Zum Hörbuch
– Ну и?
– Ты человек, уже оказавший услугу нашей организации, и тебя знает Командор. Кроме того, ты без пяти минут моя жена. Помоги мне, прошу тебя.
– Я психолог, а не секретарша, и работаю в консультационном центре. Ты разве забыл это?
– Можешь сослаться на подготовку к свадьбе. Неужели я получу отказ в своей просьбе?
И я согласилась.
Это был обычный, ничем не примечательный день. Я сидела в приёмной Командора и делала рутинную секретарскую работу. Неожиданно открылась дверь и в комнату зашли два посетителя – седой мужчина лет пятидесяти пяти и молодой человек очень необычной внешности. Его ослепительно рыжие волосы, казалось, освещали помещение, и сам он прямо светился изнутри. Мне подумалось, что я за всю жизнь не встречала таких счастливых людей, и тем более странно было его появление в офисе Команды.
Внезапно у него зазвонил телефон.
– Катюша, мы уже на месте. Не волнуйся, всё будет хорошо. Я очень люблю тебя, – произнёс наш счастливый гость.
Он улыбнулся мне и достал из кармана рубашки фотографию миловидной девушки. Молодой человек протянул мне её со словами:
– Это – моя невеста.
– И когда же свадьба?
Он назвал мне дату, время и место своего бракосочетания. Это было удивительно: регистрация нашего брака с Ником была назначена на тот же день, в том же месте и всего на полчаса позже.
В это время открылась дверь в кабинет Командора, и мужчины прошли внутрь. Разговор продолжался долго. Когда посетители вышли, то я услышала голос своего начальника. Нет, он обращался не ко мне, а просто забыл выключить громкую связь. Однако за несколько дней работы я уже научилась прогнозировать результат в зависимости от тональности его голоса. Они, конечно, договорились, подумала я и в душе пожелала счастья рыжеволосому человеку. В наше время редко встретишь таких счастливых людей, так пускай хотя бы у него и его Катюши, так же как и у нас с Ником, всё сложится.
И в это время я услышала приятный баритон Ника. Нет, вернее это был его голос, но только принадлежал он кому-то другому. Холодному, бескомпромиссному и жестокому. «Любая попытка сопротивления должна быть уничтожена в зародыше», – это была его последняя фраза. В то время Командор очень прислушивался к моему избраннику, поэтому я понимала, что меры будут приняты. Но каковы они будут?
Впрочем, уже к концу рабочего дня этот инцидент стал исчезать из моей памяти. Бизнес – дело мужское и жёсткое. Ни одна потеря не может быть окончательной, пока продолжается жизнь. Эти люди сделают выводы, начнут новое дело и, вполне может быть, ещё добьются успеха.
Впереди были выходные дни с любимым человеком, а через месяц должно было состояться главное событие в моей жизни. Знала бы я, что это будут наши последние выходные!
В субботу мы были приглашены на обед к родителям. И все тосты произносились не столько за меня и даже не за нас обоих. Отец с мамой были восхищены Ником, и я невольно скромно гордилась своим будущим мужем. Я не сводила глаз с его мужественного лица, а уши ловили фразы в такт со звоном бокалов. «За нашего будущего зятя, за одного из лучших представителей современного общества, за будущее нашей страны»…
И такой ночи любви у нас никогда ещё не было. Мы не просто предавались утехам, но стремились доставить друг другу наивысшее наслаждение. Я прижималась к его груди и покрывала поцелуями его лицо. Руки же Ника одновременно ласкали мою грудь и спину. Моё блаженство достигло высшего предела, и в этот момент мне очень захотелось иметь от него ребёнка. Я дала себе слово, что рожу его малыша, чего бы мне это не стоило.
В воскресенье мы пошли гулять в парк Сокольники. Он нежно обнимал меня за талию и периодически целовал в губы. Солнце светило, небо было голубым, и на душе у меня было хорошо и радостно. Ник говорил о том, что вся жизнь у нас теперь будет сплошным праздником, что он сделает всё, чтобы я была счастлива. Теперь мне думается, что эти желания действительно были таковы. Другое дело, что это было не в его силах. Ведь он уже был членом Команды.
Мы взяли с ним по шашлыку и бокалу красного вина. Мягкое сочное мясо моментально утолило аппетит, а напиток разлился тёплой струёй по моему организму. Что это было? Вкус женского счастья? Или несостоявшегося счастья?
В понедельник я опять была в офисе Команды. Мне осталось доработать ещё три дня. Именно доработать. Моё существо абсолютно не принимало эту организацию и обстановку в её офисе. Во второй половине дня зазвонил мой телефон. Наверное, это Ник, подумалось мне. Однако номер был незнакомый, вернее говоря, я его не вспомнила сразу. Это звонила сотрудница дворца бракосочетаний.
– Ваша церемония может быть перенесена на полчаса раньше, предыдущая пара не регистрируется, – сухо сказала она.
Мне сразу вспомнился рыжеволосый посетитель. Ненадолго же хватило его чувств и чувств его Кати. Но мы с Ником не такие.
– Это было бы хорошо. В отличие от некоторых мы пришли к этому решению осознанно и хотим стать мужем и женой как можно быстрее, – быстро ответила я.
На том конце произошло небольшое замешательство, а потом случился взрыв.
– Попридержите язык. Или вы не смотрите новости? – прокричали мне.
Я действительно давно не смотрела никакие новости, моя голова была занята другими проблемами. Через час я почувствовала лёгкое недомогание. Мне не составило больших трудностей отпроситься пораньше у Командора, и, не дождавшись Ника, уехать домой. Коротая время в ожидании любимого, я приготовила обед и вдруг решила восполнить свой информационный пробел. Как раз начались новости по центральному каналу. И вдруг я увидела и услышала:
– Возвращаемся к главной новости сегодняшнего дня. Создана комиссия по анализу работы Министерства внутренних дел. Председателем комиссии назначен Анатолий Куприянов. Поводом для создания комиссии, напоминаем вам, является расстрел и уничтожение офиса фирмы «Зов времени» в пятницу вечером и гибели при этом молодой женщины…
Господин Куприянов находился в студии, и я сразу узнала в нём человека, обращавшегося ко мне за психологическими консультациями. Он размахивал руками и гневно требовал отставки министра и всех его заместителей.
– Когда людей перестанут убивать среди бела дня у себя на работе при полном бездействии лиц, отвечающих за нашу безопасность? Когда криминал перестанет чувствовать себя в полной безнаказанности? – вопрошал он.
– Преступление было совершено не днём, а поздним вечером, – напомнила ему журналистка.
– Значит, теперь мы не можем спокойно спать и ночью. Даю слово, что наша комиссия и я лично приложим все усилия, которые у нас есть, чтобы все причастные к гибели этой девушки были наказаны. Приношу соболезнования родственникам погибшей.
– Её отец скончался сегодня от сердечного приступа, – опять включилась в разговор настырная журналистка.
Судя по выражению лица Анатолия Евгеньевича, следующей его целью должно было стать Министерство здравоохранения.
Далее была показана фотография погибшей. Сомнений у меня больше не было. Это была та самая Катя, невеста рыжеволосового посетителя офиса Команды. События последних нескольких дней моментально пронеслись в моей голове. Светящийся от счастья рыжеволосый человек, стальной голос Ника, звонок сотрудницы из дворца бракосочетаний и мой идиотский ответ ей.
Этого не могло быть, но это случилось. Мой любимый стал причиной смерти двух людей, а третьему человеку сломал жизнь. Задумался бы он хоть на время или передал бы это всё на усмотрение Командора, и трагедии бы не случилось. В этом случае через месяц две пары могли бы встретиться в храме брака и любви и, возможно, стать друзьями. Мы могли бы встречаться домами и наблюдать, как подрастают дети в наших семьях. Но у рыжеловолосого и его миловидной Катюши всего этого уже никогда не будет.
И внезапно я поняла, что не имею права на семейное счастье с Ником. Он не мог уклониться от своей рекомендации Командору. Он мозг Команды, и поэтому её интересы стоят для него выше всего человеческого. Его членство в этой организации – моя заслуга. Следовательно, я также несу ответственность за происшедшее. Внезапно мне вспомнился наш разговор с ним в машине по пути к бабушке. Может быть, это был его последний рубикон, может быть, он ждал моего совета, доброго совета любимой женщины. А я промолчала.
Из раздумий меня вывел повернувшийся в двери ключ. Это Ник вернулся. Он посмотрел на меня и, видимо, понял, что что-то не так. Мне не хотелось откладывать наш разговор.
– Ты убийца, – сказала я ему.
Он не оправдывался, а только молчал. Когда мой словесный запас иссяк, я пошла собирать свои вещи. Ник продолжал молчать. Я двинулась к выходу, и только в этот момент он попридержал меня за плечо.
– Утро вечера мудренее. Нельзя садиться за руль в таком состоянии.
– В этом случае ты принесёшь своей Команде ещё одну жертву. Отпусти руку, меня тошнит от твоей физиономии, – был мой ответ.
Больше Ник не чинил мне препятствий, и я ушла. На середине пути к родительскому дому стало понятно, что моя тошнота имеет отнюдь не виртуальный характер. В конце пути, вспомнив некоторую свою женскую хронологию, я сделала вывод, что Ник действительно имеет прямое отношение к моему недомоганию. Ужас объял меня. Парадокс судьбы: моё желание стало явью в тот момент, когда это было совсем не ко времени. Что я скажу ребёнку, когда он спросит меня об отце? Солгу, что его папа – лётчик? Или скажу правду, что его отец – убийца?
По моему виду маме было нетрудно понять, что случилась какая-то катастрофа.
– Что произошло? Где Никита? – спросила она.
– Мы расстались с ним, потому что он – убийца. И ещё: кажется, я беременна.
Мама по-своему поняла ситуацию.
– Никита не хочет ребёнка? Он уговаривал тебя сделать аборт?
– Он даже не знает о ребёнке. Дело не в этом.
Я ей всё рассказала.
Меня мутило целый день. Перед сном ко мне подошла мама.
– Послушай, Танюша. Каким бы он ни был человеком, но ты обязана поговорить с ним. Ты сейчас несёшь ответственность не только за себя, но и за того, кто находится у тебя внутри.
– Сколько ни говори, мертвецов от этого меньше не станет. И зачем моему ребёнку такой отец?
На следующий день Ник приехал ко мне. Я привела себя в порядок, насколько это было возможно, и приняла его. Чувствовалось, что он много думал. Его утомлённый взгляд упёрся в меня, бледную, сидевшую на кровати и обнимающую руками ноги.
– Мне надо тебе кое-что сказать, – произнёс он.
– Я тебя слушаю.
– Я не хотел этой трагедии. Ты же знаешь, что мне претит вид крови. Но законы сегодняшнего дня требуют волевых решений. Поэтому эту фирму нельзя было оставлять на рынке. Однако из этого абсолютно не следовало то, что необходимо было применять оружие. Эти сволочи из секретной службы Командора просто не хотят шевелить мозгами. Они привыкли действовать старыми методами, и им наплевать на то, что жизнь не стоит на месте. А теперь мы отмываемся от последствий их работы. Я не отдавал приказа на убийство, поверь мне.
Я молчала. Он был очень убедителен. Если бы я заметила, что Ник действительно очень переживает по поводу случившегося, то, наверное, простила бы его. Но нет, его исповедь, скорее всего, напоминала отчёт о причинах неэффективного выполнения задания. Я вдруг подумала о погибшей девушке. О чём она думала в последние минуты перед смертью? Наверное, о том же, о чём думалось тогда и мне. О скором и долгом счастье в совместной жизни с любимым мужчиной. А в следующую ночь руки человека, ставшего причиной её смерти, страстно ласкали моё тело. Я собрала свою волю в кулак. Мне нельзя было дать ему одержать надо мной верх.
– Ты не обычный человек, а мозг Команды. Твои слова имеют сокрушающую силу. Ты виноват в том, что не создал систему, правильно передающую приказы сверху вниз. Кровь этой девушки и смерть её отца навсегда останутся на твоей совести. Нам больше нет смысла продолжать разговор, Никита Владимирович.
Ник развернулся к выходу. Внезапно он обратился ко мне:
– Я вижу, ты неважно себя чувствуешь.
Всё кончено, подумала я. Сейчас он обо всём догадается.
– Это не то, о чём ты думаешь, – резко сказала я.
– Видимо, мы съели с тобой плохой шашлык. Меня так же мутило весь прошлый день, – продолжил он.
– Спасибо за информацию, – облегчённо ответила я.
– Прощай, дорогая. Может быть, я когда-нибудь встречу женщину, которая простит мне все прегрешения, включая и мою работу.
И он ушёл. Я смотрела в окно, и его фигура для меня то увеличивалась, то уменьшалась, застилаемая слезами в моих глазах. Он всё-таки ещё подумал обо мне, но Команда, в конце концов, неминуемо должна была вытравить из него всё человеческое.
Ник оказался прав. На следующий день тошнота полностью прекратилась, и никаких признаков беременности больше не было. Я не сдержала слово, данное себе, и у меня нет ребёнка от этого мужчины, но мне не совестно за это. Каждый человек имеет право на ошибку, и это был всё-таки не тот человек.
Не знаю, мистика это или нет, но бабушкин заслон пока ещё не дал сбоя. Этот человек пережил два покушения на свою жизнь, но даже не получил серьёзных повреждений. И личная жизнь, судя по всему, у него бурлила. Ходили слухи о его бурном романе с женой бывшего офицера ФСБ. Говорили, что во время первого покушения эта женщина прикрыла Ника своим телом. Была бы я писателем, то обязательно написала бы об этом книгу. Почему муж этой женщины не уничтожил соперника или хотя бы не попробовал с ним разобраться, использовав все свои связи? Там, где замешана любовь, обычная логика всегда не работает.
Через несколько дней я заехала в офис Команды, чтобы забрать свои вещи. За столиком уже сидела новая, красивая и ухоженная секретарша. Когда я собралась уходить, дверь в кабинет Командора открылась. Из неё вышел главный пламенный борец с криминалом в сопровождении моего недавнего начальника. Господин Куприянов горячо пожал руку Командору со словами: «Я горд, что в нашей стране есть такие люди, как вы». Сразу припомнились его слова из телевизионной передачи: «Даю слово, что наша комиссия и я лично приложим все усилия, которые у нас есть, чтобы все причастные к гибели этой девушки были наказаны». Затем эта совесть нации расстрелял глазами коленки новой секретарши и рассыпался в комплиментах мне. Я спокойно это выслушала, а потом произнесла:
– Анатолий Евгеньевич, вы пообещали народу бросить все свои силы на борьбу с преступностью. В данный момент вы явно направились в другую сторону. Народ – это всё же не женщина, его нельзя так откровенно обманывать.
И Команда осталась в моём прошлом.
Я, наверное, на всю жизнь сохраню чувство вины перед Ником. В том, что он стал тем, кем стал, есть, безусловно, и моя заслуга.
Моё поражение сыграло для меня положительную роль. Причиной было то, что я знал весь расклад ситуации. Это не неудача, а отнятая победа. Я чего-то стою в этой жизни и способен добиваться результата. Теперь мне необходимо было доказать Улановой, что такие, как она, не могут определять судьбу сильного мужчины. Я всего добьюсь сам и когда-нибудь отомщу ей за содеянное. Какова будет месть? Абсолютное и неопровержимое доказательство, что она предпочла не того человека.
Это были уже не метания в поиске работы ради куска хлеба. Нет, я интуитивно понимал своё место в жизни и логически просчитывал различные варианты. В конце концов судьба привела меня в службу безопасности ОАО «Клевер». Руководил всей этой структурой господин Орлов. Начальник этой службы, седой мужчина лет шестидесяти, смерил меня презрительным взглядом. Это абсолютно не смущало. Его можно было понять. Сколько таких претендентов он видел за свою жизнь! Наверное, этот опытный человек с юмором наблюдал за юношами, насмотревшимися фильмов про Джеймса Бонда, Штирлица или героев братьев Вайнеров, и при этом абсолютно не понимающих, что реальная жизнь просто не подчиняется законам кино.
– Работа в нашей организации накладывает много требований на претендента. Этот человек должен иметь отменную интуицию, логически просчитывать ситуацию, быть смелым и быстрым в принятии решений, – сказал он.
– Я обладаю всеми этими качествами, – был мой ответ.
– А как вы это сможете доказать?
– Как пожелаете.
– Что же. К своим подчинённым я предъявляю ещё одно важное требование: им должна сопутствовать фортуна.
– Эта капризная дама очень переменчива. Но до сих пор мне по большей части везло. Я стою перед вами живой и невредимый, это ли не главное доказательство правдивости моих слов?
Он улыбнулся.
– Считайте, что вам повезло и сегодня. У меня есть свободное время, и я посвящу его вам. Предлагаю сыграть матч из девяти партий в карты. Победите – и будете приняты. Хороший игрок в эту игру, конечно, соответствует моим требованиям.
Его предложение выглядело издевательским. Но что было делать, не разворачиваться же к выходу. Я не мог уйти, не использовав этот шанс.
И мы сели играть. Я проиграл одну партию, вторую, потом ещё две. Моему противнику во время игры не доставались лучшие карты, но он явно мог прогнозировать мои действия. Тактика этого господина выстраивалась безошибочно. Любой мой ход не был для него неожидан, а его действия разбивали в пух и прах мою стратегию. Ещё одна партия должна была стать последней. Довольная ухмылка уже не сходила с его лица. В этот момент я понял причину своего проигрыша. Мы сыграли последнюю партию, которую, конечно, выиграл он.
– Ну, что скажете? Не будете теперь доказывать, что вы обладаете всеми необходимыми качествами для нашей работы?
– Буду.
– Я вас не понимаю.
Я поднялся с места и подошёл к столику, стоящему за мной. Моя рука взяла с него зеркало и продемонстрировала его моему сопернику.
– Мы были поставлены с вами в неравные условия. Не так ли?
– Когда вы это поняли?
– Сразу, – немного солгал я.
– Тогда почему вы не сказали об этом немедленно?
– Надеялся победить и в этих условиях.
Он улыбнулся. Это уже была не презрительная улыбка. Всё его лицо сменило маску. Гримаса презрения уступила место выражению доброжелательности.
Я был принят на работу. При этом начальник службы безопасности сразу настоял на том, чтобы я стал его заместителем. ОАО «Клевер» входил в состав громадной группы компаний. Можно было сказать, что все они образуют империю. У империи должен был быть император. И этот человек существовал. Его величество Ян Алфёров. Об этом человеке знают теперь все в стране. А для нас это был именно ИМПЕРАТОР. Редкий случай, когда лидер формальный и лидер неформальный объединились в одном лице. Об Алфёрове можно говорить плохо или хорошо, его можно любить или ненавидеть, но все, даже его заклятые враги, сходятся в одном. Он – авторитет, которого нельзя не уважать, потому что он – человек дела.
Этот человек родился в самой обычной семье, окончил самые обычные учебные заведения и начал самый обычный трудовой путь. Но жизнь в стране изменилась. Ситуация потребовала от людей только одного. Если они хотят жить, то необходимо научиться выживать. Впрочем, это касалось не всех. Для некоторых эта проблема решалась быстро и эффективно с помощью их связей и влиятельных родственников. Но Ян Алфёров в то время всем этим не обладал. Эта личность обладала другим – целеустремлённостью и желанием доказать, что он чего-то стоит.
О том, как этот человек зарабатывал стартовый капитал для создания своего первого кооператива, ходили легенды. Работал грузчиком, торговал газетами, а затем точил ножи и ножницы на дому у богатых бездельников, чурающихся черновой работы. В конце концов, он добился своего, заработав необходимую сумму.
Кооператив у него был небольшой. Ян сам ездил в длительные командировки. Возил станки из Китая и дублёнки из Монголии, сам договаривался с государственными организациями и бандитами и, в конце концов, развернулся. Кооператив превратился в сеть кооперативов, а сеть стала с течением времени империей.
Месяц спустя после начала моей работы в ОАО «Клевер» начальник вызвал меня к себе.
– Я должен вам сказать, почему отбор претендентов в нашу службу безопасности такой жёсткий. Скажу откровенно, что он превосходит всё аналогичное даже в других структурах империи Алфёрова.
– И в чём дело?
– Алфёров и Орлов – друзья. Но скажу больше: они не просто друзья. Орлов находился рядом с Алфёровым всегда, начиная с создания им его дела. Он не предал его ни разу, и никогда не стал и не станет затевать какую-либо игру за его спиной. В нашей стране у любого бизнесмена дорога редко бывает ровной, и у Алфёрова она не была таковой. Были конфликты и с властями предержащими, и с олигархами. Орлову делали разные предложения, и он мог их принять. И тогда Ян был бы никто, а наш начальник, вполне возможно, стоял бы во главе всей империи. Однако он не сделал этого. Поэтому любые проблемы Орлова Алфёров решает быстрее, чем свои собственные. Вы запомнили это?
Я запомнил. И с головой окунулся в свою работу. Что-то в организации службы безопасности ОАО «Клевер» было не так, и я поделился своими соображениями с начальником.
– Мне приходили в голову подобные мысли. Но я уже старый человек и, наверное, доработаю, используя старый багаж. Напрягать свои мозги в поисках нестандартных решений уже поздно, – сказал он.
– И вам всё равно, что будет с вашим делом после вас? – спросил я.
– Не всё равно, и поэтому вы можете предложить свой план реформирования нашей службы. Даю вам слово, что, если в нём будет рациональное звено, то я не буду чинить препятствий в его осуществлении.
Для начала необходимо было понять суть проблемы. Моё понимание следовало из осознания жуткой перегруженности, своей и остального персонала службы безопасности. Кроме того, как постоянно говорил мой начальник, мы не имели права на ошибку. Но из-за чего возникала перегрузка? Мы собирали всю информацию из различных подразделений нашей структуры и вырабатывали решение. Кроме того, мы должны были заниматься видеоконтролем всего объекта и выполнять охранные функции. Вызывала вопросы и полнота получаемой информации. Скорее всего, на местах к передаваемым сообщениям относились как к неприятной обязанности.
Как разбудить их инициативу? Только одним способом. Необходимо заставить их не только передавать информацию, но и анализировать её. Это гораздо интереснее. Каждое подразделение заинтересовано в благополучии. Если не все ОАО целиком, то своё нормальное существование им далеко не безразлично. Эта аксиома не требовала доказательств. Тогда уровень ответственности у них резко повысится. Если для «бездельников» из службы безопасности особо стараться никто не будет, то стараться для себя – совсем другое дело. В этом случае проколов допустить никто не захочет. А в чём будет тогда наша функция? Мы будем получать уже не информационный поток, а сообщения, расположенные по приоритетам. Естественно, в случае наличия реальной опасности, служба безопасности будет вмешиваться.
Я детально разработал план и предложил его своему начальнику.
– Любопытно и очень нестандартно. Но так сейчас никто не работает, – сказал он.
– Всё когда-нибудь происходит в первый раз, – ответил я.
– Допустим, ваш план хорош, но он требует доработок. Подразделения в нашей структуре имеют различную значимость. При этом каждый человек будет считать наиболее ценной только информацию, полученную им самим. Кроме того, вы что, хотите посадить в каждое подразделение одного или даже несколько аналитиков? Мы, конечно, богатая организация, но не до такой же степени.
Я энергично принялся дорабатывать свой план. Различная значимость подразделений? Мы расставим их по приоритету и свяжем это с частотой получения от них информации. Аналитики на местах? Они нам абсолютно не нужны. Любой руководитель каждого подразделения сможет выделить из среды своих сотрудников людей, которые просто-напросто более приспособлены к отбору и анализу имеющейся у них информации. Глобальные заключения им делать не придётся. Это уже наша головная боль.
В конце концов начальник одобрил мой план. Сначала только в качестве эксперимента. Прошёл год, и мы уже не понимали, что можно работать как-то по-другому. За следующие несколько лет система, придуманная мной, не дала ни единого сбоя. А потом всем нам пришлось выдержать тяжёлое испытание. Испытание «Синей стрелой».
В один из дней Олег Сергеевич, так звали моего начальника, вызвал меня к себе. Лицо его вызывало крайнюю озабоченность.
– Есть очень неприятное известие, – сказал он.
– Какого рода?
– Орлова заказали убить наши конкуренты.
– Вы уверены?
В ответ Олег Сергеевич достал досье.
– Как вы понимаете, внешняя разведка находится только в моей компетенции. Наш агент, которому я абсолютно доверяю, передал достоверное сообщение. Это действительно так. Бизнес, как вы понимаете, дело жестокое.
– Договориться с ними не пробовали?
– Уже договорились. Для этого мы с вами не нужны.
– Так в чём тогда проблема?
– Заказ передан через третьих лиц. Они не смогут его теперь отменить, если даже и захотят.
Он передал мне досье.
– Сколько у меня времени на его изучение?
– Считайте, что его вообще нет.
Я углубился в изучение материалов. Засланный казачок потрудился на славу. Достоверность информации не вызывала никакого сомнения. Я был восхищён и Олегом Сергеевичем. Сообщения, вложенные в досье, явно свидетельствовали о том, что агент был членом руководства наших конкурентов или имел доступ к их совершенно секретной информации. Да, к такому уровню внешней разведки мне пока предстояло только стремиться.
Я внимательно читал и анализировал информацию. Почему наш бизнес устроен так, что люди не умеют или не хотят договариваться? Мне, человеку, детство которого прошло на обычной улице, была известна одна простая истина. Чтобы нанести удар противнику, необходимо понимать, что без этого уже не обойтись. Кроме того, необходимо готовить себя и к ответным действиям. А это уже война, и в войне редко бывают абсолютные победители. И самое главное, если верить моему начальнику, то договорённости уже достигнуты. Договорённости достигнуты, но проблемы не сняты. Агент знал даже имя или, вернее говоря, прозвище наёмного убийцы. «Синяя стрела». Да, лаконичное название.
Далее уже была видна работа самого Олега Сергеевича. «Синяя стрела», этот псевдоним происходил из-за основного способа работы киллера. Судя по всему, он в совершенстве владел всеми видами оружия, но коронным его почерком был кортик или нож с синей рукояткой. Никто не знал его возраста и описания внешности, но эпизоды его деятельности захватывали дух.
Две преступные группировки никак не могли поделить сферы влияния. Одна из них решила прибегнуть к помощи нашего противника. В назначенное время в назначенном месте обе банды договорились о встрече. Предстояло смертельное побоище для обеих сторон. Однако этого не случилось. Вместо этого произошло уничтожение одной из банд. Один из её членов, случайно оставшийся в живых, сообщал следующее.
Всё происходило в глухом лесном месте. К заброшенному дому, в котором находились главарь банды и двое его приближённых, подошёл человек в камуфляже, представившийся парламентёром. Его пропустили, а через некоторое время последовал приказ – членам группировки выйти из укрытия. Они вышли и моментально были расстреляны их врагами, пристрелявшими заранее эту точку. Почему был отдан приказ? В доме было обнаружено три трупа, главаря и его заместителей, и у одного из них был зажат в руке телефон. Видимо, он был последний, кто оставался в живых. Этот человек и отдал приказ. Из горла каждого торчало по ножу с синей ручкой. Фирменный знак. Странно было только то, почему трое здоровых и сильных мужчин позволили расправиться с собой так легко и быстро, почему они допустили такую беспечность.
Руководитель одной из коммерческих структур получил угрозу. Он должен был отказаться от участия в тендере или… Однако он был не робкого десятка. Ему необходимо было продержаться две недели, а далее либо пан, либо пропал. Он выиграл бы тендер или его проиграл. В том и другом случае устранять его уже не было бы никакого смысла. Этот человек на всякий случай перестал выходить из дома и удвоил охрану.
«Синей стреле» и не понадобилось выманивать его из убежища. В особняке нарушилась подача электричества. Без этой субстанции современный человек жить не может. Пришёл электрик и ходил по дому из комнаты в комнату, ища причину неполадки. Охрана следовала за ним неотступно. Наконец он нашёл повреждение, устранил его и ушёл. Через некоторое время хозяин зашёл в уборную, нажал спусковое устройство унитаза и взлетел на воздух. Всё было продумано просто и эффектно: электрик отвлёк всё внимание охраны, камеры видеонаблюдения в связи с поломкой временно не работали, а этой туалетной комнатой пользовался только клиент «Синей стрелы». Почему это была именно «Синяя стрела»? В комнате был найден нож с синей рукояткой. И опять не осталось никаких описаний киллера. Вот с таким противником мне предстояло иметь дело.
Из досье явно следовало, что «Синяя стрела» – виртуоз, творчески мыслящий человек и предпочитает не повторять манеру исполнения заказа. Мои рекомендации начальнику заключались в том, чтобы усилить охрану Орлова. В то же время я потребовал от сотрудников службы безопасности тщательно исследовать поступающую информацию.
Но, где будет нанесён удар? По дому Орлова? Вряд ли. Если, конечно, «Синяя стрела» не собирается расстреливать его из гранатомёта. Проникнуть в дом нереально, штат прислуги не обновлялся много лет и многократно проверялся и перепроверялся. Фокус с отключением электричества и системы видеонаблюдения также не пройдёт. В доме имеется автономный генератор, все ремонтные работы согласуются с нашей службой безопасности.
Машина Орлова? Он постоянно пользуется разными автомобилями, его маршрут не прогнозируем. А времени у киллера всё же не так много. Значит, акция будет произведена в ОАО «Клевер».
В течение следующей недели не произошло ничего интересного. Мне уже начало казаться, что киллер всё-таки получил информацию об отмене заказа, и мы опять сможем жить спокойно. Но это была только надежда.
В пятницу к концу рабочего дня Саша Егоров, один из наиболее моих ценных сотрудников, обратился ко мне. Мы оба были бывшими военными и прошли горячие точки. Поэтому он всегда обращался ко мне на «ты».
– Тимур, есть очень интересная информация. Мне бы никогда не пришло в голову обратить на неё внимание, если бы она не поступила из трёх разных подразделений.
– Что ты имеешь в виду? – спросил я его.
– Каждое из подразделений присвоило этой информации знак главного приоритета за этот день. Видимо, у них сегодня была спокойная жизнь. Поэтому основной проблемой они посчитали, что какой-то мальчишка-стажёр попытался отключить видеонаблюдение.