Zum Hörbuch
Передо мною стоял мой однокурсник по военному училищу Валерка Спирин. Внезапно у нас завязался разговор. В ходе беседы я опять услышал это слово – Команда. Выяснилось, что Валерка является членом этой организации, и он просто боготворил её начальника, которого называл Командором. Мой товарищ не очень желал распространяться, чем его структуре приходится заниматься, но меня привлекло в разговоре не это, а совсем другое.
– Командору необходимы настоящие профессионалы, а не чьи-то сынки, – сказал Валера.
– Не верится, что кому-то ещё необходимы специалисты своего дела, – произнёс я.
– Приходи и попробуй, – предложил мне мой товарищ.
А чем я рискую? Да ничем. И уже через день я был в офисе Команды и передавал свои данные с рекомендациями начальника моей воинской части в руки симпатичной девчушке.
– Не знаю, интересны ли они вашему начальству, но они получены за настоящие заслуги, – сказал я, имея в виду рекомендации.
– Нашему начальнику интересна любая информация, – лаконично ответила она.
Это ничего не значит, подумал я. Чистое соблюдение корректности, не более того. Но в других структурах мои рекомендации вообще были неинтересны. Мне оставалось только ждать и надеяться, и звонок всё-таки раздался.
– Завтра в девять ноль-ноль, адрес получите СМС, – произнёс хриплый голос.
В восемь пятьдесят я уже был в назначенном месте. Меня принял мужчина с уже седеющей шевелюрой, волевым подбородком и явным волчьим оскалом, пробивающимся даже через притворную улыбку.
– Нашей организации необходим мозговой центр, динамичный и реагирующий на любое изменение внешних условий. Я просмотрел ваши рекомендации и думаю, что у вас это может получиться, – произнёс он.
Вот так, не больше и не меньше.
– Готов приступить к работе немедленно, – ответил я.
– Не спешите. У нас имеется достаточно таких подходящих, а необходимо выбрать одного наиболее подходящего. Вы согласны пройти тестирование?
Я, конечно, согласился.
Нас собралось человек двадцать. Думалось, что сейчас в класс войдёт отставной военный или какая-нибудь старая грымза, но произошло удивительное. Перед нами предстала девушка, которая, казалось, сошла с обложки журнала. Фигура фотомодели, тонкие черты лица, тёмно-русые волосы. Всё это вкупе с синими, цвета небесной атмосферы, глазами создавало образ, явно несоответствующий цели нашего предприятия. Нет, сейчас она скажет пару вводных слов и передаст дело кому-нибудь другому. Такие существа просто не созданы для проведения подобных мероприятий. Но создание представилось:
– Здравствуйте, меня зовут Татьяна Сергеевна Уланова. Для вас просто Татьяна. Я буду проводить ваше тестирование.
Я уже не помню разнообразные задания, которые мне приходилось выполнять. Через неделю нас осталось пятнадцать человек, через две недели – десять, через три недели – пять, а через месяц только двое – я и брюнет с роскошной шевелюрой, в которой уже начали пробиваться серебряные волоски. Хорошие манеры и отличное образование – всё выдавало в нём выходца из очень благополучной семьи. Если добавить к этому ещё и приятный баритон, то женщины, наверное, не должны были давать ему прохода. Что ему не хватало в жизни? Каким ветром его занесло сюда? Впрочем, наверное, всех нас привело на это тестирование только одно обстоятельство – любыми путями вылезти наверх. Это нас объединяло, но и разъединяло в то же время – в итоге ведь должен был остаться только один.
Или Ник и Тим. Мне трудно разобраться, в какой последовательности их расположить. Но это сейчас и не столь важно. Итак, их осталось только двое. У меня было всего десять дней, чтобы выбрать одного. Я уже изучила их биографии. Один кадровый военный, прошедший горячую точку, круглый сирота. Второй – сын бывшего секретаря райкома, окончивший престижный вуз. Тимур Александрович Арсентьев и Никита Владимирович Переверзенцев. Кто-то из них через десять дней и станет мозгом Команды. Однако теперь мне предстояло работать с ними индивидуально.
– Как мне к вам обращаться? – спросила я.
– Ник, – ответил один из них.
– Тогда я буду Тим, – с улыбкой подыграл ему другой.
И мы стали работать. Я постоянно ловила себя на мысли, что мне ещё не приходилось иметь дело со столь непохожими людьми. Один чуть грубоватый, другой, наоборот, с тонкими манерами и бьющей через край сексуальностью. Один прошёл жизненные университеты, другой имеет великолепное образование.
Кто же из них больше подходит для миссии, к которой оба стремятся? Одному явно не хватает образовательной базы, но это дело наживное. Другой хромает в области простой бытовой логики, но насколько это необходимо для решения общих глобальных вопросов? Вроде бы абсолютно разные люди, но их объединяло одно: дикий напор в стремлении к своей цели. Мне было совершенно понятно, что они оба будут полностью отдавать себя работе на Команду и её руководителя, выполняя все необходимые требования. Я решила, что сделаю выбор по результатам объективного тестирования. Так будет справедливо.
Ник явно был впереди при решении заданий на анализ информации, Тим же несколько выделялся нестандартностью решений. Поэтому наиболее интересны для меня лично были задания, требующие и того и другого.
– Произошло ограбление банка. Десять свидетелей из числа охраны, клерков и случайных прохожих рисуют фотопортрет одного и того же человека. Какое мнение должно быть у следствия? – поставила я однажды им задание.
– Если точно известно, что свидетели независимы, то следствие должно искать именно этого человека, – сказал Ник.
– Возможен вариант, что все свидетели просто говорят одну и ту же ложь. Например, они могут быть все подкуплены, запуганы или мотивированы ещё каким-либо образом, – сказал Тим.
Я была восхищена. Оба умницы и оба по-своему правы. Но ответ Тима был более нестандартным и всё-таки ближе к реальной жизни. Действительно, когда ещё может сложиться ситуация, что десять человек говорят одно и то же?
Десять дней пролетело, и необходимо было сделать правильный выбор. Руководитель Команды абсолютно доверял консультационному психологическому центру. Понятно, что все зависело от моего решения. Итоговый балл Тима был ненамного, но всё же выше балла Ника. Значит, ему и быть мозгом Команды.
Неожиданно ребята обратились ко мне с предложением.
– Наше тестирование закончилось. Послезавтра один из нас пойдёт наверх, а один останется за бортом. Это закон жизни, и здесь ничего не попишешь. Но мы благодарны тебе, Татьяна, за всё и хотим сделать тебе небольшой подарок – пригласить завтра за город на небольшой пикник. Организацию мы берём на себя.
Мы уже давно перешли с ними на «ты», этого требовали законы моей работы. Кроме того, я прирождённый психолог и не боюсь поездки на природу с двумя мужчинами. Короче говоря, я согласилась. Пусть и у Ника немного будет подслащена горечь поражения, думала я.
Мы выехали утром и подъехали ближе к обеденному времени к одинокому озеру. Ребята поставили стол, раздвижные стулья, разложили снедь и начали готовить шашлык. Потом наша компания сидела под тентом, и я слушала тосты в свою честь. Шашлык таял во рту, сливался с ароматом красного вина и, судя по всему, начала таять и я сама. Мне вдруг стало понятно, что дать объективный вывод по результатам тестирования я уже не в силах. Что произошло, спросите вы? Ничего особенного. Это происходит когда-нибудь с каждой девушкой. Я поняла, что влюбилась и уже ничего не могу с собой поделать.
Пикник закончился, и мы поехали домой. Мальчики довезли меня до ближайшей станции метро.
– До завтра, – сказал Тим.
– До встречи, – сказал Ник, слегка пожав мне руку.
Мне ещё было необходимо заехать в офис, чтоб сделать приготовления к завтрашнему дню. Завтра руководитель Команды лично объявит человека, который будет направлять действия его структуры в современных условиях.
Я зашла в офис и открыла сейф. Посмотрю ещё раз на баллы кандидатов:
Тимур Александрович Арсентьев – 120,
Никита Владимирович Переверзенцев – 112.
Однако для меня теперь их баллы не имели никакого значения. Главным было охватившее меня чувство к одному из претендентов. Я вложила в конверт карточку с инициалами Ника.
Мне трудно забыть следующий день. Я с трудом сдерживала себя, чтобы не залиться краской стыда. После оглашения результатов Ник еле удержался от того, чтобы не подхватить меня на руки, а Тим развернулся к двери.
– Подождите. Мы можем предложить вам другую должность, – обратился к нему руководитель Команды.
– Покорно благодарю, – ответил Тим и вышел за дверь.
Ничего не скажешь, этот человек умеет держать удар. И в этой фразе он весь: ему нужно всё или ничего.
День спустя раздался звонок. Это был Тим. После того, как мы поздоровались, им была произнесена короткая оскорбительная фраза, боль от которой у меня долго не проходила. За что он меня обидел? Ведь я была перед ним ни в чём не виновата? Разве можно обвинять женщину в том, что она полюбила?
Мне не очень хочется вспоминать последние десять дней тестирования. Хорошо же поиграла со мной госпожа Уланова. Но к моему конкуренту у меня не было особых претензий. В конце концов, мы оба стремились к одной цели, и какая разница, какие при этом использовались средства. Нет, не скрою, мне нравилось её общество, нестандартность её заданий, выдержка и божественно кроткий голос, но, как говорил один известный киногерой: запоминается последнее. А последним было то, что у меня украли мой шанс, именно украли.
За эти десять дней пренебрежительное отношение к Нику, так звали моего противника, как ни странно, сменилось почти на дружеское. Он явно тянулся ко мне, пытаясь восполнить свой жизненный пробел в знании законов простого российского бытия, и мне это нравилось. На тестировании мы были непримиримыми соперниками, но после него понемногу сближались. В конце этой десятидневки мне было даже немного жаль, что нам, видимо, суждено расстаться. Ещё больше я пожалел Ника, когда узнал, что я выиграл. Это произошло случайно. Татьяна обычно запирала результаты ежедневного тестирования в сейф, но по окончании последнего дня произошло непредвиденное: её на секунду отвлёк телефонный звонок. Листок на мгновение остался без контроля, беззащитный и незакрытый её маленькой ладошкой, и мне этого времени вполне хватило, чтобы узнать необходимую информацию. Мой итоговый балл на восемь баллов превышал аналогичный балл Ника. Я ликовал, это была победа.
Победитель должен быть гуманным к побеждённым. Я предложил Нику устроить прощальный пикник для Татьяны, и он согласился. Мне уже нравилась эта красивая и умная девушка, совсем непохожая на других женщин, встречавшихся мне на пути. Я уже проторил дорогу в руководство Команды, следующим этапом я завоюю её сердце, и ничто меня не остановит.
Пикник прошёл красиво. Ник и Татьяна были, судя по всему, довольны, а я получал удовольствие от осознания своего милосердия к побеждённому противнику.
Когда мы проводили Татьяну, то я решил продолжить праздник для Ника. Мне хорошо, пускай сегодня будет хорошо и ему. Завтра у него ведь будет траур.
– Пошли в бар, выпьем, я угощаю, – обратился я к нему.
– Извини, но у меня другие планы на вечер, – вежливо отказался он.
Не хочешь – как хочешь. И я отправился спать спокойным сном победителя.
На следующий день утром мы с Ником находились в офисе Команды. И Татьяна была там, красивая и элегантная. Я сосредоточил всё внимание на ней, своём следующем трофее. И вдруг Командор обратился к Нику:
– Ник, разрешите мне вас так теперь называть. Поздравляю вас, с сегодняшнего дня вы главный аналитик Команды, наш мозг.
Этого не могло быть, но это случилось. Мне хватило часа езды от офиса Команды до моего дома, чтобы сложить все факты воедино. Ник, пожимающий руку Татьяне, и его слова ей: «До встречи». Именно до встречи, а не до завтра. И планы его на вечер, понятно, были другие. Скорее всего, не только на вечер, но и на ночь. И выпить он со мной не мог. Для того чтобы заставить её совершить подлог, применив свои чисто мужские способности, Ник должен был быть абсолютно трезв.
Но бог с ним, с моим конкурентом. Каждый выживает как может. А вот Татьяна меня удивила. Никакая она, оказывается, не особенная, а такая же, как остальные. И всё, что я хотел, – это доказать этой дряни, что ей не удалось меня одурачить.
Я набрал номер телефона Татьяны.
– Привет, – сказал ей я, услышав её кроткий голос. Воистину в тихом омуте черти водятся.
– Привет, Тим, – ответила мне она ласково.
Я коротко сказал ей:
– Ты – обыкновенная шлюха. И выключил телефон.
Ник приехал на следующий день в консультационный центр. Элегантно одетый, пахнущий хорошим мужским одеколоном, интеллигентная речь, произносимая приятным голосом. Всё это не могло не произвести впечатления на женскую часть моей организации.
– Танюша, тебя ищет молодой бог, – сообщила мне одна из сотрудниц.
Сплетни обеспечены, подумала я. Впрочем, это была моя вина, так как у меня до сих пор не было ни мужа, ни жениха, ни возлюбленного, ни просто молодого человека. Видимо, я находилась под влиянием бабушкиных указаний о том, что необходимо ждать одного-единственного.
Я встретила Ника очень хмуро. Моя работа на Команду закончилась, а лишние разговоры всё-таки не нужны. Тем более что боль от обиды, нанесённой Тимом, до сих пор не проходила. Однако моя неприветливость нисколько не смутила моего незваного посетителя.
– Привет, Татьяна, – сказал он, протянув шикарный торт.
– За что предлагается столь шикарный презент?
– Благодаря тебе я получил то, о чём только мечтал.
– Вы получили это только благодаря своим способностям и настойчивости. Я только зафиксировала этот факт документально.
Ник был настойчив:
– Я хочу пригласить тебя в кафе и отметить мою победу.
Знал бы он о цене его победы. Самое главное, что это было известно мне: подлость, вызванная чувством, из-за которого теряют голову.
– Наши занятия закончились, и мы можем опять перейти на «вы», – ответила я.
Скромно улыбнувшись, он оставил торт на моём столе, после чего развернулся и ушёл.
Однако этот человек умел добиваться того, чего хотел. Его звонки следовали регулярно, он настойчиво просил меня о встрече, и я, в конце концов, уступила.
Примерно через неделю этот молодой человек заехал за мной в конце рабочего дня. Ник был так же красив и элегантен и смотрел на меня взглядом робкого школьника, приглашающего девочку на первое свидание. Если я его выгоню сейчас, то он больше никогда не придёт, подумалось мне. Я моментально поймала себя на мысли, что очень не хочу этого допустить. В общем, неприступная Татьяна сказала своё щедрое «да». Когда мы шли по коридору, я чувствовала затылком восхищённые и завистливые взгляды, адресованные мне. Или нам? Да, такую красивую пару, наверное, встретишь не часто.
Мы с ним поехали в парк, гуляли по аллеям и смотрели на плавающих в пруду лебедей. В этот день Ник не сказал мне ни одного слова любви, ни разу не обнял меня за талию и не пытался поцеловать. Все его попытки сближения ограничивались лёгкими поглаживаниями моего запястья. Он выглядел всё таким же робким школьником, только я к концу дня уже не чувствовала себя его повелительницей. И тем для разговора у нас было неисчислимое множество: театр и спорт, новости из мира бизнеса и сплетни из жизни звёзд. Всё, о чём заводил разговор Ник, было интересно и мне.
Когда он доставил меня к подъезду родительского дома, то я уже поняла, что пропала. Но самое печальное, что это понял и новоиспечённый мозг Команды. Теперь вся моя психология была бессильна. Наверное, ещё не изобретено в мире противоядия против охватившего весь мой организм чувства влечения к сидящему рядом мужчине. Какой смысл был в моих психологических познаниях, если всё было предельно просто и ясно. Это могло быть сказано одной фразой: я хочу быть его женщиной, его собственностью, в общем, быть с ним.
Ник наверное всё это чувствовал, но пожалел меня. Лёгкий поцелуй в угол губ, это было всё, чем он наградил меня за первую встречу. Мама, увидев моё взволнованное состояние, сразу догадалась, в чём дело.
– Ну и кто он? – спросила она.
– Мой бывший клиент, и он мне нравится.
– И насколько серьёзно нравится?
– Думаю, что очень.
Уже в ближайший выходной день Ник заехал за мной домой. Удивительно, но он сам нашёл нашу квартиру, не зная номера. Я точно помнила, что не сообщала ему эту информацию. Когда прозвенел звонок в дверь, мне подумалось, что это может быть кто угодно, но только не мой желанный поклонник.
Внезапно в комнату вошла мама.
– Танюша, к тебе приехал молодой человек, – сказала она.
Я вышла из комнаты и увидела Ника.
– Как ты меня нашёл? – спросила я его.
– Ходил по подъезду и спрашивал, где здесь живёт самая красивая девушка.
– А если честно?
– Ты просто забыла, кем я теперь работаю. После нашего расставания мне захотелось немного передохнуть в машине. Когда через несколько минут в подъезде зажглось одно из окон, то я предположил, что вероятность простого совпадения таких событий невысока.
Мама улыбнулась.
– Судя по всему, вы мастер по созданию алгоритмов, – сказала она.
– Математика притягивала меня с детства.
– Тогда вы нашли здесь родственные души.
Ник явно понравился ей, и у меня начало складываться впечатление, что этот человек не может не вызывать симпатию у окружающих.
В этот раз он пригласил меня поехать на Поклонную гору. Ник припарковал машину, галантно открыл дверь и взял меня за руку. Только-только начали работать фонтаны. Он подвёл меня к ним. Брызги оседали на моём лице, руках и блузке, но не было никакого желания отойти. Жар, бушевавший во мне, надо было немного охладить. Однако этот огонь не затухал. По крайней мере, я не знала, как это сделать, да и не имела желания. Ник наклонился к моему уху и, слегка укусив его, прошептал:
– Тебе нравится здесь, милая.
– Мне нравится быть с тобой, – прошептали мои губы.
Внезапно я поняла, что совершила ошибку, непростительную ошибку для профессионала моей квалификации. Никогда нельзя человеку, тем более мужчине, давать понять о своём истинном отношении к нему. Но что делать, если слова сами слетают с губ, а мозговые центры ни в состоянии их тормозить! Какая психология может оградить невинную девушку от охватившей её любви?
Мы немного погуляли между фонтанами, и вдруг Ник обратился ко мне:
– Ты, наверное, голодна?
Я действительно уехала из родительского дома, не пообедав, но как же он всё-таки чувствует моё состояние! Мои глаза посмотрели в его глаза, а губы произнесли:
– Следую за тобой, мой господин.
Вторая ошибка. Я поставила себя в подчинённое положение. Но что делать, если все мои психологические ухищрения не помогают. Нет, не это. Их невозможно применить. Такой ситуации ещё не было: мои губы каким-то странным образом шептали не те слова, мой мозг передавал не ту информацию моим губам, а что происходило с моим мозгом, вообще было непонятно. Какая-то неведомая сила ворвалась в него и заставляла меня вести себя как-то не так. Но самым забавным было то, что мне всё это нравилось.
Мы поехали в ресторан, название которого я не припомню. Однако окружающая обстановка уже не волновала меня. Мне теперь на всём белом свете было интересно только одно явление. Нет, не явление, а один единственный человек. Никита Владимирович Переверзенцев или просто Ник, мозг Команды, завладел всем моим существом, проник в каждую клеточку моего организма и, судя по всему, нашёл способ управлять мною.
Нет, этого не может быть. Кто из нас двоих специалист по психологии: он или я? Этого не может быть, но это происходит наяву. Это происходит наяву, но при этом я как будто во сне. Всё находится в тумане: обстановка в ресторане, движения официантов, жесты Ника и даже его кроткие ухаживания за мной. Я осознавала, что я уже не психолог, не сильный человек и даже не слабая женщина. Нет, я его собственность, его приложение и, увы, готова делать то, что он пожелает.
Из оцепенения меня вывел его голос:
– Поехали домой, дорогая.
– Поехали, – ответила я.
Через двадцать минут мне стало понятно, что мы едем явно не в сторону родительского дома. И всё, что я могла молвить:
– Куда мы едем?
– Ты хочешь увидеть, как я живу? – вопросительно ответил он.
Мне было понятно только одно: я хочу следовать за ним.
Мы поднялись к нему в квартиру. Ник зажёг свет и слегка обнял мои плечи. Внезапно меня пронзила смешная и в тоже время ужасная для этой ситуации мысль. Я никогда ни с кем не целовалась, он сейчас это поймёт и будет надо мной потешаться. Однако Ник делал всё очень тактично и правильно. Я чувствовала себя подобно лодке, попавшей в сильное течение, которое соответствует её изначальному курсу.
Через некоторое время мы уже лежали обнажённые в постели и занимались любовью. Нет, мой организм действительно находился как будто под сладким, неестественно приятным наркозом. По крайней мере, боли, о которой говорили многие мои подруги, я не почувствовала. После этого Ник ласкал меня, мы пили кофе, и он опять ласкал меня. Я лежала своей головой на его груди, и внезапно мозг Команды произнёс:
– Ты забыла сделать одну важную вещь.
– Какую? – спросила я.
– Позвонить домой.
Я почти обиделась. Неужели он считает, что моё неумение в сексе происходит от того, что я домашняя девочка. Но не рассказывать же ему сейчас о бабулином наказе. Мне удалось собрать всю свою волю в кулак и заявить ему:
– Я – не маменькина дочка.
– У меня не было таких мыслей. Но твои домашние, наверное, волнуются, и у тебя могут быть проблемы. Я же не хочу, чтобы моя девушка имела из-за меня даже минимальные трудности.
Логично. Он ничуть не унизил меня, наоборот – продемонстрировал чувство вины. А я уже смотрю на него взглядом женщины, которая опёрлась на сильного мужчину.
Моя рука набрала телефон родительской квартиры.
– Буду дома завтра утром, всё разъясню при встрече, – заявила я.
Проснувшись утром, Ник слегка улыбнулся, поцеловал нежно меня в губы и сказал:
– Не ожидал встретить девственницу с такой восхитительной внешностью, – сказал он.
– Больше и не встретишь. Я берегла себя для одного-единственного, – был мой ответ.
– Значит, я и есть тот самый.
Мы поехали в родительские пенаты. Когда автомобиль подъехал к дому, то Ник произнёс:
– Сколько вам необходимо времени, мисс Уланова?
Он, умница, взял инициативу на себя. Мой разговор с родителями теперь резко облегчался. Вопрос мамы был корректен настолько, насколько вообще это было возможно в данной ситуации:
– Что случилось, Танюша, почему ты не ночевала дома?
– Я ухожу жить к Нику, мне необходимо собрать свои вещи, – коротко ответила я.
Случилось чудо, родители не стали чинить мне препятствия. Видимо, Ник сумел зародить и в них чувство уверенности. Скажу сразу, он им нравился в течение всей нашей совместной жизни. Ранее я и представить себе не могла, что они смогут отнестись положительно к человеку, который увёл к себе их дочь после второго свидания.
Так мы и стали жить вместе. Редко такое бывает, но я в этом человеке принимала всё. Именно всё, а не практически всё. Нравился тембр его голоса и его интонации, запах его тела и рубашек, телевизионные передачи, которые он смотрел, и газеты, которые он читал. И Ник в отношении меня не выказывал даже капли недовольства. Он никогда не смеялся над моей неумелой стряпнёй, а, наоборот, съедая подгорелые блинчики, говорил, какие они вкусные. И я в результате научилась готовить. Занимаясь со мною любовью, он не делал ни единого намёка на мою неумелость и закомплексованность. На первых порах Ник многое делал сам, лаская каждую точку моего тела и думая в первую очередь о моём удовлетворении. И я, в конечном счёте, научилась с ним искусству любви. Ну, а третьей составляющей настоящей женщины – быть леди в гостиной – меня и не надо было учить.
Вся прошлая жизнь учила Татьяну Сергеевну Уланову правильно вести себя в обществе. Благодаря Нику мне стали понятны правила поведения не только в интеллигентном коллективе. Мой интеллект и некоторая информация не давали мне повода питать хорошие чувства к Команде, но я жила с её мозгом и поэтому вынуждена была выполнять некоторые требования этой организации. Командор в это время пытался придать своей структуре некоторое подобие благообразного статуса. Корпоративы с участием звёзд политики, бизнеса и шоу-бизнеса стали у них правилом. Ник должен был присутствовать на них и частенько брал меня с собой.
Моя внешность явно привлекала мужчин. Члены Команды должны были держать это при себе, никто из них не решался бросить вызов её главному аналитику. Приглашённые? Среди них были разные люди. Один высокопоставленный чиновник постоянно буравил меня взглядом и, наконец, решил обратиться ко мне.
– Татьяна Сергеевна, мне нужна ваша помощь.
– Какого рода?
– Близятся выборы, и нам всем потребуется психологическая поддержка. Вы могли бы оказать мне подобную услугу?
– Как это будет выглядеть?
– Несколько приездов в нерабочее время в мой кабинет с психологическими консультациями.
– Я думаю, что мне придётся вам отказать. Если об этих деловых свиданиях узнает ваша жена, то психолог вам точно понадобится и уже не в свете выборов.
Чиновник на секунду нахмурился, но всё же задал мне вопрос.
– А кто ей про это может сказать?
– Думаю, кто-нибудь из особ женского пола, считающих, что время на наши консультации было оторвано от их личной жизни.
Ник с трудом сдержал улыбку. По дороге домой он стал рассыпаться мне в комплиментах.
– Молодчина, хорошо же ты поставила его на место.
– А у Команды не будет из-за меня проблем?
– Отнюдь. Эти люди относятся к нам с большой долей снобизма. Ты же показала, что наши женщины не проигрывают их жёнам ни во внешности, ни в интеллекте, ни в чувстве юмора. Значит, и степень уважения к Команде у них поднимется.
Прошло несколько лет. Я слилась с Ником в единый цельный организм и уже не могла даже допустить мысли, что это не тот самый единственный мужчина. В этот момент мне и вспомнилась бабушка. Работа Ника связана с определённым риском, это было ясно. Я не очень верила в мистику про заслоны, заговоры и тому подобное, но хуже от нашей поездки к ней явно не будет. Да и бабулю пора уже было познакомить с моим избранником.
Ник согласился поехать со мной сразу. Он вообще старался доставлять мне удовольствие. Мы тронулись в путь. Я и он долетели самолётом до Нижнего Новгорода. Затем мы сели в такси, назвали адрес бабушкиной деревни и покатили с ветерком. Когда показалась Волга, то его лицо приняло задумчивый вид.
– Что тебя беспокоит, дорогой? – спросила я.
– Как тебе сказать? Эта великая русская река течёт веками, не обращая внимания на то, что происходит на её берегах. Она не рвёт и не мечет, и не поворачивает своё русло в зависимости от разных внешних факторов. Она спокойно проявляет свою волю, объединяя огромную страну: Нижний Новгород и Астрахань, Саратов и Волгоград, многие большие народы и мелкие поселения. А что делаю я?
– Ты делаешь то, что хорошо умеешь. Ты ведь хотел попасть в Команду, ты рвёшься наверх и ты мужчина с большой буквы. Мне с тобой надёжно, и я тебя люблю. Что тебе в этом не нравится?
– Я и не спорю. Но у меня постоянно возникает ощущение, что любое проявление моей воли идёт на благо только мне и моей организации. Постоянные манёвры и напряжение мозговых извилин приводят только к сиюминутной выгоде узкого круга лиц. Мы с Командором говорим о необходимости наведения порядка и сожалеем о черновой работе, без которой наше дело невозможно. И оба понимаем, что всё это демагогия. Все наши действия направлены ни на благо народа, а на наш путь к власти. Любой ценой. Но ты права: я свой выбор сделал и со своего пути уже не сверну.
Я не думала, что он будет со мной так откровенен. Мне было нечего ему ответить. Тогда я просто поцеловала его в висок и сказала:
– Не предавайся мрачным мыслям. Тебя ждёт встреча с моей бабушкой.
Бабушка встретила нас очень хорошо. Сытный обед, приветливые взгляды, ласковые слова – всё говорило о том, что она рада не только мне, но и моему избраннику. Оставшись ненадолго с ней наедине, я завела разговор о том, из-за чего, собственно, и привезла Ника.
– Это тот самый единственный, – сказала я.
– Ты уверена в этом? Запомни, что заслон я смогу выставить только один раз, – ответила бабушка.
– Уверена.
– Тогда мне необходимо пообщаться с ним наедине.
Мне не составило большого труда уговорить Ника на рандеву с бабулей: бабушка хочет пообщаться с тобой, что тебе это стоит, она скучает по обществу и тому подобное. Но я всего этого могла ему и не говорить. Он в любом случае пошёл бы мне навстречу.
Перед нашим отъездом бабушка подошла ко мне.
– Я выполнила своё обещание. Твой любимый проживёт очень долго и умрёт только от старости.
– Дай бог, – ответила я.
Когда мы сидели в самолёте, меня охватило любопытство. Как всё-таки происходит этот обряд, чтобы выставить заслон вокруг человека?
– Что делала бабушка, когда вы остались наедине?
– Мы просто говорили о тебе и нашем с тобой будущем. Ещё она почему-то всё время смотрела мне в глаза. Взгляд у неё какой-то проницательный.
– И всё?
– И всё.
Внезапно Ник улыбнулся и обратился ко мне.
– Встречный вопрос. О чём вы говорили с бабушкой без меня?
Я решила солгать.
– О том, что мне пришла пора из Татьяны Улановой превратиться в Татьяну Сергеевну Переверзенцеву.
Лицо Ника приняло удивлённое выражение. Я на мгновение испугалась. Какого дьявола мне пришла в голову эта мысль? Сейчас он скажет, что не готов к браку, что мы ещё молоды и нам рано думать о семье. В результате он испугается моей навязчивости и бросит меня. Но Ник сказал только одно:
– Прости, милая, мне мою трусость. Я не решался тебе сделать предложение, боясь отказа. Очень хочу, что бы ты стала моей женой и как можно быстрее.
На следующий день мы подали заявление. Родители были довольны моим выбором, и я считала дни до свадьбы. И всё-таки мы с Ником расстались. Произошло страшное. Нет, он не оскорбил меня и не поднял на меня руку. Думаю, что я любила его тогда так сильно, что простила бы ему даже это. Воспоминания о том событии до сих пор холодят мою душу. Не дай бог никому так разочароваться в близком человеке.
Где-то за месяц до нашего бракосочетания Ник обратился ко мне с просьбой.
– Командор произвёл очередную чистку кадров. Палку немного, как всегда, перегнул. В результате у него не осталось ни одной секретарши.
– Команда не была бы сама собой, если бы не перегибала палку время от времени. Причём здесь я?
– Секретаршу, конечно, мы подберём. Но понадобится время, не меньше недели. Однако брать с улицы людей мы не можем.