В её ещё такой недолгой жизни, любви было не много, больше испытаний и потерь. Родителей своих она почти не помнила. В памяти остался нежный голос матери, которая с любовью одевала, причёсывала Элену. Часто приходила к ней перед сном, отсылала кормилицу и сама укладывала дочку спать. Отца Элена видела значительно реже, возможно, поэтому осталось ощущение, что он был большой и сильный, а детали забылись, стёрлись из памяти. Потеря родителей стала большим ударом для девочки, хотя тётя сразу забрала её к себе, и уверяла, что они ненадолго уехали, и она поживёт у неё до их возвращения. Элене хотелось в это верить, но она помнила бурю в тот злосчастный день, которая напугала её. Девочка прижималась к кормилице при каждом ударе грома, а молнии пугали ещё больше. Ужасный ветер вырывал ставни окон, валил деревья, срывал крыши домов. Когда, наконец, буря стихла, и все вышли во двор посмотреть на последствия урагана, к воротам прискакал всадник. К нему подошёл управляющий. Всадник что-то сказал и умчался, а управляющий, какой-то неуверенной походкой, будто выпил вина, пошёл в дом. Все стали переговариваться, на лицах появился испуг, и они пошли за ним. В доме ощущалась тревога. На Элену смотрели с сочувствием, она слышала слова: кораблекрушение, сиротка, но её детский ум не хотел принимать и верить в это. На следующий день приехала тётя и забрала её. Постепенно жизнь начала налаживаться. О ней заботились, тётя любила племянницу, но в её глазах Элена часто видела жалость и сочувствие, это мешало девочке почувствовать себя счастливой. Дядя её будто не замечал, лишь в последний год жизни в их доме, стал проявлять к ней внимание и дарить подарки. Только Элену это не радовало, ей почему-то становилось страшно.
Однажды, когда дядя уехал, тётя пришла к ней в комнату и сказала, что им надо серьёзно поговорить.
– Элена, настало время подумать нам о твоём будущем. Ты, конечно ещё очень юная, но обстоятельства складываются так, что возможно вскоре я ничего не смогу сделать для тебя. Поэтому нам надо прямо сейчас решить твоё будущее. Ты, наверное, уже заметила, что в обществе мужчины имеют, куда большую свободу, чем женщины? В юности судьбу девушки решает её отец, так как у тебя нет отца, о тебе предстоит позаботиться твоему дяде. К сожалению, у меня нет уверенности, что устраивая твою судьбу, он будет руководствоваться твоими интересами, а не своими желаниями. Это вызывает у меня озабоченность и страх за тебя. Возможно, он решит выдать тебя замуж, и вряд ли будет спрашивать твоё согласие. После замужества вся власть над тобой будет у мужа. Ты будешь полностью зависеть от его желаний, прихотей. Неизвестно, что это будет за человек и насколько у него будет доброе или жестокое сердце.
Элена слушала тётю, ей становилось страшно, будущее пугало её, а мужчины представлялись злыми монстрами, желающими погубить её.
– Может быть, тебе повезёт в жизни, и ты встретишь любовь, но за свою жизнь, я не встречала счастливых замужних женщин. Даже, если в начале их семейной жизни любовь и была, то с годами она сменялась привычкой, долгом, разочарованием, приносящими много боли. Я долго думала о тебе, Элена. Глядя на тебя, я вижу красоту и ум. Разве может это оценить мужчина! Он ведь добившись тебя, усладится, как наслаждается охотник добычей и всё! А мне бы так хотелось, чтобы ты стала сильной и независимой женщиной, чтобы перед твоим умом и красотой трепетали все мужчины и ты, если конечно захочешь, могла сама выбирать лучших из них.
– А такое возможно? – робко спросила Элена.
Глубоко вздохнув, тётя сказала.
– Для этого есть один лишь путь – стать жрицей, и не в наших греческих храмах. Здесь жрицы служат Афродите, служат любви, а это всё сводится лишь к служению мужчинам. Надо ехать в Египет, там, в Храме Исиды ты сможешь получить лучшее образование из возможного, и, я надеюсь, занять достойное место в обществе. Только для этого нам придётся расстаться.
– Я не хочу, – взмолилась Элена.
– Я тоже, моя хорошая, но ты будешь не одна, твоя кормилица Нефел поедет с тобой. Она сама родилась в Египте, и даже прислуживала в Храме Исиды. Только однажды на рынке познакомилась с греком, торговавшим оливковым маслом, влюбилась и вышла за него замуж, а он привёз её сюда. От неё я узнала об этих храмах.
– Так мне придётся ехать в чужую страну? – Элену объял ужас.
– Не переживай, ты поедешь в Александрию, хоть этот город находится на территории Египта, он является греческим, у тебя там, как у гречанки будут полные права, и в случае непредвиденных обстоятельств, я всегда смогу забрать тебя. Там есть Храм Исиды. Я написала письмо Верховной Жрице, а несколько дней назад получила ответ. Она ждёт нас.
– И я тебя совсем не увижу больше?
– Почему же, я буду навещать тебя, писать письма. Больше того, если после обучения ты не захочешь становиться жрицей, я заберу тебя. Только тогда уже твоей судьбой будет заниматься дядя.
Элена была растеряна, расстроена, но своим детским сердцем чувствовала, что тётя желает ей добра. Помолчав, немного подумав, Элена согласилась ехать в Александрию.
– Вот и хорошо, – облегчённо сказала тётя, – тогда надо собираться в дорогу, пока не возвратился твой дядя.
Через три дня они прибыли в Александрию, и сразу направились в Храм, расположенный высоко на склоне горы. Дорога к Храму считалась священной, и потому мощённой. По обеим сторонам стояли статуи сфинксов. Храм и постройки рядом с ним окружала стена. Вход закрывали пилоны, большие ворота, покрытые декоративными барельефами, раскрашенными в яркие цвета. Считалось, что это оберегает Храм от злых духов. Подойдя к воротам, Элена оглянулась, отсюда открывался великолепный вид на море.
Тетя постучала в ворота. Распахнулось небольшое окошко, охранник поинтересовался, кто они? Показав письмо, тётя назвала себя. Теперь открылась небольшая дверь, тоже встроенная в ворота, их впустили. За пилоном находился большой, или, как его называли в Храме внешний, двор, окруженный колоннадой. Стволы и капители колонн украшались декоративными барельефами, изображавшими свитки папируса или стебли лотоса.
Храм вначале восхитил Элену своим величием, но длинные мрачные коридоры, по которым им пришлось идти, навеяли страх и тоску. Встретила их девушка в одеянии, которого раньше Элена не видела, и провела в небольшую комнату, предложила присесть и подождать, пока освободится Госпожа. Ждали долго, наконец, в комнату вошла уже другая девушка, и отвела их к большой золочёной двери. Дверь распахнулась, и Элена даже зажмурилась от великолепия комнаты, в которую попала.
В центре комнаты на возвышении стояло кресло с очень высокой спинкой, украшенной изображением Исиды с солнечным диском, посохом и анкхом. В кресле сидела женщина, от которой Элена не могла оторвать взгляд, так прекрасна, она ей показалась. Это была Верховная Жрица, которая тоже с интересом рассматривала девочку. Она сразу отметила её красоту, не по-детски серьёзные глаза, и восхищённый взгляд, который Элена даже не пыталась скрыть. Это польстило ей. Тётя хотела что-то сказать, но Жрица властно подняла руку и та умолкла.
– Подойди ко мне, – позвала она девочку.
Элена робко приблизилась.
– Как зовут тебя?
– Элена.
– Умеешь ли ты читать, Элена?
– Да, могу.
Женщина вновь сделала жест рукой, появилась девушка, с книгой в руках.
– Читай.
Элена взяла книгу в руки, читать она любила, и к книгам относилась трепетно. Эта оказалась большой и очень тяжёлой, но присесть никто не предложил. Наугад открыв страницу, Элена начала читать. Читала она бегло, с выражением, стараясь вникнуть в содержание текста, но он оказался не простым для её понимания.
– Хорошо, теперь посчитай.
Элена начала считать.
– Достаточно, а как у тебя с арифметикой?
– Она хорошо складывает и вычитает, – всё же не сдержалась тётя.
Вновь последовал жест. Верховная Жрица явно желала беседовать только с девочкой. Дальше последовал экзамен по арифметике. Элена и тут оказалась на высоте.
– Молодец, ты образованная девочка. А чем ещё кроме красоты и ума наградили тебя Боги? Когда они благосклонны к человеку, их щедрость не имеет границ.
Элена молчала.
– Неужели больше ничего? Смелее, Элена, – ласково сказала Верховная Жрица.
– Мне иногда сняться сны.
– И?
– А потом они сбываются.
– Интересно. Может, расскажешь?
Элена робко взглянула на тётю.
– Можете идти, – распорядилась Верховная Жрица, властно глянув в сторону тёти. Появилась девушка и вывела её.
– Продолжай, – обратилась она к Элене.
– Накануне того дня, когда тётя пришла и предложила мне ехать в Храм, мне снился мой дядя. Он был очень зол, я хотела убежать от него, но он догонял меня, хватал за платье и отрывал каждый раз небольшую часть, пока я не осталась голой. Мне стало очень страшно. Вдруг, будто из неоткуда, появилась женщина, протянула мне руку и мы полетели. На мне сразу появилось новое платье, а женщина была похожа на вас, – тихо закончила Элена свой рассказ.
– Хорошо, очень хорошо. Элена, а ты знаешь, зачем существует наш Храм?
– Чтобы служить Богине.
– А что ты знаешь о Богине?
– Её зовут Исида.
– Что ещё?
– У Исиды была сестра Нефтида и два брата Осирис и Сет. Когда они выросли, Исида вышла замуж за Осириса, а Нефтида за Сета. Осирис был старшим сыном, поэтому он унаследовал власть от своего отца Геба, деда Шу, и прадеда Ра. Он был четвёртым из богов, царствовавших на земле. Царствуя над Египтом, Осирис научил людей земледелию, садоводству и виноделию, но был убит своим братом, богом Сетом, желавшим править вместо него. Сет поместил тело брата в деревянный ящик и пустил вниз по течению Нила. Весть об убийстве дошла до Исиды, и она вместе со своей сестрой, женой Сета, отправилась на его поиски. Они нашли тело и принесли домой, собираясь вернуть Осириса к жизни. Но Сет нашёл тело Осириса, расчленил его на четырнадцать частей, и разбросал по всему свету, чтобы сёстры не смогли оживить его. Тогда Исида отправилась на их поиски, сестра сопровождала её. Они нашли тринадцать частей, а одну недостающую, Исида вылепила из глины, освятила и прирастила к собранному телу Осириса. Великая богиня Исида учит нас кротости и нежности, материнской любви, супружеской верности, и женской красоте. Она бережёт все живое. Когда она роняет свою слезу в нильские воды, то Нил разливается, покрывая поля плодородным илом.
Элена замолчала.
– Ты права, Элена. Исида мать природы, Госпожа всех стихий, изначальное порождение времен, высшая из божеств, владычица душ усопших, первая среди небожителей, мановению которой подвластны небеса, лазурный свод, моря. Она Единая владычица, её чтит под разными именами вся вселенная. Хотела бы ты служить ей, Элена? Ты уже приняла решение, хочешь остаться в Храме? Силой мы никого здесь не удерживаем, – мягко говорила Верховная Жрица
– Сразу мне стало немного не по себе, но когда я увидела вас, сразу поняла, что сюда меня привела Богиня. Да, я очень хочу остаться.
– Мне приятно это слышать, можешь идти. Позовите её тётю.
– Что ж, – сказала Госпожа, когда тётя предстала перед ней, – девочка может остаться.
– Мой муж может приехать и потребовать её назад.
– Не беспокойтесь, я умею разговаривать с похотливыми мужьями, и не боюсь их гнева.
– И ещё.
– Что же? – нетерпеливо спросила Госпожа.
– У Элены есть кормилица, она вместе с ней с её дня рождения.
– Двери нашего Храма закрыты для мирян.
– Я знаю, но она одинокая женщина. Муж погиб в сражении, а сын умер.
– Хорошо, позовите кормилицу.
Вошла Нефел.
– Мне сказали, ты хочешь остаться при Элене?
– Да, Госпожа.
– Есть определённые условия. Наши воспитанники не выходят за стены Храма на протяжении всего обучения. Это правило будет распространяться и на тебя. Возможно, тебе придётся выходить на рынок, но тогда ты должна будешь дать клятву, что ты никому не расскажешь о том, что видела и слышала в Храме.
– Я согласна, Госпожа.
– Что ж, оставайся.
После окончания аудиенции тётя отправилась домой, а Элена с кормилицей стали жить в Храме.
Жизнь в Храме нравилась Элене. Она привыкла к полутёмным, мрачным коридорам и залам. В жару здесь было прохладно, хорошо думалось. Учёба давалась Элене легко, новые знания увлекли её. На территории Храма находился большой сад с тенистыми аллеями, в центре которого, располагался живописный пруд. Элена часто уходила туда, почитать, подумать. Иногда её приглашала к себе Верховная Жрица. Разговоры обычно касались обучения, тех знаний, которые получала девушка в Храме. Ещё её интересовали сны Элены. Она всегда внимательно слушала, уточняла детали, при этом её лицо становилось либо довольным, либо встревоженным. Элена хотела понять почему, но жизнь вне мира, отсутствие жизненного опыта не всегда позволяли ей найти ответы на свои вопросы.
Как-то разговор зашёл о мужчинах. Элене тогда исполнилось пятнадцать лет.
– Я всегда буду благодарна тёте за то, что она избавила меня от присутствия их в моей жизни. Тогда я ещё многого не понимала, лишь сейчас для меня стали до конца ясны намерения моего дяди. Мерзкий похотливый старик. Хорошо, что мой путь определён, моё главное желание служить Исиде.
Пока она говорила Госпожа удивлённо и немного обеспокоенно смотрела на Элену.
– Но ведь не все мужчины одинаковы, – заметила она.
– Все, только кто-то открыто выражает свои намерения, а кто-то прикрывается возвышенными чувствами.
– Элена, – мягко начала Госпожа, – возможно из-за твоего юного возраста и уединённого образа жизни, ты не заметила, что этот мир принадлежит мужчинам.
– Как это?
– Все материальные ценности, богатства, земли и даже жёны и дети находятся в их власти. Мужчины могут всем перечисленным легко распоряжаться, тогда, как у женщин нет никаких прав.
Элена очень расстроилась.
– Да, перед расставанием тётя говорила мне об этом, но мы же здесь в безопасности? – попыталась защититься она от жестокости этого мира.
– Содержание Храма требует больших расходов. Нас поддерживают прихожане, чем их больше, тем доходы солидней. Как ты сама понимаешь, щедрые пожертвования делают, как правило, мужчины, ведь финансы находятся в их руках. Поэтому процветание нашего Храма во многом зависит от них.
– Так что же делать? Выхода нет?
– Выход есть в любой ситуации. Как ты сама заметила, мужчины похотливы, надо лишь изучить науку обольщения, чтобы заставить их делать не то, что им хочется, а то, что нужно нам.
Госпожа говорила очень осторожно, внимательно наблюдая за реакцией девушки.
– Как это? – удивилась Элена.
– Некоторые знания ты начнёшь получать уже сейчас, но более глубоко постигнешь эту науку после посвящения.
– Это что, так сложно?
– Сейчас ты можешь изучить лишь теорию, ведь из Храма выходить запрещено, и попробовать на практике свои умения у тебя просто не будет возможности. Став жрицей, ты выйдешь в мир и продолжишь служить Исиде.
Элена стала задумчива и молчала.
– Ты загрустила? Не стоит, всё не так мрачно. Это может принести тебе большое удовольствие. Жизнь надо воспринимать, как игру, кто кого переиграет. Неужели тебе не хотелось бы выиграть у мужчины, и заставить его ощутить себя болваном?
– Наверное, хотелось бы, – как-то неуверенно сказала Элена.
– Хорошо, иди, отдохни и подумай над нашим разговором.
Вскоре у Элены появилась новая наставница, пожилая жрица, которая объясняла ей физиологические особенности отношений мужчин и женщин, и ещё обучала Элену искусству обольщения. Видимо в своё время она была искусной обольстительницей, для неё не существовало запретных тем и ситуаций, которые невозможно разрешить и объяснить. Только эта наука не очень нравилась девушке. К своему телу Элена относилась трепетно, к тому же врожденная брезгливость, не позволяла даже представить, что кто-то будет прикасаться к нему. Но этого требовал долг и Исида, приходилось слушать и постигать сомнительную науку.
После окончания испытаний, Элене разрешили самой выходить за пределы Храма. Страх перед мужчинами сменился ненавистью. Она ненавидела их за то, что однажды ей придётся ублажать одного из них для получения денег. Это злило Элену и погружало в тоску. Она стала задумываться: неужели это и есть жизнь? И действительно ли Исида требует этого от неё?
Встреча с Андреасом разбудила в душе Элены неведомые чувства, о существовании которых она не подозревала, поэтому совершенно не была к этому готова. После замечания Госпожи, Элена стала прислушиваться к себе и поняла, что очень хочет вновь увидеть Андреаса. К её удивлению, он не вызывал у неё отвращения. Скорее наоборот, она ждала новой встречи.
Приближался день службы. Элена так и не смогла до конца разобраться со своими чувствами. Чего же она хочет? Все знания, полученные при постижении науки об искусстве обольщения, совершенно не работали в данной ситуации. Элена мысленно выстраивала схему поведения, разговора, но стоило только представить Андреаса рядом, вспомнить его глаза, её охватывало сильное волнение. Элена понимала, ей не удастся сыграть эту роль.
Однажды утром, когда кормилица помогала уложить ей волосы, она спросила.
– Нефел, ты же была замужем?
– Была.
– Как долго?
– Девять лет.
– Что-то случилось с твоим мужем, или ты сама ушла от него?
– Я бы никогда не покинула моего Офелоса. Он погиб в сражении, а через год умер мой сын.
– Почему же ты снова не вышла замуж, или тебе не понравилось жить с мужчиной?
Нефел нежно смотрела на Элену.
– Дорогая моя, это самые счастливые годы моей жизни, воспоминания о них и сейчас дают мне силы жить.
Элену поразил её ответ.
– Неужели замужние женщины бывают счастливы?
– Иногда случается.
– Должно быть очень редко, – заключила девушка.
Кормилица молчала. Элена посмотрела на неё. Нефел держала палец у губ, явно призывая её закончить этот разговор. Затем сказала.
– Вам пора на прогулку.
Они пошли в сад. Прогуливаясь по тенистым аллеям, Элена решила продолжить начатый разговор.
– Что это значит, почему ты не захотела говорить?
– Даже у стен есть уши, а в этом Храме особенно.
– Разве мы говорили о чём-то запретном?
– Вы изменились в последние дни, в вашем сердечке явно что-то происходит. А теперь такой разговор.
– Неужели так заметно?
– Мне да, другим может, пока и нет, но услышав этот разговор, тайное станет явным.
– Почему ты так говоришь?
– В этом Храме служат Исиде, вы лучшая из жриц, вас не захотят терять.
– От чего же терять?
– Любовь иногда делает странные вещи, и человек совершает поступки совершенно ему не свойственные.
– Что ты имеешь в виду?
– Любовь помогает человеку раскрыться, и он становится собой.
– А кто же он до этого?
– Тот, кого из него сделали.
– Не понимаю тебя.
– Что ж тут непонятного? Пока ты молода, то ничего не знаешь о мире, об отношениях, о любви. Об этом ты судишь лишь по рассказам тех, кто рядом. Только это их опыт. Когда у тебя появится свой, только тогда ты сможешь многое понять о себе самой, о жизни, о любви.
– Ты хочешь сказать, что я ничего не знаю о себе?
– Почти.
– И узнаю, лишь, когда полюблю?
– Возможно.
– Перестань говорить загадками! Я хочу разобраться! Неужели ты думаешь было бы лучше остаться у тёти и стать добычей для удовлетворения похоти моего дяди?
– Конечно, нет.
– Вот видишь. Так к чему же ты ведёшь?
– Я не плохо знала вашего дядю, судя по рассказам, конечно. Да, он иногда влюблялся. Однажды полюбил служанку, она забеременела от него.
– Что же в этом хорошего?
– Он не бросил её, как другие, не выгнал из дома, тайно купил ей дом, а их сыну дал хорошее образование. Я думаю, эта женщина была счастлива с ним, и осталась благодарна.
Элена молчала, так поразили её слова Нефел, тогда та продолжила.
– Ваш дядя не плохой человек, только любовь в его годы не делает мужчину мудрее. Тётя любила и заботилась о вас, но она думала и о себе. А что если бы он надумал развестись с ней? Всё возможно! Пристроив вас, тётя выполнила свой долг и устранила проблему, возникшую в её жизни.
– Нет, нет, не говори так. Она любила меня!
– Любила и любит, только и о себе не забывает, так же, как ваша благодетельница.
– Ты говоришь о Госпоже? Чем она тебе не угодила?
– Да ведь ясно, как Божий день, она стареет и уже не может привлекать мужчин, а главное их деньги так, как раньше. Вот она и нашла приманку!
Если бы среди ясного неба ударил гром, Элена не была бы так поражена. Слова кормилицы будто сбросили пелену с её глаз. Здесь даже думать не надо, всё сразу стало на свои места! И её обучение искусству обольщение, и навязывание долга перед Богиней, и различные намёки.
– Как же я глупа!
Элена готова была разрыдаться. Мир, в котором она жила, и который казался ей таким прочным, рухнул в одночасье.
– Девочка моя, успокойся, никто не должен видеть твоих слёз. Больше того, твоё поведение и отношение к Госпоже не должно измениться.
– Почему? Ведь я теперь всё знаю, и больше не хочу играть в её игры!
– Элена, неужели ты думаешь, она так легко тебя отпустит?
Последовал тяжёлый вздох.
– Что же делать? Ведь у меня никого и ничего нет.
– Ты ошибаешься, Элена, – тихо проговорила Нефел, даже склонилась к её уху.
– Неужели? Не могу же я вернуться к тёте! Конечно, у меня есть ты, но чем ты можешь мне помочь? – она нежно посмотрела на кормилицу.
– У вас есть деньги, – ещё тише сказала та.
– Откуда? – удивилась Элена.
– Ваши родители были люди не бедные. Когда они погибли, тётя продала всё их имущество. Часть денег пожертвовала Храму, а часть хранится у одного поверенного, который живёт здесь в Александрии.
– Почему же ты молчала?
– А что бы вы сделали? Пожертвовали Храму?
– Да, действительно. Как же узнать, где находятся деньги?
– Есть два письма, они всегда со мной. Одно для вас, другое для поверенного.
– Так дай же мне их!
– Не здесь и не сейчас, наберитесь терпения. Подумайте обо всём, что было сегодня сказано, примите решение. Потом, где-нибудь вне стен Храма я передам вам письма.
– Ты думаешь всё так серьёзно?
– Возможно, даже хуже, чем вы можете себе представить.
– Ты права, тогда нам лучше вернутся, чтобы не вызывать не нужных подозрений.
Элена постаралась придать своему лицу обычное холодно-безразличное выражение, и они пошли обратно в Храм.
На следующий день состоялась служба. Храм не предназначался для ежедневного посещения, но сегодня служили Исеум, обряд, открытый для прихожан. Как обычно служба началась с утренней литании. После долгой ночи, когда лишь искра божественной сущности Исиды оживляла храм, ее статую будили, умывали, умащивали благовониями, одевали и предлагали ей дары. Будучи богиней света и пламени, Исида считалась богиней рассвета, и розовое сияние, предшествующее восходу солнца являлось её улыбкой, которой она приветствовала новый день. Статуя Исиды хранилась в святая святых, или усыпальнице. Там стоял позолоченный саркофаг, в который помещали её статую. Перед ним располагалась священная церемониальная ладья, в которой саркофаг выносили наружу в дни открытых религиозных служений. Культовая статуя Исиды стояла в задней части храма, лицом к входу. Под звуки систра зазвучал гимн пробуждения.
Исполняя гимн, все обращались к необъятному источнику божественной энергии, к неосязаемой, всемогущей и вместе с тем личной силе Исиды. Её изображение служило лишь напоминанием о ней. Считалось, что образы начертанные, нарисованные или высеченные в камне – подобны линзам, через которые передается божественная энергия, которая наполняет всех присутствующих.
Служители храма, среди которых была Элена, с пением стали приближаться к дверям святилища. Элена знала, что на неё смотрят десятки глаз, поэтому не могла позволить себе рассматривать присутствующих. А ей так хотелось знать, пришёл Андреас или нет? Наконец, во время одного из проходов, она повернула голову, и её глаза прямо наткнулись на восхищённый взгляд. Конечно, это был Андреас! Он стоял так близко! Сердце Элены забилось быстрее, но, ни глаза, ни выражение лица не изменились, она продолжала выполнять свои обязанности. Остальная часть служения прошла для неё, как в тумане. Опомнилась Элена лишь, когда начался обряд очищения. В храме находился бассейн, наполненный водой из Нила. По окончанию службы воду разбрызгивали по храму, и окропляли прихожан.
После службы Андреас ждал её у выхода. Элена, проходя мимо, поприветствовала его, и тихо сказала.
– Идите к пруду и ждите меня там.
Андреас удивлённо посмотрел на неё, ничего не сказал, лишь слегка наклонил голову.
Зайдя к себе, Элена сняла наряд, предназначенный для службы, затем, надела платье, приготовленное с вечера, поправила причёску и в сопровождении Нефел пошла к пруду. Она довольно часто прогуливалась после службы, поэтому её вряд ли в чём-то заподозрят. Подойдя к пруду, она не сразу увидела Андреаса, лишь после того, как он окликнул её.
– Элена, я здесь, – услышала она.
Андреас стоял в тени большого дерева. Сделав знак кормилице остаться, Элена направилась к нему.
– Рад видеть вас в добром здравии.
– Спасибо, и я рада видеть вас.
– Я думал, жрицы могут спокойно встречаться с мирянами, или я ошибался? Вам запрещено встречаться с мужчинами?
– Нет не запрещено, но для этого надо получить разрешение, тем более, что я ещё не прошла посвящение.
– Вот как.
– Поэтому лучше сделать вид, что наша встреча случайна, вам просто захотелось осмотреть сад, а я гуляю здесь довольно часто.
– Хорошо, Элена, я готов на всё только бы видеть вас, говорить с вами.
От этих слов маска безразличия слетела с лица Элены, оно осветилось радостью, глаза засияли, и она стала ещё прекраснее. Увидев такую перемену, Андреас взял её за руки.
– Элена, неужели и вы рады мне?
– Да, рада, очень, – она постаралась взять себя в руки. – Только сейчас в моей жизни открылись новые обстоятельства, и я должна быть очень осторожна, пока всё не решится.
– Могу ли я чем-то помочь вам?
– Возможно, но вначале я должна разобраться в сложившейся ситуации, всё так стремительно произошло.
– Могу ли я узнать ваши обстоятельства?
– Не сегодня, мне пока самой не всё известно.
– Когда же мы сможем с вами увидеться в следующий раз?
– Вы видите женщину, с которой я пришла? Эта моя кормилица, которой я полностью доверяю. Раз в неделю она приходит к лавке с травами и ароматами. Вы можете через неё связываться со мной. Одно обещаю вам точно, быть на приёме у Стефаноса.
– Но до приёма ещё десять дней! Я так долго не выдержу.
– Не уверена, что обстоятельства позволят нам увидеться раньше.
– Так дайте хотя бы надежду моему измученному сердцу. Элена, я постоянно думаю о вас, и днём, и ночью. Я не могу жить, дышать без вас! Живёт ли в вашем сердце такое же чувство, или я для вас лишь очередной поклонник?
Андреас был так искренен, в его глазах было столько любви, что кружилась голова, а радость переполняла сердце. Всё же Элене удалось сдержать волнение и не поддаться своим чувствам.
– Андреас, мы видимся лишь второй раз, давайте не будем спешить.
– Хорошо, но надеюсь, к следующей встрече вы сможете дать мне ответ. Ах да, – вдруг вспомнил он и достал небольшую коробочку.
– Что это?
– Заколка для волос. Если я увижу её в ваших волосах при нашей новой встречи, я буду знать, что вы хотите продолжить наши отношения, если нет, я больше не потревожу вас.
– Хорошо, – согласилась Элена.
– Только прежде, чем принять решение, прочтите вначале это.
Андреас протянул Элене небольшой свиток, обвязанный красивой тесьмой. Она взяла подарки и спрятала их в складках своего платья.
– Спасибо, я обязательно прочту.
– Надеюсь на скорую встречу.
Элена почувствовала, как стала тонуть в его глазах.
– До встречи, – сказала она и поспешила удалиться.
Вернувшись в свою комнату, Элена открыла коробочку и увидела великолепную заколку, в центре красовалась большая розовая жемчужина идеальной формы. Девушка какое-то время любовалась её, потом вспомнила о папирусе, развязала тесьму и начала читать. Это было стихотворение. С каждой строкой волнение Элены усиливалось, дыхание участилось.
Зачем ты смотришь на меня,
Зачем грустят глаза?
Судьбы причудливый каприз,
Мы повстречались навсегда.
Соприкоснулись две души,
И на века остался след,
Любви и нежности тепло,
Мы будем вместе или нет.
И жизней долгих колесо,
Как вихрь подхватит нас,
И мы познаем боль разлук
Вдали от милых глаз.
Пройдут года, пройдут века,
Мы встретимся опять,
И будешь ты уже не ты,
И стану другим я.
Но в шуме жизни городской
Души коснется вдруг
Любви и нежности тепло,
Исчезнет боль разлук.
И нам не надо говорить
О долгих тех годах,
Что между нами пролегли,
Нас, разлучив в веках.
Теперь мы вместе навсегда,
Судьбы замкнулся круг,
Вновь вижу я твои глаза,
В них свет любви и грусть.
Закончив читать, Элена так и осталась сидеть, задумавшись, пока в комнату не вошла кормилица. Тогда она встала, спрятала папирус в шкатулку.
– Вы уверены, что его безопасно держать там? – тихо спросила Нефел.
– Это всего лишь стих.
– Хорошо, – и уже громче сказала, – Вы завтра собирались к морю, хотели поплавать.
Элена удивлённо посмотрела на неё и сразу всё поняла. Им необходимо покинуть Храм. Плавать Элена любила, море обожала, это знали все, и такая прогулка не вызовет подозрений. Молодец Нефел!
– Да, подготовь мою одежду и корзину с едой.
– Я всё сделаю, не беспокойтесь.
Обменявшись многозначительными взглядами, Нефел покинула комнату, а Элена почувствовала нетерпение. Что же там, в письмах? Что написала ей тётя? Ах, скорей бы наступило завтра.
Der kostenlose Auszug ist beendet.