Zum Hörbuch
– Эй, откройте дверь!
Стоило мне услышать тихий женский голосок и настойчивый стук в дверь моего гостиничного номера – и мои глаза распахнулись, как по щелчку. Я мигом выскочил из теплой ванны, и схватив со стула полотенце, шустро обмотал его вокруг бедер.
Гостей я не ждал. Но эта сеньорита была как-то слишком настойчива.
– Быстрее! – снова раздалось из коридора.
– Да иду я… – протянул, шлепая мокрыми ногами по дощатому полу.
Стоило мне распахнуть дверь, как мимо меня пронеслась настоящая буря. Рыжеволосая и весьма привлекательная.
– Меня скорее всего уже ищут, поэтому вы должны сделать все очень быстро, – заявила торопливо незнакомка и бросила к моим босым ногам увесистый звенящий кошелек. – Там двести лир. Цену за свои услуги вы, конечно, заломили баснословную, но я надеюсь, что они того стоят.
С ее появлением воздух в комнате мгновенно наполнился ароматом винограда и легкими нотками цитруса.
Я толкнул назад дверь и с полным непониманием уставился на это рыжее недоразумение. Ее огромные янтарные глаза с интересом оценили мой полуголый вид, и с тихим «кхм» она повернулась ко мне спиной.
– А вы ничего такой, – заявила незнакомка и, к моему удивлению, начала быстро раздеваться…
– Что вы делаете? – уточнил, хмурясь все сильнее.
– Как что? Раздеваюсь. Вы же уже готовы? Я смотрю, даже ванну принять успели.
– Эм-м… Послушайте, сеньорита, вы, наверное, что-то пе…
Я не успел высказать до конца свое предположение о том, что она, вероятно, ошиблась комнатой. Потому, что лёгкое женское платье скользнуло вниз и оказалось на полу. Прямо у стройных ножек.
Ее прямые рыжие волосы доходили почти до поясницы, закрывали спинку, но оставляли возможность полюбоваться округлыми ягодицами, упакованными в белые кружевные шортики.
После длительного путешествия, теплой ванны и такого необычного представления мой мозг окончательно поплыл. Я снова с непониманием взглянул на кошелек, лежащий у моих ног, и посмотрел на девушку.
Она что, предлагает переспать с ней за деньги?
М-да уж… Моя карьера определенно вышла на новый уровень…
Нет, мне конечно иногда предлагали необычную работенку… Вот только, во-первых, мои услуги стоили в разы дороже, а во-вторых, заключались исключительно в поиске редких артефактов, книг, карт и прочего древнего богатства.
– Напомните, как ваше имя? – поинтересовалась моя необычная гостья.
– Дамиан, – я прокашлялся и поправил полотенце, которое уже стремилось упасть на пол из-за пробуждения мужских инстинктов.
– Я благодарна вам за помощь, Дамиан, – заявила она, повернувшись и позволяя мне оценить всю прелесть ее фигуры. – Напоминаю вам, что у меня это в первый раз. Поэтому, будьте осторожнее.
Нет, она несомненно была хороша. После месяца, проведенного в диких землях, общество такой женщины – это было то, что нужно…
Высокая, в меру стройная, но не из тех девиц, кого может с лёгкостью унести сильный порыв ветра. Небольшая красивая грудь просвечивалась сквозь кружевное белье. Очень даже в моем вкусе…
– Ну все, можете начинать, – заявила она, когда нырнула под тонкое одеяло.
А может, действительно, к черту эти недоразумения? В конце концов, какая разница, кто исполнит ее заказ? Ошиблась дверью, ну и ладно… С кем не бывает? Все равно меня уже утром в городе не будет.
Я медленно двинулся в сторону внезапного и очень соблазнительного подарка судьбы. Мой взгляд ненадолго задержался на странном, довольно большом родимом пятне на ее правой руке. На миг мне показалось, что оно чем-то напоминает очертания карты, которых я за свою жизнь повидал немало. Но понимая, что это во мне разбушевался профессиональный талант, я отогнал эти фантазии.
Чем ближе я подходил, тем сильнее в необычных глазах незнакомки угадывались страх и смущение, которые быстро сменялись глупой отвагой. Словно она собирается бросить вызов не только мне, но и всему миру.
– Каролина, – заявила она, как только я оказался рядом с ней.
– Что?
– Мое имя – Каролина. Аннет говорила мне, что вам не важно имя заказчицы, но я решила, что будет лучше, если вы будете обращаться ко мне по имени.
– Как скажете…
– Может вы погасите свет?
– Зачем? – я разглядывал ее маленький хорошенький ротик и одинокую родинку на остром подбородке.
В глазах моей необычной гостьи отразился испуг. Вероятно, отвага окончательно ее покинула.
– Вы так смотрите, что… Мне не по себе. Признаться, я представляла вас немного другим. Лощеным ловеласом, похожим на аристократа… А вы выглядите, как бандит с большой дороги. И ещё этот ваш шрам, – ее тоненький пальчик коснулся моей колючей щеки. – Откуда он?
– Вы же спешите?
– Да.
– Вот и не отвлекайтесь, – я широко улыбнулся и закрыл ее хорошенький ротик поцелуем.
Зарылся пальцами в густую копну рыжих волос, углубляя поцелуй и чувствуя, как с каждой секундой нарастает мое возбуждение.
В коридоре отдаленно послышались мужские крики, грохот, но я всецело погрузился в этот занимательный процесс.
И если в первые секунды Каролина была девственно скована, то теперь ее руки бесстыдно изучали мою спину, и она отвечала на поцелуй со всей страстью. Чем заводила меня ещё сильнее.
Я отбросил в сторону ее кружевной бюстгальтер и…
Дверь в комнату с оглушающим грохотом слетела с петель.
– Какого черта?! – взревел я, гневно глядя на семерых жандармов, что ворвались в мой гостиничный номер.
– Она тут! – завопил один из них. – Сеньор Лоури! Мы нашли ее!
Не прошло и секунды, как в дверном проеме показался разгневанный важный старик. От картины, которую мы ему преподнесли, его лицо исказила гримаса лютого бешенства, а рот приоткрылся от дикого возмущения.
– Каролина! – прогремел он. – Что ты себе позволяешь?!
Я с непониманием уставился на свою рыжеволосую любовницу. Она крепко зажмурилась, сморщила свой вздернутый носик и обреченно вздохнула:
– Не успели… Что ж… Прощай свобода, и здравствуй монастырь…
Пятнадцать минут спустя
Воздух в экипаже был пропитан ненавистью.
– Я умру от позора и стыда! Ты хочешь моей смерти!
Ивур Лоури уже пятнадцать минут орал не переставая. Сыпал оскорблениями, проклинал. А я с отвращением смотрела на человека, который уже четыре месяца отравлял мою жизнь.
– Я просто хочу, чтобы вы освободили мой дом, который отчего-то теперь называете своим, и убрались отсюда, дядя, – прошипела, стиснув зубы. – Оставьте меня в покое. В конце концов, мне двадцать четыре. Я взрослая женщина и не нуждаюсь в вашей нелепой «опеке».
– Ах ты неблагодарная дрянь! – старик замахнулся, но я перехватила его руку и откинула ее в сторону. – Тебя не то что в монастыре, тебя в клетке держать надо, – бросил небрежно он. – Никто совсем не занимался твоим воспитанием.
– А вы думали, что я спокойно буду смотреть на то, как вы пытаетесь лишить меня свободы? – уточнила, выгнув бровь. – Я дождусь того момента, когда вернутся мои братья, и с удовольствием посмотрю, как они вышвырнут вас на улицу! А пока я буду сражаться с вами любыми способами. И ломать любые ваши планы. Как с монастырем… Все, вы больше не сможете отправить меня туда! – солгала я. – Я была близка с мужчиной!
Грубое красное лицо старика скривила мерзкая усмешка. Ивур Лоури ненавидел меня так же сильно, как и я его.
Он и тётушка прикатили в столицу четыре месяца назад, после того, как мои старшие братья уехали за океан – начинать свой бизнес по кораблестроению. Они, в отличие от дяди, поняли, что их младшая сестрёнка давно уже не ребенок…
Зато, Ивур тут же воспользовался шансом на короткую «красивую жизнь» и теперь отравлял мое существование. По старым бумагам он до сих пор числился нашим опекуном и имел доступ к счетам семьи Лоури. Чем и соблазнился старик. Вот только до этого момента он никогда нас не опекал. После исчезновения папы все обязанности главы семейства взял на себя Аластор – мой старший брат. Которого дядя боялся, как огня. Хотя сложно было найти человека, который бы спокойно мог вынести суровый взгляд моего старшего брата.
Я плотнее закуталась в мужскую куртку, которую «одолжила» у Дамиана, и равнодушно разглядывала городские улицы. Ему, бедняге, конечно, досталось от жандармов…
Хотя он сопротивлялся этому задержанию до последнего. И дрался так, как будто не интимные услуги женщинам оказывает, а участвует в подпольных боях.
Перед глазами до сих пор стояла картина его бессознательного тела, которое потащили в участок жандармерии. Но выбирая такое ремесло, ему все же надо было оценивать риски. Жаль только, что попался он из-за меня.
– Я хочу снять деньги со счета и выкупить из тюрьмы Дамиана, – заявила холодно, чувствуя, как до сих пор пылает мое лицо, исколотое мужской щетиной.
– Какие деньги? Кого выкупить?
– Мои деньги, которые вы с тетушкой присвоили себе, – напомнила я, стиснув зубы. – Мне необходимо освободить этого мужчину, который был со мной в номере.
– Нет! Пусть паршивец ответит за каждую испорченную судьбу!
– О чьей судьбе вы говорите, дядя?! – я взорвалась. – Вы заявились в мой дом. Вы прибрали к рукам наши деньги! А теперь пытаетесь избавиться от меня!
Как только экипаж остановился возле дома, я распахнула дверь и выскочила на улицу. Быстро поднялась по ступеням, закипая от негодования.
– Явилась! – из гостиной выплыла тетушка, что уже едва помещалась в свое новое платье, хотя покупала их каждую неделю.
Вместо ответа я показала ей средний палец и бросилась к лестнице.
Ворвалась в свою спальню и захлопнула дверь с такой силой, что затряслись стены.
– О, сеньорита Каролина! – в углу комнаты рыдала молодая служанка. – Я не хотела! Он вынудил меня все ему рассказать! Вы же знаете, что я хотела помочь…
– Все в порядке, Аннет, – я бросилась к служанке и крепко прижала ее к своей груди.
Увидев, что на ее щеке алеет красно-синий след от удара, я подняла голову и громко заорала:
– Как же я вас ненавижу!
– Скажите, что у вас получилось… – плакала Аннет. – Что Луин успел вам помочь.
– Кто? – нахмурилась я.
– Ну, мужчина, которого я нашла и договорилась о встрече… Говорили, что этот блондин очень опытен в таких услугах.
Я замерла.
– Блондин?
Я отстраненно уставилась на нежно-кремовую штору, вспоминая высокого крепкого мужчину, чьи волосы были черными, как ночь.
– П-прошу тебя, Аннет, опиши мне ещё раз своего Луина.
– Высокий, худощавый, голубоглазый, с небольшой бородкой и пухлыми губами. Светлые волосы до плеч. Вы что с ним не встречались? – ахнула служанка, приложив мозолистую ладошку к своему рту.
– Встречалась… – из моей груди вырвался истеричный смешок. – Но не с ним.
Я вспоминала черные пронзительные глаза Дамиана, его широкую улыбку, задорные ямочки на щеках и почти иссиня-черные волосы. Тонкий шрам на небритой щеке и немного грубые ладони. Чёрт возьми, я до сих пор ощущала легкий привкус мятных леденцов на своих губах!
– Я же вам описала его! Сказала, что он похож на настоящего аристократа!
– Про аристократа я помнила… – я истерично рассмеялась, вспоминая этого черноглазого бандита. – И про второй этаж и третью дверь налево.
– Третья дверь направо! – горячо поправила меня Аннет. – Боже, вы что все перепутали от переживаний?!
– Ну, я не каждый день хожу на подобного рода свидания…
Я опустила голову вниз, разглядывая мужскую коричневую куртку из грубой потертой кожи. С небольшими железными вставками на плечах – словно созданными для удобства носить что-то очень тяжёлое…
Точно не вещь аристократа.
– Вы что, переспали не с тем?! – продолжала добивать меня Аннет, пока я думала о симпатичном мужчине, случайно угодившим в эту ловушку, и который теперь сидит в камере жандармерии по моей вине.
Но почему Дамиан не сказал мне, что я ошиблась комнатой? Боже, какой позор!
– Почти переспала… Но дядя думает, что он опоздал.
– Слава Богу! – всплеснула руками служанка и от облегчения стянула с головы свой белый чепец. – Значит, его попытка отправить вас в монастырь для исправления провалилась.
– Я думаю, что в этот момент он с тетушкой уже думает над очередной гадостью.
– Ох, поскорее бы сеньор Аластор получил ваше письмо и приехал навести порядок. В конце концов, он мог бы отправить кого-то из ваших братьев. Даже Нэйтана…
– Только не Нэйта! – оживилась я, услышав имя самого младшего из братьев. – Если Аластор отправит этого шалопая – тогда мне придется думать, как спасти и его проблемную шкуру от происков дяди. Нэйтан ничего не сможет сделать против старика.
– Каролина! Каролина! – этот до боли знакомый голос заставил меня замереть и испуганно переглянуться с Аннет. – Сестрёнка, ты где?!
Дверь в мою спальню распахнулась, и в дверном проеме появился…
Нэйтан.
– Я приехал! – заявил радостно он, с выражением циркача, выходящего на арену.
Его светло-русые волосы как всегда были растрепаны, рубашка измазана красной губной помадой, а верхние пуговицы – и вовсе отсутствовали.
– Нэйт! – я бросилась в объятия к брату, ощутив, как сильно по нему соскучилась.
Крепко прижалась к мужской груди, ища утешения, но, увы, никак не спасения…
Аннет быстро прошмыгнула мимо нас, сообщив, что ей срочно необходимо приступить к своим прямым обязанностям.
– Аластор отправил тебя? – спросила негромко, вглядываясь в голубые глаза брата.
– Куда отправил? – Нэйт выглядел растерянным. – Я просто решил вернуться домой к любимой сестрёнке и…
И в этот момент я все поняла. Отошла на шаг, чувствуя, что снова закипаю.
– Опять, Нэйт?! Ты снова взялся за старое?!
– Не начинай! Аластор, Киллиан и Кайрос сами высадили меня в первом же порту! Не захотели брать меня с собой!
– А почему?
– Потому что они не умеют радоваться жизни, а я умею, – заявил Нэйт, снова притягивая меня к себе. – Им не понравились мои шуточки по поводу их серьезности, и…
Нэйт замялся, а я вопросительно выгнула бровь.
– И? Продолжай.
– Я проиграл немного денег в карты… Совсем незначительную сумму!
– Нэйтан! Тебе двадцать шесть лет! Возьмись за голову!
– Что? – возмутился он. – Они сами решили отдать мне мою часть денег и выставить прочь. А это, между прочим, я придумал заняться кораблестроением!
– Это предложил Киллиан.
– Киллиан просто озвучил мою идею раньше.
– И где же ты пропадал все эти четыре месяца, если не отправился за океан вместе со всеми? – я посмотрела на брата исподлобья, чувствуя, как разгорается внутри непонятная обида.
– Я немного попутешествовал. Побывал в нескольких городах, посмотрел достопримечательности.
Я тяжело вздохнула и двинулась к своей кровати. Плюхнулась на мягкий матрас спиной и задумчиво уставилась на белый балдахин.
– И вообще… Что на тебе надето, Кэр? Ты обокрала какого-то бродягу? – тоном старшего брата заявил Нэйт. – И какого черта здесь забыли тетя и дядя? Ты зачем их пригласила?
Я молчала. Шансы на минимальное спасение от загребущих рук дяди таяли прямо на глазах. По правде говоря, я уже начала сомневаться, что мое письмо Аластору было отправлено. Потому что слишком уж дядя и тетушка спокойно себя чувствовали.
– Кэр? – снова окликнул Нэйт и присел на край кровати.
– Они не гостят. Они захватили наш дом, наши счета и уже четыре месяца отравляют мне жизнь, пока ты путешествуешь, – протянула я раздраженно. – Сперва дядя пытался отправить меня в их деревенский дом, я отказалась. Потом было три попытки выдать меня замуж – тоже мимо. Вот завтра он хотел отвезти меня в монастырь. Даже билет уже купил. Но почти час назад я испортила и этот план.
– Вот же сукин сын! – Нэйт вскочил на ноги. – Да я вышвырну его прочь!
Я с открытым скептицизмом взглянула на брата. Отлично знала, как быстро эта отвага сменяется трусостью.
– Скорее ты окажешься в жандармерии. Он позволит тебе себя избить, а потом призовет тебя к ответу. Или же изобьет тётушку – и скажет, что ты сошел с ума, и тебя отправят в психлечебницу.
Боевой запал в глазах Нэйтана угас. Он, подобно мне, упал на спину и уставился на балдахин.
– Дело дрянь…
– Он решил контролировать даже семейный счёт.
– У него нет на это прав!
– Он целую неделю после своего приезда махал перед моим носом какой-то пожелтевшей бумагой, написанной рукой отца.
– Доверенность?
– Что-то вроде. Поэтому нам нужен Аластор.
Больше десяти минут мы молчали. Каждый думал о своем. Но нашу молчаливую идиллию прервала Аннет.
– О, сеньорита Каролина! Вы оказались правы!
– Что случилось?! – я подскочила на постели.
– Сеньор Лоури уже беседует в кабинете с каким-то дряхлым стариком. Я заносила туда чай и услышала, что они обсуждают ваш предстоящий брак и испорченную репутацию.
– Ну, мерзавец! – в моих венах вновь закипела ярость.
Я оглянулась на брата и мысленно выругалась. Он лежал с закрытыми глазами и, вероятно, уже успел задремать.
– Нэйтан! – рявкнула я громко.
– А? Что? Я тут! – он вскочил на постели, как ужаленный и растерянно посмотрел по сторонам.
– Возьми билеты на ближайший поезд до любого прибрежного городка. Мы едем к Аластору.
– К этим скрягам?!
– Я еду к своим братьям, – заявила с гордостью и зашагала к бежевому платяному шкафу.
Распахнула его и принялась перебирать вещи – готовиться к предстоящему путешествию.
– Отлично! – голос Нэйта был полон сарказма. – Они примут тебя с распростертыми объятиями, а меня, как побитого пса вышвырнут на улицу! Замечательно! Хорошо. Будь по-твоему. Давай мне деньги на билеты – и я их куплю.
Я замерла с зажатым в руке фиолетовым платьем и удивлённо уставилась на брата.
– Деньги? А разве Аластор не отдал тебе твою часть, когда высадил в порту?
Глазки Нэйта стремительно забегали по комнате.
– А почему я должен платить за это путешествие? У тебя тоже были сбережения. Где твои триста лир?
– Потратила на гардероб! Потому что от дяди и гроша не допросишься! – солгала я.
На самом деле на гардероб за четыре месяца я потратила всего сто лир… Двести лир я отдала Дамиану. Хотя они ему тоже не пригодились. Кошель с деньгами забрал дядя. И навряд ли он захочет отдать мне его назад.
– Нэйтан! Чёрт тебя подери! Где твои деньги?
– Я же говорю, что много путешествовал!
– Ах, ты мерзкий пакостник! – от избытка эмоций я запустила в него женской туфлей, но он ловко увернулся. – Поразвлекался в компании красоток, проиграл свою часть денег и вернулся к любимой сестричке. Я угадала?
– Черт возьми, это мои деньги! И я мог тратить их, как пожелаю!
– А-а-а-а! – закричала я, закипая от гнева.
Где взять деньги на это путешествие, я понятия не имела. Последние сережки я заложила ещё на прошлой неделе, когда выдавала зарплату Аннет. Я не могла оставить свою единственную подругу без гроша в кармане, потому что дядя решил испытывать мое терпение даже так. Думал, что если я буду каждый день наблюдать за измученной служанкой, которой он не платит жалованье, то приползу к нему.
– Кэр… Давай продадим твои украшения? Потом все вернём.
– Я уже все продала! – рявкнула я и, скинув с себя тяжёлую куртку Дамиана, швырнула ее в лицо своему приближающемуся братцу.
– Сдурела?! – закричал он, хватаясь за левый глаз. – Ты туда кирпич положила, что ли?!
Испугавшись, я уставилась на Нэйтана. Перевела взгляд на куртку Дамиана, лежащую у его ног, и мои глаза округлились.
– Нэйт, – ахнула я и бросилась к мужской вещи.
– Чего?!
– Смотри, – я указала на разорванную сбоку подкладку.
Оттуда зазывающе засверкал алмаз. Я достала свое внезапно обнаруженное сокровище и покрутила в руках.
Алмаз оказался довольно большим. С ровной огранкой и неизвестным символом, выбитым на одной из граней. Следом из подкладки я достала пожелтевший кусок до жути странной порванной карты.
– Боже! Да он стоит целое состояние! – Нэйт заинтересовался только драгоценным камнем.
Выхватил его из моих рук и принялся за детальное изучение.
– Нет, он точно бандит, – улыбнулась я, вспоминая широкую улыбку черноглазого красавца, который, сам того не подозревая, уже дважды меня спас.
– Женщины… Они губят нас. Их дьявольская натура способна уничтожить любого сильного мужчину. Их нежность, грация, красота и уверенность – это все сильнейшее оружие, против которого мы совершенно бессильны. Правда, Дамиан?
Язвительно усмехнувшись, я взглянул на своего лысого «друга по несчастью», что делил со мной эту зловонную камеру в отделе жандармерии. На вид ему было не больше сорока, хотя из-за чумазого побитого лица было трудно определить его точный возраст. О красоте и женских пороках он философствовал уже час и, между делом, поведал мне о том, что попал сюда тоже из-за женщины. Его дама желала получить кольцо… И он выполнил ее желание. Правда, не купил его, а украл.
О своем позорном провале я рассказал вскользь, упуская некоторые детали.
Потому что уже и без того целый час корил себя за глупость и беспечность.
Больше всего я переживал за свои вещи. А именно за куртку, где спрятал самую важную драгоценность. Карту Монсави.
Я так долго за ней гонялся и теперь лишился ее по собственной глупости. Идиот.
О чем я, черт возьми, думал?!
– Вот зараза… – прошипел я от боли, когда дотронулся до огромной ссадины, что «украшала» скулу.
– Эй, герой-любовник! – рявкнул из коридора стражник. – К тебе посетитель!
Мои глаза уставились на толстые решетки камеры, через которые был виден серый каменный коридор.
Посетитель? У меня не было знакомых в столице. Если не брать в расчет девушку, которая ворвалась ко мне в номер и с такой легкостью отключила мой мозг. Неужели рыжеволосая красотка решила мне помочь?
– Боже! Так это действительно вы! Легендарный Дамиан Ворн – охотник за сокровищами! – этот восторженный мужской голос снова заставил меня повернуть голову к решеткам.
– Ну не такой уж я и легендарный, – протянул устало и сощурился, с интересом разглядывая своего необычного посетителя.
Несмотря на то, что ему определенно было больше пятидесяти, его русые волосы ещё не тронула седина. Только на макушке красовалась огромная проплешина. Я оценил его внешний вид и усмехнулся. Я называл таких людей «воротнички». За их любовь к строгим черным костюмам и нелепым бабочкам. У старика даже трость имелась – главный атрибут «воротничка».
Одной рукой он сжимал набалдашник своего дорогого аксессуара, а другой – прижимал к груди дорогую черную шляпу.
– Вы весьма известны в узких кругах, – заявил он и приблизил свое морщинистое лицо к клетке. – В кругах тех, кто интересуется древними магическими артефактами и историей в целом.
– Кто вы?
– Анхель де Банкс. Историк. Владелец главного музея столицы.
– И старый мешок с деньгами, – охарактеризовал незнакомца мой лысый сосед.
– Что вам нужно? – спросил я, удерживая взгляд на уровне его глаз, скрытых тюремным полумраком.
Вместо ответа он полез во внутренний карман своего пиджака.
– Это же ваше? – спросил он, демонстрируя мне огромный алмаз.
Мой, черт возьми, алмаз. Я за него чуть стрелу в задницу не получил!
Секунда – и я оказался у самых решеток. Испугавшись моего внезапного порыва, Анхель отскочил назад.
– Где вы его взяли?! – процедил сквозь зубы, крепко впиваясь пальцами в толстые решетки.
– Мне продали его час назад.
– Кто?
– Ко мне зашёл молодой мужчина в компании своей рыжеволосой спутницы. Как вы знаете, в этот час все ювелирные лавки закрыты, а им срочно нужны были деньги. Так это же ваш алмаз?
– Вот дрянь! – рявкнул я, с силой ударив по решетке.
Меня просто заманили в ловушку и обобрали! Как неопытного щенка!
– Ну раз вы здесь, значит, они сказали вам, где его взяли? – я исподлобья посмотрел на историка.
– В этом мне призналась девушка, когда я сообщил ей, что это редкий древний артефакт и что вызову жандармерию, если не узнаю, откуда он у них. Она сообщила, что вы подарили ей этот алмаз… – тонкие губы Анхеля тронула улыбка.
– Ага… Как же… «Подарил».
– И ещё она сказала, где вас искать. А услышав ваше имя – в моей груди затеплилась надежда, что вы и есть тот самый Дамиан Ворн!
– Поздравляю, ваш огонь надежды не подвел, – подметил с сарказмом. – Что они ещё вам продали?
– Ничего.
– Как ничего? – я с подозрением уставился на Анхеля.
Твою мать, где моя карта Монсави?!
Я мысленно выругался, надеясь, что у этой хорошенькой куколки хватит мозгов, чтобы не выбросить столь ценную вещь в ближайшую мусорную урну, приняв ее за кусок обычной пожелтевшей бумаги со странными обозначениями.
– Я к вам по делу, Дамиан, – историк снова приблизился к решеткам и перешёл на шепот. – Я разговаривал с жандармами, вас хотят обвинить в соблазнении как минимум тридцати девиц.
– Что?! – прошипел я.
– Понятия не имею, за кого они вас приняли, но сидеть вам в тюрьме не один год.
– Да чтоб вас… – я прижался лбом к холодным решеткам и закрыл глаза.
Чёрт возьми, больше ни на одну случайную девицу не посмотрю. Жизнь преподала мне отличный урок.
– У меня к вам предложение, – снова заговорил Анхель. – Я могу вам помочь. Вытащу вас отсюда, но взамен вы отведете меня туда, где нашли этот алмаз.
– Вы спятили? Не пройдет и часа после того, как вы ступите на эти дикие земли – и от вашего дорогого костюмчика не останется и следа.
– Не судите меня по одежде. Это совсем не тот случай.
– Зачем вам это?
– Сперва скажите, вы согласны?
Я обречённо вздохнул. Возвращаться в дикие и загадочные края, откуда я едва унес ноги, мне конечно не хотелось.
Очень не хотелось.
Но и сидеть в тюрьме из-за минутной слабости и нелепой ошибки – тоже…