Серокожий чаровик
3622 год от сотворения мира, первый цикл Торстона
– Деда, деда!
– Ну чего вам, малышня? – пожилой чаровик с трудом поднялся с лавки. Тело после трудового дня сильно ломило. Раньше такого не было.
– Деда, а расскажи сказку! – четверо внуков смотрели выжидательно.
– Куда же от вас денешься, шалопаи! – чаровик начал было смеяться, но тут же закашлялся, – Садитесь, слушайте, – продолжил он, после того, как справился с приступом кашля.
– Ура! – радостно заголосили малыши, – Сказка!
– А ну, цыц! Замокли, а то ничего говорить не буду, – дед состроил суровое лицо. Внуки тут же замолчали и расселись вокруг старика. Тот глотнул из кружки, стоявшей возле лавки, облизал пересохшие губы и начал:
– Произошло это лет шестьсот назад. Тогда, неподалеку от нашей деревушке тифлинги поганые поселились! И тут же условия выставили: либо вы нам дань платите, либо изведем вас всех. От стара до млада. И плату портебовали страшную Детишек маленьких. Каждый год мы должны были отдавать им дюжину малышей. Иначе смерть.
– А для чего им дети? – спросила средняя внучка.
– Чтобы пытать их, а потом съесть! Все отродья Локера такие: жесткие, да еще и людоеды! – дети испуганно замерли, – Долго наши предки меж собой совешались, да решали, что же делать? А ж до самого вечера в общинном доме ор до потолка стоял. Но, в конце концов, они смекнули, что выбора то у них нет! Либо отдавать детей, либо всей деревни конец придет. Так что, хочешь не хочешь, а волю тифлингов исполнить придется. Кого же именно отдавать, жребием выбирать решили. Бросали в воду камешки белы, да черные. Какой ребенок с закрытыми глазами черный вытянет, тому и идти к тифлингам. В тот же вечер первую жеребьевку и провели. А на утро у входа в деревню красноглазых убийц ожидала дюжина детей. Со дворов же тех, у кого малюток забрали, вой горестный слышался. По всей округе разносился. Но не тронуло это сердце тварей злобных. Забрали они деток, да и ушли восвояси.
Дед вновь сделал глоток из кружки. В горле постоянно пересыхало. После чего продолжил:
– С тех пор, так и повелось. Каждый год среди детишек жребий проводился. И те, кому не повезло, к тифлингам уходили. Что было с ними дальше, никто не знал. Длилось это аж семьдесят лет! Многие тогда, своих детей потеряв, и сами от горя померли. Пустела деревня наша. Но вот, в очередной год, жребий выпал одному молодому чаровику. Звали его Герон. Про него по деревне слава не лучшая шла. Этот сорванец совершенно не хотел родителям помогать! Постоянно в горы убегал и по скалам лазил. А еще байки рассказывал: мол, познакомился он с лесным эльфом, что в тех горах живет. И сдружился с ними крепко. Якобы, тот малыша привечал, учил его как ловчее по горам лазить, воду в них находить, да прочим премудростям. Вот только никто Герону не верил. А как тут поверишь, если под горами наша деревенька, а выше поселение тифлингов? Или они бы того лесного эльфа изловили, или наши предки бы заметили. Вот и думали все, что врет малец. По нему даже родители не сильно убивались, как жребий увидели. В хозяйстве он бесполезен, лучше нового сделать! Так что все порадовались, что черный камень Герон вытащил, а не кто-то другой.
Сухой кашель сотряс старое тело. Внуки тут же кинулись к столу, вновь наполняя кружку.
– На, деда. Попей!
– Уф, – старику вновь удалось унять кашель, – Спасибо. А теперь садитесь и дальше слушайте. Как и обычно тифлинги забрали детей с утра. Никто их уже живыми увидеть не надеялся. А той же ночью в горах страшный грохот был. На следующие утро же все малыши вернулись в деревню. Грязные, мокрые, уставшие, но живые! Все, кроме Герона. Стали их расспрашивать, что же с ними приключилось. Сорванцы и рассказали. Как привели их в лагерь тифлингский, так сразу в клетках закрыли. И давай прямо перед ними место пыточное готовить. Щипцы да плети раскладывать, да дыбу собирать. Малыши в плач, а этим ублюдкам такое только в радость. Специально стервецы не торопились, чтобы страху побольше нагнать. От того в первый день никого и не тронули. Только изредка плетью по клеткам били. И смеялись, глядя как детишки плачут. Вечером же на малышей по три ведра воды вылили. Чтобы ночью тем спать было холодно, да мокро.
– Ууу, сволочи! – яростно проговорил самый младший внук, – Перебить всё их племя поганое, да и дело с концом!
– Ты потише, сорванец, – дед сурово свел брови, – Они хоть и гады редкие, но связываться с ними опасно. Магией крови они владеют, да и без нее, бойцы из них намного лучше, чем из нас получаются! Вот только тем тифлингам это не помогло! В своем поселение чувствовали они себя спокойно. А кого им бояться? Вокруг горы, а внизу только предки наши, которые напасть никогда не рискнут. От того убийцы красноглазые дозор и не выставляли. За что и поплатились. Стоило им уснуть, как в деревню эльф лесной проник. Подобрался к клетке, да освободил детишек. “Привет, малыш”, – сказал он Герону. “Здрасьте, дядя Шестой”, – ответил тот. Оба шепотом говорили. “А ну, выбирайся из клетки. И друзей своих забирай. Только тихо”. Герона не пришлось дважды уговаривать. Они выбрались из клетки и пошли прочь из поселения. Как отошли подальше Шестой (что за имя странное? Никто так и не узнал) вновь к сорванцу обратился: “Здесь жди. А остальные пусть в деревню бегут”. “А мне почему с ними нельзя?” – удивился Герон. “Нечего тебе там делать, – ответил лесной эльф, – Со мной пойдешь”. “Хорошо, дядя Шестой!” – радостно ответил молодой чаровик. Остальные дети эльфа сразу послушались и к деревне побежали. А спустя росинок тридцать и грохот услышали, который всех селян перебудил. Наутро же, дети и сами к деревне вышли.
– А Герон? – вновь вмешалась в рассказ деда средняя внучка.
– А его с тех пор никто не видел. Наутро отправились наши предки в горы, да обнаружили что поляна, на которой тифлинги жили, камнями завалена! Как это лесной эльф провернуть смог до сих пор никто не ведает! Но с тех пор деревенька наша спокойно живет. Никто больше ее данью страшной обложить не пробовал, – у старика опять пересохло в горле, и он прервал рассказ, – А теперь марш спать! Завтра с утра вам еще в поле помогать!
– Хорошо, деда! – откликнулись сорванцы хором, – Доброй ночи! – они быстро разбежались по своим лавкам.
Ночью средней внучке, что про судьбу Герона спросила, в туалет понадобилось. Вышла она из избы, присела в кустики, да так и замерла! Тень ее накрыла! Будто от птицы, только в разы больше! Подняв голову, она увидела дракона в небе! Шкура его была серая, будто у чаровика. Сделав круг над деревней, тот повернул в сторону гор и скрылся. Девчонка же быстро в избу забежала и давай тормошить старика:
– Деда, деда, проснись! Я такое видела! – но старый чаровик не мог открыть глаза. Торстон забрал его в свои чертоги, оставив родственникам лишь бездыханное тело.
На крики юной чаровички прибежали родители, что в соседней комнате спали. И ее братья и сестра проснулись. За хлопотами, да горем запамятовала девочка о драконе рассказать. А вскоре и сама о нем забыла, решив, что ей привиделось.
Самый лучший ювелир
6223 год от сотворения мира, второй цикл Катрин
У мастера Вастора было шестеро подмастерьев. Жили они вместе с кузнецом. Таково было его правило: для того, чтобы лучше привить кузнеческую науку нужно не только вместе работать, но и вместе отдыхать. Потому парни днем вкалывали в кузнице: разжигали и поддерживали огонь, таскали железные слитки, учились творить из необработанного металла оружие. А вечерами садились ужинать вместе с семье мастера Вастора. С полуросликом жили его жена и маленькая дочь. В доме кузнеца, как и за столом, никто не делал разницы между членами семьи и подмастерьями. Парни могли свободно говорить, когда вздумается. Ох, и веселые получались посиделки! То сам мастер чего расскажет, то кто из подмастерьев байку поведает! Так что за столом всегда было шумно. И настроение в доме кузнеца царило приподнятое.
Но в тот вечер, все было по другому. Что семья Вастора, что его ученики сидели поникшие. И разговоры за столом почти не велись. А во всем темные эльфы виноваты! У мастера наклевывался выгодный заказ: сковать меч и сделать к нему ножны, драгоценными камнями украшенные. Заказчик был готов заплатить аж семь золотых за работу! И это помимо стоимости самих материалов. Но тут из конклава, что располагался в горах неподалеку, темные эльфы прибыли. И переманили заказчика себе. Не понять было тому разумному, что меча лучше, чем сделает мастер Вастор, ему от остроухих не получить. Повелся заказчик на обещание ножны более красивыми сделать, чем полурослик когда либо сможет. А что темные эльфы лучшие ювелиры, то всем ведомо. Вот и поверил им тот разумный.
– Несправедливо, мастер, – горестно вздохнул один из подмастерьев. В тишине, нарушаемой только стуком ложек о тарелки, его голос прозвучал на удивление громко, – Почему мы, полурослики, лучшие кузнецы, кожевники и портные, уступаем темным в обработке камней драгоценных, да металлов благородных?
– А ты так уверен, что уступаем? – хитро прищурился кузнец.
– Да про то всем известно! – вмешался другой подмастерье, – Вот и заказчик из-за этого от нас к острухим хитрецам ушел!
– Всем, да не всем. Королевская семья до сих пор с благодарностью вспоминает самого лучшего ювелира! – многозначительно проговорил Вастор.
– О чем это вы, мастер? – хором спросили парни. Жена и дочь кузнеца тоже уставились на главу семейства с удивлением.
– Это что же получается, никто из вас ту историю не слышал? – все дружно замотали головами, – Ну тогда я расскажу. Что с вами поделать?
Кузнец не спеша доел остатки своего ужина, развалился на стуле и начал:
– Было это еще в те времена, когда нашего королевства и в помине то не было. Будущие правители Гастава жили тогда в долине, что в горах находится. Сейчас ее долиной Предков называют.
– Я слышала! – вмешалась дочь, – Там мертвых королей хоронят.
– А ну не перебивай, – хоть кузнец и хмурил брови, но по глазам было видно, как сильно он любит”свою кроху”, – Сейчас хоронят, да. А раньше там высшие эльфы жили. И нынешние короли Гастава были среди них главными! Вот и надумал себе тогдашний правитель корону сделать. Да такую, чтобы роду его долгие века прослужила. Она до сих пор чело нашего короля украшает. Тогда же высший эльф….
– А как его звали? – опять перебила кузнеца дочь.
– Того я не знаю. Давно это было. Так вот, высший эльф пригласил к себе темноэльфийских ювелиров, чтобы те ему корону сделали. Те, разумеется, согласились. Правитель долины обещал вознаграждение знатное: не только золото отсыпать но и подарить тому, кто создаст корону, мощный артефакт, видящим сделанный. Что это была за вещь, мне неведомо, – быстро проговорил Вастор, видя, как его дочь открывает рот, чтобы задать очередной вопрос, – Но видать очень ценная. На клич правителя высших эльфов аж восемь ювелиров откликнулось! И не могли они меж собой договориться, кто же корону делать будет. А пока темные эльфы спорили в долину пришел и девятый ювелир. Имя ему было Цапол и был он полуросликом. Как темные эльфы его увидели, так на смех подняли! “Иди отсюда, недомерок! Здесь работа тонкая требуется, для наших ловких пальцев, а не для твоих граблей” – смеясь посоветовали ему. Но полурослик лишь усмехнулся: “Может у меня и грабли, но все одно корону получше вашей сделать смогу! Даже если вы все ввосьмером над ней работать будете!” Темные эльфы не могли вынести такой наглости. “Тогда давай так: сроку и тебе и нам три дня. Кто лучшую корону сделает, того и награда!”. “Согласен”, – кивнул головой Цапол и был таков. И восьмерка эльфов не стала задерживаться. Никогда еще темные не работали так согласованно, как в те три дня. И получилось у них диво дивное: корона, равной которой и представить себе сложно. Принесли они ее к владыке высших эльфов в оговоренный срок, развернули ткань, что ее от любопытных глаз укрывала…. Тут все и ахнули! Сам эльфийский владыка от нее взгляда оторвать не мог. “Ну что? – надменно спросили темные эльфы у полурослика – Покажешь свою поделку?” “Не покажу. Я не справился”. “Тогда признай, недомерок, что мы самые лучшие ювелиры!” “Признаю”, – покорно согласился Цапол. Темные эльфы были довольны: они посрамили наглого полурослика, и сейчас получат награду. Она не заставила себя ждать. Обещанное золото было выдано ювелирам. Золото, но не артефакт. “А как же вторая часть награды?” – возмущенно спросили темные эльфы. “Я обещал ее тому, кто принесет мне корону, – ответил владыка высших эльфов, – Тому, а не тем. Артефакт у меня только один, и я не хочу, чтобы вы из за него поссорились”. Темным эльфам нечего было ответить: получи они обещанную волшебную вещь, они и вправду бы передрались за право обладать ею. Так что пришлось ювелирам довольствоваться деньгами.
– Но ведь полурослик проиграл! – возмущенно проговорил один из подмастерьев, – Значит он не самый лучший ювелир!
– Ой ли? – с лица кузнеца не сходила хитрая улыбка, – Я ведь еще не все рассказал. После того, как темные эльфы ушли, свою награду получил и Цапол. За то что сохранил владыке артефакт, и заставил восьмерых ювелиров работать вместе! Такую совершенную вещь ни один из них сделать бы не смог! Так кто лучший ювелир: тот кто создает украшение или тот, кто получает золото за работу других?