Buch lesen: "Снова сделай… мне смешно!", Seite 2

Schriftart:

Зелёнка, будь че!.

(Что было после «Операции «Аппендицит»»)

Homo no pasaran!

1/4

«Нет ничего более неприятного, чем продираться сквозь лес, – подумалось кучеряво-волосатому Скелету. – Особенно когда чаща не встречает с распростёртыми ветвями. Особенно когда на каждом шагу мины естественного и противоестественного происхождения. Особенно когда тебе это отнюдь не в радость и солнце жварит как безумное. И в особенности когда до этого ты был зомби, а потом какой-то толстый неуклюжий охранник превратил тебя обратно в человека».

Да, так оно и произошло. Только-только Скелет стал забывать адовы муки работы программистом, едва-едва начал постигать азы жизни зомби… ну ладно, существования, которое всё равно интереснее, чем бытность человеком… как обязательно надо появиться врагу оживших мертвецов, чтобы испытать на противнике новое оружие. Скелет и остальные трое из отряда, благодаря кому скромный айтишник и стал отважным умертвием, не успели понять, что случилось. Одну секунду бежали от корпоративщиков по лесу – в следующую валяются с ножевыми ранениями. А ещё через какое-то (короткое) время превращаются в людей: волосы отрастают, кожа розовеет, струпья спадают, конечности начинают работать нормально… В общем, мрак.

Дальше последовал побег, или, если говорить словами формального начальника отряда Гнутого, «вынужденная передислокация». Вначале уходили подальше от этого проклятого места, чтобы поразмыслить, потом тикали от глаз, рук и оружий бывших братьев-зомби, после чего сделали привал.

– Предлагаю обсудить, – в перерыве между рок-песнями, которые постоянно играли у него в наушниках, веско высказался Зелёнка, поводя худощавым плечом.

Он был младше по званию, чем Гнутый, и по росту тоже ему уступал. Но всякий раз, когда начальник пытался усмирить непокорного подчинённого, это заканчивалось для Гнутого переломом новой части тела. Проще пережить это и восстановиться, хотя бы и искусственными методами, когда ты зомби. С человеческим же телом всё гора-аздо неприятнее…

– Ну давай обсудим, – буркнул высокий, темноволосый, мускулистый и не слишком-то храбрый Гнутый.

Рядом с ним молча сидел светленький рядовой Огрызок, поедая мох. Жрать хотелось так, что, казалось, желудок сейчас отвалится, а нерешительный в остальное время Огрызок совершенно не напрягался. Лучше мох, чем ничего, принял он смелое решение.

– Идти наугад – бессмысленно, – вспомнил, кто тут главный, Гнутый.

– Глупо, точнее, – крикнул сквозь грохот в ушах Зелёнка.

– Мху не желаете? – предложил Огрызок. – А то я весь съем.

– Кушай на здоровье, – неискренне пожелал Гнутый.

Скелет ободряюще похлопал Огрызка по плечу. Тот улыбнулся, подмигнул и продолжил вгрызаться в коричнево-зелёную массу.

«Цвета нас каких-нибудь несколько часов назад», – с грустью подумал Гнутый.

Ради такого дела – совещание! – Зелёнка приглушил звук и выдал новую мысль:

– Есть идея идти к реактору. Трансформеры-то разрядились, чтоб их. Учёные, ёлки колючие!.. Не могли придумать аппаратов с зарядом побольше.

Гнутый от такого предложения встал на дыбы, правда, больше по привычке или из вредности.

– Ага, к реактору! Чтобы нас там убило.

– Вот именно. Рад, что сегодня ты понял меня с первого раза.

– Не понял.

– Эх, а я-то надеялся… Тебе действительно хочется быть человеком?

– Нет, – честно ответил Гнутый.

– И, что-то мне подсказывает, никому из собравшихся не хочется, – продолжил Зелёнка.

Скелет с Огрызком обречённо покивали.

– Ну так давайте зомбироваться взад! – И Зелёнка опять врубил рок на полную.

Гнутый серьёзно озадачился; остальные тоже.

– Хочешь сказать, радиация в реакторе прикончит нас и сделает опять мертвяками? – проговорил задумчиво руководитель отряда.

– Чего?! – между делом напевая «Suicide Solution», выкрикнул Зелёнка.

Гнутый повторил, прямо в ухо подчинённому и не без удовольствия.

– А, да, – спокойно ответствовал младший лейтенант, не вынимая «блинов» из ушей.

– Я хочу снова быть страшным, разлагающимся и бессмертным, – прогундел Огрызок.

Скелет потрепал его по волосам. Рядовой вздохнул и вгрызся в мох.

– В принципе можно попробовать, – протянул, одновременно размышляя, Гнутый. – Однажды ведь сработало, ну, когда люди только начинали превращаться в зомби.

Из наушников Зелёнки доносилась «If You Want Blood (You’ve Got It)».

– А если промахнёмся? – поразмышляв, задал вопрос Гнутый.

Как выяснилось, Зелёнка всё слышал. Он раздражённо проронил некую фразу, явно нецензурного содержания, выключил плеер и обратился к шефу:

– Мимо реактора промахнёмся? Или в вычислениях?

– Второе.

– Так это даже лучше – значит, наверняка обратимся.

– Уверен?

– Не-а. «Empty spaces what are we’re living for?…»

– Ладно, я согласен. А следовательно, и остальные.

– Минуточку… – заговорил наконец Скелет.

– Молчать, новобранец! – рявкнул что было сил Гнутый.

Скелет скорее удивлённо, чем обиженно, примолк.

– Шоу, как верно заметил господин Зелёнка, должно продолжаться! – торжественно объявил майор.

– Я так заметил?

– Процитировал, можно сказать.

– Ага, ну да. Тогда вперёд?

И Зелёнка уже вскочил с коряги, на которой сидел, стряхнул особо кусачих муравьёв и ринулся в бой.

– Погоди, балбес! – донеслось вдогонку от Гнутого. – Надо по навигатору станцию найти.

– Не надо, балбес, – в тон прилетело назад. – Тут ядерная станция поблизости одна.

– Насколько поблизости?

– Километров 14, не больше.

– Ау-у-у.

– Это точно, для бешеной собаки 14 вёрст не крюк. Надеюсь, в малышке достаточно радиации для облучения. Короче, айда на верную смерть, товарищи! – И Зелёнка загорланил на всю округу, видимо, не заботясь, что его могут услышать враги и дикие звери или что сослуживцы оглохнут: – Mad dog I got nothing to lo-o-ose!..

2/4

По пути героическому отряду встретилась компания подвыпивших людей, одинокий писающий зомби да стайка диких псов. Людей благоразумно обошли стороной: мало ли чего этим субъектам с нормальным сознанием в голову взбредёт. Зомби-одиночку оставили справляться с нуждой, не выказав желания помочь. Собаки же прошли стороной метрах в ста пятидесяти. А затем из-за деревьев, здоровенная и величественная, старая и грязная, отравленная и благостная, показалась станция.

– Мгм-м, – философски изрёк Гнутый, созерцая закрытые, когда-то автоматические, а ныне просто сломанные толстенные двери здания. – Внутрь как попадать будем?

Зелёнка посмотрел на него как на дебила.

– Через проход?

– Через какой, умник?!

– Через задний! Хе. Узнаешь спустя секунд двадцать.

– Что? Бомба?! Ложись!

Пока все разбегались, Зелёнка спокойно прошествовал к упитанному дереву, зашёл за него и закурил. После одной пятой (или шестой) сигареты раздался взрыв. Оглохли все – кроме младшего лейтенанта, которого «спас» хэви-металлический гром в наушниках.

– Готово, да? – уточнил он.

– Готово!.. – проорал Гнутый и прибавил пару крепких выражений, впрочем, не обращённых конкретно в адрес Зелёнки.

Младший лейтенант, точно бабки, умел слышать то, чего не надо, и пропускать мимо ушей самое важное. Однако в этой ситуации он промолчал; может, притворился, но, вероятнее всего, просто слушал новый трек.

– М-м-м, какие мелкие обломки, – любовно произнёс он.

Гнутый беззвучно выматерился.

Все четверо вошли внутрь станции. Скелет с любопытством оглядывался. Огрызок вытащил из кармана остатки мха, покрутил немного на ладони, надеясь, что заразит их радиацией, и доел. Смачно чавкнул, вытер рот ладонью, спросил:

– Далеко ещё? А то ножки побаливают.

– Выдерну – не будут побаливать, – елейнейшим голосом проворковал Гнутый. И вдруг гаркнул: – Отставить глупые разговоры!

– Есть!

– Да жри, если хочешь. Вот скоро станем зомби – тогда…

– Можно будет нести чушь?

– Нет! Можно будет быть зомби.

– А-а…

Пока майор и рядовой выясняли что-то близкое к отношениям, а Зелёнка, размахивая пакшами, горланил «You’re in the army now! Oh-ooh-oh!», Скелет прочёл надписи на стенах. Попадались и неприличные, и непонятные, и – для него – бессодержательные, но дорогу к реактору экс-программист обнаружил-таки.

– Туда! – Он указал куда.

Четвёрка двинулась по настенным указателям; Зелёнка полушагал-полуволочился, потому что Гнутому приходилось тащить за собой не вполне адекватного, хотя и сверхпрофессионального солдата.

И вот вырисовалась дверь к реактору – освинцованная, как положено, и, с виду, нерушимая.

– Только, Зелёный, прошу, никаких бомб, – чуть ли не умоляющим тоном попросил Гнутый.

– All right, папаш. А внутрь как попадать будем?

– Может, так, – предположил Скелет.

Он приблизился к двери, послышался писк, оповещающий, что сработал сенсор, и дверь, издавая шумные, грузные звуки, крайне неторопливо отворилась.

– Прошу. – Скелет указал рукой на темноту.

Когда глаза привыкли к мраку, выяснилось, что и это не совсем реактор. Само «сердце» – в центре помещения, внизу, под защитным колпаком, а окружает реактор нечто наподобие операторской.

– У кого какие идеи? – призвал к диалогу Гнутый. – Взрывы и взлом не предлагать, – прибавил он немедля, понятно кого имея в виду.

Тот человек, кого прямо сейчас имели в виду, вышагивал по операторской, фальшиво насвистывая «Die Hard the Hunter» с «Пиромании» и накручивая правый наушник на палец левой руки.

– Система сложная, – мрачно оповестил Скелет.

Приблизился Огрызок.

– Очень?

– Очень. Чересчур, я бы сказал. Пока взломаю – и если взломаю, – мы с голоду подохнем.

– Я чуть позже: мху наелся до отвала, – обрадовал Огрызок.

– Молодец, молодец, – мягко, чтобы не обидеть, откликнулся Скелет.

Гнутый хмурился с каждой секундой сильнее. Когда брови дошли примерно до уровня губ, недовольно выдохнул:

– Надо что-то делать.

– Для начала прекратить изъясняться штампами из древних фильмов, – бросил Зелёнка. – Во-вторых, глаза расшнуровать и освободить от ненужной обуви. А в-третьих…

Младший лейтенант повёл рукой. Тотчас что-то загудело, заскрежетало, после – зашуршало и зарычало… Оказалось, футляр, закрывавший реактор, заваливается набок. Металл въехал в паз с душераздирающим звуком: поморщились и Гнутый, и Огрызок, и Скелет. И Зелёнка, но последний из-за мурашек, которые у него всегда вызывала песня «Armageddon It».

– Вроде рифф простой, да и нетяжёлая, но какая ж крутая, ёлки! «Истерии» подстать.

– Ты о чём? – не въехал Скелет.

– И об альбоме также, – малопонятно пояснил Зелёнка.

– Да он опять со своими устаревшими, никому не нужными, демоническими песнопениями лезет! – не выдержал Гнутый.

Зелёнка без слов вырубил плеер, вытащил наушники, подошёл к боссу. И, подпрыгнув, что есть силы заехал двухметровому солдату в глаз. С криком Гнутый упал в реактор.

– Вперё-о-од! – сумасшедшим соколом заорал Зелёнка, летя туда же.

Скелет неспешно спустился по лестнице; Огрызок повторил его путь, ещё более осторожно.

Гнутый валялся на пыльном радиоактивном полу с переломанной шеей. То ли потрескивало вокруг, то ли чудилось.

– Готовы? – озорно воскликнул Зелёнка, выхватывая пистолет.

– Погоди-погоди. – Скелет выставил руки вперёд, а сам сделал шаг назад. – Какой у тебя план?

– Перестрелять всех.

– Отличный план, – одобрил Огрызок.

– Угу, – с сомнением буркнул Скелет. – А потом?

– Себе пулю в голову, естественно.

– Замечательно. А дальше-то что?!

Зелёнка аж опустил огнестрельное оружие.

– Кто из нас двоих интеллектуал, в конце-то концов? – Младший лейтенант для вескости сплюнул. – Радиация доделает дело, разумеется!

– И сколько нам лежать придётся?

– А я знаю?

– А действительно ли мы превратимся?

Зелёнка подумал.

– Вот и проверим.

Вскинул пистолет и проделал дырку в голове коллеги. Скелет рухнул замертво.

Гул выстрела постепенно стих. Огрызок отошёл от шока и, как следствие, принялся отходить ещё и от опасного лейтенанта.

– Зелёнка, будь человеком, – призвал рядовой, – покрути мозгами.

– Крутить-вертеть мозгами надо умеренно, – поучил собеседник. – Когда навертелся, действуй.

– Ты же специально укокошил Гнутого?

– Ну конечно!

– То есть чтобы сделать его зомби?

– А не для для этого ли мы пришли? Чего-то я не понимаю!

– Вот. Вот, и я о том же! Пойми! А для этого – подумай.

Зелёнка хмыкнул.

– Разговорился ты, смотрю. Жуй лучше мох – умнее смотришься.

– Зелёнка, будь че!..

– Нет: надоело!

И грянул выстрел. Второй. Тело Огрызка, потеряв равновесие, повстречалось с плитами.

Довольно крякнув, Зелёнка дулом пистолета пересчитал трупы. Крякнул контрольно, поднял оружие, приставил к виску. Палец нажал на гашетку…

…Через секунды грохот стих, и внутри реактора вновь наступила тишина.

3/4

– Очнитесь! Очнитесь, прошу вас! Умоля-аю! Они уже близко!..

Огрызок распахнул глаза.

– Кто близко?

– Люди!

– Ну и ч… Стоп. – Спутанное сознание рядового тонким крючочком зацепилось за услышанное. – Значит, мы боимся людей?

– Не знаю, как вы, а я – весьма и весьма!

– То есть мы не люди?

– Да! То есть нет!

– Хм. Внесём уточнение: мы – зомби?

– Да, да, да! Все пятеро!

– Ага-а!.. Ой, стоп ещё раз. А кто пятый?

– Я, понятное дело.

Наконец соизволив повернуть голову, Огрызок узрел толстомясую ряху. Толстомясую и для человека, и для зомби, каковому она принадлежала.

– Ты кто, господин хороший? – вопросил очнувшийся следом Скелет.

– Мы – зомби! – тут же вклинился Огрызок.

– А. Поздравляю, – не до конца вникнув в ситуацию, сказал бывший программист.

– И я тебя!

– А это кто?

– Тоже зомби.

– Да, я зомби. И освободил вас, чтобы вы бежали и помогли нашим… О нет! Я их слышу!

– Погоди, не кипишуй, – включился в разговор Гнутый. – Кого слышишь? Лично я – никого.

– Аналогично, – прозевавшись, вставил Зелёнка; плеера лейтенант пока не включал.

– Головные имплантанты усиливают слух, – страшным шёпотом объяснил спаситель… кем бы он ни являлся.

– Да? – усомнился Гнутый. – Дай-ка глянуть!

– Они в голове!

– Ла-адно тогда…

– А мы где? – озвучил назревший вопрос Огрызок.

– В будущем!

Повисла тишина.

– В отдалённом? – до странного серьёзным, размеренным тоном поинтересовался Зелёнка.

– От вашего времени отстоит веков на пять – на шесть.

– Ну, это терпимо, – высказал мнение Огрызок.

– Смотря, кто победил, – назидательно проговорил Гнутый. – Кто победил-то?

– Люди или зомби, в смысле?

– Так точно.

– Да никто пока не победил.

Скелет поперхнулся подобной мыслью.

– За пятьсот-шестьсот лет?!

– И неизвестно когда победит, – добил спаситель. – Но вы принесли с собой надежду! Вернее, вас с нею принесли… Как говорится в книге, около пяти, а может, шести столетий назад вас нашёл отряд зомби. Вы заразились основательно, только не превратились ещё. Зомби завершили начатое при помощи излучателей. Далее последовала стычка с отрядом людей, наткнувшимся на собратьев наших. Полегло немало чудесных зомби, и всё-таки они одолели человека и принесли вас в недавно (на тот момент) построенный центр реабилитации, и заморозили, и ввели вам под кожу вещества, и засунули туда же имплантанты, и провели разные исследования, чтобы потом…

– Остановись, – не грубо, но жёстко потребовал Зелёнка. – Два вопроса: где мы находимся географически и куда бежать?

– У меня созрёл и третий вопрос, – обрадовал Огрызок. – Про какую книгу ты болтал?

– Секунду, – остановил коллегу младший лейтенант.

Рядовой, сразу погрустнев, всё же замолчал.

– Вы находитесь вот здесь, – ответил спаситель, и внезапно в разумах всех четверых в отряде загорелась карта, на которой – четыре яркие точки. – А бежать надо сюда. – Возникли стрелки, указывающие путь.

– Отлично. Спасибо, брат, и до свидания. Возможно. – Зелёнка вылез из вертикально стоящего саркофага, где до того лежал, размялся и побрёл к выходу, ориентируясь по плану в голове.

– Как тебя зовут, приятель? Меня – Скелет. – Зомби, когда-то побывавший программистом Германом, протянул дряхлую руку.

– Осклизь, – представился спаситель и разулыбался.

– Звучное имя. Поздравляю.

– Ы-ы-ы. – Улыбка стала шире, уже не вмещаясь на пухлое лицо, а сама ряха раздалась до размеров чуть ли не воздушного шара.

– За мной, салаги… Солдаты, я имею в виду, – как мог скомандовал Гнутый, уходя прочь.

– Пока-пока. – Огрызок похлопал Осклизя по предплечью и двинулся за боссом, на ходу вслух радуясь, что для зомби пара-другая сотня лет – не помеха. Мертвяки и без того… мёртвые.

– На улице поверните налево! – крикнул Осклизь.

– Договорились, – отозвался Скелет.

– Или направо!

– Хорошо.

– И они близко-близко!

– Почему же я никого не слышу? Ведь у меня в черепушке должны быть имплантанты.

– Активируйте их: стукните по голове.

Ратеющий за благо других зомби Зелёнка помог Скелету с этим справиться – стукнул и себя, и Гнутого, и Огрызку заехал. Когда все поднялись на ноги, до слуха добрался топот десятков ног, злобно кричащие голоса, а перед глазами закрутились цифры. Не надо быть Скелетом, чтобы догадаться: шёл отсчёт расстояния от врага до храброй четвёрки.

– Не так уж они близко. – Зелёнка фыркнул. – Дайте-ка я неспешно взломаю дверку.

– Да я с ней разобрался, пойдём, – убирая в карман электроную отмычку, обломал Скелет.

Зелёнка обиженно глянул в его сторону, однако смолчал. Воткнул в уши «блины», нажал на плеере кнопку.

– Вот чёрт мертвяцкий! Аккумулятор разрядился!

– За пятьсот-то лет? Очень удивительно, – не удержался Гнутый.

Младший лейтенант и тут не отреагировал; вытащил наушники и принялся беззаботно насвистывать.

– «Iron Man»? – внезапно узнал Скелет.

– Точно! – радостный, подтвердил Зелёнка.

– Тоже её люблю. Не думал, что это рок.

Зелёный глянул на Скелета осуждающе.

– Хомо но пасаран, Осклизь! – выкрикнул знаток компьютеров.

– Но пасаран, брателло!..

…Коридоры продолжались, пока, как и положено, не закончились. Гнутый вышиб дверь, и военные очутились на улице.

– Направо – налево? – предложил внести чёткость Огрызок. – А, есть же имплантанты! Прямо, ребят.

– Тогда – прямо! – дал команду Гнутый, и они, подгоняемые шумом преследования, понеслись через ночной город будущего.

4/4

В секретный подземный штаб попали, когда Огрызок на бегу провалился в незакрытый канализационный люк. Патрульные вмиг заметили и скрутили рядового. И Скелета, спускавшегося ему на помощь. А Гнутого с Зелёнкой выманили угрозами. Что и зачем одни зомби могут сделать другим – непонятно, но ни майор, ни лейтенант решили не рисковать.

Отряд разместили на ящиках из-под овощей, допросили и, когда выяснилось, кто они, приветствовали дружным одобрительным криком. Даже вроде бы троекратным.

– Пророчество исполняется! – провозгласил лидер.

– Чего? Какое пророчество? – Зелёнка скривил губы.

– Вас спасли и создали, чтобы придумать пророчество про освобождённых зомби из прошлого, которые принесут мир нашему миру. Или чуть меньше войны, на крайний случай.

– Каким макаром?

– Не знаю.

– Ясно. Всё как всегда: понятно, логично и умно.

– Согласен!

Гнутый ткнул Зелёнку локтём, чтобы тот не забывался и сохранял безопасную вежливость, в ответ на что майор получил острым локоточком с такой силой, что рухнул с ящика. Близстоящий солдат сопротивления помог ему встать.

– А плана у вас нет? – продолжать гнуть свою линию Зелёнка.

– Ну как это нет! Куда ж без него! План следующий, – лидер заговорщически – потому что был заговорщиком – понизил голос. – Мы лишаем людей способности воспроизводить себе подобных, и через многие годы война заканчивается сама собой.

– У вас и устройства, полагаю, имеются специальные?

– Обижа-аете!

Лидер щёлкнул пальцами. Вышел солдат, показал две разные металлические штуки с надписями «For men» и «For women». Огрызок задохнулся, Скелет выкатил глаза, Гнутый захрипел, Зелёнка расхохотался.

– И этим вот… вручную… – сквозь гогот попытался выговорить лейтенант-рокер.

Лидер заговорщиков снова щёлкнул, и солдат с «устройствами» удалился.

– У вас есть иной вариант?

– Облучение хотя бы, – предложил Зелёный. – С аппендиксом-то трюк не пройдёт. Да, вещество, производимое этой штукой, отвечает за человеческое обличье. Только, думается мне, люди давным-давно на генетическом уровне избавились от отростка, чтобы случайно в зомби не превратиться. Война же кругом, понимаете ли.

– Всё верно! Но как вы догадались?! Вы правда избранные!

– Мы правда мыслящие, – поправил Зелёнка. – Zombi sapiens.

– Потрясающе!

– Хватит восклицать и отвечайте: люди ведь усовершенствовали обращатель? Ну, ту хреновину, с помощью которой делают из зомби, бр-р, человеков.

– Угу, он существует в виде жидкости, спрея, пилюль, даже мази.

– Отлично. А образцы?…

– На складе.

– Превосходно. Можно их получить для дела? Например, ёмкость со спреем.

– Без проблем! Рублёныш, выдай господину…

– Зелёнке.

– …вот. Выдай спрей от зомби.

– Как звучит-то! Фу! – Огрызок в отвращении вывалил гнилой язык.

Тот самый солдат, что показывал «устройства», выдал стандартное «Слушаюсь!» и бросился на склад. Вернулся буквально через минуту, с маленьким баллоном, где было красивыми буквами, ярко, жирно написано «Zombikiller».

– Прошу вас. – Лидер взял баллончик из объеденных рук Рублёныша и передал Зелёнке.

– Благодарю, господин…

– …Самоед.

– …господин Самоед.

Гнутый пытался вникнуть в происходящее, но вежливый и умный Зелёнка рушил его сознание.

– Дабы проверить догадку, а также подумать кое над чем, мне нужно подышать свежим воздухом, – объявил Зелёнка. – В одиночестве. Безусловно, приняв меры предосторожности для того, чтобы меня не заметили. Это можно устроить?

– Лишний вопрос, господин Зелёнка! – Самоед отмахнулся. Затем другой взмах. – Лестница там. Найдёте?

– Без проблем, как вы изволили выразиться.

Младший лейтенант скрылся из глаз…

…Первым неладное почуял Скелет.

– Разрешите, я тоже… проветрюсь?

– Да-да, господин Скелет…

…Выбравшись из люка, он нашёл Зелёнку на перекрёстке, где ночью практически никого нет. Одни только летающие фонари сновали тут и там, освещая тёмное пространство. Лейтенант грустными глазами смотрел на парящий в воздухе баннер, показывавший яркие рекламные ролики.

– Что поглядываем? – подкравшись, спросил Скелет. – Аха, «Доступные квартиры для людей»! Так я и думал!

Зелёнка вздрогнул, обернулся и отшатнулся; в руке он держал баллончик со спреем.

– Отойди и не пытайся помешать, а то сам получишь! – пригрозил меломан.

– После того как у тебя плеер сел, ты сам не свой.

– Дело не в музыке – во мне.

– Надоело быть зомби?

– Надоели проблемы!

– Хочешь квартиру, жену и собаку?

– А почему нет?

И – о ужас! – Скелет сам задумался об этом.

Зелёнка воспользовался моментом.

– Дружище, нет! – вскидывая руку, призвал программист. – Не делай этого! Прояви сострадание, будь человеком! Мне же после этого жить в обличии зомби хрен знает сколько лет, слушаться Гнутого, вести войну…

– Счастливо тогда.

– Будь же ч!..

– Именно им я и собираюсь стать!

Айти-солдат не успел отнять «Zombikiller» – Зелёнка обдал себя превращалкой с головы до пят. Более того, «мерзкое» средство облаком окутало и Скелета.