сразу! В Кралепоре так делают?
– Иногда. В экологическом плане наши водоемы широко разнятся. Есть, например, болота, где можно без всяких усилий мариновать грибы. Нужно просто поместить их в воду в закрытой сетке.
– Да что Вы! Они такие ядовитые?
– Нет. Вода содержит примеси, которые резко снижают рН… и которые хорошо проникают в ткани. Грибы так можно сохранять довольно долго.
– Но это же дикий способ! Зачем у Вас так делают?
– Так поступали прежде. А теперь те болота имеют статус природных памятников.
Референт не очень понял, что такое природный памятник. Он сказал, что любую природу нужно переделывать, как тебе удобнее. Он повел Аркадия в другой корпус, за которым располагалась симпатичная спортплощадка и теннисный корт. В корпусе расположены многочисленные медицинские услуги и салоны.
– Спасибо. – сказал Аркадий. «Но я не болен», хотел он добавить. Референт сообщил о большом мероприятии в двенадцать часов дня. Туда доставят целенаправленно. Аркадию дико хотелось пить. Он зашел в первый попавшийся туалет и проверил воду. Точек почти нет. Стакана с собой он не брал, зато перед зеркалами были низенькие пластиковые крышечки. Туда Аркадий отфильтровал немного воды. Стало гораздо легче.
На мероприятие дипломатов доставляли лимузинами, хотя можно было бы вполне дойти пешком. Правительственный квартал был невелик, кругом висели указатели, карты и прочая разъясняющая информация. В огромном зале собрались самые разные звери. Но судя по следам, Аркадий – единственный настоящий волк из числа дипломатов. Аркадия поместили в партере, довольно близко к президиуму. Как и вчера, Аркадий не вертел головой и не мог увидеть собравшихся самостоятельно; однако камеры, которые работали в прямом эфире, на разных экранах показывали и зал, и президиум, и содержание докладов. Поэтому Аркадий мог весьма подробно оценить публику. Среди тех, кто сидит на задних рядах, есть не только референты и младшие работники дипмиссий; по крайней мере, 5-6 лиц имеют вид очень солидных бизнесменов. Аркадий также видел крупных политиков из разных стран. Они по очереди выступали и наперебой хвалили правительство этой страны, а особенно – его МИД. Заседание было посвящено открытию нового дипломатического сезона: Аркадий это расценил, как намерение разных стран выстраивать отношения с чистого листа, без жесткой привязки к прошлому. Он слышал бесконечные заверения и уверения, пожелания и декларацию стремлений. Затем стали выступать послы ведущих стран. Аркадий думал, его вот-вот вызовут и быстро набросал в голове текст приветствия. Нужно было сказать нечто бодрое, сильное и небанальное. Он очень удивлялся, когда слышал оборот «мы теперь готовы дружить со всеми!». Насколько Аркадий мог представить, в этом Мире такого еще не было – чтобы все дружили со всеми. Неужели грядет новая эпоха? Дружить «со всеми» нетрудно, если убрать всех чужих – т.е. при наличии общемирового правительства; в этом случае «чужие» появятся только извне, из другой планеты, из другого измерения. Но для этого требуется распространение единой культуры. Кто-то из дипломатов намекнул, что разрозненные культуры способны сливаться в одну единую. Аркадий заинтересовался, но тезис этот больше не развивали. Заметную часть текстов составляла обычная дипломатическая болтовня, без которой, наверное, нельзя заниматься дипломатией. Эти фразы нужны, чтобы продекларировать свою корректность и вежливость. Аркадий думал:
«Все же трещат чрезмерно».
После выступлений начались разные тематические заседания. Аркадий не успел спросить, в чем они различаются – к нему сразу подвели председателя МИД и других крупных чиновников. Переводчицы весьма симпатичные. Все они – южные волчицы. Глава МИД долго тряс руку Аркадию и внезапно заговорил о вольной борьбе. В юности он занимался ею профессионально и даже брал призы в нетяжелых весовых категориях. Аркадий представлял, что такое вольная борьба, но ему интересней другие единоборства. Он очень легко и дипломатично перевел на них разговор.
С ним общались увлеченно. В этой стране любят спорт, и многие чиновники даже в кабинетах держат тренажеры. Аркадия стали водить по залам. В большом скоплении посетителей Аркадий различал следы и полутона; некоторые его весьма насторожили. Потом он увидел сразу несколько источников. Вдоль колонн, у дверей, у стен стоят гибсо – не похожие на тех, с которыми дрался КРБ, которых можно было еще недавно видеть в Кралепоре и Трополиме. Аркадий подумал, это иные гибсо и ведут они себя иначе. Но потом он увидел сержанта. Этот гибсо – точно брат-близнец того, которого Аркадий прострелил четыре года назад. Другой сержант неторопливо разговаривал с референтами. Во время битвы за ущелье гибсо с такими головами сидели в высотном квартале. Аркадий не совсем точно мог вспомнить, разрез глаз у этих гибсо тот же, что у тех, или все же отличается. Таня Страхова бы точно различила. У сержантов-гибсо на лицах застыло сдержанно-насмешливое выражение. Аркадий осторожно спросил о квалификации охранников.
– А! – сотрудник МИДа махнул рукой так, словно гибсо ему мешали. – Это пустяки! Мистер Неску… тчаев, есть другие, гораздо более серьезные вещи!
Аркадия подвели к столу с напитками. Аркадий сразу стал пить, но только воду из запечатанных бутылок, которые были закрыты до его прихода. Чиновники говорили о радости жизни, часто цитирую разных авторов. Они использовали разные философские обороты. Общий смысл сводится к следующему:
«Большая удача – родиться вовремя, в подходящее для тебя время. Удача выбирает достойных, заранее видя их преимущества»
Аркадий хотел спросить, как Мировая Сила (которую зовут удачей) способна предугадать будущие подробности. Ведь заранее неизвестно, что из кого получится. Во многом сам индивид формирует свою личность, а не… Аркадия вдруг повели на концерт какой-то группы. Ее специально вызвали для важного события. Группа выступала недолго, всего около часа.
– Аи-аи, ай-ай-ай! Эи-эи-эи, а! – такой был основной лейтмотив. Молодежи из числа дипломатических работников это очень нравилось. И сама группа, похоже, тоже нравилась.
«Что они находят в этих звуках? – думал Аркадий. – Я даже не могу назвать их композициями. Это не музыка, а один только ритм, очень назойливый, надо сказать».
Он хлопал вместе со всеми и думал о своем. После концерта дипломатов из малых и средних стран повезли обратно в апартаменты и гостиницы. Представителей ведущих стран и Аркадия попросили принять участие в ТВ-эфире. Еще до входа в телецентр стали брать интервью; ТВ-собаки отовсюду выскакивали. Аркадий увидел ту, которая четыре года назад босиком шла мимо товарищей-десантников. Теперь она абсолютно уверена в себе. У нее очень стройная фигура, но в наряде чувствуется явная эклектика: ткань имеет множество складок и разрывов в произвольных местах, которые даже не складываются в узор. Платье подчеркнуто ассиметрично.
Вокруг нее – целая толпа сотрудников. Именно оттуда к Аркадию подскочили корреспонденты. Совсем молоденькие.
– Сэр! Позвольте спросить! Вы из Кралепора?! Да?! В каком состоянии сейчас ваша армия?
– Продолжает укрепляться! – ответил Аркадий.
– Вы по-прежнему уничтожаете мирное население?
– Но разве бывают мирные комары, или тараканы? – сказал Аркадий, не задумываясь. – Вредителей мы уничтожаем, конечно. Вы их имеете в виду?
Песики стали быстро шептаться. Они поняли ответ, но не поняли, почему Аркадий так сказал. Надо полагать, они хотели бы услышать число убитых. К ним подошел журналист постарше (когда Аркадия уже не было рядом) и насмешливо произнес несколько фраз. Юные корреспонденты сконфуженно поводили хвостиками. Они перепутали слово.
Но другое слово тоже звучит некорректно. «Олухи блохастые. Спокойно. Никакой паники и тенденциозности». Аркадия посадили на видное место. Ведущий объявил о начале цикла передач. Но сегодня снимали лишь вступление; всем приглашенным дипломатам задавали самые стандартные вопросы, на которые можно ответить только «да». Аркадий тоже говорил «да». После съемок начался банкет, поскольку здание, где располагался телецентр, одновременно было ведущим развлекательно-деловым комплексом. Но многие ярусы доступны лишь для элиты. Аркадий чувствовал бурление в животе. За весь день он не съел еще абсолютно ничего. На банкете всех рассаживали в строгой очередности: мужчина-дама-мужчина-дама. Аркадий оказался между дамой с рогами и дочерью одного юного чиновника – вроде бы из числа куньих. Аркадий вспомнил Манаенковича. На столах были очень дорогие приборы и скатерть с очень тонким рисунком. С точностью до миллиметра расставлены вазы с искусственными цветами. До одной Аркадию легко дотянуться. Работники зала принесли изящные извитые стаканы с синей жидкостью. Аркадий заметил, что не все ее пьют, и тоже не стал пить. Когда стали разносить блюда, Аркадий вспомнил узоры с покрывала на кровати: и здесь, и там филигранная работа. Крохотные канапе состоят из множества ингредиентов, которые вместе образуют подобие ореха или шишечки. Волку это на один молочный зубик. Крошечные умелые руки делали канапе и другие закуски. Аркадий съел одну, которую все съели. Оказалось, она целиком состоит из травы, хотя на вид выпечена. Из напитков есть газированная вода, но не дотянешься. Просить кого-то Аркадий не хотел. Зато всем стали разносить шампанское. Метрдотель услужливо спрашивал, из какого бокала изволят пить: из широкого? Из высокого?
Аркадий хотел ответить, но ему сразу поставили бокал.
Председатель МИДа объявил тост:
– За всех замечательных лиц нашей современности! И за тех, что были! И за тех, что будут!
Все подняли бокалы. Аркадий поднял. Председатель МИДа почти напротив него. Все принялись пить шампанское. Аркадий в целом представлял, что такое шампанское, но никогда его не пробовал, и не собирался пробовать. Он постоял вместе со всеми, держа в руке бокал, а когда все сели, хотел осторожно уронить бокал на пол. Как назло, сзади шли официанты, которые могли разглядеть. Тогда Аркадий не стал ронять и просто поставил бокал с шампанским на край стола.
– Вы испытываете неудобство? – с участием спросил председатель МИДа.
– Благодарю Вас, я здоров совершенно.
– А что же Вы бокал поставили?
– Его надо было разбить? – спросил Аркадий.
«Если скажет «да», получится очень удачно! Пусть даже шутя скажет». Председатель посмотрел ласково и сказал:
– Надо же – опустошить бокал! Так полагается.
– Простите, я не знал этого. «Вылить бы на кого-нибудь. С литературной точки зрения получится забавно. Но нас они не спровоцируют».
Глубоких тарелок перед Аркадием не было. Зато есть вазочка с цветами. Аркадий встал и одним движением вылил шампанское в вазу. Все равно ведь цветы – ненастоящие.
Раздался смех, который быстро перерос в хохот. Аркадий был невозмутим. Мужчины в очках едва не потеряли очки: дужки очков на специальных зажимчиках крепятся под ушами, поэтому уши их не удерживают. Зажимчики обычно прочные, но при интенсивных движениях слетают. Кто-то все же потерял очки. Их очень быстро обнаружили сотрудники зала. Председатель МИДа сквозь смех произнес.
– Это же… ртом… пить… надо было!
Снова хохот. Аркадий подождал, а когда все немного успокоились, спросил у председателя:
– Зачем же это пить?
– Это замечательное вино! Мистер Арчи, Вы что, никогда не слышали о винных продуктах.
– Что такое вино, я представляю, но Вы знаете, я вообще никогда его не пью.
– Вы боитесь заболеть?
Аркадий мысленно состроил гримасу.
– Меня мама – просила – никогда не употреблять таких продуктов. Не могу же я ослушаться маму.
– Но с чем связано столь странное убеждение?
– Когда она была маленькая, ее чуть не сбил пьяный водитель. Ее спасли взрослые. Волки. После этого события мама решила ничего подобного не пить, никогда, и меня она просила об этом.
– Сколько лет Вашей маме?
– Не знаю. Она умерла, когда я только пошел в школу. Я не знаю, как оценивать возраст в таком состоянии.
– Ее тоже сбил автомобиль?
– Нет, она погибла в борьбе с врагами.
– И Вы потом были в детском доме?
– Дэ! – сказал Аркадий. Ответить нормально «да» он считал чрезмерной вежливостью. Мужчины были невозмутимы. Дамы стали спрашивать Аркадия:
– Скажите, она была красивая? Как она выглядела? Кто она была по профессии?
Аркадий решил: если уж сочинять, то сочинять красочно.
– Моя мама училась на медицинском факультете Высшей Военной Академии. У нее было несколько клинических специальностей. Она высокая, со светло-русыми волосами…
Аркадий стал описывать супругу Олега Дмитриевича Радостина, фото которой он видел неоднократно. Александра Радостина очень нравилась Аркадию, поэтому он с увлечением рассказывал о ее глазах, фигуре, стилю поведения. Дамы с пониманием кивали и задавали уточняющие вопросы. Мужчины между тем думали:
«Эти северные волки – крайне странные создания. Они просто помешаны на матерях и детях».
После банкета солидные лица вели солидный разговор.
– Так это – он?
– Если только у него нет близнеца. Но эти северные субъекты – все разные. Внешность, манеры, тембр голоса – все совпадает.
– Я хорошо помню ту передачу. Группа хищников на весь мир обозначила свои цели. Но я полагаю, он убивал не очень много.
– Почему Вы думаете, что он вообще кого-то убивал? – спросила супруга директора, которая тоже имела солидный пост и участвовала в доверительных беседах. – Симпатичный мальчик!
– Дорогая, не забывайте, этот волк – военный. Даже не военный, а… как у них называется эта их служба? Одним словом, из спецслужб. Убивать – их прямое дело.
– Но мальчик симпатичный.
Аркадий за весь вечер съел только одно канапе в форме шишечки. Вкус ему показался совершенно деревянным. Поздним вечером Аркадия доставили в гостиницу. Свет в коридорах был голубым, салатовым или бирюзовым, в зависимости от этажа. Аркадий придирчиво посмотрел по сторонам. Удостоверившись, что никого на этаже нет, он зашел, запер дверь и хотел еще заблокировать ручку в стиле мастеров КРБ. Но ему очень хотелось пить. Индикаторные точки обнаружили лишь следовые дозы свинца. Аркадий отфильтровал пол-литра воды, еще раз осмотрелся и с огромным облегчением открыл банку с н/з. Мусоропровод есть рядом с ванной – там крохотное отверстие с вентиляцией. Это услуга была бесплатной, но не афишировалась, поэтому большинство дипломатов даже не знали о ней. Вентиляция ловко удаляет все-все ненужные запахи.
Аркадий шесть часов проспал крепко, затем ему стало некомфортно от духоты. Можно было подобрать оптимальный режим кондиционирования, подав небольшую заявку. Аркадий привык своими силами преодолевать и лютый мороз, и духоту, поэтому он не стал звонить в службу приема заказов. Он позвонил в пресс-службу международного отдела МИДа. Там согласовывают план официальных мероприятий. На ТВ состоится большая беседа, но ее начало наступит только спустя месяц. Телефон входил в перечень исходных услуг, поэтому дипломаты могли звонить куда угодно в пределах все страны. Аркадию ответил ровный механический голос. Аркадий размеренно сказал:
– Уточните, пожалуйста, план текущих мероприятий. Аркадий Нескучаев (автоответчик попросил повторить имя и фамилию). Скажите, пожалуйста, будут ли в ближайшие дни какие-либо встречи, конференции, переговоры.
Ответчик попросил еще раз повторить вопрос. Затем прогудел.
«Ожидайте». Аркадий слышал гудки, которые сменялись однотипной электронной музыкой. После музыки опять шли гудки. Аркадий положил трубку на бок и стал делать гимнастические упражнения. В режиме микрофона гудки отчетливо слышны. Аркадий ждал более двадцати минут. Местные службы не спешат исполнять запрос, если он не связан с деньгами; Аркадию уже приходилось это слышать от других дипломатов. Поэтому он нисколько не удивился. Еще позавчера ему вручили специальную электронную карту, способную отворять многие двери и практически все турникеты в пределах дипломатических зданий. Аркадий решил немного посмотреть на другие корпуса. Земля везде упакована в бетон без единой щелочки. Поверх тротуара стоят декоративные клумбы с искусственными растениями. Похожие конструкции Аркадий видел возле деловых центров. Очевидно, администрация не желала, чтобы кто-нибудь испортил настоящие цветы. Кстати, их можно заказать. Их привезут в специальных вазах прямо в номер. Их можно выбрать по каталогу. Аркадий видел, что каталоги свободно лежат в фойе. «Как великодушно с их стороны просить оплату лишь за товар, а не за просмотр товара!» – Аркадий приложил карту к панели, но она не сработала. Он приложила еще раз и еще; после пятой попытки турникет опустился. Аркадий открыл также несколько прозрачных дверей. В этой зоне осуществляют различные услуги по реабилитации. А где же солидные этажи? Аркадий увидел интерактивную карту корпусов, где можно было определить точный маршрут между любыми двумя точками. Как у них называется пресс-служба? Так и называется, только ее здесь нигде не указано. Обычно любой обмен информацией ведется в официальных зданиях МИД, под пристальным наблюдением телекамер. Здесь, надо полагать, тоже стоят камеры. Аркадий открыл несколько турникетов, а там, где карточка не срабатывала, он их просто перепрыгивал. Некоторые дверцы были выше его роста – в этих случаях Аркадий одной рукой держался за турникетную опору, другой рукой делал взмах и одновременно толкался ногами от пола, и отталкивался хвостом от турникета. Его ноги взлетали, хвост отталкивался еще раз, и таким образом Аркадий перескочил через высокие дверцы, держа голову вверх. Он полагал, что это упражнение уже точно заметят. Однако пустые коридоры оставались спокойными. Аркадий видел, как идут вдали изящные сотрудники, но не общался с ними (сотрудники не связаны с дипломатической работой). Он посматривал в окна, и видел кое-где запоры. Выходит, некоторые из окон открываются легко. Дверь на выход опять не сработала. Аркадий увидел, как сотрудники протирают оконные стекла. Нажав на невидимую кнопку на раме, они открывают окно, затем оно само собой захлопывается. Аркадий сделал вид, что прогуливается, подошел к нужному окну и стал щупать. Рама на вид была совершенно гладкой. Внезапно створка распахнулась. Это был первый этаж и не нужно было даже слегка группироваться, чтобы удачно спрыгнуть. Аркадий выскочил наружу.
Он направился вдоль правительственного квартала и вскоре обнаружил его границу. Пределы правительственного квартала никак не демаркированы; архитектура домов очень близка той, что есть в жилых кварталах, характер расположения зданий также совпадает. Границу Аркадий определил по наличию охраны. Сначала он поймал следы. Неподалеку сидят быки и песики. Аркадий придирчиво втянул в себя воздух поглубже, чтоб оценить породу быков; но тут на другой стороне улицы появился толстенький командир. Это не старший офицер, но и не рядовой. Командир неспешно проследовал к двери закусочной, где находились похожие звери. В Кралепоре действовали бандиты с другой формой рогов, их лица тоже были несколько иные. Но все же быки не произвели приятного впечатления. С Аркадием был блокнот и ручка, позволяющая делать незаметные записи. При контакте с воздухом чернила обесцвечиваются всего за десять секунд. Можно писать поверх текста, а затем проявлять его с помощью особых растворов. Аркадий взял с собой тюбик. Он точно знал, в каком участке комнаты стоит его чемодан, как висит официальный наряд с галстуком. Сейчас на Аркадии темно-синяя куртка (военно-спортивно-туристическая), джинсы, маечка и старые проверенные кеды. Уже было жарковато. Аркадий решил по возможности ходить с длинными рукавами. Он поглядел вслед патрульным машинам, которые время от времени пересекали квартал со всех сторон. Он не встретил абсолютно никого из простых граждан: мимо него уже спешат мелкие госслужащие, секретари, но из других ведомств. Аркадий возвращался в апартаменты. На углу стоял огромный бык в форме сержанта и подозрительно всех оглядывал. На Аркадия он посмотрел чуть дольше. Аркадий приоткрыл рот и непроизвольно щелкнул зубами, почти рядом с быком. Бык вытянулся и замер. Несмотря на внушительные размеры, быки не являются хищниками; они не способны переваривать по-настоящему мясо или рыбу, и употребляют в лучше случае отдельные вещества, выделенные из мяса. Волки же едят даже сырое. Аркадий прошел мимо.
Вот наконец-то появился пункт выдачи информации. Прозрачные стены упираются в потолок, прозрачная дверь опять не открывается. Аркадий осторожно потряс ее за ручку. Вся конструкция затряслась. Оказывается, все сделано из очень тонкого материала и плотно не закреплено.
Сотрудник испугался. К Аркадию выскочили секретари, референты, появился вчерашний референт. Они собрались в течение трех минут, но сразу подойти не решались. Все были заметно ниже Аркадия. Лис-референт, как самый высокий, набрался храбрости и спросил:
– Сэр, у Вас… какой-либо протест? Заявление?
– Господа, я хотел у Вас спросить.
– Вы не довольны обслуживанием?
– Нет, я лишь хотел немного уточнить программу моих действий.
Референт заговорил:
– Вы можете осуществлять все в рамках нашего законодательства! Вы обладаете преимущественным правом посещать официальные, спортивные, выставочные мероприятия из числа – он стал бойко цитировать параграфы.
– Скажите, как мне узнать об официальных встречах, в которых меня попросят участвовать?
– Вам сообщат! Вам обязательно сообщат заранее, на официальном бланке… доставят прямо в номер! Вы где живете?
– За углом. Спасибо! Выходит, до официальных уведомлений я совершенно свободен? Я могу гулять везде?
– Да, сэр! Мистер… Не-ску-таев!
– Спасибо, спасибо! – Аркадий зашагал в бодром темпе.
Сотрудники наблюдали за разговором с расстояния.
– Он не хотел Вас бить? – спросили референта.
– Обошлось! Но эти северные… что у них на уме. Я старался быть предельно корректным. Впрочем, это моя обязанность. Ведь как ни крути, он – лицо официальное.
– Зачем он начал так трясти стену. Все могло обрушиться! Он же мог дать запрос!
– У них в Кралепоре нет таких сложных конструкций. Говорят, многие там до сих пор живут в деревянных домах. Без электричества!
– Как и во всем мире.
Референт поправил костюм и все стали поправлять костюмы.
– Но ведь простой народ умеет выполнять только простые действия. Чтобы добиться статуса, нужно работать всерьез.
– Да, да, да! Вы правы. Господа, идемте улучшать наш статус.
За время отсутствия Аркадия номер не посещали. В чемодане встроен замок с шестизначным кодом плюс есть еще одна хитрость. Аркадий достал из чемодана пачку местной валюты. Покупать что-либо для себя он не хотел (за исключением, пожалуй, воды, если станет слишком жарко). Средства нужны для проезда в другие регионы, а также для получения информации. С этого стоит начать работу. Аркадий решил разузнать, какая информация находится в свободном доступе, сведения из каких областей можно увидеть или приобрести. Он еще раз разгладил брюки специальной дощечкой, которая хорошо удаляла пыль. Чемодан остался на прежнем месте. Аркадий посмотрел, нет ли чего-то лишнего под кроватью. В странах этого полушария пытаются дрессировать змей и членистоногих. Змея вряд ли сможет внедриться в комнату. Какое-нибудь резвое насекомое проникнет… Аркадий побрызгал под кроватью дезинфицирующим спреем. Паша Молоднев говорил, гораздо проще использовать не дрессированных насекомых, а биотехнологичных насекомых, с имплантами и модификациями в геноме. Старшие товарищи из КРБ не обозначили это среди вопросов, которые нужно прояснить. Стоит завязать знакомство с местными специалистами – оставаясь при этом в рамках официальной миссии.
Когда Аркадий впервые оказался за рубежом и впервые видел чужие города, он старался подметить их наиболее значимые черты, по которым можно определить характер города и сказать какой он – интересный, мрачный, сентиментальный. Еще в детстве Аркадий читал, что настоящий город имеет свой характер, который передается жителям – почти по наследству. С другой стороны, жители своим трудом создают характер города, поэтому в случае резкой смены населения город тоже меняется и становится другим, даже если сохранилась вся старая архитектура. Так писали в приключенческих и романтических книгах, в сказках; с научной точки зрения о городах можно говорить с самых разных позиций, можно оценивать тысячи параметров. Как правило, в научных статьях превалируют экономические и демографические параметры. Еще двадцать лет назад КРБ научился добывать такую информацию. Аркадий ее подробно изучил. И вместе с тем ему хотелось воспринимать города с точки зрения литературы.
В мегаполисах часто шумно и тесно, есть основания видеть в них декорацию для компьютерной игры. Но столицу этой страны Аркадий про себя назвал «Веселый Город». Он не видел нигде настоящей агрессии, напряжения или угрюмости. Солидные быки только стояли на перекрестках и не хватали никого, не ругались, не показывали, что они власть, в отличие от других известных Аркадию стран. В этом городе население чрезвычайно общительное. Помимо официального языка, действуют разные наречия, но языкового барьера нет. Аркадий видел, как все общаются со всеми. Аркадий наблюдал золотистых волков, часто похожих на лисиц или койотов, но гораздо более симпатичных. Наверное, они родились в смешанных браках. Южных волков немного, поэтому их легко различить даже в большой толпе. Аркадий не видел, чтобы кто-то из лиц с рогами, из числа зайчиков или других не-хищников смотрел на волков неодобрительно. Волосы у Аркадия потемней, но ненамного, и если волки стояли рядом с ним, он выделялся среди них не очень сильно. Среди волков есть ребята с очень спортивным телосложением. Однако Аркадий думал, что они не выдержат нагрузку кралепорской армии, даже если взять обычные воинские части, не говоря уже о десанте или КРБ. Здешние волки хорошо владеют серфингом и даже могут прыгать с волны на волну, не отрывая при этом ног от доски. Жемчужная пена рассыпается, а доска летит, почти не касаясь волн. На досках катаются даже очень далеко от береговой линии. Аркадий поймал разговор молодых волков о том, как они оседлали море во время шторма. Наверное, это преувеличение.
В магазинах продается все, за исключением серьезных книг. Телевизоры – как деталь интерьера и источник развлечения – встречались довольно редко и к тому же показывали всего один-два канала, хотя в этой стране есть десятки разных каналов. Подключиться к ним можно за деньги – или можно получать весь контент по особой линии. В пересчете на один канал это получится дешевле, чем заказывать каналы по отдельности. Нигде нет общественных библиотек. Книгохранилища есть в вузах, но когда Аркадий дал заявку на оформление абонемента, компьютер завис. Даже за деньги заявку оформляли не меньше часа. Чтобы не ждать слишком долго, Аркадий выбрал книгу очень известного писателя. Ему принесли старое издание, и предупредили, что за любые пометки в тексте, трещины или грязь взимается штраф. Аркадий, не отходя, пролистал книгу и вернул ее. В каталоге представлен широкий перечень учебной и художественной литературе, специальные научные книги отсутствуют – даже те, что соответствуют профилю вуза. Аркадию объяснили, что научные книги заказывают через другой отдел. Для этого надо иметь официальный статус ученого. Официальные представители могут подать заявку, чтобы их зарегистрировали как представителей международных гуманитарных наук (в той стране есть такая специальность). Нужно дождаться решения официальных структур, но в среднем регистрация дипломатов как ученых проходит быстро и обычно занимает не больше полугода.
– Благодарю Вас. Но через полгода я уже надеюсь кататься на лыжах в Трополиме! Или даже в Кралепоре.
– Вы катаетесь на водных лыжах, сэр?
– Нет, на снежных.
Сотрудница подумала, что это тоже водные лыжи, только для полярных широт. Аркадий продолжил наблюдения за массовой культурой и признавал, что в бытовом плане общий уровень культуры довольно высок. Никто не ругался грязными словами и не говорил в примитивной форме. И молодежь, и взрослые предпочитают читать тексты в цифровом, а не напечатанном виде. Такие книги можно было покупать по местным меркам дешево. Но среди них также нет научных. Аркадий видел репродукции картин, спроецированные прямо на внешнюю стену здания – таких домов немало; репродукции также есть и в рамочках. Очень много абстрактного искусства. Много художественных фотографий, выполненных в самых разных жанрах. Аркадий нарочно стал искать репродукции серьезных картин и в конце концов нашел: по технике исполнения он мог определить, что это серьезные картины. Многих он прежде не видел. По данным КРБ, художественные полотна, графика, изделия декоративно-прикладного искусства в больших количествах ввозилось в эту страну, но осело исключительно в частных коллекциях. Аркадий не нашел государственных выставочных залов или музеев. Зато он видел красочные объявления.
Предлагают посмотреть на древние керамические изделия. Фотографий конкретных предметов нет, реклама содержит силуэт древней свистульки, ниже идет надпись: «5 редчайших древних музыкальных инструментов». Аркадий хотел сразу взять билет, но пригляделся и еще раз прочитал объявление. Его немного смутил адрес. Указана улица, дом, корпус, подъезд, этаж и комната. Выходит, вся экспозиция помещается в одной комнате. Аркадий видел тот район, там есть широкие залы, даже на верхних этажах. Однако написано «комната». Сколько там наберется предметов.
«Неужели там показывают только пять свистулек?» – подумал Аркадий. И оказался прав! Выходившая публика бурно обсуждала рога и ноги древних артефактов. Из бесед Аркадий понял, что кроме свистулек не было больше ничего, хотя билет нельзя назвать дешевым. Свистульки довольно крупные, но их нельзя рассматривать очень долго. Большую картину можно долго разглядывать, рассматривать, изучать; билет на картину стоит очень прилично. Именно на одну картину. Аркадий не нашел информации о том, чтобы частные коллекционеры показывали собрания полотен гражданам. Только деловым кругам во время их конференций, симпозиумов, когда деньги текут огромными волнами. Там платят уже не частные лица, а фирмы. Или директора фирм. В солидных местах Аркадий задавал вопрос, сколько стоит купить картину. На него глядели крайне весело, и Аркадию приходилось показывать официальное дипломатическое удостоверение, чтобы поговорить серьезно. Иначе все просто шутили без конца. Картины продаются по огромным ценам. Купить репродукцию несложно, ее можно распечатать самому или предварительно оформить ее на компьютере. Но это касается далеко не всех работ. Многие хорошие полотна не существуют в виде репродукций – владельцы их берегут, словно волшебные реликвии. Их покупают обычно только очень обеспеченные лица – или в отдельных случаях государства, чтобы поместить в правительстве. При этом никаких ограничений на личное творчество нет. Каждый может изображать, что хочет, и может зарабатывать на этом. Особенно пользуются спросом молодежные тематики. Профессиональные коллекционеры, как правило, живут за городом, в своих личных имениях и усадьбах. Демонстрация произведений искусства является очень прибыльным бизнесом.