Zum Hörbuch
– И каково это? – задавая этот вопрос, Джулия поднесла к губам бокал с вином.
– О чем ты? – я подняла взгляд на подругу.
– Каково это вернуться в родной город? Сколько тебя тут не было? Пять лет?
– Почти, – я откинулась на спинку стула и, поправляя манжеты на блузке, всерьез задумалась над своими эмоциями. Попыталась тщательно их перебрать, но в итоге свои ощущения от возвращения в родной город, я смогла описать лишь такими словами: – Да никак.
– Ты шутишь? Ты же тут выросла. Прожила в этом городе восемнадцать лет. Где радость или хотя бы ностальгия? Если честно, когда мы ехали сюда, я думала, что ты тут же поведешь меня по своим любимым местам, а по итогу ты к Ротердейлу отнеслась настолько холодно, словно, как и я, приехала сюда впервые.
– Мы в этом городе находимся только четыре часа, – я посмотрела на наручные часы. За это время мы успели только заселиться в гостиницу и отыскать в этом здании ресторан, чтобы поужинать.
– И что? Пока мы ехали ты даже ни разу в окно не посмотрела, – в голосе подруги проскользнуло возмущение. – Ты достала планшет и принялась работать.
– Чтобы освободить время и спокойно поужинать с тобой, – я пожала плечами, но работы у меня еще было много. К счастью, она мне нравилась настолько, что я была готова сутками в ней пропадать.
Важнее, чем работа, для меня был лишь сын, но стоило вспомнить про Дерека, как сердце тут же сжалось. Он остался в столице под присмотром Хизер. Я доверяла ей так же, как самой себе, но по сыну уже скучала. Было тяжело даже один день прожить без него.
– Слушай, на тебя тут несколько красавчиков посматривает, – Джулия наклонилась вперед и подмигнула мне.
– И что?
– Может, тебя хоть тут кто-то заинтересует, раз ты даже на ухаживания Сэма не отвечаешь. А мне кажется, что лучше него никого нет. Он и с твоим сыном быстро нашел общий язык. Любит его.
Внимания альф мне хватало. Его было даже слишком много. С некоторыми альфами я иногда ходила на свидания, но не более того. Сэм, конечно, выделялся. Пока что мы проходили лишь через конфетно-букетный период и я присматривалась к нему, но все равно иногда мне начинало казаться, что у нас могут получиться хорошие отношения.
– Ты не права. Сэм мне нравится, – ответила. – Но я к нему отношусь слишком серьезно. Не хочу спешить.
Поддев пальцами вилку, я так и не смогла взять ее. Почему-то против воли замерла. Напряглась.
Я ощутила нечто странное. Запах. Пока что еле уловимый, но за считанные мгновения пробирающийся в сознание. Царапающий его. Будоражащий. Заставляющий отреагировать на него, хотя за последние годы я научилась прекрасно подавлять ощущения вообще от каких-либо запахов. С этим сразу так не получалось.
Я резко подняла голову. В ресторане было слишком много людей. Запахи переплетались. Понять от кого исходил именно этот, было невозможно.
– Ого. Ничего себе, как похож, – Джулия, смотря в правую часть помещения, удивленно раскрыла глаза.
– Кто похож? – спросила у нее.
– Да вон тот альфа похож на твоего сына. Слушай, прямо очень похож. Даже на щеке такие же родинки, как у Дерека. На тех же местах. Ничего себе, какие совпадения бывают.
Я обернулась в ту сторону, в которую смотрела Джулия, тут же почувствовав, как в кожу вонзились раскаленные иглы.
Я увидела того, кого видеть не желала.
Брендон Дилан.
Мы не виделись пять лет. Ровно с тех пор, как я сбежала из этого города. Сделала это так, словно в тот самый день мое существование вовсе было стерто.
А ведь когда-то давно я любила Дилана. Сильно. До дрожи во всем теле лишь от одного его присутствия рядом со мной и мурашек от каждого его случайного взгляда. Причем, с самого детства, даже не подозревая какое он на самом деле чудовище.
Этот альфа не просто разбил меня на части. Скорее, полностью уничтожил и втоптал в грязь, ведь в то время, когда я к нему искренне тянулась, он воспользовался мной, после чего унизительно бросил на кровать несколько мятых купюр.
Он прогнал меня, как какую-то ненужную собаченку и этим обрек на ад.
Приезжая в Ротердейл, я понимала, что возможно мы увидимся. Может, даже случайно столкнемся на тех мероприятиях, на которых мне придется присутствовать от лица своей семьи.
Но я не думала, что увижу этого ублюдка сразу после приезда.
Настроение медленно поползло вниз.
Брендон только вошел в ресторан. Я успела уловить момент, из-за которого сделала вывод – изначально альфа не собирался этого делать, но все же почему-то зашел сюда. Делая глубокие вдохи, он осматривался по сторонам. Выглядел, как зверь, который что-то учуял. Возможно, искал кого-то.
Я поджала губы, уже теперь взяв вилку и изо всех сил сжав ее в ладони. Брендон не просто был похож на моего сына. Он являлся его отцом.
Вот только, это было тайной. Лишь нескольким людям было известно то, кто отец Дерека и, конечно, сам Брендон в их число не входил.
Я окинула альфу еще одним взглядом.
Кажется, Дилан стал еще выше и шире в плечах. Мощнее. Хотя и до этого являлся настоящим верзилой. Глаза теперь казались другими. Раньше они были дерзкими и наглыми. Надменными и жесткими, а сейчас пустыми и мертвыми. Но выглядел он безупречно. Мрачно. Одетый в строгий костюм и привлекающий к себе внимание чуть ли не всех омег, находящихся в этом помещении.
Брендон Дилан. Отец моего сына. Человек, которого я ненавидела всей душой.
– Ты так внимательно смотришь на него, – Джулия улыбнулась и, опершись ладонями о стол, еще сильнее наклонилась вперед. – Он тебе понравился? Да?
– Наоборот, – я отвела взгляд от Брендона и посмотрела на свой салат. Я и так была не особо голодна, но в этот момент аппетит вовсе исчез. – Давай уйдем отсюда. Я хочу вернуться в номер.
Джулия нахмурилась, но в итоге кивнула.
– Давай. На самом деле, я сейчас предпочту упасть на кровать и хорошенько отоспаться. Перелет хоть и не долгий, но тяжелый.
Мы не стали идти к главному выходу из ресторана. Он вел на улицу. Нам же требовался лифт, путь к которому находился в левой части помещения. Недалеко от террасы.
Я больше не оборачивалась и не смотрела на Брендона, но все же краем глаза уловила то, что он, делая все такие же глубокие вдохи, пошел вперед. Как раз в ту сторону, где буквально мгновение назад сидели мы с Джулией.
Уже заходя в лифт, я скрестила руки на груди и закрыла глаза. Пять лет я его не видела. Ничего не слышала о нем. Так, что то едкое и жженое прошлое, которое связывало нас, уже давно растворилось в сознании и перестало для меня существовать, но именно в этот момент я против воли вспоминала некоторые моменты. Они вновь оживали в сознании.
Например, то, как однажды, я, собравшись со всей своей решительностью, попросила у Брендона кусок пиццы. Это была не просто еда. Да и не в ней дело. Наверное, для меня главным было то, что я вообще старалась никогда и ничего не просить. А с Брендоном вовсе боялась разговаривать. У меня ведь коленки подкашивались даже просто от того, что он мог пройти мимо меня.
Я была забитым и загнанным подростком, боящимся в присутствии этого альфы сказать хотя бы одно лишнее слово, но подойти и попросить у него кусок пиццы меня сподвигло желание хотя бы полминуты постоять рядом с ним. Для меня это всегда было несбыточной мечтой.
Но в итоге, целую вечность собираясь со своей решительностью, я все же сделала это.
Подошла к нему. Огромному, дикому и безбожно красивому. К альфе, за которым бегали абсолютно все омеги и вот я, пытаясь перебороть себя, тихо попросила пиццу. А он мрачно посмотрел на меня, так, что по коже побежали мурашки и, под смех своих братьев, бросил ее мне под ноги со словами:
«Ну, давай, бери»
Как я вообще когда-то могла влюбиться в Брендона?
Объяснение этому было лишь одно – в те времена я была психически больной.
К счастью, я уже давно излечилась.
– Завтра утром созвонимся, – сказала Джулия. В этот момент створки лифта раздвинулись и мы вышли в коридор.
***
Стоило мне войти в номер, как мой телефон зажужжал и я на дисплее увидела номер мамы.
– Да, – отвечая на звонок, я сняла туфли и прошла вглубь номера. – Хорошо, что ты позвонила. Я очень сильно соскучилась.
Моя мать – Алана Фокс, являлась той женщиной, про которую говорили – она состоит из стали. Утверждали, что у нее нет ни души, ни сердца. Ее до дрожи боялись и с трепетом боготворили, как единственную омегу, которая не только выстояла в жестокой среде влияния альф, но и на куски порвала большинство из них. Тех, кто некогда считал ее лишь хоть и безупречной, красивой, но все же наивной омегой. Из-за этого хотел поглотить ее корпорации. Но в итоге за подобное поплатился.
Это было уже давно. Прошли те времена, когда Алану недооценивали. Теперь она являлась самой влиятельной омегой в стране. Более того, она стояла на второй ступени по власти и богатству, отчего слухи о том, что она бездушна лишь усугублялись.
Когда я услышала про это, вспомнила о том, как бережно меня обнимает Алана. То, с какой любовью относится ко мне. Возможно, для других она и бездушная, а так же жестокая, но для меня она любимая и обожаемая мама, с которой у меня были непередаваемо теплые отношения.
– Я тоже. Как проходит твоя поездка? – судя по шуму, Алана находилась на улице.
– Отлично, но я только что увидела Брендона Дилана. Он зашел в ресторан, в котором я ужинала. Наверное, кого-то искал.
– И? – голос Аланы мгновенно стал другим. Более холодным. Даже ледяным.
– Ничего. Он меня не заметил, – я лишь пожала плечами. Села на диван и расслабленно оперлась о спинку. – Да и разве это имеет значение? Мы обе понимали, что в этой поездке мне, возможно, придется столкнуться с Диланами. Прятаться я не собираюсь. Мы не в детском саду, чтобы играть в прятки.
– Мне нравится твой настрой.
Продолжая разговор с Аланой, я встала с дивана и пошла осматривать номер, ведь ранее так и не успела этого сделать. Пройдя несколько комнат, я нашла спальню. Села на край кровати и посмотрела на зеркало.
В основном мы с Аланой обсуждали работу, а так же цель этой моей поездки. Так получилось, что одна из корпораций нашей семьи, год назад решила обеспечить поддержкой некий фонд. В него были вложены колоссальные деньги, благодаря чему этот фонд, именуемый «Оркестром» вышел на первое место по стране.
Из-за этого он, наравне с остальными крупными фондами теперь участвовал в организации благотворительных вечеров.
Нечто такое должно проходить и в этом городе. Три фонда, объединившись, устраивали три масштабных мероприятия.
Первый будет уже завтра. Второй через три дня. Последний – через неделю. И мне, как той, которая в основном и занималась фондом, следовало присутствовать на каждом мероприятии, как одной из хозяек этих вечеров. После этого я намеревалась сразу же вернуться в столицу. К сыну.
– Я приеду через три дня, – сказала Алана.
– Правда? Это замечательно, – я не смогла сдержаться и улыбнулась. – Я же целый месяц тебя не видела.
Послезавтра приедут братья. Через три дня мама. Как же я соскучилась по ним.
***
На следующий день я проснулась еще до рассвета. Сразу села за работу. Утром по видеосвязи созвонилась с Хизер. Хотела увидеть сына.
– Мам, смотри, что я вчера сделал, – Дерек еще был в пижаме, но, взяв у Хизер телефон, пошел к своему столу. Забрался на стул и показал мне фигуру из конструктора.
– Ничего себе. Это самая лучшая пирамида, которую я когда-либо видела.
Дерек был еще совсем маленьким. Ему и пяти лет не было. Но развивался он быстро. Рано пошел и рано начал говорить. Уже сейчас хорошо произносил слова. Только с буквой «р» у него были проблемы. Но он с ней воевал и почти всегда побеждал.
Смотря на сына, я отметила то, чего замечать не хотела. Он действительно был похож на Брендона. Прямо копия.
Только сына я обожала больше жизни, а его отца ненавидела всей душой.
– Я сегодня сделаю квадлат… квадрат, – мальчишка быстро поправил себя.
Мне казалось, что, если я его увижу хотя бы по видеосвязи, мне станет легче, но, нет, я начала лишь сильнее скучать по сыну. Была бы рядом с ним, заобнимала бы. Может, в перерыве между мероприятиями удастся хотя бы на день вырваться в столицу, чтобы повидаться с сыном.
Джулия все время тянула меня погулять по городу, но я была занята делами фонда. Ближе к вечеру наступило время собираться.
– Какое платье хочешь надеть? – спросила подруга. Она наравне со своей сестрой была главным модельером дома моды Вейгер. И именно Джулия отвечала за мою одежду. Более того, она лично шила ее для меня.
Так же именно Джулия подбирала платья для этих мероприятий. Их доставили только сегодня.
Всего платьев было около дюжины. Окинув их взглядом, я сказала:
– На твой выбор, но так, чтобы я выглядела великолепно.
– Ты всегда великолепна. Особенно в той одежде, которую я создаю для тебя. А вот когда ты надеваешь всякое тряпье…
– Ты никак не забудешь то, что я год назад надела платье фирмы «Прайм»?
– Да. Буду припоминать тебе это всю жизнь. Нечего надевать что-то помимо моих божественных творений.
Насчет «божественных» я спорить не стала. То, что шила Джулия, было подобно произведению искусства. Даже если это обычная блузка классического типа.
На первое мероприятие Джулия для меня выбрала платье персикового цвета. Из шелка, так, что оно подчеркивало каждый изгиб тела. Ко всему прочему, спина была открытой.
Изначально, когда Джулия показала мне это платье, я его забраковала, ведь не желала выглядеть пошло, но подруга все же заставила его надеть и я тут же изменила свое мнение. Все же мне не стоило сомневаться в Джулии, ведь даже такое платье в ее творении не было пошлым. Наоборот, оно казалось невинным несмотря на то, что настолько сильно подчеркивало каждый изгиб.
Ближе к шести я прибыла в здание проведения мероприятия. Через час начали собираться гости. К этому моменту я познакомилась с организаторами и с владельцами двух других фондов. Обсудила с ними некоторые сферы и была довольна тем, что услышала в ответ. Договорилась о дальнейшем сотрудничестве.
Находясь на балкончике, я пила вино и смотрела на прибывающих гостей. Приезжающих на тех машинах, которые стоили целое состояние и одетые так, словно их прямо сейчас можно было снимать на обложку журнала про состоятельную жизнь.
Оказалось, что все-таки Диланов тоже пригласили.
Первыми прибыли Айрис и Алес. Обе в шикарных вечерних платьях. Айрис несмотря на возраст, выглядела ухожено и вполне неплохо. Алес – повзрослела. Но в тот же момент, вот она как раз практически не поменялась. Из-за того, что она сюда приехала с матерью, я сделала вывод, что Алес пока что была свободной. То есть, своего альфу она еще не нашла.
Примерно через двадцать минут приехал Хорас и, пока я смотрела на него, в моей голове его голосом прозвучало «недоразвитая». В прошлом именно от него я чаще всего слышала это слово. Постоянно. Каждый день. Так, словно он забыл, как мое имя.
Я цинично приподняла уголок губ и отпила еще немного вина.
Следующим приехал Лойд. Посмотрев на его руки, я вспомнила о том, как он постоянно хватал меня за шиворот кофты и тормошил. Порой даже приподнимал. Это было больно, так как ткань впивалась в кожу, но разве я ему могла что-то сделать? Он был огромным альфой, а я мелкой, не пробудившейся омегой.
Сейчас я бы ему горло за такое перегрызла бы.
Прошло еще пять минут, как прибыл Дастин. Он был не один. С омегой. Даже держал ее за руку. Я вспомнила о том, как он постоянно издевался над моей внешностью. Однажды, когда я была в бассейне, он пришел, сел на шезлонг и начал говорить, что мне не стоит вообще надевать купальник, так как это боль для глаз окружающих. И лучше мне купаться как минимум в шортах и футболке. К слову, купальник у меня был цельным. Самым закрытым из тех, которые возможны.
Опустив взгляд, я посмотрела на себя. Если Дастину так больно смотреть на изгибы моего тела, то, если бы он увидел меня сейчас, его бы глаза начали кровоточить и я бы на это смотрела бы с наслаждением.
Практически все гости уже прибыли, но перед зданием остановилась еще одна машина.
Из нее вышел Брендон и стоило мне увидеть его, как уголки губ поползли вниз. Я опять вспомнила про деньги, брошенные на кровать и про его слова. Те, в которых он меня уничтожал, говоря, что предлагая мне отношения, проверял насколько я жалкая и то, как много готова сделать ради него.
«Хорошо. Давай объясню иначе. Мне было интересно насколько ты доступна. На отношения ты согласилась. Дала тебя укусить. Отсосала. Отдалась во время гона. Если я скажу тебе встать на колени ты и это сделаешь. Хотя, нет, ты уже это делала, когда брала мой член в рот. Ты охренеть какая жалкая»
Эти его фразы я запомнила на всю жизнь. В прочем, как и все, что Брендон говорил в тот день. То, как прогнал.
Он просто жестоко развлекался проверял мою доступность, а я любила и позволяла все.
Я уже давно не любила его. Если что-то и испытывала к этому альфе, то только ненависть и презрение, но на прошлых ошибках я училась. А Брендон преподал мне достаточно уроков.
Сделав глоток вина, я попыталась утихомирить гнев. Не получилось.
Брендон выглядел безразличным. Учитывая то, что он приехал с опозданием, уже давало понять, что это мероприятие он не считал для себя интересным, но стоило ему выйти из машины и сделать несколько шагов, как альфа остановился и сделал глубокий вдох. А потом еще один. Оглянулся по сторонам и пошел вперед.
Я прищурилась. Что это с ним?
Что тогда в ресторане, что сейчас он выглядел так, словно кого-то искал.
Еще некоторое время простояв на балконе, я поняла, что Генри и Расел не приехали.
А мне как раз нужен был Расел. Через три месяца нам разводиться. Как и обещала ему, я собиралась приехать ровно через пять лет, но, поскольку я как раз была в городе, мы могли бы запустить дело подготовки документов к разводу.
Но поскольку я тут не последний день, предполагала, что нам еще удастся встретиться.
Я вернулась в здание. Подойдя к лестнице посмотрела вниз. Туда, где был холл, заполненный людьми.
Опять увидела Айрис и Алес.
Айрис, женщина, которую я некогда долгие годы называла мамой. Та, которая по итогу запретила мне к ней так обращаться. После этого прогнала меня. Решила отдать в детдом, несмотря на то, что я находилась в больнице в тяжелом состоянии. Главное, поскорее избавиться от меня.
А еще она сказала мне не возвращаться в этот город, думая, что я, калека, буду приставать к ее сыновьям, а им нужны нормальные омеги.
Сейчас она беззаботно пила шампанское, общаясь с другими женщинами, приехавшими на это мероприятие.
Я перевела взгляд на Алес. Было время, когда я загрызала себя совестью от того, что целых десять лет занимала ее место. Думала, что в течение этих лет отбирала у нее то, что по праву принадлежало Алес.
Вот только, это она отобрала у меня все. И я не про место в семье Диланов. Я про увлечения, друзей, интересы. Когда меня отдали в детдом, целый год я не находилась в доме Диланов, а когда вернулась, увидела, что Алес тоже, оказывается, коллекционировала плюшевых медведей. Только за этот год ее коллекция стала куда больше, чем та, которую я собрала за все предыдущие годы.
Тогда я подумала, что у нас просто много общего. Эти мысли появились не только из-за медведей. Она подружилась с теми девчонками, с которыми ранее дружила я. Она носила платья с такими же бантами, которые ранее предпочитала я. У меня был детский фотоаппарат, на который я делала снимки и собирала их в альбомы, а после детдома я увидела, что и у Алес есть фотоаппарат. Только намного лучше. И альбомов у нее больше. Стоило мне увлечься готовкой, как оказалось, и ей она нравится.
Чтобы все это понять мне понадобилось время. Лишь после пробуждения, когда с моего сознания был снят блок, я задумалась над тем имелось ли у меня хотя бы одно увлечение, которое позже не оказалось бы так же увлечением и Алес.
И не нашла ни одного. Она везде влезла.
Только меня она всегда отодвигала, ведь, например, если мы обе что-то готовили, мое блюдо даже не трогали. А ее расхваливали.
Алес отбирала у меня все. Сияла. Я же оставалась в тени.
Вот только, это время прошло.
Я допила вино и отдала бокал официанту. Намеревалась пойти к гостям, но перед этим решила зайти в уборную.
Коридоры на втором этаже пустовали. Был слышен лишь цокот моих каблуков, но в какой-то момент я ощутила нечто странное.
Запах.
Мощный. Будоражащий. Будто пробирающийся под кожу. Не похожий ни на какой другой запах.
В следующее мгновение массивная ладонь сжалась на моем предплечье и меня резко толкнули к стене, вжимая в нее грудью и, прежде чем я поняла, что происходит, спиной и бедрами ощутила стальное тело альфы. То, как оно еще сильнее прижимало меня к стене. А еще почувствовала, как он наклонился к моей шее и сделал глубокий вдох. А потом сразу следующий. Будто обнюхивая.Делая это так, что у меня по коже скользнули мурашки и тело сковало напряжением.
Стиснув зубы, я уже собиралась позвать на помощь. Прекрасно знала, что охрана есть на каждом этаже, но внезапно этот альфа отпустил меня и сделал шаг назад.
А я, резко обернувшись, замерла.
Брендон.
Вблизи я заметила то, чего не видела ранее. Он казался самодостаточным мужчиной. По исходящей от него ауре, даже жестоким. Но с некой пустотой. Действительно мертвыми глазами и посеревшей кожей.