Buch lesen: "Примерные ответы для подготовки к экзамену по литературе. 11 класс", Seite 3

6. Лирические отступления в романе А. С. Пушкина «Евгений Онегин». Чтение наизусть отрывка из романа

Лирическими отступлениями принято называть попутные размышления автора о самых разных предметах, на разные темы, прямо не связанные с сюжетом того или иного произведения. Лирические отступления обогащают содержание произведения, сообщают ему новый смысл.

В романе «Евгений Онегин» лирические отступления представляют собой важнейший смысловой пласт. В них присутствуют личность автора, подробности его жизни, воспоминания о юности, размышления о любви, дружбе, описания картин природы. Кроме того, автор делится с читателем творческими планами, говорит о состоянии русской словесности. В одном из лирических отступлений в романе автор рассуждает о невольном предательстве лучших друзей, которые могут повторять сплетни о своем друге, а также вспоминает о родных, которых навещают по праздникам, и говорит о любви красавиц нежных. На вопрос к самому себе: «Кого ж любить?» – автор иронично советует любить самих себя – «предмет достойный: ничего любезней, верно, нет его».

Лирические отступления вводят в роман философскую тему. Так, Пушкин говорит о мудром законе смены поколений, о вытеснении старого новым – это сквозная философская тема его творчества. Впоследствии ей будет посвящено стихотворение «Вновь я посетил…».

Присутствие в романе «Евгений Онегин» лирических отступлений обозначено уже в посвящении Плетневу: А. С. Пушкин называет свой роман «собраньем пестрых глав» и говорит о том, что здесь читатель обнаружит «плоды ума холодных наблюдений и сердца горестных замет…»

7. Тема родины и природы в лирике М. Ю. Лермонтова. Чтение наизусть одного стихотворения

Тема родины в лирике М. Ю. Лермонтова занимает одно из центральных мест. Поэт очень рано начинает размышлять в своих стихах об отечестве, о России. В стихотворении «Жалобы турка» (1829 г.) возникает образ страдающей земли. Здесь еще нет конкретных примет России и главное заключается в искренней боли юного автора за судьбу своего неблагополучного отечества.

 
Там стонет человек от рабства и цепей!..
Друг! Этот край… моя отчизна!
 

С течением времени образ России наполняется в лермонтовских стихах богатым, точным, достоверным по мысли и чувству содержанием. Характерной приметой восприятия России является противопоставление казенной, парадной страны и той России, которая запечатлелась в сердце поэта. Стихотворение «Прощай, немытая Россия» посвящается николаевской «фасадной» империи. Эта страна не вызывает у Лермонтова ничего, кроме чувства неприятеля. Лермонтов называет ее страной рабов, страной господ и обозначает, как одну из печальных примет – «засилье жандармов» России:

 
И вы, мундиры голубые,
И ты, им преданный народ.
 

Помимо обличения самодержавно-крепостнической России, М. Ю. Лермонтов большое внимание уделял прославлению ее героического прошлого. Так, в стихотворении «Бородино» (1837 г.) старый солдат народным языком и от имени народа рассказывает о событиях войны 1812 г. Здесь поэт воссоздает простые и величавые образы защитников отчизны, он прославляет рукопашный бой:

 
Изведал враг в тот день немало,
Что значит русский бой удалый,
Наш рукопашный бой!..
 

В лирике М. Ю. Лермонтова постоянно присутствуют воспевание красоты природы и живой интерес к жизни простого русского народа. В стихотворении «Родина» (1841 г.) автор восклицает:

 
Люблю отчизну я, но странною любовью!
Не победит ее рассудок мой.
 

Он любит свою родину такой, какая она есть: ее степи и леса, разливы рек. Автор рассказывает, что любит скакать в телеге проселочной дорогой и встречать «дрожащие огни печальных деревень».

Крестьянский быт воспринимается поэтом как нечто естественное:

 
С отрадой многим незнакомой
Я вижу полное гумно,
Избу, покрытую соломой,
С резными ставнями окно.
 

Есть в стихотворении одним штрихом обозначенная картина бесхитростного праздника:

 
Смотреть до полночи готов
На пляску, с топаньем и свистом,
Под говор пьяных мужиков.
 

При виде красот природы поэт меняется. Об этом Лермонтов говорит в стихотворении «Когда волнуется желтеющая нива…» (1837 г.):

 
Тогда смиряется души моей тревога,
Тогда расходятся морщины на челе,
И счастье я могу постигнуть на земле,
И в небесах я вижу Бога!..
 

Тема природы присутствует почти во всех стихотворениях Лермонтова и переплетается с другими темами. В стихотворении «Парус» (1832 г.) на первый взгляд автор рисует пейзаж:

 
Белеет парус одинокий
В тумане моря голубом!..
 

У автора-романтика природа обладает душой, и поэтому мы можем говорить о сопоставлении явлений природы с переживаниями человека:

 
Что ищет он в стране далекой,
Что кинул он в краю родном?
 

Автор в стихотворении пользуется образным параллелизмом. Это такой прием, при котором внутреннее состояние лирического героя соответствует картинам и явлениям природы.

Протест против существующих порядков заключен в этом стихотворении в следующих строках:

 
Под ним струя светлей лазури,
Над ним луч солнца золотой…
А он, мятежный, просит бури,
Как будто в бурях есть покой.
 

8. «Герой нашего времени» М. Ю. Лермонтова как психологический роман

«Герой нашего времени» – первый в русской прозе лирико-психологический роман. Лирический потому, что у автора и героя «одна душа, одни и те же муки», психологический потому, что идейным и сюжетным центром являются не события, а личность человека, его духовная жизнь. Поэтому психологическое богатство романа заключено прежде всего в образе «героя времени». Через сложность и противоречивость характера Печорина Лермонтов утверждает идею о том, что нельзя до конца все объяснить: в жизни всегда есть высокое и тайное, которое глубже слов, идей.

Отсюда одной из особенностей композиции является нарастание раскрытия тайны. Лермонтов ведет читателя от поступков Печорина (в первых трех повестях) к их мотивам (в четвертой и пятой повестях), т. е. от загадки к разгадке. При этом мы понимаем, что тайной являются не поступки Печорина, а его внутренний мир, психология.

Автор использует принцип хронологической инверсии (отказ от последовательного изображения). Такая позиция в точности соответствует «разочарованной», противоречивой личности человека.

В первых трех повестях («Бэла», «Максим Максимыч», «Тамань») представлены лишь поступки героя. Лермонтов демонстрирует примеры печоринского равнодушия, жестокости к окружающим его людям, показанным либо как жертвы его страстей (Бэла), либо как жертвы его холодного расчета (бедные контрабандисты). Невольно напрашивается вывод, что основными чертами характера Печорина являются власть и эгоизм: «Какое дело мне: странствующему офицеру, до радостей и бедствий человеческих?»

Но не все так просто. Вовсе не так однотипен герой. Перед нами одновременно совестливый, ранимый и глубоко страдающий человек. В «Княжне Мери» звучит трезвый отчет Печорина. Он понимает скрытый механизм своей психологии: «Во мне два человека: один живет в полном смысле этого слова, другой мыслит и судит его». А позже Григорий Александрович открыто формулирует свое жизненное кредо: «Я смотрю на страдания к радости других только в отношении к себе, как пищу, поддерживающую мои духовные силы…» На основании этого правила Печорин развивает целую теорию счастья: «Быть для кого-нибудь причиной страданий и радости, не имея на то никакого положительного права, – не самая ли это сладкая пища нашей гордости? А что такое счастье? Насыщенная гордость». Казалось бы, умный Печорин, знающий, в чем состоит счастье, и должен быть счастлив, ведь он постоянно и неутомимо пытается насытить свою гордость. Но счастья почему-то нет, а вместо него утомление и скука… Почему же судьба героя так трагична?

Ответом на этот вопрос является последняя повесть «Фаталист». Здесь решаются уже проблемы не столько психологические, сколько философские и нравственные.

Повесть начинается с философского спора Печорина с Вуличем о предопределении человеческой жизни. Вулич – сторонник фатализма. Печорин же задается вопросом: «Если точно есть предопределения, то зачем же нам даны воля, рассудок?» Этот спор проверяется тремя примерами, тремя смертельными схватками с судьбой. Во-первых, попытка Вулича убить себя выстрелом в висок, окончившаяся неудачей; во-вторых, случайное убийство Вулича на улице пьяным казаком; в-третьих, отважный бросок Печорина на казака-убийцу. Не отрицая саму идею фатализма, Лермонтов приводит к мысли о том, что нельзя смиряться, быть покорным судьбе. Таким поворотом философской темы автор избавил роман от мрачного финала. Печорин, о смерти которого неожиданно сообщается в середине повествования, в этой последней повести не только спасается от, казалось бы, верной гибели, но и впервые совершает поступок, приносящий пользу людям. И вместо траурного марша в финале романа звучат поздравления с победой над смертью: «офицеры меня поздравляли – и точно было с чем».

Герой относится к фатализму предков двойственно: с одной стороны, он иронизирует над их наивной верой в светила небесные, с другой – он откровенно завидует их вере, так как понимает, что любая вера – благо. Но, отвергая прежнюю наивную веру, он сознает, что в его время, в 1830-е гг., нечем заменить утраченные идеалы. Несчастье Печорина в том, что он сомневается не только в необходимости добра вообще; для него не только не существует святынь, он смеется «над всем на свете»… А безверие порождает либо бездействие, либо пустую деятельность, которые являются пыткой для умного и энергичного человека.

Показывая мужество своего героя, Лермонтов одновременно утвердил необходимость борьбы за свободу личности. Григорий Александрович очень дорожит своей свободой: «Я готов на все жертвы, кроме этой: двадцать раз поставлю свою жизнь на карту, но свободы своей не продам». Но такая свобода без гуманистических идеалов связанна с тем, что Печорин постоянно пытается подавить голос своего сердца: «я давно уже живу не сердцем, а головой».

Однако Печорин не самодовольный циник. Выполняя «роль палача или топора в руках судьбы», он сам страдает от этого не меньше, чем его жертвы, весь роман – это гимн мужественной, свободной от предрассудков личности и одновременно реквием одаренному, а может быть, гениальному человеку, который не смог угадать своего высокого назначения.