Zum Hörbuch
ТАЯ.
Но разве Лёша мог не сделать наоборот?
Конечно же, нет, Северов сделал всё мне назло, и мы снова утонули в простынях почти до рассвета.
Он меня все эти три года ждал, что ли, чёрт побери? Как зверь голодный, всё тело болит.
– Лёш, – почти прошептала я в тишине, когда мы ещё раз сходили в душ и предприняли попытку номер два немного поспать.
– А?
– А ты зачем в меня до конца?
– Ты что, не предохраняешься, что ли? – спросил он. – Ты же замужем.
– Предохраняюсь.
– Ну и какие тогда проблемы?
– Никаких.
Ты,
Северов,
Моя самая огромная проблема из всех возможных!
Стало вдруг так обидно. Ему совсем плевать на то, что со мной будет потом, главное, что он получил удовольствие. Нет, я его тоже получила, но у этого удовольствия могут ведь быть последствия в виде двух полосок на тесте для определения беременности. Но ему словно всё равно, я будто просто расходный материал в этой цепочке Паша-я-Алекс.
– Знаешь, кто ты, Алекс? – спросила я.
– Дай угадаю – козёл? – усмехнулся он так, словно его вовсе это не трогает.
– Нет.
Да. Именно!
– Ты грешник, Лёш.
– Почему? Мы все грешны.
– Ты больше других.
– Почему же?
– Ты заповеди нарушаешь. Смертные грехи. Знаешь такое?
– Ты так подкована в этом вопросе? И какие же?
– «Не возжелай жены ближнего своего» и «не прелюбодействуй». Кажется, так они звучат.
– Ясно. Мне почти стыдно.
– Как мы оба будем с этим жить? – не унималась я. – И отвечать за это перед небесами, когда придёт время.
– Ой, давай вот это не будем. Я не люблю разговоры о Боге.
– Ты не веришь в него?
– Очевидно, что нет, раз так говорю. Я – атеист.
– Зря. Когда-нибудь он испытает и тебя.
– Ну вот испытает – тогда и посмотрим. А ты считай, что это я, демон-искуситель, соблазнил тебя, такого нежного ангелочка с огненными волосами. Спи, Тая.
Сама не поняла, как отключилась без сил под утро, несмотря на грустные мысли, а когда открыла глаза, потому что услышала негромкий шум в комнате и почувствовала на лице игру лучей солнца, то увидела Алекса уже почти одетого – он застегивал пуговицы на манжетах своей рубашки.
– Доброе утро, – сказал он. – Разбудил? Извини. Мне надо собираться в офис.
– Ничего, – отозвалась я. Это неважно. Я хочу как можно скорее уехать отсюда. – Когда мне привезут юбку?
– Я попрошу людей, они привезут её сюда в ближайшее время, – ответил мне Алекс. – Какой у тебя размер?
– Сорок второй.
– Малышка.
– А ты – медведь, – не удержалась я.
Но Алекс лишь рассмеялся.
– Сочту за комплимент.
– И не надейся!
И снова в ответ его бархатный смех. Его забавляют мои лёгкие «покусывания»? Больше ничего против него я не могла бы сделать, а хотелось! Его власть надо мной ужасно бесила, до зубной боли. Но лучше пусть смеётся, чем злится… Видали мы Алексея Северова в гневе. Это… Лучше всё-таки не видеть и не знать!
– Вечером я заеду к следователю, – повернулся он ко мне, когда застегнул на несколько пуговиц свой отглаженный и словно только что из бутика пиджак. – Как и обещал тебе – Паша получит свободу. Я отменю все свои претензии и помогу делу исчезнуть.
– Спасибо…
На душе стало заметно легче. Ну, хотя бы я не сяду в тюрьму уже точно, и Ксюше больше не грозит судьба сироты. Уже проще.
– А теперь по поводу нас с тобой…
Я подняла на него глаза.
Нас?
Нет никаких «нас» и никогда не будет. Мечтай дальше, Северов. Я пойду на что угодно, но не достанусь тебе.
– Я позвоню тебе, когда у меня будет ещё один свободный вечер. Ты снова приедешь сюда.
– А если Паша будет уже дома? Как я ему это объясню?
– Мне плевать, – заявил он. – Ты сама подписалась на эти условия, вот и выкручивайся, как хочешь. А ещё лучше – разводись.
– Нет, – упрямо вскинула я подбородок. – Это не тебе решать.
Насчёт остального промолчала. Никуда я приезжать не собираюсь! Но пусть сначала уладит дело со следователем.
– Ты сюда приедешь. И как ты будешь объясняться со своим мужем, меня мало волнует. Ты поняла, Тая? – чёрные, как тысяча чертей, глаза Алекса припечатали меня к кровати.
– Поняла, – ответила я ему, стойко выдержав этот взгляд, которого всегда боялась.
– Не приедешь – работу больше в нашем городе не найдёшь, – заявил Северов, и здесь я округлила глаза. – Нарисую такой волчий билет, что тебя даже унитазы мыть на вокзал не возьмут. Это ты тоже поняла?
– П…поняла, – в шоке ответила я.
– Тогда пока, – Алекс взял в руки папку с документами, телефон и ключи от машины. – Завтрак будет ждать тебя внизу. Я распорядился. Можешь надеть халат в ванной и спуститься вниз в нём, пока не привезли новые вещи. Всё, я уехал.
Дверь за ним захлопнулась.
А вслед мужчине со всей дури полетела подушка.
Да чтоб ты провалился, Северов!
***
На завтрак и не думала спускаться. За мной даже приходила Татьяна, но я категорически отказалась от завтрака и ждала юбку в его спальне. Пока ждала, позвонила Юле.
– Алло, – ответила она довольно быстро.
– Это я.
– Я поняла. Ты как там? Даже ночевать не приехала.
– Никак, – ответила я бесцветным голосом. – Я скоро приеду, мне пришлось задержаться. Извини.
– Да ладно, – ответила сестра. – У меня всё равно сегодня по графику выходной. Нам с твоей Ксюшкой вполне весело.
– Я дождусь кое-чего и приеду.
– Чего дождёшься?
– Дома расскажу.
– Ну ладно. Жду.
– Как там Ксюша? – настала моя очередь задавать вопросы.
– Да нормально всё у нас. Лекарства пили, хорошо кушали и спали. Сейчас вот каши тарелку съела.
– Это очень хорошо. Поправилась моя зайка. Ну тогда пока, скоро вернусь. Поцелуй малышку за меня.
– О’кей!
– Пока.
Я повесила трубку и принялась ходить по комнате, сходя с ума от скуки и ожидания. Хотелось убраться отсюда как можно скорее, словно там, за пределами дома, мне станет легче.
Знаю, что не станет. В душе образовалась такая огромная, зияющая дыра от того, что я совершила, что я просто не знаю, чем ее заполнить и как с собой договориться. Чувство стыда сжигало меня дотла изнутри, я просто горела заживо.
Никогда не прощу за это Алекса! Испытать то, что я испытывала сейчас, я не пожелала бы и врагу.
Взгляд упал на футболку. Его футболку. Пальцы нервно скомкали ткань, и я с силой сорвала её с себя и бросила на ковёр. Смотрела на неё как на мерзость какую. Ничего мне от него не надо, даже вещей!
Хотя…
Должны же быть у него брюки?
Да, не мой размер, но если закрепить их ремнём, то…
Прошла к огромному шкафу почти во всю стену и раздвинула его створки. Поперебирала плечики и отделы и нашла то, что искала – чистые прямые брюки со стрелкой. Ремень в одном из отделов тоже нашёлся. Это меня устроит!
А вкус у него ничего, как и внушительный гардероб. Модник, тоже мне, ещё… Хотя мне сегодня это на руку.
Надела на себя оставшиеся вещи, в которых приехала сюда вчера – белье, чулки, блузку. Затем надела брюки Алекса и затянула их ремнём на талии. Оглядела полученный результат возле зеркала и высказалась.
– Нормально. Пойдёт до дома доехать.
Брюки просто огромные, конечно. Сюда две меня влезет.
Медведь… Какой же ты медведь, Северов. Супер-гризли!
И прости, что спёрла твои штаны. Ты мне юбку порвал, ну а я – спёрла твои брюки. Всё нормально. Око за око. Зуб за зуб. Брюки за юбку.
Просто сил больше не было тут сидеть и ждать юбку, когда эти стены хранят столько воспоминаний, образов, силуэтов переплетённых тел и даже запахов, от которых мне дико стыдно.
И горько… Очень горько.
Теперь это словно мой крест, который мне придётся нести всю жизнь и молчать.
Потому что я хочу остаться с Пашей несмотря на то, что сделала сегодня ночью. Я люблю его.
Правильно Юля сказала – нужно относиться к этому как к вынужденной мере и постараться об этом забыть. Я заплатила. Спасла себя, Пашу и Ксюшу. Больше я ничего никому не должна.
Точный адрес Алекса я не знала, но с современными приложениями для смартфонов это не проблема – достаточно включить определение местоположения. Оформила вызов отсюда до своего дома и снова набрала номер сестры.
– Юль, – позвала я ее, когда та взяла трубку. – Это опять я. Я вызвала такси, но у меня денег нет. Они дома в другой сумке остались. Я поставила «оплата наличными». Ты выйдешь и отдашь водителю деньги, когда я приеду, хорошо?
– Хорошо.
– Я позвоню, как буду подъезжать.
– А ты так быстро решила свой вопрос?
– Ага. Пришла тут в голову одна идейка.
– Ну ладно. Расскажешь потом. Жду звонка.
– Угу, давай, Юль!
Повесила трубку и поискала глазами свои сапоги, которые Алекс в порыве страсти тоже содрал с меня вчера, и сумочку, а когда все собрала и обулась, вышла из комнаты и направилась вниз.
– А вы уже уезжаете? – выскочила за мной в холл Татьяна.
– Да. Где моё пальто?
– Алексей Сергеевич велел водителю вас отвезти, куда скажете, после завтрака. Сам на личном автомобиле уехал.
– Очень мило, но мне ничего не нужно. Я вызвала такси.
– Зачем такси? – мило улыбнулась она. – Ведь вам предоставлен водитель.
– А я сказала, что мне он не нужен. Можете сами с ним покататься, если хотите. Так где, говорите, моё пальто?
– Но Алексей Сергеевич просил вас…
– Я не собираюсь слушать вашего Алексея Сергеевича! – вспылила я и оборвала женщину на полуслове. – Он ваш начальник, а не мой, и приказы отдавать мне не может. Я просто хочу уехать отсюда. Где. Моё. Пальто?!
Татьяна несколько секунд смотрела на меня с весьма удивлённым видом. Наверное, у неё вызвала недоумение дамочка, которая вчера сама прикатила сюда с личным водителем Северова, недвусмысленно провела с ним ночь, а сегодня улетает отсюда как от врагов народа.
– Оно здесь, – отодвинула створку шкафа в прихожей Татьяна. – Пожалуйста.
Я молча сняла свою вещь с плечиков, надела пальто и выскочила на улицу, едва застегнув его на несколько пуговиц.
Ах, это сладкое слово «свобода»…
***
Как и договаривались, я позвонила сестре на подъезде, и она встретила машину у крыльца нашего дома. Заплатила за поездку водителю, и мы обе вошли в дом.
– Мама! – выскочила ко мне дочь и кинулась обниматься.
– Привет, моя зайка! – поцеловала я её макушку. – Ну-ка погоди, мама в холодном с мороза пальто. Я разденусь и обниму тебя.
Сняла сапоги, пальто и шарф, разместила всё в шкафу и повернулась к Юле.
– Сделаешь кофейку? А то стоя усну.
– Что? Ночка была бурной? – выдала она.
– Юль, – с нажимом сказала я. – Кофе сделаешь?
– Угу, – кивнула та. – Уже бегу. И жду тебя на кухне.
А я взяла дочь за руку и усадила на диван рядом с собой. Обняла свою малявку. Она доверчиво прижалась в ответ ко мне.
Как же хорошо и легко на душе, когда нашей семье больше не угрожают никакие следователи! Да, цена за решение проблем для меня оказалась слишком высока, но об этом я сейчас не должна думать – дочь поймёт, что я расстроена, и расстроится тоже, а мне бы этого не хотелось. Предамся печальным мыслям позже.
– Как ты, Ксюш? – спросила я ребёнка, перебирая её светлые волосики в косичках.
– Хорошо, мам. А ты все свои дела решила? – спросила и она меня.
– Да, милая. А как чувствуешь себя?
– Да говорю же, мам, всё хорошо. А ты никуда сегодня не уйдёшь? – задала Ксения новый вопрос.
Видимо, переживала. Такое, чтобы я ночевала вне дома, раньше почти никогда не случалось, и девочка тосковала по мне и испытала самый настоящий стресс. Ещё один после исчезновения Паши. Ну, ничего, скоро всё наладится. Пашу отпустят, он вернётся домой и…
Не знаю, что дальше. Задумалась над словами Юли о том, что он может продолжить играть и однажды проиграет нас с дочкой. В словах сестры, конечно же, есть здравая мысль – очень редко такие люди исправляются. Но так не хочется думать, что именно мой муж окажется в числе слабых и тех, кто проигрывает не только деньги, но и всю свою жизнь.
Если Паша действительно продолжит играть, мне всё-таки придётся с ним развестись. Но для начала я попробую об этом с ним поговорить – объясню, что не собираюсь это терпеть всю жизнь, и если ему казино дороже семьи, то нам придётся расстаться и как-то объяснить наш разрыв маленькой дочери. Да, ей будет тяжело, но куда деваться? Привыкнет. Миллионы семей разводятся и растят детей по раздельности, и ничего – все живые.
Только мне бы не хотелось такого финала. Я всё ещё очень надеялась, что можно что-то исправить. Я дам ему шанс. Даже не так – шанс всем нам быть семьёй. Если уж и эти разговоры о возможном разводе на Павла не повлияют, тогда и буду решать, что делать.
Вдруг в нашем случае случится чудо?
Мне так больно думать о том, что любимый мужчина выберет не меня и нашу дочь, а карты, фишки и азарт..
– Нет, сегодня я буду дома, – ответила я дочери.
– И ты будешь со мной? – её зелёные глазки так открыто смотрели на меня и ждали ответа, что сердце болезненно сжалось. – Всю ночь? И завтра тоже?
Из-за этой поездки к Алексу переживал мой ребёнок. Теперь Северов ещё больше меня раздражает!
Бедная моя девочка испугалась, что я не вернусь. И откуда только у детей такие мысли в головах?
– Ну, конечно, с тобой, милая, – улыбнулась я ей. – Нет, никуда не поеду. Буду дома.
– И мы будем вместе смотреть вечером телевизор?
– Да, если захочешь, – ответила я.
– Ура-а-а-а! – вскочила Ксюша с дивана и понеслась в направлении кухни. Стала делиться с Юлей своей радостью – мама останется с ней. Счастье для ребёнка!
Я воспользовалась моментом одиночества и вынула из сумки смартфон. Задумчиво зажала его в руке.
Писать ему или нет?
Он не сказал точное время, когда поедет к следователю, и не уточнил, как мне узнать о результате их беседы.
Всё же решилась и набрала скупой текст смс:
“Ты позвонишь мне, когда всё решится?”
Отправила.
Теперь, наверное, не скоро ответит. Пошла вместе с телефоном в кухню.
– М-м… – потянула я носом. – Как потрясающе пахнет кофе! Юль, ну тебе равных нет в его приготовлении!
– Ага, пой слаще, – усмехнулась сестра, разливая кофе из турки в белые чашечки. – Ты просто ненавидишь его варить. Для тебя любой кофе, который готовила не ты – вкусный.
– Ой, ну нет, – сморщила я нос, вспомнив вкус кофе от моего мужа. – Пашка готовит кофе отвратительно.
– Это да, – поставила Юля две чашки на стол и села напротив меня. – Бурда та ещё. Лучше уж растворимого бахнуть кружечку.
В этот момент мой телефон завибрировал, сообщая о входящем смс.
Алекс…
– Щас, погоди, – сказала я Юле, разворачивая его.
“Да”, – гласила лаконичная, как и сам Алекс, смс.
“Спасибо. Буду ждать”, – ответила я ему.
Подняла глаза и встретилась с внимательным взглядом сестры.
– Ну, рассказывай, – откинулась она на спинку стула.
– Что ты хочешь знать? – уточнила я.
Не рассказывать же подробности, как мы с ним… Что она хочет услышать, не понимаю?
– Алекс написывает тебе? – спросила она.
Я отрицательно покачала головой в ответ.
– Я – Алексу. Попросила его позвонить, когда всё… решится.
– А он что?
– Обещал позвонить. Ой, подожди…
Телефон в моей руке снова завибрировал.
“Я вообще позвоню. Собирайся. Я заеду за тобой.”
Пальцы вмиг похолодели. Он опять хочет, чтобы я приехала к нему? Но мы ведь виделись сегодня! У меня до сих пор ещё всё ноет, я не хочу!
– Что такое? – краем глаза заглянула в телефон Юля, а я закрыла от нее экран.
И что такая любопытная вдруг стала?
– Ничего, – буркнула я себе под нос, думая, что ответить ему, чтобы вышло без мата.
– Ты просто в лице так переменилась, – словно объясняла своё неуместное любопытство Юля. – Вот я и подумала – вдруг плохие новости?
– Плохие, – кивнула я. – Но вас не касаются они.
Открыла диалог с ним и написала в ответ:
“Алекс, ты помнишь, что у меня ребёнок? Я не смогу сегодня уйти, никто не останется с дочкой. В другой раз.”
– А что случилось?
– Алекс снова требует приехать.
– Уже? – подняла брови вверх Юля.
– Да.
– Ничего себе ты его зацепила, – окинула меня оценивающим взглядом сестра. – Что такое с ним всю ночь делала, что мужик летит к тебе на всех парах снова?
– Да ничего особенного я не делала, – нахмурилась я. Не очень хотелось говорить об этой ночи. – Просто он… сразу сказал, что одной ночи мало будет. Это было его условием.Теперь Алекс просто хочет взять своё. Ведь денег отдаст за Пашку немало…
– Э-э… – зависла сестра и уставилась на меня огромными глазами. – Он тебе что – предложил быть его любовницей на постоянной основе?
– …Да.
Я ответила и спрятала глаза. Чёрт, стыдно до ужаса, но скрыть от сестры это будет нереально, если мне всё же придётся туда ездить. Её же и буду просить остаться с дочкой.
– Вот это дела… – хмыкнула Юля. – Ну тут, дорогая, всё яснее ясного!
– Что именно тебе ясно? – спросила я.
– Алекс в тебя влюблён по самые помидоры. Которые ты сегодня ещё и порадовала!
– Юль, – тут же вспыхнула я. Щёки обдало жаром. – Прекрати это повторять! В любовь Алекса я ни на йоту не верю, а говорить о его… помидорах, твою бабушку, я тем более не хочу! Радостные они теперь у него или грустные, мне плевать! Я не собиралась к нему ехать.
– А как тогда?
– Как-как… Каком кверху! – пожала я плечами. – Обмануть я его решила. Согласилась на его условия, только чтобы Пашку вытащить. Пусть теперь сам вместе со мной и разгребает всё, что натворил.
Новое смс снова отвлекло меня от диалога. Алекс прислал ответ:
“Верни няню. Я знаю, что она у вас была. Переносим на послезавтра, и меня не волнует, как ты приедешь, но ты приедешь.”
Закрыла диалог. Не стану ничего ему отвечать.
Верни няню… Просто как два рубля.
А платить я ей чем буду? Боюсь, моя натура её не впечатлит, как самого Северова… Ей всё же деньги будут более интересны, а у меня их нет.
Что он сделает, когда я не приеду? Откажусь, и всё.
С потерей работы и с тем, что не найду новую, я почти смирилась уже и готова была мыть и унитазы, лишь бы не исполнять роль игрушки для избалованного мужика. Я ему и интересна-то, наверное, лишь потому, что не хочу его. Мне ли не знать, как девицы в компании и за её пределами пускали слюни по Алексу. А я не ответила ему на внимание – как только посмела? – и возможно, этим разбудила в нём инстинкт охотника. Вон даже Юлька – и та по нему с ума сходит…
Но только он ошибся. Я ничем не отличаюсь от других. Самая обычная девушка. Я не понимаю, зачем он сейчас ломает меня и тащит к себе? За фигом я ему сдалась-то? В любовь его я не верю. Юля неправа. Так к любимым не относятся…
Это всё игра, в которой я нарушаю её правила раз за разом и случайно дёргаю тигра за усы. Ну а что мне остаётся делать? Не ложиться же ему под ноги теперь?
И каким будет его ход в ответ на то, что я никуда не поеду ни сегодня, ни завтра, ни даже послезавтра?
Напишет заявление заново? От него можно чего угодно ждать.
Расскажет Паше правду о его спасении? Очень низко и мелочно.
Алекс может, конечно, рассказать всё мужу, но я не достанусь ему в таком случае тем более – меня просто нечем будет шантажировать.
Как всё сложно…
***
Ксюша уже давно унеслась снова смотреть мультфильм про мишек, и мы могли говорить открыто. Дочери стало легче, и через пару дней мы посетим врача и выпишемся. Только в сад её я отвести пока не смогу – насчет перевода я ещё не договорилась, а за частный сад мне платить теперь нечем.
– Обмануть? – поперхнулась Юля кофе.
Я снова пожала плечами в ответ.
– Ты сама понимаешь, что говоришь?
– Понимаю.
– Обмануть Северова? Он один умнее нас троих в этом доме.
– Я знаю, – вздохнула я.
– Он тебя раскусит. Если еще не раскусил, – добила меня сестра.
Я совсем сникла. Да мне и самой эта затея кажется опрометчивой и опасной. Я подтянула колени к себе и опёрлась о них подбородком. Глаза снова затуманило слезами.
– Не выйдет у тебя его обмануть, Тая. Не дури.
– Да не хочу я быть его марионеткой! – горячо зашептала я, чтобы не перейти на крик и не беспокоить дочь. – Приказывает мне, прогибает… Я не хочу! Я не игрушка, а живой человек.
– А вот об этом должен был думать твой муж, – вбила новый гвоздь в крышку моего гроба сестра. – Это Паша создал ситуацию, в которой ты оказалась.
– Я создала её сама, – отозвалась я тусклым голосом.
– Ну, давай ещё себя вини, Тай!
– Нельзя соглашаться на шантаж, – подняла я глаза на неё. – Я согласилась на ночь, теперь он хочет их все. И будет давить ещё сильнее.
– Тай…
– Что?
– Он тебе не нравится?
– Нет.
– Совсем-совсем?
– Совсем.
– Ни капельки? Как мужчина.
– Не знаю я…
Наверное, я всё же немного лукавила в этот момент. Если бы Алекс не был мне приятен как мужчина, я не смогла бы с ним лечь в одну постель. Но это не означает, что я хочу продолжать, и не отменяет моей любви к Паше. Мало ли кто кому еще нравится… Я замужем.
– Ну а в постели он как? – подняла брови вверх Юля. – Тебе хоть понравилось?
– Блин, Юль! – возмутилась я. – Ну прекрати уже, а!
– Он был ласковым или грубым?
– Юль!
– А ты с ним кон…
– Юля, твою за ногу! – перебила я её и постучала кулаком по столу. – Ты вообще уже?
Еще подобных слов не хватало мне в моём доме!
– Тая, – не унималась она. – Да или нет?
– Я сказала – отстань!
Она уставилась мне в лицо, словно что-то искала. А потом улыбнулась, будто бы нашла.
– Ты покраснела, – сказала она мне.
– И что?
– Значит, да. Он тебя приласкал как следует.
– Да ну тебя, озабочка… – отвернулась я от неё.
Неужели действительно так понятны по лицу мои эмоции? Тогда и Алекс их читать уже научился за три года работы и частично личных отношений из-за приятельства Паши с Северовым. Я говорю именно “приятельства”, потому что теперь понимаю, что дружбой здесь и не пахло – мужчинам было просто комфортно и удобно работать и проводить время вместе. Но как только их интересы разошлись, каждый поступил так, как выгодно ему.
– И сколько раз?
– Да ты уймёшься или нет? – вскочила я уже на ноги. Схватила чашку с недопитым кофе. Вылила его в раковину и поставила туда же саму чашку.
– Значит, не один.
Я только вздохнула и не ответила ничего. Если её волнует только то, сколько раз я получила удовольствие сегодня ночью, то мне с ней говорить больше не о чем в данном вопросе. Меня и с Пашей всё устраивало. Это вовсе не главное в жизни и в отношениях между мужчиной и женщиной. Ну, по крайней мере, я так считаю.
– Блин, ну не мужик, а мечта… – протянула Юля. – Ну почему он не захотел поменяться? Ух, я бы ему устроила ночку…
– Юль, – повернулась я к ней. – Прекрати подобные разговоры в моем доме.
– Да дура ты, Тайка, – высказалась она. – На тебя такой мужчина внимание обращает, ласкает, а ты…
– А я стыжусь этого, ясно? – ответила я. – Я замужем, забыла?
И я уверена, что это ещё долго будет грызть меня. Даже появилась мысль самой всё рассказать Паше, когда он вернётся. Главное, я всех спасла. А носить такой камень за пазухой и терпеть и дальше приставания Северова я не готова.
Но как такое рассказать? А если Паша тогда отнимет у меня Ксюшу? У него связей меньше, чем у Северова, но они всё же у него имелись.
– А почему бы тебе не стать за другим мужем? – подпёрла она рукой подбородок и смотрела на меня с игривой искринкой в глазах.
Её словно забавляла эта ситуация. В отличие от меня. Меня она пугала и угнетала.
– В смысле? – я даже запнулась на выходе из кухни.
– Почему бы тебе не выйти за Алекса?
Я только и закатила глаза. Мне срочно нужен смайлик, бьющий ладонью себе по лбу.
Боже, опять она несёт какой-то бред! Уже жалею, что всё ей рассказала.
Я повернулась и опёрлась о спинку стула руками. Заглянула в её глаза.
– Во-первых, меня туда никто не звал, – заговорила я.
– А это дело временное, – вклинилась она, и мне захотелось её чем-нибудь треснуть. Заладила…
– Во-вторых, не перебивай меня, – рыкнула я на неё. – В-третьих, я уже замужем и разводиться – пока – не намерена. В-четвёртых, я не люблю Алекса и не хочу за него замуж. То, что он хороший любовник, не решающее для меня.
– Значит, всё же хороший? – изогнула Юля одну бровь.
Вот блин, ну зачем я так сказала? Теперь будет цепляться за эти слова!
– Да, – признала я, раз уж всё равно сболтнула лишнего. – Но я ещё раз повторяю – для меня это ничего не меняет. Это была просто ночь. Одна ночь, которая, я надеюсь, больше никогда не повторится, и мне не придётся снова сгорать от стыда как в котле ада.
– Неужели Пашка тебе может дать всё то же самое?
– Ты про постель опять? – нахмурилась я.
– Я говорю более глобально, Тая, – ответила сестра. – Твои проблемы решает сейчас и решал раньше Алекс, а не Паша. Он гораздо более влиятельный, чем Паша, он многое может. С ним тебе было бы лучше. Он не станет играть и проигрывать… вас.
Может быть, и так. Только я Пашу люблю и разлюбить его из-за одной ошибки резко не смогу, да и Алекс мне ничего не предлагал, кроме роли любовницы. Почему же я должна вообще думать о будущем с ним? Меня в него никто не звал.
– Давай закроем эту тему, пожалуйста. И я надеюсь, что ты никогда не скажешь об этом Паше. Ты разрушишь мою семью этим, разрушишь меня.
– Да не скажу я ничего, – отмахнулась она. – Я не полезу в ваши отношения.
– Обещай.
Я смотрела на неё в упор и ждала ответа.
– Да что смотришь так, будто я могла бы?
– Юль.
– Обещаю, – ответила сестра.
– Вот и спасибо.
На этом наш разговор я посчитала оконченным. И без того выдала ей гораздо больше, чем хотела бы. Я развернулась к ней спиной и ушла в гостиную, к дочери.