– Что он имеет ввиду, Ока? Какая ещё рыба? – в недоумении спросил Тивас, на что девушка Сураи удивлённо пожала плечами.
– Так вот рыбалка-то моя не удалась, как вы уже успели заметить, может, тогда освободите меня, если, конечно, вас не затруднит? – не меняя наигранного тона, попросил Шонди, после чего добавил. – Пожалуйста!
Долгопят же вопросительно посмотрел на Шонди, а затем встретился взглядом с Окой.
– Ты проиграл, Долгопят! Рансаны, вытаскивайте уже этого мелкого червяка, расправимся с ними обоими! – воскликнула Ока, раскусив хитрый план Шонди.
– Нет!!! – закричал во весь голос Долгопят, пытаясь вырваться из лап Тиваса. – Не так всё должно закончиться!
– Можешь кричать сколько угодно, мерзкий комок шерсти, тебе это уже не поможет, ведь твой наивный спаситель на этот раз не успеет вытащить тебя из лап Рансанов! – не снижая голоса, выкрикнула Ока, после чего повернулась к Шонди и с ехидной улыбкой добавила. – А ты, жалкая пиявка, горько пожалеешь, что полез не в своё дело и встал на нашем пути!
Шонди, наконец, понял, что они проиграли, и выхода больше нет. После угрожающего заявления девушки Сураи, на него сразу была направлена праща, заряженная камнем. Мальчик с трудом освободил одну руку и прикрыл ей свою голову. Он уже приготовился к самому плохому, как вдруг услышал знакомый голос.
– Пожалеет! Ещё как пожалеет! Я уж об этом позабочусь! – громко заворчала внезапно появившаяся бабушка Ови.
– Бабуля!? – воскликнул Шонди, открыв глаза. От такой неожиданности он растерялся и не знал радоваться ему или же удирать куда подальше. – Как ты тут оказалась?
Все, кто находился на берегу, были сильно удивлены её появлению. Несмотря на свою суровость и безжалостность, Рансаны понимали, что она пожилая, к тому же старушка была сгорблена и слегка прихрамывала, опираясь на трость. Рансаны и Ока просто стояли и с усмешкой наблюдали за тем, как ворчит старушка, с полной уверенностью того, что она не станет для них очередной преградой. Но вдруг бабушка Ови подкинула свою трость, и схватив её за противоположный конец, с лёгкостью начала расталкивать Рансанов.
– А ну с дороги, громилы, не то мало не покажется! – пробираясь ближе к своему внуку, проворчала старуха. – А ты, негодник, что тут забыл!?
– Я? Я… Это… заблудился я! Точно заблудился! – заикаясь, начал оправдываться Шонди, глядя на бабушкину трость.
– Неужели так сложно просто сходить в лес, отодрать кору от дерева и принести её домой? – повысив голос, спросила Ови и подошла к водоёму, где и находился её запутанный в сетях внук.
– Бабуля, я просто … – продолжил оправдываться Шонди, пока его не перебила бабушка, махая своей кривой тростью.
– Вот сейчас только вытащу тебя из этой жалкой паутины и такого задам!
В то время пока бабушка Ови громко грозила своей тростью всем окружающим, Рансаны молча продолжали держать сеть рядом с берегом, ведь без приказа командира они ничего не предпринимали. Тивас и Ока в свою очередь молча наблюдали за происходящим, пока один из них всё же не понял, что бабушка не шутит, и скорее всего, выпустит своего горе-внука из западни. И как только старушка приблизилась к Шонди, Тивас сообразил, что надо остановить пожилую Сураи, и дал знак Шамасу, чтобы тот схватил и её. Здоровяк в тот же миг исполнил приказ и крепко сжал бабушке руку.
– Ох, зря вы это, ребята! – качая головой, предупредил Шонди. – Кажется, сейчас кто-то познакомится с бабулиной тростью поближе.
Шонди оказался прав, старушка резко взмахнула своей тростью и со всей силы ударила Шамаса по его лапе.
– А ну убери от меня свою волосатую лапу безобразный, невоспитанный громила!
Удар оказался настолько сильным, что Шамас от боли даже завопил и схватился за ушибленную лапу. На помощь ему подбежал Кояс, но и он угодил под тяжёлую руку разгневанной старушки. Ему трость угодила прямо по голени, так что он не стерпел и даже заскулил, прыгая на одной ноге. Увидев происходящее, Тивас решил взять ситуацию под свой контроль: он всучил Долгопята Гюнасу и подбежал к старушке, пытаясь схватить её сзади. Тивасу, конечно же, не составило труда поймать неугомонную старушку, но вот кое-что он упустил. Не смотря на преклонный возраст, она оказалась достаточно резвой, и к тому же, будучи земноводным существом, имела весьма гладкую кожу, как и все Сураи. Через миг бабушка Ови вывернулась и с лёгкостью выскользнула из лап Тиваса, так что он даже не успел среагировать. Поведение Рансанов сильно возмутило старушку, так что та, освободившись, со всей силы треснула Тиваса по голове. Рансан в свою очередь, закатил глаза и без чувств рухнул на песок.
– Если ещё хоть кто-нибудь осмелится распустить свои лапы, тут же последует за этим невоспитанным громилой! – без доли шутки заявила бабушка, подняв свою трость над головой.
Шонди был удивлён не меньше своих противников, ведь он никогда раньше не видел свою старенькую бабушку такой резвой и сильной. Он не верил своим глазам и боялся даже подумать, что его теперь ждёт в наказание. К тому же, через пару мгновений он убедился, что его бабушка впустую угрожать не станет. После того, как Тивас упал без чувств, на неё бросились остальные Рансаны, с которыми она с лёгкостью расправлялась. Она даже не целилась им в голову, словно так получалось само собой, и в итоге несколько воинов последовали за своим командиром на песок.
Шонди, конечно же, был увлечён этим захватывающим действием, но вдруг он поймал на себе озадаченный взгляд своего друга и понял, что пора действовать. Воспользовавшись ситуацией, малыш Сураи достал свой драгоценный нож из панциря жука Хи и без особого труда перерезал сеть. Как только ему удалось освободиться из хитрой ловушки Оки, он тут же устремился в бурлящую воронку.
– Бабу-у-уля! Не теряй меня! Я скоро верну-у-сь! – прокричал он перед тем, как скрылся под пеной.
Долгопят радовался удачному побегу своего друга, пока вдруг не опомнился, что загадочный ключ до сих пор находится в его лапах. Он попытался вырваться из крепкой хватки самого свирепого Рансана, но у него ничего не вышло, зато свёрток из-за резких движений сам вылез наружу. Долгопят незаметно схватил его и со всей силы швырнул прямо в воронку.
– Ты забыл ключ, Шонди! Лови! – во весь голос закричал Долгопят.
Гюнас, заметив полёт ключа, остолбенел. Рансан стоял в недоумении и впервые посмотрел на Оку не с презрением, а с опаской, ведь он осознавал, что это упущение только его лап дело.
– Благодари случай, Гюнас, за то, что у тебя всего один глаз, – в гневе прокричала Сураи, – иначе как можно объяснить то, что прямо у тебя из-под носа исчез ключ, за которым мы так долго гнались!?
Немного успокоившись, Ока подбежала к озеру и резво нырнула вслед за Шонди в воронку.
Воронка, в которую нырнули оба Сураи, находилась посреди водной глади. Она сильно бурлила и образовывала густую белую пену, несмотря на то, что вся окружающая вода была спокойной. Как только Шонди попал в крутящуюся воду, его сразу начало мотать с большой силой в разные стороны. Растерявшись, он начал глотать воду и даже стал захлёбываться, пока не вспомнил, что может впитывать кислород через кожу. Ему было непонятно, что делать дальше и в каком направлении двигаться. Вырваться из сети оказалось намного проще, чем собрать силы после прыжка в воронку и удержать равновесие под бурлящей водой. Немного погодя, он заметил, как что-то пронеслось мимо него, но в таком сильном водовороте разглядеть что-либо было затруднительно. И вот опять что-то пронеслось! На этот раз он узнал предмет, это оказался тот самый загадочный ключ, из-за которого и закрутилось это опасное приключение. Шонди обрадовался и сквозь водяную толщу прокричал:
– Теперь-то ты от меня никуда не денешься! – и только он собрался поймать ключ, как вдруг почувствовал, что кто-то схватил его за ногу.
Такого поворота под водой он не ожидал.
– Бабуля догнала! – пронеслось от страха в его голове.
Но Шонди ошибся. И это он понял чуть позже, когда разглядел в подводном хаосе Оку. Он с облегчением выдохнул, ведь свою бабушку на тот момент боялся больше, чем Рансанов или кого-либо ещё, особенно после того, как увидел её в ярости. Шонди попытался выдернуть ногу, но ему это не удалось, Ока держала его крепко. Вскоре напуганные глаза молодого Сураи встретились с безжалостным взглядом Оки, полностью пропитанным яростью.
Сквозь мутную воду Шонди понял, что Ока пытается ему что-то сказать. Лишь маленькие пузырьки, вырывающиеся из её рта, намекнули ему на это. Что пыталась донести до него Ока, он так и не разобрал, но по её взгляду легко было догадаться, что слова её явно не доброжелательны. Вскоре Оке удалось схватиться за ногу второй рукой, и она потянулась к нему, продолжая что-то громко и непонятно кричать. В тот самый момент Шонди заметил блеснувший возле него ключ и тут же схватил его, сам не ожидая от себя такой быстрой реакции. Затем он снова посмотрел на Оку, которая почти дотянулась до него, и несмотря на сильную скорость водоворота, громко прокричал:
– Извини за это!
Он упёрся свободной ногой в лицо Оки и отпихнул её так, что та вылетела из воронки и сразу пропала из виду. Когда Шонди остался один в крутящейся массе воды, его закружило ещё быстрее, и он даже почувствовал сильное головокружение. На миг он даже подумал, что зря вытолкнул Оку, ведь вдвоём им было бы легче выбраться из воронки. В его глазах всё потемнело, но он уже не понимал от головокружения это или от того, что он слишком глубоко опустился, и солнечный свет уже не доставал до того места. Когда его совсем закружило, и он уже почти потерял равновесие, малыша вдруг осенило, что его мотает именно в ту сторону, куда обращён его плавник на голове. Как только он это понял, сразу же взял себя в руки, и применив неимоверное усилие, смог направить своё тело по направлению движения воды. Шонди зафиксировал голову в одном положении и направился в нужном ему направлении. Равновесие пришло в норму, чему он сильно обрадовался.
– А я, оказывается, не так глуп, как считает моя бабушка! Молодец, Шонди! – проговорил он про себя.
Мысленно похвалив себя за сообразительность, Шонди устремился вниз, не выпуская из рук загадочный ключ, который, наконец-то, оказался у него. Мальчик понимал, что теперь вся ответственность лежит на его плечах, и на этот раз подвести друга, а за одно и весь Салданг он просто не мог. Пока Шонди опускался вниз, разные чувства и эмоции переполняли его сознание, ведь в его жизни раньше ничего подобного не происходило, а тут столько всего и сразу. Он был в восторге от приключения, хоть и где-то в глубине души продолжал бояться чего-то неизвестного. Вскоре он достиг самого дна, и несмотря на то, что там было темно, смог разглядеть маленькую точку, куда и стремилась сама воронка.
– Это же оно! – воскликнул Шонди, догадавшись, что это отверстие именно для ключа.
Малыш Сураи сразу направил ключ к отверстию, но, как бы он не целился, попасть ему не удалось. Из раза в раз он промахивался, так как основание воронки продолжало кружить его на месте.
– Да что же это такое?! – возмутился он, продолжая настойчиво целиться.
Вскоре Шонди снова почувствовал головокружение. Скорость вращения воды так и не снизилась, и Сураи начал терять равновесие. Изо всех сил он старался сохранять ясность ума, но голова начала кружиться сильнее, и силы постепенно начали его покидать. Через некоторое время смельчак всё же потерял сознание, в тот же миг выпустив из рук ключ.
Неужели всё, что ему перед этим пришлось пройти, напрасно? Столько страхов и переживаний, столько усилий и стараний поглотило всего лишь одно подводное явление? Наверняка, Долгопят, если бы только был рядом, помог бы своему другу, но, к сожалению, Шонди оказался совсем один в этой подводной темноте, где, вдобавок, было ещё и жутко холодно. А холод, по природе своей, был мало знаком жителям Салданга.
Пока Шонди находился без сознания и беспорядочно кружился над отверстием, сильное течение воронки подхватило ключ. Что произошло дальше, объяснить трудно, ведь, каким-то чудом это самое течение и вставило ключ точно в скважину. Через миг воронка рассеялась, будто её и не было вовсе, а Шонди в свою очередь плавно опустился на дно. Бурление стихло, и яркая внезапная вспышка осветила всё кругом.
В то время, пока Шонди безуспешно пытался попасть в отверстие ключом, на берегу у врат Вайко Темноокого Рансаны не сидели сложа лапы. Рассерженный на себя Гюнас всё ещё удерживал Долгопята, который, в свою очередь, не отрывал свои большие глаза от воронки. Бабушку Ови, разумеется не без труда, но всё же утихомирили. Её знаменитая трость находилась в мохнатых лапах Кояса и больше не представляла опасность для Рансанов. Саму же старушку крепко держали за руки, пришедшие в себя Шамас и Сорас.
Когда яркая вспышка осветила подводные низины, её свет с огромной скоростью добрался и до поверхности воды. Неугомонная воронка в тот же миг растворилась. Все без исключения, кто был на берегу, резко спохватились, и затаив дыхание, устремили свой взгляд на водоём. И Рансаны, и бабушка Ови замерли в ожидании того, что же произойдёт дальше. Никто не произнёс ни звука, и даже не шевельнулся, пока из-под воды не показалась Ока. Девушка Сураи вынырнула с озадаченным лицом и следом за собой вытянула Шонди, который до сих пор был без сознания. Бабушка Ови, увидев своего внука в таком виде, ужаснулась.
Тивас молча подал знак Каласу, и тот незамедлительно бросился в воду, чтобы помочь выбившейся из сил Оке.
– Тяни лучше этого жалкого червяка, а я в помощи не нуждаюсь! – недовольно буркнула Ока, переводя дыхание.
Калас без малейшего труда вытащил Шонди на берег и тут же связал его, несмотря на то, что обессиленный Сураи ещё не пришёл в себя.
– Пустите меня к внуку! – старушка пыталась вырваться из лап Рансана. – Ему нужна моя помощь, бессердечные вы создания!
Взволнованную старушку отпускать никто не решался, но Тивас всё же дал команду Каласу, чтобы тот осмотрел Шонди. Рансан немедля подчинился, и вынув затычки из ушей, внимательно прислушался.
– Он в полном порядке, – спокойным ровным тоном заявил Калас, возвращая пробки на место. – Его просто закружило в воронке.
– В порядке он или нет, могу решать только я! – не успокаиваясь, кричала старушка, пока её вдруг не перебила рассерженная Ока.
– Никто здесь ничего не будет решать кроме меня! – Ока горой нависла над обеспокоенной бабушкой.
В ответ Рансаны молча кивнули головой, ударив себя дубиной по груди, а бабушка Ови замолчала. Стряхнув с себя воду, Ока подошла к бесчувственному Шонди и наклонилась над ним. Затем она извинительно взглянула на расстроенную старушку, и хорошенько замахнувшись, двинула ему по лицу мокрой ладонью, да так, что тот мигом вскочил на ноги.
– Бабуля! Ну сколько можно надо мной издеваться? Дай же мне поспать! Такой сон оборвала! – недовольно воскликнул Шонди, но тут же сообразил, где находится. – Ой! Кажется, это был не сон… – добавил он, протирая глаза.
Первым делом до него дошло, что Ока стоит рядом с ним не просто так. И состряпав на лице глупую улыбку, он аккуратно сделал шаг назад, наверняка догадываясь о предстоящих неприятностях. И оказался абсолютно прав, ведь Ока, не теряя ни мгновения, поравнялась с ним, и резко схватив его за лямку подсумка, притянула к себе.
– Что ты натворил, поганый червяк!? – выкрикнула рассерженная Ока. – Ты даже представить себе не можешь, что теперь нас ждёт!
– Значит, у меня получилось… – тихо произнёс Шонди.
– Говори, что ты сделал? – не отставала Ока и начала его трясти так, что у бедного Шонди застучали зубы. – Куда ты дел ключ!?
– Я… я не помню. Я ничего не сделал! – не на шутку испугался Шонди, ведь он на самом деле ничего не помнил, так как потерял сознание до того, как завершил начатое.
Оку эти оправдания совершенно не устраивали, и она снова ударила его ладонью по лицу так, что на этот раз сама ощутила на своей ладони боль от громкого шлепка. Шонди слегка пошатнулся, но всё же удержался на ногах, а вот бабушка его даже зажмурилась.
– Перестань бить ребёнка! – крикнула Оке в спину старушка.
– Сделайте так, чтобы эта старуха меня не отвлекала! – с яркой злобой в глазах прошипела Ока.
– Если ты продолжишь притворяться дурачком, жалкий червяк, то я прикажу Шамасу немедленно откусить тебе голову! – угрожающе заявила девушка Сураи, глядя в испуганные глаза Шонди. – И поверь, он сделает это с большим аппетитом.
Отважный герой уже и думать забыл о подвиге и спасении Салданга, ведь в данный момент ему могло здорово влететь, и это не давало ему покоя, к тому же его бабушка тоже была схвачена Рансанами. Не поворачивая головы, краем глаза он взглянул на стоящего рядом Шамаса. Здоровяк звонко щёлкнул зубами, и ехидно улыбнувшись, подмигнул мальчику. Ока тряхнула его ещё раз, надеясь выбить из него объяснения, но Шонди нечего было сказать, и в поисках помощи, он взглянул на своего друга. Долгопят до сих пор находился в лапах Гюнаса и, не отрываясь, смотрел на спокойную воду, будто вокруг ничего не происходило.
Рансан уже почти приблизился вплотную, как Шонди вдруг решился напоследок взглянуть на свою бабушку. К его удивлению, на лице старушки не было ни волнения, ни страха. Она стояла с безразличным взглядом, будто её и вовсе не волновала судьба внука, мало того, она даже не смотрела в его сторону. Это на мгновение озадачило и расстроило паренька, но запах приближающегося Рансана заставил его вспомнить об угрозе и повернуться обратно.
– Говори же! – продолжила Ока.
– Я, правда, ничего не помню! – замотал головой Шонди, не понимая до конца, чего от него хотят. – Там что-то было, я пытался вставить туда ключ, но как бы я не старался, у меня ничего не выходило.… А потом меня и вовсе закружило, так что я потерял сознание. А очнулся уже здесь!
– Что же, будь по-твоему, – снизив тон, заявила Ока, и повернувшись в сторону Шамаса, кивнула тому головой.
Здоровяк получил сигнал и тут же широко раскрыл пасть. Обнажив свои огромные жёлтые зубы, по которым медленно стекала слюна, он яростно прорычал в сторону бедняги Сураи, что даже Каласу пришлось закрыть уши лапами. Шонди же, взглянув на Шамаса, снова почувствовал дрожь в ногах, но на этот раз, плавник был в норме, и причиной трясучки был, конечно же, испуг. Он хотел было закричать, но как назло потерял голос.
– Пожалуйста, отпустите нас домой! – шёпотом взмолился он. – Я ни в чём не виноват, это правда!
Ока больше не стала держать Шонди, она отпустила его, и он тут же попятился назад с надеждой на спасение. В его глазах было заметно облегчение, но, к сожалению, он рано обрадовался. Ведь как только он освободился от крепких рук дерзкой Сураи, Шамас вскочил на четвереньки, и снова зарычав, бросился в сторону Шонди. Бедняга от страха замер на месте и на миг даже забыл, как его зовут. Это не удивительно, ведь к нему стремительно приближался чудовищный здоровяк с отменным аппетитом. На тот момент Шамас казался особенно большим и тяжёлым, и каждый раз, как его лапы прикасались к земле, Шонди, сам того не замечая, подпрыгивал на месте.
– О нет! – прокричал Шонди, и закрыв глаза дрожащими руками, свернулся в крепкий клубок.
Мысленно Шонди уже подготовился к самому страшному. Его глаза невольно зажмурились, избавив от жуткого зрелища над головой. Шамас встал прямо над ним и широко раскрыл свою свирепую пасть. Здоровяк снова издал громкое рычание, и с его рта упала тяжёлая слюна, приземлившаяся прямо на голову Шонди. Бедняга и так был не в самой выгодной ситуации, а эта мерзкая слюна и вовсе его добила. Он скорчился ещё сильнее, но уже не от страха, а от того, что ему стало очень противно.
– Хоть бы освежающей травы пожевал, перед тем как меня есть – мысленно возмутился Шонди, задерживая дыхание.
В отчаянии он уже приготовился стать закуской для Рансана, но роковой миг так и не наступал, словно время и вовсе остановилось. Не стерпев мучительного ожидания, Шонди решился открыть глаза и сильно удивился. Шамас стоял рядом, но больше не смотрел в его сторону. Все, кто находился на берегу, устремили свой взгляд на воду. И бабушка Ови, и даже Долгопят были захвачены зрелищем, ведь прямо перед их глазами из водоёма начал пробиваться свет.
– Началось! – воскликнул Долгопят, не отрывая глаз от воды.
– Что началось? – уточнил Шонди и слегка обиженным тоном добавил. – Меня тут чуть не съели, а вы на воду пялитесь!?
– Началось… – с огорчением добавила бабушка Ови и ахнула от вновь увиденного зрелища: из-под спокойной воды резко вырвался бледно-голубой луч, расплескав капли в разные стороны.
– Ух, ты! – восхитился Шонди. – Вы это видели?
Никто снова не обратил внимания на слова Шонди, ведь им уже было не до него. По глазам Оки было ясно, что она была растеряна. Рансаны стояли с хмурыми лицами, не переставая рычать в сторону водоёма. Долгопят переменился в лице. Его глаза стали ещё больше и так заблестели, что луч отражался в них ярче, чем он был на самом деле. Пушистое лицо маленького зверька, было переполнено эмоциями. Его сильно обрадовал внезапный свет из-под воды, и он же вселил в него смелость и силу, необходимую для побега. Не теряя ни мгновения, Долгопят собрался духом, и со всей силы укусил Гюнаса за лапу.
– Р-а-а-рр! – громко вскрикнул Гюнас, почувствовав резкую и весьма неожиданную боль. – Чего уставились? Этот мерзкий комок шерсти осмелился укусить мою лапу! – словно оправдываясь, выкрикнул Рансан, заметив, что все вокруг обратили на него внимание. Обернулись сородичи не спроста, ведь Гюнас никогда раньше не показывал какую-либо слабость в характере, он всегда был жёстким и даже чёрствым, а тут ему пришлось даже закричать от боли, которую ему доставил маленький слабый зверёк.
– Так ему! Так! – воскликнул Шонди.
Но как бы громко Шонди не поддерживал своего маленького друга, Долгопят его даже не услышал. Как только Гюнас отвлёкся, зверёк тут же воспользовался моментом и, ловко вырвавшись из крепкой когтистой лапы, перепрыгнул на другую. Гюнас сразу же попытался его схватить, но к его удивлению, у него ничего не вышло, а пушистый зверёк между тем умудрился забраться на голову Рансана. И это ещё сильнее взбесило Гюнаса, что он даже зарычал и с гневным лицом продолжил ловить зверька, размахивая когтистыми лапами. Очередная попытка снова провалилась, ведь Рансану даже не удалось скинуть зверька со своей головы на землю, чтобы другие воины смогли его поймать. Пока Гюнас рычал и махал лапами, Долгопят уже успел расправить крохотные лапки и, совершив прыжок с головы Рансана, резво взлетел и направился прямо к лучу.
– Долгопят! Остановись, там же опасно! – закричал вслед Шонди, переживая за своего друга.
– А ну стой, мерзкий комок шерсти! – подхватила Ока и тут же зарядила пращу камнем, чтобы сбить зверька.
Как только Шонди понял, что собирается сделать Ока, он, не задумываясь, совершил резкий прыжок в её сторону, собираясь со всей силы толкнуть девушку. Вот только приземлился он не совсем удачно, ведь в рывке он не рассчитал расстояние и упал прямо на Оку, тем самым, свалив её с ног. В тот момент, когда Шонди приблизился к девушке Сураи, она уже успела направить пращу, но от резкого удара сверху, её рука дрогнула, и камень угодил в голову Гюнаса. Рансану снова не повезло, и он тут же упал без чувств.
– Тебе конец, червяк! – выкрикнула Ока, как только пришла в себя после резкого падения.
– Сначала догони! – ответил довольный Шонди, унося свои ноги.
Долгопят, между тем, не шевельнул и ухом. Он не обратил внимания ни на маленький подвиг своего друга, ни на угрозы Оки. Он просто летел к своей цели и летел так, будто что-то его манило. Глаза пушистика на протяжении всего полёта были наполнены радостью, которую можно встретить лишь в глазах детёныша, увидевшего свою маму после долгой разлуки. Перед тем, как Долгопят приблизился к светящемуся лучу, в его сторону были в очередной раз брошены слова Шонди с просьбой остановиться, но они снова пролетели мимо лохматых ушей. Когда зверёк поравнялся с лучом, он сделал глубокий вдох и, зажмурив глаза, влетел прямо в него. Луч при этом не рассеялся, а зверёк, к всеобщему удивлению, повис в воздухе. Бледно-голубой луч стал волнами проникать в тело Долгопята. Шонди, увидев это, широко раскрыл рот и замер на месте. Он не мог поверить своим глазам, ведь с каждой волной света Долгопят становился всё больше. Малыш Сураи не мог сообразить, радоваться ему за друга или же переживать, но сомнения его длились недолго. Совсем скоро Шонди ужаснулся. Прямо на его глазах пушистый мех Долгопята стал опадать. Клочья шерсти плюхались в воду до тех пор, пока кожа бедняги полностью не оголилась.
– Долгопят… Что же ты наделал? – с горечью произнёс Шонди. – Это я во всём виноват! – добавил он, обвиняя себя в происходящем. – Это я должен быть на его месте, ведь у меня и шерсти нет совсем и плавать я умею под водой, в отличие от него. Прости меня, друг! – договорил он, опуская печальные глаза.
На одном опадении волос дело не закончилось. Тело Долгопята сильно извивалось в невесомости, беспрестанно поглощая бледно голубой свет. Но несчастный зверёк ничего не видел и, скорее всего, потерял сознание. Шонди с опаской поднял взгляд и снова ужаснулся: тело его друга то увеличивалось, то снова уменьшалось, оно растягивалось в разные стороны и гармошкой сокращалось обратно. Несчастный Долгопят, наверняка, испытывал сильнейшую боль, и если бы он только находился в сознании, то закричал бы во весь голос и попросил бы Шонди о помощи. Но он не издал ни звука.
Все на берегу молчали. Их взгляд был прикован к бледно-голубому лучу, от которого доносилось громкое жужжание. Звук был таким, словно гигантское насекомое жужжало над берегом, но в округе кроме них никого не было. Через некоторое время этот звук усилился, так что всем пришлось закрыть уши. Особенно не повезло Каласу, ведь его абсолютный слух, воспринимал всё иначе. Рансан схватился за голову, испытывая сильную боль, и даже лиственные пробки ему в тот момент не помогали. Совсем скоро к нему подбежал Сорас и протянул новые пробки, которые, как оказалось, давно были заготовлены для экстренного случая. Калас ничего не ответил, ему мешала острая головная боль, он просто молча взял затычки и вставил их в уши, от чего ему заметно полегчало.
За то время, пока один Рансан помогал другому, из-под воды успел показаться сам источник этого странного света. Каменистый островок прямо на глазах у всех вырос посередине озера. На нём не было никакой растительности и живности, зато в центре находился круглый плоский предмет серебристого цвета. Он и источал тот загадочный бледно-голубой свет. Сам же предмет был не таким ярким, как луч, он просто переливался узорами, как это делал ключ в руках Долгопята.
Луч не переставал светиться до тех пор, пока полностью не проник в измученного зверька. Вскоре яркий свет погас, а обессиленное тело Долгопята в стоячем положении медленно опустилось на островок. Глаза его до сих пор были закрыты. Шонди взглянул на зверька и не узнал в нём своего безобидного друга. Долгопят так сильно изменился, что перестал быть похожим на себя. Его тело стало намного больше, а гладкая кожа полностью пропиталась бледно-голубым цветом. Единственное что напоминало в нём того маленького напуганного зверька, это его большие грустные глаза.
– Что же с тобой сделалось, Долгопят? – не верил своим глазам расстроенный Шонди. – Что же мы стоим? Надо спасать его, пока ему не стало ещё хуже! – воскликнул он, обращаясь за помощью к окружающим.
Никто ему не ответил, все продолжали пристально смотреть на Долгопята, пока тот внезапно не открыл глаза. Это было так неожиданно, что все кроме Рансанов вздрогнули на месте. Шонди не мог узнать взгляд своего друга, он стал холодным и безразличным, а сами глаза почернели. Долгопят ещё некоторое время смотрел в пустоту, но вскоре он пришёл в сознание, окинув ледяным взглядом каждого стоящего на берегу. Его взгляд был настолько жутким, что мурашки пробежали по спине каждого.
– Дол-го-пят? – с дрожью в голосе произнёс напуганный Шонди, встретившись с чёрными глазами своего несчастного друга.
– Долгопят! – с презрением повторил неузнаваемый зверёк. – Это прозвище ничтожного, слабого и трусливого существа!
Пока Шонди пытался сопоставить в голове новый голос своего друга с его изменённым телом, Ока подала Коясу знак. Рансан, не раздумывая ни секунды, исполнил немой приказ. Он крепко схватился за лиану, прикреплённую к сети, и при помощи неё, перемахнул через воду, чтобы добраться до Долгопята. Отпустив лиану, Кояс замахнулся своей длинной палкой и устремился прямо на него. Долгопят же без малейших усилий предотвратил удар. Он с лёгкостью схватил Кояса своей длинной костлявой рукой, не дав тому приблизиться к себе, и тут же окунул его в воду.
– Ну, как?! – с сарказмом в голосе обратился ко всем Долгопят. – Как вам такой поворот, могучие хранители?!
– Немедленно отпусти Кояса, Долгопят! Иначе будет хуже! – с яростью воскликнула Ока, подбегая к берегу.
Долгопят же в ответ лишь громко рассмеялся, продолжая держать Кояса под водой.
– Конечно, будет хуже! Ты как всегда права, мудрейшая Ока! – воскликнул в ответ Долгопят, опуская взгляд в воду. – Он просто захлебнётся и всё!
Ока разгневалась ещё сильней, в её глазах скопилось столько ненависти, что не поместилось бы и в целом водоёме. Она, не раздумывая, бросилась к воде, чтобы самой спасти Рансана, не способного дышать под водой, но Тивас остановил её, схватив за руку.
– Отпусти меня, Тивас! – выкрикнула разъярённая Ока, пытаясь вырвать руку. – Это приказ!
– Нет, Ока! Я не пущу тебя! – резко ответил Тивас. – Он специально заманивает тебя в воду, чтобы поскорей расправиться с тобой, а ты нужна отряду целая и невредимая! – громко заявил Тивас и отдал приказ остальным воинам. – Рансаны! Вперёд!
Быстрее всех до воды добежал Калас: его брату грозила беда, и медлить он не мог. Грозно зарычав, он нырнул в озеро, так что вода обрызгала остальных Рансанов, которые немедля последовали за ним. Но добежать до водоёма они не успели. Виной всему оказался внезапный визг Долгопята. Набрав полную грудь воздуха, он издал такой пронзительный свистящий звук, что Рансаны схватились за головы. Каласу на этот раз повезло, ведь вода нейтрализовала жуткий свист, и он смог подплыть к брату, который уже захлёбывался под водой. Долгопят, конечно же, заметил Каласа, но позволил ему подобраться на достаточно близкое расстояние. Как только тот оказался рядом с Коясом, тонкая костлявая рука схватила его за шею. Держать под водой Долгопят их больше не стал, он резко вытащил их из-под воды и столкнул головами друг друга. Даже старушка Ови, не смотря на свой слабый слух, съёжилась от этого звонкого удара. Когда оба брата потеряли сознание от сильного удара по голове, Долгопят бросил их в воду. Ока с Рансанами не заставили себя ждать и бросились на подмогу.