«Есть нечто жуткое в пряди волос, отделенной навсегда от хозяина, и одиноко колышущейся на ветру. Противоестественный эффект Зловещей Долины….»
Дени шумно вздохнула, остановив запись. И – вновь подняла голову.
На проржавевших кованых воротах действительно была закреплена композиция из темных и спутанных, потрескавшихся и мертвых, волос. Это «что-то» в совокупности отдаленно напоминало собою Ловец Снов. И определенно было призвано пугать посетителей. Как, впрочем, и всё окрест, нацеленное исключительно на туристов.
Как, все таки, плачевно, что десятки трагических смертей, в итоге, спустя каких-то две сотни лет, стали лишь поводом для наживы.
…Тропка свежеполоманной августовской травы плутала, огибая дом. Контрастируя ядовитой зеленью с чёрными, гнилыми стенами.
Девушку против воли передернуло. Она всегда была впечатлительна, сколько себя помнила… А может, просто дело в том, что это – ее первая серьёзная командировка.
Так или иначе, никого не найдя ни за старомодной стойкой ресепшена, ни в холле с широкой лестницей, журналистка решила обойти здание по периметру. И обнаружить уже здесь хоть одну живую душу.
Пока что этот «исторический памятник» был не слишком-то гостеприимен. А стены уже с первых шагов иррационально давили на вошедшего полумраком тусклых ламп и нарочитой ветхостью, маскирующейся под благородную старину. Так что выйти обратно на свежий воздух блондинка сочла за благо.
Интересно, а если бы у нее были громоздкие чемоданы? Персонал так же халатно бы отнесся к своим обязанностям?..
***
Белая простынь. Крошечный грузовичок. Контуры тела под тканью.
Двое усталых, равнодушных мужчин в перепачканных робах.
Бледная пожилая женщина в длинной черной юбке и насыщенно-красном пиджаке. Темные с проседью волосы собраны в строгую высокую старомодную прическу. Да и она сама… словно вся целиком – неотъемлемое продолжение здания. Такая же заметно ветшающая и будто застывшая в закоснелом суровом прошлом.
На фоне первого впечатления мобильный телефон, который женщина держала в сухой руке, казался почти инопланетной технологией.
– Здравствуйте. Я…
– Бронировали?
– Э… Да, по телефону. Я не вовремя?
– Они уходят после Солнцестояния… Но и Самайн подкрадывается быстро…
– Простите?
Смысла рассеянного ответа невпопад Дени не поняла. Но объяснениями её не снабдили. Словно очнувшись от неясного транса, мадам твердым голосом заключила:
– Я – хозяйка отеля. Прошу вас пройти в фойе и немного подождать там. У нас… происшествие.
Равнодушный голос старой леди Дениз не понравился. Но спорить она не стала, покладисто кивая в ответ.
Уже почти завернув за угол, журналистка обернулась, внимательно оглядывая внутренний двор и на ходу щелкая фотоаппаратом. Зачем редакция требовала от своих сотрудников в разгар века инновационных технологий именно плёнки, мисс Джонс не понимала. Сомнительное утверждение о том, что плёнку сложнее подделать, она, как неплохой пользователь ПК, тоже была вполне способна опровергнуть. Однако, мнение третьего помощника эльфа при запасном Санте в их волшебной редакции никого не волновало.
А тем временем безымянная хозяйка дома, когда носилки погрузили в машину, зачем-то залезла внутрь и теперь что-то там делала, согнувшись над умершим в три погибели. Что именно, девушка разглядеть с этого ракурса не могла.
Но увиденное ей не почему-то не понравилось. Странно.
И почему-то… неприятно.
Дени осуждающе нахмурилась. И, щелкнув кнопкой записи, тихо бормотнула:
«Неужели персонал решил ограбить мертвеца? Работники нечисты на руку?»
***
Когда Дени вернулась к главному входу и зашла в здание, та пожилая женщина уже находилась за стойкой регистрации. В полумраке она казалась в разы моложе положенного. Да и в целом выглядела так, будто бы ничего худого не произошло.
Возмутительно.
Затормозив в дверях и недоверчиво протерев глаза, Дениз с подозрением оглядела хмурую женщину. А затем выдохнула и – пожала плечами, все таки передумав сомневаться в собственной адекватности.
Вот что освещение праведное с людьми делает.
Ей надо заселиться. Остальное – не важно.
Набрав в грудь побольше воздуха, мисс Джонс вновь объяснила, уже более подробно, кто она и зачем приехала. Сотрудница в ответ критично склонила голову набок, выглядя недовольной.
– И, естественно, никто меня не предупредил. А зачем, действительно? С кем вы, говорите, общались по телефону, мисс?
– Хм… Представились, как отель…
– О, разумеется. – женщина зло фыркнула – Хорошо. На какой период заселяетесь?
– Пока не могу сказать.
– Хм… Мы, естественно, этот подход не приветствуем, но… полагаю, в таком случае, вас устроит оплата при выселении.
– Да, спасибо. Если можно.
– Можно. А еще – можно ваши документы. – Дени поспешила вложить требуемое в непререкаемо протянутую руку. На некоторое время воцарилось сосредоточенное молчание, прерываемое лишь скрипом ручки по желтой бумаге. – Пойдемте, я вас провожу.
– Извините… Дело в том, что мне было бы желательно провести опросы и осмотреть здание, поскольку…
И снова Дени прервали, не позволив договорить и толком объяснить род своих занятий:
– Времени водить вас по комнатам у меня нет. Но вы можете бродить тут беспрепятственно. И задавать вопросы постояльцам.
– Беспокоить проживающих?
– У меня нет возможности отвечать на ваши вопросы. Мать будет недовольна… Вот. Ваша комната.
Пока девушка заинтересованно оглядывалась, раздвигая шторы, ее провожатая успела бесследно исчезнуть. Если бы Дени верила в призраков, то окрестила бы безымянную женщину полтергейстом.
Перед тем, как заняться работой, еще некоторое время Дени потратила на то, чтобы весело потыкать в клавиши пыльной старой печатной машинки, обнаружившейся на не менее старинном столе.
Разумеется, ничего не работало. Но уже само наличие подобного антиквариата воодушевило журналистку, настроив на рабочий лад.
Разве не символично, что ей достался номер с подобным приятным дополнением?
Тем не менее, комната с темнодеревными перекрытиями и ветхой мебелью, которую дешевые светлые обои ничуть не красили, от целеустремленности постоялицы уютнее ничуть не стала.
Der kostenlose Auszug ist beendet.