Zum Hörbuch
Несмотря на поздний вечер, в здании городского следственного отдела светилось несколько окон. В одном из кабинетов второго этажа, где горел свет, за столом сидел молодой человек лет тридцати. Он внимательно рассматривал разложенные перед ним материалы уголовного дела и аккуратно подшивал их в серые картонные корочки. Открылась дверь кабинета, и в проеме Сергей (так звали мужчину) увидел своего начальника. Переступив порог, тот сочувственно произнес:
– Уже десять часов вечера, иди отдыхай, завтра у тебя дежурство, надо выспаться.
– Сейчас буду собираться, – ответил Сергей. Он неторопливо встал, перевел усталый взгляд на часы, висевшие на стене, и, словно не поверив своим глазам, взглянул в окно, где в сгустившихся сумерках светились тусклые огни многоэтажных домов.
Сергей работал следователем, и сегодня он засиделся допоздна, оформляя одно из имеющихся у него в производстве уголовных дел. За месяц он закончил расследование пяти дел – хороший показатель следственной работы; не хромало у него и качество, поэтому его фотография уже второй год висела на доске почета лучших следователей управления. А еще были и другие поощрения в виде грамот, благодарностей и денежных премий.
И в один из летних дней фортуна вновь повернулась к Сергею лицом. Его вызвал к себе начальник отдела Андрей Викторович. Предложив сесть, он взглянул на уставшее лицо Сергея и с непривычным для него сочувствием произнес:
– Слушай, по тебе видно – ты устал и вымотался. Так нельзя относиться к своему здоровью. Давай, возьми пару недель в счет отпуска и сгоняй на юг, отдохни!
– Да какой отдых? – начал отнекиваться Сергей. – Дела надо заканчивать. Весь сейф ими завален, а там люди под стражей сидят, сроки горят.
– Дела… Они всегда будут! – неожиданно произнес начальник и небрежно махнул рукой, чем изрядно удивил Сергея. Обычно разговор на эту тему сопровождался другими словами: не расслабляться, напрячься, потерпеть. Сейчас же все было по-другому. Проявляя непривычное для руководителя сочувствие, Андрей Викторович продолжил:
– Знаешь, Сергей, что самое главное в нашей работе? – и, не дожидаясь ответа, произнес: – Здоровье! Ты еще молод, так что береги его! А с таким отношением к службе ты быстро загонишь себя и сгоришь. Кстати, ты слышал, что недавно сказал президент?
– Что он сказал? Кому? – с непонимающим видом произнес Сергей. Все еще погруженный в работу, он пытался понять, что президент страны мог сказать по этому поводу. Но ничего определенного в голову не пришло.
А начальник тем временем продолжил:
– Я не знаю, кому он это говорил, но помню, что в прошлом году, выступая по телевизору, президент сказал, что о людях надо думать и их здоровье. И особо подчеркнул, что это главное!
Говоря эту фразу, Андрей Викторович поднял указательный палец вверх и с серьезным выражением лица продолжил:
– Вот так! Поэтому не спорь. С понедельника ты в отпуске. Сейчас июль, самое время съездить на юг, отдохнуть. В управлении для тебя есть путевка в Сочи, так что езжай. И еще: я выписал тебе материальную помощь и премию к отпуску – как раз на путевку жене хватит и еще на отдых останется.
– Это, конечно, хорошо! – с озабоченным видом произнес Сергей. – Но как быть с делами? По двум из них сроки горят, а там люди под стражей сидят; не сегодня завтра – жалобы пойдут в прокуратуру.
И действительно, имеющиеся в производстве у Сергея уголовные дела тяжелым грузом висели у него на шее. Передавать их коллегам на период отпуска – традиция плохая: у каждого следователя своей работы невпроворот. И получается, никуда от дел не денешься и не избавишься, кроме болезни, экстренных случаев в виде командировки или увольнения. Но и здесь начальник удивил Сергея.
– Дела, где горят сроки, передашь мне. Я сам проведу по ним расследование. А ты давай отдыхай, набирайся сил и здоровья. Для нашей работы – это главное!
Андрей Викторович попрощался и вышел из кабинета, а Сергея от предвкушения ближайшего отпуска охватила такая радость, что он громко хлопнул в ладоши и потер ими. И было отчего: две недели беззаботного отдыха на юге – что может быть лучше? Но внезапно его рука ударилась о твердую поверхность. Сергей почувствовал боль в ладони и проснулся. Поднял голову, осмотрелся вокруг. Оказалось, что он лежит в кровати, в своей квартире, рядом спит жена, а висящие на стене электронные часы показывают пять утра. Сергей понял, что находится дома, а не на работе, но все еще смотрел на зашторенное окно, пытаясь понять, а был ли этот разговор с начальником на самом деле или ему это приснилось. Через несколько секунд он пришел в себя и с грустью осознал, что это был сон, всего лишь сон. Еще какое-то время Сергей находился под впечатлением от приятного сновидения, а когда его туман рассеялся окончательно, то мысли заполнила совсем другая реальность: «Сейчас начало мая, до отпуска еще три с половиной месяца тяжелой и кропотливой работы. Но ничего. Зато потом, в августе, в положенный мне отпуск мы с женой махнем на юг, на Черноморское побережье Кавказа, где пару недель будем беззаботно лежать на пляже и купаться в теплой морской воде!» Настроение улучшилось, и, закрыв глаза, Сергей провалился в сон.
Утром он пришел на службу и сразу же включился в водоворот текущих дел, а под конец рабочего дня, когда выдалась свободная минута, ему припомнился утренний сон. Откинувшись в кресле, Сергей задержал взгляд на экзотической заставке монитора с изображением морского побережья с зелеными раскидистыми пальмами и улыбнулся от посетивших его мыслей: «А что, хороший сон! Только отпуск у меня не в июле, а в августе, но это даже лучше!»
Супруга Сергея Татьяна тоже была юристом, но, в отличие от мужа, работала в сфере образования: преподавала гражданское право в местном институте экономики и права. Уже два года она писала кандидатскую диссертацию и сейчас, выйдя на финишную прямую, готовилась к ее защите в одном из столичных вузов. Событие не рядовое, а самое настоящее испытание: серьезное и ответственное, поэтому Татьяна полностью отдавалась научной работе, отодвинув остальные дела на второй план. Сергей ее прекрасно понимал и как мог успокаивал и поддерживал. «Все будет хорошо!» – говорил он, пробегая глазами по тексту диссертации, посвященной проблемам нотариата. Для следователя эта тема – дремучий лес, но, поплутав немного по его опушкам и вспомнив кое-что из университетского прошлого, Сергей довольно толково сформулировал свое мнение о работе, чем немало удивил жену. Еще бы, он следователь – юрист универсальный и тоже может грызть гранит науки.
Супруга успокоилась и даже улыбнулась. Видя ее хорошее настроение, Сергей нежно обнял жену и ловко сменил тему разговора. Он красочно обрисовал перспективу их летнего отдыха: там, на юге, они будут купаться в теплом море, загорать, а по вечерам гулять по набережной, любуясь морскими пейзажами, экзотической растительностью и солнечными закатами. Заодно в каком-нибудь кафе на набережной под живую музыку, морепродукты и сухое вино отметят и защиту диссертации.
Внезапно мысли Сергея прервал телефонный гудок. Звонили из приемной; секретарь сообщила, что его просит зайти начальник отдела.
– Иду, – ответил Сергей и подумал: «Что там еще – внеочередное дежурство или новое дело?»
Он зашел в кабинет. Андрей Викторович с серьезным видом сидел за рабочим столом, склонившись над листом бумаги, именуемым им шахматкой, где в небольшие квадратики, расчерченные обычной ручкой, были внесены данные об уголовных делах, сроках и за кем из следователей они закреплены. Увидев Сергея, начальник оторвал взгляд от стола, сдержанно поздоровался и предложил ему сесть напротив. По его серьезному взгляду и озабоченному виду Сергей сразу понял, что ничего хорошего ему этот вызов не сулит. Так оно и вышло. Андрей Викторович взглянул Сергею в глаза, выдержал небольшую паузу и начал:
– Знаешь, Сергей. В отделе складывается сложное положение: Петров через месяц уходит на повышение в управление, Степанов со следующего понедельника увольняется – решил податься в адвокаты, Попова на днях уходит в декрет. Ну а про Карпова сам знаешь: уволен со вчерашнего дня за нарушение дисциплины. Надоело терпеть его залеты и запои. В общем, летом у нас будет некомплект – останется половина состава. Период тяжелый, а чтобы заполнить штаты, понадобится время. Рассчитываем на студентов – выпускников университета, но они придут только в августе-сентябре.
Сергей молчал.
А Андрей Викторович продолжил:
– И еще новых следователей придется стажировать – пару месяцев. Так что легче будет только в конце года, когда они более-менее освоятся.
Сергей уже догадался, к чему клонит начальник. «Неужели придется пожертвовать отпуском? – мелькнула печальная мысль. – Не дай бог!»
А Андрей Викторович, словно читая мысли подчиненного, грустно произнес:
– Летом, Сергей, с отпуском не получится.
– Как не получится? Я же планировал. И жена надеется, что отпуск в августе, – расстроившись, выдавил из себя Сергей. – Я уже два года не был в отпуске летом. Все зимой или осенью…
– Подожди, успокойся, – перебил его Андрей Викторович, – ты пойми, с июня у нас будет некомплект состава, а работы летом, сам знаешь, всегда полно. Поэтому отпусков в этот период не будет – не только у тебя, у всех. И у меня в том числе.
– А когда будет? – недовольно пробурчал Сергей. – Опять зимой, в декабре? Как в прошлом году?
– Нет, давай сделаем так, – предложил Андрей Викторович. – Ты сейчас, в мае, сходишь в отпуск, пока есть такая возможность, а летом и осенью ее, сам понимаешь, не будет.
Сергей уже догадался, что отпуска в августе он лишился и теперь ему придется все лето, засучив рукава, работать за двоих, а то и за троих, пока в отдел не придут новые следователи. Обескураженный такой новостью, Сергей переспросил начальника, словно все еще не верил в случившееся, так внезапно спутавшее его планы:
– Как в мае?
Андрей Викторович посмотрел в календарь и уточнил:
– Да, в мае, после праздников, с десятого числа. Можешь, конечно, идти в декабре, но лучше сейчас. Тем более в отделе кадров есть путевка в санаторий. Она горящая. Кто-то из управления отказался ехать, и путевку отдали нам в отдел.
– А куда она? – больше из любопытства поинтересовался Сергей, понимая, что жене сейчас не до отпуска и никуда она не поедет. Даже на юг. И его одного не отпустит. Сергей знал, что в таких вопросах женщины бескомпромиссны, подкрепляя свои доводы обычно чьим-то горьким опытом: «Когда-то какой-то мужчина съездил в санаторий один, без супруги, а там – такое!!!» И, конечно же, подруги жены не станут исключением, запоют в один голос, что в санатории бесхозного мужчину с ходу приберет какая-нибудь ловкая женщина, задурит ему голову и уведет из семьи.
В общем, перспектива поездки в санаторий без супруги практически отсутствовала.
А начальник тем временем взял со стола документ, пробежался по нему глазами и произнес:
– Нет, путевка не на юг, а в санаторий «Уральская жемчужина». Он в соседней области. Кто в нем был – хвалят, говорят, неплохое питание и лечение. И место там красивое: рядом озеро, а вокруг сосновый бор. Правда, сейчас несезон, но в санатории есть большой бассейн. В общем, можно неплохо отдохнуть.
Сергей уже понял, что спорить с такой внезапно сложившейся реальностью бесполезно. Нет, конечно, можно было отказаться и настаивать на своем, ведь график отпусков был утвержден в прошлом году и они с женой заранее спланировали поездку на юг и весь год жили ее ожиданием. Только как это будет выглядеть? Ясно, что как протест, ведь подобный отказ станет вызовом против негласных правил, сложившихся в следственной службе еще с советских времен. По ним главное – служба, и, в принципе, это нормально, если бы человек не рассматривался в ней как средство для достижения результата в довольно непростых условиях работы. Так уж повелось, что для успешной карьеры следователю необходима полная самоотдача. И Сергей это понимал и принимал, поэтому спорить с начальником не стал, а, тяжело вздохнув, вышел из кабинета и направился в отдел кадров писать заявление на отпуск. Там его ждала путевка в санаторий «Уральская жемчужина», но он засомневался в поездке, не зная, как на это отреагирует Татьяна. Женщина из отдела кадров, понимая его состояние, предложила ему обсудить с супругой вопрос о поездке.
– Вы, главное, не затягивайте с ответом, – произнесла она. – Подумайте, а завтра сообщите о своем решении, чтобы в случае отказа путевка не пропала.
Пообещав сообщить результат на следующий день, Сергей поблагодарил женщину и направился в свой кабинет, размышляя о предстоящем разговоре с женой: «Вот как все быстро поменялось: на юг мы уже не едем и отпуск у меня не в августе, а в мае, через несколько дней. И что я только буду в нем делать?»
Сергей набрал номер мобильного телефона жены, чтобы сообщить новость об отпуске и узнать ее мнение по поводу путевки, но на звонок она не ответила. «Наверное, проводит занятия со студентами-вечерниками», – подумал Сергей и взглянул на часы. Они показывали седьмой час вечера. Рабочий день у него закончился, и Сергей направился домой, чтобы там дождаться супругу и с глазу на глаз обсудить с ней возникшую проблему.
«Так даже лучше будет, – подумал он. – Татьяну можно понять. Она ведь настроилась на отпуск в августе. А теперь получается, что совместный отдых у нас под вопросом».
Хотя съездить по бесплатной путевке в санаторий Сергей не возражал. Полгода напряженной работы изрядно вымотали его, и хотелось отдохнуть: куда-нибудь съездить и сменить обстановку. В случае же отказа от путевки перспектива отпуска в мае его не радовала: супруга готовится к защите диссертации, и чтобы не мешать ей, придется весь отпуск сидеть дома как мышь, без громкой музыки и вечерних просмотров фильмов. В общем, месяц тишины и покоя.
«А может, вместо мая пойти в отпуск в декабре, когда придут новые следователи?» – ломал голову Сергей. За пять лет работы в следственном комитете он понял, что служба в нем несовместима со спокойной жизнью; она сплошь состояла из каких-то авралов и межведомственных организационных проблем. Все это только нервировало и раздражало. «Лучше бы зарплату подняли, – думал в такие минуты Сергей, – а то работаешь за двоих, а то и за троих, а получаешь довольно скромное жалование». Когда он называл его размер, друзья искренне удивлялись, за исключением судебного пристава – исполнителя, тянувшего свою лямку за еще меньшую заработную плату.
Такие мысли навеяли грустное состояние; захотелось в санаторий, чтобы отвлечься от службы: поплавать в бассейне, поиграть в волейбол и, в конце концов, просто отоспаться.
Когда Сергей пришел домой, жена еще была на работе. Он сел в кресло. Непроизвольно в голову закралась мысль: «Вот он, сон наяву, только все в нем шиворот-навыворот: приснилась поездка в санаторий, и вот пожалуйста, на следующий день сон сбылся, и не надо ждать августа… Только как Татьяна к этому отнесется?»
Но все произошло так, как Сергей и представить не мог. Увидев, что муж расстроен, Татьяна сразу же озадачилась этим, а узнав, в чем дело, успокоилась и неожиданно для Сергея рассудительно произнесла:
– Раз дали бесплатную путевку – надо ехать. Ты съезди – отдохни, я же вижу, как ты устаешь на работе. Не пропадать же путевке, а в другой раз вместе съездим, – продолжила она и, улыбнувшись, в шутку погрозила Сергею пальцем: – Вот только попробуй у меня там загуляй! Веди себя хорошо!
– Буду вести себя даже лучше, чем ты думаешь! – ответил Сергей, удивленный реакцией жены. «Наконец-то вся эта неопределенность с отпуском разрешилась».
Сергей даже ущипнул себя за руку и почувствовал боль. Нет, это был не сон.
– Я бы с тобой поехала, – продолжила Татьяна, – но сейчас не могу: у вечерников полным ходом идет сессия, а у очников начались итоговые рубежи и надо баллы выставлять. А еще над рефератом к диссертации надо поработать и научную статью для журнала отредактировать. В общем, работы невпроворот.
…Через три дня Сергей был в санатории.
Санаторий и в самом деле располагался в красивом живописном месте: в хвойном лесу у подножия старых Уральских гор. Рядом находилось озеро, где можно было купаться и кататься на лодках, катамаранах и даже на водных лыжах. И хотя озеро в начале мая было холодным, Сергея это не расстроило. На сайте санатория он видел фотографии, где помимо современных корпусов, комфортабельных номеров, ухоженной территории с аккуратными подстриженными газонами имелся большой стационарный бассейн и несколько спортивных площадок, оборудованных тренажерами. В общем, инфраструктура санатория оставила у него хорошее впечатление, не говоря уже о яркой и красочной природе.
В путевке было указано время заезда в санаторий – двенадцать часов, и Сергей планировал приехать к этому времени, но в связи с ремонтом автотрассы задержался почти на два часа. Когда он зашел в административный корпус санатория, то у стойки регистратора было свободно. Протянув женщине в небольшой проем паспорт и путевку, Сергей уже через несколько минут получил санаторную книжку и ключ от номера. Довольный быстрым оформлением, он направился по коридору к лифту, чтобы подняться в свой номер, расположенный на пятом этаже. По пути ему попалась группа людей – человек пятнадцать, толпившихся у открытой двери в одну из комнат. Это были отдыхающие. Некоторые из них стояли у входа и делились первыми впечатлениями о санатории, другие – молча проходили в помещение и занимали свободные места на стульях, стоящих рядами. Все это напоминало организационное мероприятие. Сергей хотел пройти мимо людей по коридору в свой номер, но его окликнула женщина – работник санатория.
– Молодой человек, вы отдыхающий? – спросила она.
– Да, – ответил Сергей, – я только что приехал, иду вселяться.
– Очень хорошо, – произнесла женщина, – проходите в зал, там сейчас начнется инструктаж для вновь прибывших отдыхающих. Вас ознакомят с правилами проживания в санатории, программой оказания дополнительных медицинских услуг и культурными мероприятиями, расскажут, что где находится, в общем, получите много полезной и нужной информации. Это ненадолго, минут на пятнадцать, поэтому проходите в комнату с вещами, а потом пойдете заселяться.
Сергей с сумкой прошел в помещение, где уже находилось не менее полусотни отдыхающих, собравшихся послушать инструктаж и информацию о культурно-развлекательных мероприятиях. Сумка у него была небольшой, и она не помешала ему протиснуться между рядами и занять свободное место у окна. Сергей опустился на стул и осмотрелся по сторонам. Рядом с ним сидели двое мужчин плотной комплекции, лет сорока. Это были шахтеры из Кузбасса, получившие бесплатные путевки по месту работы. Звали их Петр и Василий. Они свободно и непринужденно перебрасывались фразами с другими отдыхающими, беспрестанно шутили и смеялись, показывая своим видом, что в санаторий приехали прежде всего нормально отдохнуть, ну и, конечно же, немного подлечиться – раз уж все включено. А нормально отдохнуть – это хорошо повеселиться и оторваться на полную катушку. А какое может быть веселье без спиртного? Понимая, что с крепкими напитками в санаториях обычно напряженно, мужчины привезли с собой несколько бутылок спиртного, полагая, что на первое время их должно хватить. Друзья разглядывали отдыхающих, и их лица начали грустнеть. И было отчего. Впереди стройными рядами сидели бабушки-пенсионерки, за ними молодые студентки лет двадцати. Женщин среднего возраста для компании можно было пересчитать по пальцам. Да и то некоторые из них были с мужчинами или с детьми подросткового возраста. В общем, собравшийся контингент мало подходил для веселого отдыха, и чтобы не закиснуть без женского внимания, нужно было что-то предпринять.
– Вечером пойдем в ресторан, там и начнем, – предложил один из друзей.
– А если в ресторане никого не найдем? – выразил опасение другой.
– Тогда держим курс на танцы, там уж точно соберется веселая компания, – уточнил план вечерних мероприятий первый мужчина.
– Ну да, туда и пойдем, – согласился его друг, продолжив: – Когда мы оформлялись, администратор сказала, что сегодня после ужина на танцплощадке будет вечер знакомств.
Сергей понял, что у мужчин серьезные планы на вечер и скучать им не придется. Еще бы, такие видные здоровяки должны иметь успех у женщин! И, понимая это, мужчины как могли изображали из себя удалых молодцов, ищущих приключений.
Вскоре в комнату вошла женщина-администратор, и народ затих. Как и было обещано, она уложилась в пятнадцать минут, сообщив отдыхающим всю необходимую информацию о лечении и отдыхе, а затем в шутку рассказала одну легенду, как понял Сергей, имеющую больше воспитательное значение. Из нее следовало, что когда-то давно, еще в советское время, отдыхающая в санатории молодая девушка влюбилась в обаятельного мужчину – тоже отдыхающего. Он говорил ей ласковые слова, дарил цветы, клялся в любви, в общем, задурил ей голову, а потом соблазнил и бросил. Девушка долго мучилась и страдала от мужского коварства, а затем неожиданно превратилась в вампира и стала мстить распущенным мужчинам. В детали этой вымышленной истории женщина не вдавалась, да это и не требовалось; все и так прекрасно понимали, что это поучительная сказка для юных девиц, чтобы они не теряли голову от сладких обещаний здешних кавалеров.
Тем не менее народ оживился и принялся обсуждать историю с девушкой-вампиром.
– А моя бывшая, – с усмешкой произнес шахтер по имени Василий, – тоже была вампиром: пилила да грызла меня – всю кровь выпила! Слава богу, развелся с ней. Так она через месяц снова замуж выскочила и мужика своего под каблук засунула.
– А с вами иначе и нельзя! – с улыбкой на лице произнесла сидящая рядом полная женщина пенсионного возраста.
Василий хотел ей возразить, но очередной шуткой его отвлек друг Петр. Мужчины засмеялись. Вообще, услышав рассказ об обманутой девушке, превратившейся в вампира, отдыхающие вели себя по-разному: одни осуждали поведение коварного мужчины, упрекая его в распущенности, другие, наоборот, улыбались и перебрасывались шутками. Чтобы не превратить обсуждение поучительной истории в балаган, администратор сменила тему разговора и сообщила, что после ужина на летней танцевальной площадке состоится вечер знакомств с танцами и конкурсами для вновь прибывших отдыхающих. «Приходите, будет весело!» – закончила выступление женщина. Она еще ответила на несколько вопросов о платных медицинских услугах, и инструктаж закончился. Сергей направился к себе в номер, оказавшийся довольно скромным: справа и слева вдоль стен стояли две узкие одноместные кровати, по центру – стол с графином и стаканами. К нему были приставлены два старых деревянных стула. На одной стене висел небольшой плоский телевизор, на другой – простенькая копия известной картины с тремя медведями.
Было видно, что в номере кто-то проживает, так как на коврике у входа стояли ботинки, а на стуле висел пиджак. Сергей разложил в шкафу свои вещи и пошел в столовую, а пообедав, направился к врачу для оформления санаторной карты и записи на медицинские процедуры. Когда он вернулся обратно в номер, то понял, что сосед так и не появлялся.
После ужина на летней танцплощадке зазвучала музыка. Народ вывалил из спальных корпусов и заполнил близлежащие скамейки, часть отдыхающих по центральной аллее потянулась на танцы, где веселье еще только-только набирало обороты: ведущая под гармошку собирала хоровод и приглашала людей принять участие в различных конкурсах, викторинах и розыгрышах.
Сергей на танцы не пошел, во-первых, он не любил подобные мероприятия, а во-вторых, танцы он связывал с компанией, и обязательно женской. А еще с поступками, обычно легкомысленными и рискованными. И этого как раз и не хотелось из-за данных им обещаний жене: вести себя правильно, что означало и полный запрет на посещение подобных развлекательных мероприятий.
Зато отдыхающие Петр и Василий, несмотря на такие же обещания своим женам, отнеслись к вечернему отдыху намного проще. Вместо ужина они пошли искать на территории санатория увеселительное заведение для вечернего отдыха. И нашли его довольно быстро. Правда, это был не ресторан, а небольшое уютное кафе, где в наличии имелось только мороженое и легкие спиртные напитки.
– Ну что это за кафе без водки? – расстроились мужчины. Правда, там продавали слабоалкогольные коктейли, но, выпив их по три бокала, Василий и Петр посчитали это баловством. Еще друзья навернули по две порции мороженого с коньяком, надеясь дойти до кондиции, но так и не дошли. Мужчины сидели трезвые и тоскливыми взглядами разглядывали посетителей.
Вообще-то, в кафе было неплохо: непринужденно звучал легкий джаз, а приглушенный свет создавал ощущение уюта. В кафе было немало женщин, но таких, чтобы вызвали интерес, мужчины не увидели. А может, и не заметили, так как были трезвыми.
За соседним столиком от друзей сидели три молодые девушки-вертихвостки (так охарактеризовал их Василий). Они суетились как мартышки: то и дело тыкали пальцами в экраны своих смартфонов, делали снимки и показывали их друг другу. Вскоре им это наскучило, и они стали обсуждать каких-то женщин, не умеющих ни краситься, ни одеваться, затем хвалились модной одеждой и украшениями, в общем, по мнению мужчин, занимались полной ерундой. При этом одна из них, заметив назойливое внимание Василия, посмотрела на него свысока, явно давая понять отсутствие интереса. «Да не особо и надо», – отворачиваясь от девушек, подумал Василий, вытаскивая из бокала соломинку и опустошая залпом очередной слабоалкогольный коктейль.
Поблизости еще сидели женщины значительно старше мужчин, но их сразу же забраковал Петр, так как они не подходили друзьям по возрасту.
– Уважаемый! – обратился к бармену Василий, изрядно истомившись от такого отдыха. – У вас есть что-нибудь покрепче?
– Есть коньяк, пять звездочек, – опасливо озираясь по сторонам, прошептал бармен.
– Тащи! – в оба голоса воскликнули мужчины.
Бармен вытащил из-за стойки бутылку коньяка и назвал цену, от которой мужчины немного опешили.
– Может, лучше пойдем в номер и там добавим водки? – предложил Петр.
– Нет, давай сначала возьмем коньяк, а там видно будет. Вечер только начинается; сейчас выпьем и пойдем на танцы, а если не хватит, то сходим в номер и догонимся водкой, – подытожил план вечерних мероприятий Василий.
Принесенная барменом бутылка улетела быстро. Коньяк оказался не очень-то хорошим, возникло даже ощущение, что его разбавили водкой или дешевым техническим спиртом, поэтому от следующей бутылки мужчины отказались. И денег было жалко, и желание пить такой коньяк пропало, тем более в номере у них имелась водка, приобретенная в надежном и проверенном месте. Рассчитавшись с барменом, мужчины пошли к себе в номер, где под скромную закуску – булочку с маком, предусмотрительно взятую на обеде, – распили бутылку водки, сразу почувствовав, как все вокруг внезапно изменилось: мир стал добрее, а настроение – веселее. Душа рвалась в полет. Хотелось всех обнять, расцеловать и признаться в любви!
– Теперь можно и на танцы! – решили мужчины, выбираясь из номера. Закрывая дверь, Петр посмотрел на часы. Для этого ему пришлось приблизить руку с часами вплотную к глазам.
– Уже полдевятого, надо идти на танцы, – сбивчиво произнес он.
Пошатываясь, мужчины направились по коридору на выход. Дежурная по этажу, занятая разговором по телефону, внимания на них не обратила. А мужчины, выйдя из корпуса, пошли по дороге в сторону танцевальной площадки, где гремела музыка, а между песнями слышался веселый смех отдыхающих. Глядя на женщин, спешащих на танцы, Петр и Василий не верили своим глазам: свободных женщин стало больше, и среди них одна была краше другой.
– Смотри, сколько красавиц! Зря мы сидели в этой забегаловке и пялились на кого попало!.. А вот какая девушка-спортсменка! – еле выговорил Петр, кивая головой на попавшуюся им навстречу женщину средних лет в спортивном костюме и с палками для скандинавской ходьбы.
– И откуда их столько взялось? – поддержал его Василий, разглядывая двух нарядных женщин, попавшихся им навстречу. – А давай позовем их гулять!
Петр хотел что-то ответить, но не смог. Его окончательно развезло от спиртного, и он буквально на глазах терял ориентацию в окружающем пространстве. В какой-то момент Петр засмотрелся на одинокую женщину, сидевшую на лавочке, причем явно непристойно, и чуть не налетел на фонарный столб. Каким-то чудом Василий успел схватить его за шиворот пиджака и с силой дернуть к себе. Пуговица на пиджаке у Петра с треском отлетела, и послышалась нецензурная брань. Отворачиваясь от женщины и сгорая от стыда, Василий проворчал:
– Петя, стой! Нас таких на танцы не пустят. Пойдем, отойдем в сторону. Надо проветриться.
В поисках удобного места Василий стал смотреть по сторонам, выискивая укромный уголок, где можно было бы отсидеться и прийти в себя.
Петр же не унимался и продолжал твердить:
– Давай пойдем на танцы, смотри, какие хорошие женщины!
При этом Петр показывал пальцем, не на проходящих мимо наряженных женщин, спешащих на танцы, а на фонарный столб. Похоже, он ничего уже не соображал, но в глубине сознания у него сидела мысль о поставленной им цели: идти на танцы, познакомиться с женщинами и продолжать веселье. И эта мысль не давала ему покоя – она рвалась наружу и звала его на подвиги.
Примерно метрах в двухстах от дороги Василий заметил неплохое укромное местечко с лавочкой, окруженное с трех сторон аккуратно постриженным высоким кустарником. «Место удобное и скрытое от посторонних глаз, – подумал он. – Там с дороги нас не заметят, зато летняя эстрада видна как на ладони. Через полчаса Петя придет в себя, и мы свое наверстаем».
Василий подвел друга к лавочке и словно мешок с картошкой опустил его на сиденье. Голова Петра запрокинулась на деревянную спинку. Может, из-за жесткости скамейки или неудобного положения он что-то промычал с недовольным видом, потом немного повозился, занимая удобное положение, и наконец, засунув руку под голову, отключился.
«Посидим здесь немного, – подумал Василий, – а то тебя, брат, что-то сильно развезло. Зря мы пили эти коктейли с ликером и ели мороженое с коньяком. А потом еще левый коньяк и водки добавили. И, видно, меру не рассчитали».
И хотя Петр был такой же внушительной комплекции, как и его друг, на этот раз алкоголь срубил его довольно жестко, разрушив планы мужчин на веселый вечер.