Buch lesen: "Не злите ведьму, она может влюбиться!", Seite 4

Глава 6

– Во-о-о-н!! – закричала красная как помидор магистр Рифс, совершенно не умеющая достойно принимать отличное от её мнение.

Нет, ну правда, с чего она решила, что знает о ведьмах больше меня?

Смешно ведь! Пусть она и преподает историю мира, но откровенно врать-то не надо. Но нет, магистр на полном серьезе заявляла, что ведьмы само порождение зла и коварства. Конечно, говорила магистр Пиф не напрямую, просто приводила примеры, в которых ведьм иначе чем бессердечными гадинами назвать не получалось.

И вот когда мне надоело терпеть на себе обвинительные взгляды притихших, внимающих каждому ложному слову однокурсников, я решила высказаться.

Высказалась. Даже не поленилась примеры привести, из времен, когда демоны пытались захватить наш мир.

Раньше мир делился на темных и светлых, пока не пришли демоны. Враждующим между собой магам пришлось объединиться и плечом к плечу выступить против общего врага. С трудом и большими потерями демоны были изгнаны, но созданные ими чудовища, к сожалению, остались в нашем мире и продолжали нападать по сей день.

Самыми эффективным в борьбе с демонами, как ни странно, оказались не боевые маги и даже не демонологи, а ведьмы. Наша сила позволяла видеть сквозь морок и иллюзии, оттого многие демоны, скрывающие свой облик, были разоблачены и уничтожены. Также удивительным фактом оказалось то, что ведьмы способны были проклинать демонов.

Этот факт действительно был поразителен, ведь демоническая магия была сильнее нашей и по логике наши проклятья не должны были их брать. Особенно если взять во внимание что демонические проклятья имели куда большую силу, ибо были завязаны на магии крови.

В общем, ведьмы внесли большой вклад в спасение нашего мира, а в итоге получили удар в спину!

Светлые жрецы – кто знает, что им в голову ударило – обвинили ведьм и кикимор в сговоре с демонами. И что самое невероятное – им поверили. Даже те, с кем ведьмы вместе боролись против демонов, начали сомневаться в них.

Прежняя вражда вспыхнула вновь, но на этот раз коснулась она не всех жителей темных земель, а лишь ведьм и кикимор. Учитывая, что кикиморы жили в труднопроходимых местах, больше всего гонениям со стороны светлых подверглись мы – ведьмы.

Скорее всего, нас бы подчистую истребили, если бы к власти не пришел нынешний король, совершенно не разделяющий позицию жрецов и почившего короля. С приходом короля Лэдмона Ритца к власти наш мир изменился. Светлые и темные земли стали единым целым. Ведьм, как и кикимор, больше не притесняли и не истребляли, но по-прежнему встречались вот такие, как магистр Рифс, свято верящие, что мы зло, не заслуживающее жить.

– Как смеешь перебивать меня? И искажать факты? – гневно вопросила магистр Рифс, стоило мне смолкнуть.

Еще на первых занятиях я почувствовала неприязнь магистра. Но тогда она сдерживалась, предпочитая делать вид, что меня не существует. И меня это устраивало. Но сегодня тема лекции напрямую касалась меня, и молчать я не могла.

Никто не имеет права очернять ведьм только из личной неприязни.

– Это вы искажаете факты и умалчиваете о вкладе ведьм в борьбу с демонами.

– Никакого существенного вклада ведьмы не внесли. Лишь мешали. Да и что вы такого могли сделать, чего не смогли бы наши боевые маги? Ваш резерв куда меньше их, в борьбе с демонами ведьма бесполезна.

Чудом сдержалась, чтобы выразительно не закатить глаза.

То ли магистр Рифс намеренно несла чушь, то ли и правда не знала о нашем вкладе и особенностях.

– Магический резерв обычных ведьм и правда меньше, чем у боевых магов. – Пришлось просветить мне светлых. А то они до неприличия невежественны. – Что до потомственных ведьм, то тут вы, магистр, совершенно не правы. Резерв потомственной ведьмы иной. В разы превышающий резерв среднестатистического боевого мага.

Именно потомственные ведьмы в основном и сражались на передовой вместе со всеми. И потому сейчас потомственных ведьм до плачевного мало осталось.

– А чем еще отличается обычная ведьма от потомственной? – неожиданно спросил Шат. И в ожидании ответа уставился на меня.

– Как я уже сказала, источник потомственных ведьм больше, что делает их сильнее и куда опаснее. За ними стоит семья – как правило, опытные ведьмы, чьи знания и умения за годы жизни велики. Заклятья потомственных ведьм имеют большую силу и воздействие. Как правило, и характер у них сложнее. Потомственные ведьмы не прощают неуважения к себе. Об их мстительности и злопамятности легенды слагать можно, – довольно кратко, но информативно, поделилась я.

Напугать кого-то в мои планы не входило, как и хвастаться, я просто рассказала о том, что считала существенным отличием потомственных ведьм. Многие темные знали об этом. А вот светлые, как оказалось, знали о нас поверхностно.

Хотя и неудивительно, что достоверного могла поведать магистр Рифс враждебно настроенная к нам.

– Разве не все ведьмы злопамятны? – спросил кто-то из одногруппников. Кто именно, не заметила, отвлекшись на презрительное фырканье магистра Рифс.

Светлая дамочка, совершенно позабыла что она магистр и обязана соответствовать занимаемой должности.

– Все, – подтвердила известный факт. – Но потомственные злопамятнее всех. Даже после смерти за них будут мстить потомки. Это дело чести.

– Неужели потомственные ведьмы такие ужасные? – спросила девушка, сидящая на первой парте. Имени её я не знала, но вот то, что она, как и я, любила алхимию, отметила давно.

Она единственная с нашего факультета, кто порой оттачивает навыки вне занятий, не считая меня. А ведь алхимия наш профильный предмет! Такое безалаберное отношение светлых однокурсников меня искренне возмущало.

Какими специалистами они станут, если на выпускном курсе до сих пор не способны с первого раза создать многие эликсиры и зелья? Что уж говорить о более редких и сложных.

Ну да ладно, мне же лучше. Конкурентов меньше будет.

– Это с какой стороны посмотреть, – сочла нужным ответить я. – Если ваш враг – ведьма, к тому же потомственная, то вам можно только посочувствовать. Если же вам каким-то образом удалось подружиться с ведьмой – считайте, поймали удачу за хвост. Ведьмы стоят горой за тех, кого пускают в свой близкий круг.

Каждое сказанное мною слово было чистой правдой.

– Довольно громкое заявление, студентка Фэлл, – не сдержалась магистр. – Ведьмы преданны лишь себе подобным. Остальным преданность ведьм не суждено познать. Это же касается и заботы. Отказ поставлять лекарства, тому прямой пример. Король Ритц уже не раз просил совет ведьм о сотрудничестве, но они все время отказываются. Вы не желаете помогать другим. Всё что волнует ведьм – собственное благополучие и выгода.

– Вы знаете, о каких лекарствах идет речь? – хмуро спросила. Меня начинала раздражать некомпетентность магистра и её нападки.

Как можно о чем-то столь серьезном рассуждать, совершенно не зная всей картины?!

– Да какая разница. Главное то, что ведьмы не желают жить в мире.

– Лекарства, о которых вы говорите, очень трудны в приготовлении. Например, эликсир мгновенного исцеления. Чтобы приготовить его, нужны месяцы. А чтобы собрать ингредиенты, придется потратить не одну неделю и кучу средств. Ну и самое главное, действительно действенный эликсир исцеления может создать лишь потомственная ведьма, чьих магических сил будет достаточно для его напитки. Исходя из перечисленного и того, что потомственных ведьм осталось очень мало, как вы думаете, магистр, сколько должен стоить эликсир мгновенного исцеления? – не дождавшись ответа в течение трех секунд, я продолжила: – Делать подобные эликсиры на продажу в больших количествах ведьмы при всем желании не могут. Как и продавать их дешево или отдавать в дар. Не рассуждайте так бездумно, магистр, о том, в чем совершенно не разбираетесь. Ведьмы делают достаточно. Лекарские лавки по всему королевству полны зелий и мазей от ведьм. Как и косметические лавки, которые вы уверена не обходите стороной.

– Что и следовало доказать – ведьмы корыстные, жадные и эгоистичные, –эмоционально высказалась магистр Рифс. – Везде пытаетесь получить прибыль.

Сжав кулаки, попыталась погасить вспыхнувшую злость. Нужно было отдать должное, магистр Рифс умела выводить из себя. Столь некомпетентного и предвзятого преподавателя мне встречать до сих пор не доводилось. Еще ни разу мне так сильно не хотелось проклясть магистра.

Лучше бы ей остановиться, ведь моё терпение вот-вот лопнет.

Увы, магистр Рифс решила испытать по полной свою удачу.

– Даже темные маги предпочитают обходить вас стороной, так как знают, что вас волнует лишь собственное благополучие. Во времена войны с демонами сколько магов погибло из-за нежелания ведьм поделиться силой? Если бы ведьмы не были эгоистичными, мы бы намного раньше изгнали демонов и не потеряли столько жизней!

Ну всё!

Как она вообще смеет обвинять нас в том, что мы отказались делиться своей силой?!

– Вы знаете, каково это – делиться силой? – процедила я, еле сдерживая желание как следует встряхнуть магией глупую, потерявшую всякий здравый смысл светлую.

– Я светлый маг, только ведьмы способны поделиться силой, откуда мне знать, как это происходит?!

– Раз не знаете, молчите! – отрезала я.

– Как ты смеешь так разговаривать с магистром?! – взвилась она.

– А как вы смеете обвинять ведьм в отказе делиться магией?! – рявкнула я.

И вот после этого совершенно неуважаемая магистр с воплем указала мне на дверь.

– Покинь немедленно кабинет! Я не желаю больше видеть тебя на своих занятиях.

– В этом я с вами солидарна – видеть вас я тоже не желаю. Боюсь, не сдержусь и прокляну! – меня переполняла злость. Сдерживаться становилось все труднее и труднее.

– Как ты смеешь угрожать мне?! – перешла на противный визг магистр Рифс. Её холеное лицо исказила гримаса злости. – Думаешь, я не посмею проучить тебя?

И совсем растерявшая зачатки разума магистр отправила в меня какое-то светлое заклинание – опасное оно или нет, я разбираться не стала. Выпустила магию, и так рвущуюся наружу, уничтожая не только направленное на меня заклинание, но и защиту, наложенную на кабинет.

Защита, окутывающая кабинет, с громким треском разлетелась – совершенно не готовая к темному заклинанию разрушения – а по стене от потолка до пола побежали внушительные трещины.

– Что ты наделала?! – шокированно выпучившись на расползающиеся трещины, гневно выдохнула магистр Рифс.

– Сейчас я защищалась. Но если вы попробуете еще раз отправить в меня заклинание… – я намеренно сделала паузу, чтобы магистр Рифс прониклась следующими словами: – Так просто это вам с рук не сойдет.

– Я магистр светлой академии! Я вправе наказывать студентов.

– Меня вы не имеете права наказывать, – отрезала я.

– Я доложу на тебя ректору! И потребую, чтобы тебя немедленно отчислили! – решила поугрожать магистр. Её лицо набирало красноту, казалось, еще немного, и её удар хватит.

Впрочем, жалко её не было. Сама спровоцировала! Еще легко отделалась. Будь на моём месте другая потомственная ведьма магистр Рифс получила бы неснимаемое проклятье.

– По какой причине? – спокойно уточнила. Не то чтобы я была против отчисления, вернуться в темную академию мне только в радость, просто позлить магистра, явно предвзято относящуюся ко мне из-за происхождения, было делом чести.

– Стена, – палец магистра устремился к стене с трещинами, – ты повредила её!

– Разве это моя вина? Вы бросили в меня заклинание, я всего лишь защитилась. В том что защита оказалась слабой и не выдержала, вините того, кто её устанавливал.

Глупо обвинять студента в безалаберности руководства. В темной академии даже в лекционных кабинетах наложена сильная защита, так как студенты, порой переусердствовав в спорах могли вызвать взрыв или другие разрушения.

– Это я ставила защиту! – взвизгнула магистр Рифс.

– Тогда не удивительно, – надменно хмыкнула я.

– ТЫ!! – взвыла доведенная до крайности магистр. – Убирайся! Во-о-о-н!!!

– Да пожалуйста, – всё так же спокойно, чем еще больше злила магистра, ответила я. И, собрав сумку, не торопясь покинула кабинет.

Направилась я прямиком к ректору. Зачем тратить время, магистр Рифс все равно жаловаться побежит, лучше дождаться её там, заодно не позволить приукрасить произошедшее.

Такие как она мастера выдумывать и всё искажать.

– Что на этот раз? – спросил лорд Райд, стоило переступить его порог.

– Не сошлась во взглядах с магистром Рифс, – ответила. И, не дожидаясь приглашения – на правах частого гостя – прошла и уселась в кресло.

– Поподробнее можно? – откинувшись на спинку, попросил светлый ректор.

– Поподробнее расскажет магистр Рифс, – кисло улыбнулась я. Злость до сих пор бурлила в крови.

– Хотелось бы сначала твою версию выслушать.

Ну раз так, то почему нет. Ректор хочет послушать, я расскажу.

Кратко, не позволяя эмоциям и злости на магистра повлиять, пересказала конфликт.

– Стена-то чем тебе не угодила? – как-то вяло возмутился ректор, радеющий всем сердцем за казенное имущество.

– Случайность, не больше, – развела руками, оправдываясь.

– Ну Этьер… сволочь… – совершенно непедагогично выругался светлый лорд.

Но я не стала на это указывать – его понять можно, ему свою академию жалко.

Недолгое время мы провели в тишине, лорд Райд, наверное, пытался обрести внутренний покой – правда, выходило не очень, стоило взглянуть на меня, как он тут же поминал недобрым словом темного ректора – а я… я успела успокоиться и теперь просто пыталась не уснуть. Кресло у ректора было ну очень удобным. Располагало к приятному времяпрепровождению – а что может быть приятнее сна?

Стук в дверь оповестил о визитере.

Магистр Рифс гордо вплыла в кабинет, изображая вселенскую скорбь на лице, но стоило увидеть меня, в её глазах тут же вспыхнула злоба.

Не знаю, что она с ведьмами не поделила, но её ненависть была очевидна.

– Приветствую, ректор Райд, – обратилась она к главе академии.

– Добрый день, магистр Рифс, – поприветствовал в ответ светлый ректор, не спеша сообщать, что причина визита ему уже известна. – Присаживайтесь. Что произошло, почему вы направили студентку Фэлл в мой кабинет?

– Студентка, – полный ненависти взгляд на меня, – нарушила дисциплину, проявила неуважение к преподавателю. Угрожала мне и повредила стену в кабинете. Я прошу вас, ректор Райд, – светлому достается совершенно другой взгляд – в нем столько страданий, словно я всю жизнь магистра испортила, не иначе, – строго наказать студентку Фэлл. А лучше и вовсе отправить обратно в темную академию, где таким, как она, и место.

– Таким – это каким? – спокойно полюбопытствовала, сохраняя не так давно обретенный внутренний покой.

– Невоспитанным, наглым и злобным, – бросила мне магистр.

– Ну… – насмешливо протянула я. – Тогда вам самое место в темной академии, магистр. Уверена, наши студенты оценят ваш подход к преподаванию…

Оценят и воздадут по заслугам. Особенно ведьминский факультет.

– Ты! – вскинулась магистр. – Вы слышали, ректор Райд… Она совершенно не уважает своего преподавателя.

– А за что я должна вас уважать? За предвзятость? За грубость? Или может за некомпетентность? Я не из тех, кто уважает за статус и должность.

– Нахалка! Ты не заслуживаешь учиться в нашей академии!

Прежде чем я ответила, заговорил ректор Райд.

– Это не вам решать, магистр, – голос лорда-ректора звучал спокойно, но в нем была сила. Магистр тут же притихла и даже взгляд опустила. – Вы магистр светлой академии, и на вас лежит большая ответственность. Вы должны служить примером для юных магов и наставлять их на правильный путь. А не искажать исторические факты в угоду своему желанию. Вы позволили личной неприязни стать причиной конфликта. Разве это достойное поведение, магистр?

– Ректор Райд… я ничего не сделала… Студентка Фэлл сама начала спор. Она нагрубила мне, разрушила защиту и повредила стену!

– По вашим словам, студентка Фэлл просто так повредила стену? Почему не была установлена надлежащая защита?

– Защита была. Она не выдержала, – уверенность магистр Пиф таяла на глазах. Казалось, она сама уже не рада, что затеяла это.

– Защита не выдержала… – сделал ректор многозначительную паузу. – Считаете, вина за это на студентке Фэлл?

– Нет… – после недолгой заминки нехотя выдохнула магистр.

– Хорошо, что вы это понимаете. Впредь не самовольничайте, пусть установкой защиты занимается магистр Нокс. Это его обязанность.

– Я поняла, ректор Райд…

– Раз мы всё прояснили, вы свободны, магистр.

– А что насчет поведения студентки? – вскинула упрямый взгляд магистр Рифс.

Ей по-прежнему не терпелось расправиться со мной.

– Я проведу с ней беседу, вы можете идти.

Магистру Рифс ничего не оставалось, как послушаться. Но прежде чем она покинула кабинет, ректор Райд предупредил:

– Я надеюсь, что это первый и последний раз, когда вы руководствуетесь эмоциями и предвзято относитесь к студенту. Если это повторится… нам придется распрощаться с вами. И еще… я хочу, чтобы вы запомнили – в моей академии я единственный, кто имеет право наказывать студентов.

– Я вас услышала, ректор, – не оборачиваясь, напряженно ответила магистр Рифс и поспешила уйти.

Как только мы с ректором остались одни, я почувствовала на себе его взгляд.

– Что? – спросила.

– Магистр Рифс была неправа, позволив личной неприязни повлиять на себя. Её старший брат воевал с демонами, он был тяжело ранен и потерял магию.

– При чём тут ведьмы? – начиная догадываться о причине ненависти магистра Рифс, всё же спросила я.

– Напарницей Бройда Рифса была ведьма. Она отказалась делиться с ним магией, потому он выгорел. Точнее, демон выпил его магию и почти выпил жизнь.

– Считаете, виновата была ведьма, раз не поделилась магией? – стараясь не показывать охватившего меня раздражения, поинтересовалась.

– Нет. – Покачал головой ректор. – Делиться магией или нет – только ваше желание и решение. Мне известно, что этот процесс для вас болезнен. Но магистр Рифс… ей тяжело это понять.

– Это не дает ей право наговаривать на ведьм. Нам тоже есть что предъявить боевым магам.

– Верно. У каждого есть свои причины для обиды. Но я надеюсь, что со временем прошлое останется в прошлом.

Ничего не сказав, просто пожала плечами. Возможно, так и будет, а может и нет.

– Знаешь, в чём ты была неправа?

– И в чем? – вскинула я бровь. Вопрос светлого ректора удивил, ведь я за собой вины не чувствовала.

– Тебе не следовало вступать в спор с магистром Рифс. Нужно было прийти ко мне и всё рассказать, я сам бы разобрался с ней.

Ой, да ладно, я что, маленькая, бежать жаловаться взрослым?

– Я не привыкла ябедничать. К тому же я терпела сколько могла. Но моё терпение не столь велико, как ваше. Вывести вас из себя даже я не сумела.

Добавлять «пока» разумно не стала.

– Думаешь? – вскинул бровь светлый ректор. – Последнюю неделю я держусь исключительно на успокоительном чае. И это целиком ваша заслуга, студентка Фэлл.

Правда?

– Да ладно, я ничего такого ужасного не совершила.

Академия почти цела, студенты и преподаватели живы-здоровы. Зачем так нагнетать? Не такое я и бедствие, как оба ректора утверждают.

– К тому же магистр Рифс сама меня спровоцировала. Она первой начала конфликт. Я лишь его поддержала.

Оправдываться я никогда не любила, но тут это было делом чести. Почему-то захотелось доказать светлому ректору, что я не так уж ужасна.

– Неважно, кто первый начал. Ты студентка, она преподаватель.

– Раз она преподаватель, ей можно меня оскорблять? – возмутилась я.

– Я не об этом, – терпеливо проговорил лорд. – Поведение магистра Рифс было недостойным, и за это я отчитал её в твоём присутствии, что, поверь, очень задело её гордость. Но и твоё поведение не было лучше. Грубить и насмехаться над магистром недозволительно. Даже если она это заслужила.

– Пфф… – раздраженно фыркнула я.

Недозволительно… Не стану я молчать, когда ведьм очерняют. Причем незаслуженно.

– С тобой бесполезно говорить, да? – как-то устало спросил лорд Райд.

Я разумно промолчала.

– Как с тобой справлялся лорд Этьер? – внезапно проявил любопытство светлый ректор.

– Если бы лорд Этьер справлялся, не отправил бы к вам, – хмыкнув, ответила.

– Значит, переложил проблему… – задумчиво проговорил лорд, но я-то услышала.

– Я не проблема, – буркнула недовольно.

– Сама-то в это веришь? – спросили меня.

И я хотела сказать «конечно, верю», но не вовремя проснувшаяся совесть не позволила. Откровенно говоря, проблемы я умела создавать, даже сама того не желая.

Пришлось промолчать, сделав вид, что не услышала вопроса.

– Я могу идти? – спросила спустя паузу.

– Иди, – вздохнул ректор. – Наказывать тебя смысла нет, только себе хуже сделаю.

Во-о-о-т! Светлому ректору чтобы понять это, и месяца не потребовалось! В то время как темный ректор годами пытался исправить меня наказаниями и только хуже делал себе и окружающим.

В этот момент я зауважала светлого ректора еще сильнее. Проницательный мужчина – это сила, с которой нужно считаться.