Zum Hörbuch
– Нет. Вечером покажу тебе в чём отличия. – Тед знал, что Ким восстановился в университете, а значит, мальчика нужно поощрить. Плюс он прекрасно видел, к каким последствиям могли привести его ответы, которые зарождались в голове Джил (от скандала на ответ «мне нравятся все девушки», до жарких объятий на «ты у меня одна»).
Перед ответственным моментом стоило попрактиковаться с Джил, чтобы Тед понимал, какая реакция Кима будет правильной при встрече с девушками. Показав и объяснив Джил, к чему приводит отсутствие полноценного сна, они договорились о времени для обмена энергиями. В процессе она показывала и объясняла, как правильно должны пойти энергии, что она чувствовала, к чему готовилась (подсознательно). Тед, превратившись в послушного ученика внимал теории и претворял её на практике, показывал, как работать с ментальным зеркалом, чтобы отличать себя, свои энергии и мысли от чужих, наведённых или «позаимствованных». После трёх «попыток» физической близости, Тед предложил попрактиковать обмен энергиями на более тонких планах. Джил согласилась и нашла этот «процесс» более удобным (не было натёртостей, жжение, как после физической близости, а наслаждений больше).
Первые три встречи Кима с девушками прошли под их пристальным надзором. Что-то пришлось корректировать, но в основном мальчик и девочки справлялись самостоятельно. Дальше можно было ослабить контроль и предоставить Киму самостоятельно выбирать время для обмена энергиями (по его потребностям). Тед, обнаружив в мальчике страх быть отвергнутым, согласился с его желанием встречаться только с этими тремя. После чего ему были предоставлены их контактные телефоны.
Как ни просила Джил, Тед не стал ей показывать реакцию Кима на сообщение о том, что девушки с ним встречаются на коммерческой основе. Но как заметила сама Джил, мальчик успокоился после разговора с Тедом, приняв платную любовь как равноценную компенсацию своему внешнему виду.
Вдыхая «пары» плотских утех, Тёмный приближался к барной стойке, предвкушая найти слабину в монолите Теда, но разочарованно уткнулся в чистоту их отношений (последнюю неделю они с Джил практиковали обмен сексуальной энергией без касания физическими телами). «Переварив» своё раздражение, Тёмный устроился на высоком барном стуле.
– Мы не представлены, но я давно наблюдаю за вашими действиями во вверенном мне городе. – Пробежав глазами по выставленным за спиной Теда бутылкам, глаза Банкира (Тед видел его мельком в банке) остановились на самом дорогом виски. Не поворачивая головы, Тед, протянув руку, взял бутылку. – Наша сторона с почтением относится к усилиям Организации соблюдать нейтралитет. На что-то мы закрываем глаза, на что-то Я. – Делая акцент на слове «я» (намекая на свою значимость), Банкир покрутил виски в стакане, широко раздувая ноздри, вдохнул его пары, сделал небольшой глоток. Удовлетворённый качеством предложенного напитка, он поставил стакан перед собой. – Этого хватит, для первого знакомства. Должен предупредить, что действия вашей подопечной не входят в рамки нашей договорённости.
Тед молча вслушивался в свои ощущения во время монолога Тёмного. Не стоило прилагать больших усилий, чтобы почувствовать за человеческим ликом клубящуюся темноту. Когда Тёмный заговорил о Джил, несколько щупалец темноты протянулись в сторону Теда, пытаясь уловить хоть каплю негативной энергии. С удивлением для себя Тед осознал, что готов ради благополучия девушки завалить задание Организации. Это было не свойственно Красавчику, но выросший на его личности новый «человек» второй раз «закрывал» собой другого человека. Ноздри Банкира в очередной раз нависли над стаканом виски. Было видно, как значительно уменьшилось его содержимое.
– У всех нас есть своё хобби и призвание. Мы восхищаемся вашими прежними работами (не раз ими пользовались), и уважаем ваше упорство на новом поприще. – Банкир пододвинул опустевший стакан к Теду, подождал пока его наполнят. – Можно заводить себе зверюшек, неспрося уводить чужих (у каждого должны быть свои слабости). Мне с трудом удалось сдержать возмущённый гнев моих подчинённых, когда вы увели из-под их «опеки» старого Базилио. – Тон Банкира постепенно от официально-делового перешёл в доверительный, почти дружеский. – Как великое имя «Базилевс» при помощи людишек деградировало до «Базилио». Или Александр из Великого превращается в Санчо. Ваша работа над Базилио не будет оценена никем из низших, но прошу принять мой комплимент, и его, как подарок (официальные бумаги уже переданы, теперь он ваша головная боль). Только как можно пускать в своё тело дурно пахнущих обезьян и алкашей? Их вонь настолько пропитала всё помещение, что даже аромат этого прекрасного виски не способен перебить его надолго.
Выплеснутое раздражение распрямило одно из щупалец Банкира и он коснулся сознание Теда.
Великое Небытие окружало Теда. Антипод Вселенной без малейшего намёка на лучик света. Самое страшное было осознавать себя, постепенно растворяющимся во Мраке без малейшей возможности что-то изменить. БЕЗЫСХОДНОСТЬ, БЕССИЛИЕ – две червоточинки в самосознании начали расти, расширяться как раковая опухоль, поглощая Теда. Красавчик вырвался, оттеснил Теда. Теперь можно было принять форму шара, минимизировав потери Жизненной энергии, вытягиваемой Пустотой Небытия. Имя «Красавчик» послужило пропуском в зону, закрытую от Теда им самим. Там за оболочкой испепеляющего жара прятались воспоминания, счастливая жизнь помощника Доктора – уникального специалиста по выращиванию, выведению редких сущностей (болезней). Приятно было ощутить тепло от радости узнавания, согреться и осмелиться посмотреть вокруг. Тьма ушла. Свет прошлого пробил дорогу к возможному будущему, на пороге которого стоял с «приветливой» улыбкой Банкир. «Всё это может стать реальностью, если ты пойдёшь нашим Путём» – коснулся Тёмный сознания Красавчика. Отдавая что-то, он забывал о боли и потерях. Силясь вспомнить, он оглядывал беспросветный Мрак. Стоя на дорожке из Света возможного грядущего к маленькому шарику – скрытых воспоминаний Красавчика о мальчике по имени Тадеуш. Он давно не позволял себе звать эти воспоминания, считая, что там спрятана вся боль и несправедливость Мира людей к маленькому человеку.
Красавчик читал искусственность, заинтересованность в улыбке Банкира (имя тёмной сущности проступало на лбу захваченного человеческого тела). Она подталкивала сделать первый шаг в сторону «искусственного» счастья. Хотелось обернуться и спросить Тадеуша, но взгляд Банкира гипнотизировал, обещал «всяческие блага», а созданная когда-то защитная сфера вокруг воспоминаний о себе, не открывалась на имя Тадеуш. Маленький засранец что-то спрятал от Красавчика, укрыл самое важное и не пускал к этой тайне. Маленькая жемчужина тщательно уберегалась, скрывалась от постороннего взгляда. Не желая, чтобы укоризненный взгляд из прошлого колол его в спину, Красавчик развернулся, ища в наложившихся друг на друга образах, следах воспоминаний, подсказку для пароля, получения доступа к…
Среди сплетений полупрозрачных образов мамы и папы проступил образ Доктора: – Как он мог попасть в эту область памяти? Что скрывает в прижатых к груди ладонях Тадеуш? Образы Доктора и отца наложились друг на друга, ставя знак равенства между ними. Отеческая забота и Любовь. ЛЮБОВЬ – вот ключ к Тадеушу.
– Любовь – это слабость. – Материализовав этот лозунг, Банкир вобрал свои щупальца, Мрак отступил.
Теперь Теду открылось всё. Обманы и иллюзии рассеялись, обнажив боль утраты, обжигающие грудь, как угли сгоревшей любви. Именно эта боль заставила трансформироваться, убежать от Тадеуша в Красавчика, от Красавчика в Теда. Теперь вокруг был свет и перспектива, позволяющая отстраниться и окинуть всю свою прожитую жизнь как извилистую горную дорогу. Тадеуш не убежал и не предал свою любовь, свою память о родителях. Он спрятал её от посторонних глаз, колющих своими насмешками и непониманием. Точно так же поступил Красавчик, когда Гиена пожирала его любимцев. Теперь и Теду предстояло сделать выбор: сбежать в копию его прежней жизни, стать снова «счастливым» Красавчиком или остаться Тедом и защитить, что ему стало дорого. Проступили две путеводные звезды, зовущие Теда к себе – Ким, как сын и Джил, как любимая.
Потянувшись к ним, Тед смог оторваться от манящей дорожки и увидел, что пряталось за крутым поворотом – будущим дороги Тёмного пути. Там как дежавю была окровавленная пасть Гиены. Она снова пожирала его любимцев (уже из новой коллекции). И холодный взгляд Микоша искал его на обширных просторах Америки. Они тогда в клинике Доктора предупреждали его о ждущих Красавчика последствиях, если он встанет на Тёмный путь. Только ограниченное сознание Красавчика, могло не разглядеть во взгляде Микоша понимание без одобрения. Странный друг Доктора прекрасно знал обо всём, что происходило в клинике. Он это принимал как необходимость, как горькое лекарство для больного общества людей, не высказывал своего одобрения выбранным Организацией методам. Именно так недавно смотрел Тед на проделки Кима. Точно такой взгляд был нужен ему при разговоре Джил по поводу её самодеятельности. Он не причинит им зла. Он отдаст всё за их благополучие.
Теду стало понятно, что Банкир нашёл что искал – его слабые точки – Ким и Джил. Теперь нужно узнать слабые точки Тёмного. Потянувшись к скрытой в физическом теле человека тёмной сущности, он коснулся её, произнеся имя, горящее как клеймо на лбу Банкира.
Старый скиталец, вышедший из Мрака, получив клеймо нерождённого, поступил на службу. Сумев обуздать свой внутренний голод, он нашёл баланс между своей полезностью для Сильных и потакания своим «интересам». Высшие оценили его старания – получил первое повышение раньше, чем сгнило его первое тело. Так, потихоньку служа и получая поощрения, ему удалось завершить свой первый самостоятельный проект. Потом случился прокол с Базилио. Его не наказали, но от взыскания (слабого проклятья) отделаться не удалось – теперь занятые им тела быстрее гнили, а Подопечный (Базилио) убежал на другой континент. Он «из кожи лез» (сколько славных тел было загублено), стараясь загладить свою вину с большим усердием, чем это требовалось, выполнял поставленные перед ним задачи. Всё было оценено и посчитано. Он получал повышения и более сложные задания, пока Базилио снова не влез в историю. Только результат был обратный (ему пришлось притвориться, что он так и задумывал с самого начала) – его повысили до уровня Сильного (перебросили через три ступени в рангах). Теперь можно было расслабиться и получать все прелести от пребывания на земле в статусе нерождённого. А вся работа сводилась к контролю над большой территорией, покрикиванию на нерасторопных подчинённых и к контактам со Светлыми. Последнее вызывало отвращение из самой глубины его натуры, так как он не понаслышке знал, что это самое опасное для нерождённого. Почти как идти по лезвию бритвы над пропастью Небытия – оступись и чтобы выбраться, может понадобиться не одна Вечность.
– Ни меня, ни тем более, Вас, не радует перспектива появления в нашей местности Охотника (образ холодного лица Микоша). Поэтому Я придержу все жалобы на Вас, но если ваше «хобби» (искорёженное болью лицо Джил) будет путать наши планы, Я лично займусь её «воспитанием» (через сознание Теда протекла череда картинок, вызвавших мурашки на поверхности его физического тела).
Теду впервые в жизни захотелось произвести физическое воздействие (ударить) на другое физическое тело. Он мысленно потянулся к армии духов, но на пути встало видение от Банкира: его многочисленная армия как орда блох накидывается на бергамаско, полностью теряясь в его шерсти.
– Вынужден откланяться, так как ваши запасы благородного виски иссякли, а мой нос слишком чувствителен к подделкам. – Банкир поднялся со стула, достал из кармана пачку хрустящих купюр. Отсчитав несколько, он положил их на барную стойку. – Закажите несколько бутылок лично для меня, но с одним условием. Не предлагайте Светлому ничего крепче воды.
Визит Тёмного не нарушил планов Теда, но заставил его задуматься, а что он упустил из виду? Выходило, что, уделяя большое внимание поискам Приемника и подготавливая Кима к трансформации, он совсем выпустил из виду Джил. Перебирать в памяти, когда и что из действий девушки так возмутило среду, не имело смысла, так как он был вовлечён с ней в энергообмен (качественный и продолжительный, с её слов). Опрос «датчиков» (армии духов) не дал результатов – они система безопасности и мониторинга комнат Кима. Половину каждых суток он шлялся вне тела, а его помощники были настроены на соблюдение порядка в пабе.
Вычислив возможное время «инцидента», оставалось выбрать день. Местом точно являлся паб, так как Джил в последнее время половину дня проводила в пабе, другую половину она проводила в постели (что настораживает). В самый загруженный день её работа в пабе занимала часов десять. Из оставшихся четырнадцати часов, восемь на сон, три на обмен энергиями – остаётся три часа. Что можно успеть натворить такого, если отнять время на личную гигиену и марафет? Раз Сильный Тёмный явился с претензиями, значит, её «шалость» уже начала развёртывание. Тогда это не меньше недели и не больше сорока дней. А чем занималась последний месяц Джил? Чем она была так увлечена, что не досаждала Теду с заданиями и уроками?
Ему стоило поговорить с любимой лично, задать вопрос, заглянуть в глаза. В общем, поступить как разумный, нормальный человек. Но его обуял мальчишеский азарт. Тем более что он допускал наличие у Джил тайн и секретов, от него и других людей. Отслеживая во времени нахождение девушки в пабе (Пушок, Змей и Псина подтвердили, а Луи указал точно), обнаружилось, что она покидала на несколько часов помещение паба в наплыв посетителей и всегда возвращалась к моменту прихода Теда на смену (он предпочитал быть в теле, когда в паб спускался Ким). Остальное время она пристально всматривалась в посетителей, делала заметки в своём блокноте, а когда официантки не справлялись, шла им на помощь. Присутствие Джил в зале было скорее её желанием, чем необходимостью. Значит, она практиковалась на посетителях (правильный вывод!). Но куда она могла отлучаться?
Просматривая всю энергосистему дома, Теду удалось выяснить, что Джил выходила (в разное время – значит, не системно) через служебную дверь, поднималась на второй этаж в их комнаты, раздевалась донага (не ложилась же она в постель одетой?) и проводила остальное время в постели. За полчаса до смены Теда, девушка принимала душ (мастурбировала?), одевалась и спускалась в паб. Это походило на некие сексуальные практики. Этим она навредить никому не могла. Если только…
Зародившееся подозрение заставило Теда более внимательно «опросить» духов, охранявших комнаты Кима. Его подозрения оправдались – Джил поднималась в комнаты, когда у мальчика была в гостях одна из девушек. Она играла в Суккуба! Она заставляла Кима вызывать девушек как можно чаще, но опасалась, что Тед заметит его энергопотери.
Надо было разобраться, убедиться в верности своих выводов. Дождавшись, когда Джил покинет помещение паба, Тонкий Тед проследовал за ней. Как он и предполагал, девушка обнажилась, встала перед ростовым зеркалом. Она имела ущерб (как и сам Тед) в своём даре – она не могла видеть духов (сущностей тонкого плана), если они сами не пожелают показаться ей. Тед не чувствовал себя извращенцем, в тайне от девушки подглядывающим за ней. Он любовался ей, старался впитать в себя тот свет, что исходил от обнажённого тела девушки (будь у него сейчас в распоряжении физическое тело, она бы имела над ним полную власть). Да, он отдаст за неё жизнь и простит ей все шалости, пусть сонмы Тёмных жалуются на её проделки. Но Ким…
Проявляясь за спиной девушки постепенно, он не хотел нарушить её практику с ментальным зеркалом (именно этим она сейчас занималась), испугать её (что было трудно, так как его проявление только обрадовало бы её). Положив свою левую ладонь на низ живота девушки, Тед вобрал в себя разгоравшуюся там оранжевую энергию. Мысленно обратился к Джил, прося её повернуться к нему. Когда она повернулась, он обнял её, мысленно поднял на руки, донёс до дивана, нежно и бережно опустил обнажённое тело на холодную, чёрную кожу.
Пока девушка «следовала» за его желаниями, Тед вспоминал, накладывал мыслеобразы Джил и трёх девушек друг на друга. Он прекрасно помнил, что основной стопор и маховик всех желаний девушек – это мозг, как вместилище мыслей. Если девушка что-то вбила себе в голову (выбрала парня), то очень тяжело её переубедить. Но если «отключить» мозги, то можно и договориться.
– Ко мне приходил представитель Тёмных. Жаловался на тебя. – Перестройка настроения Джил показала резкий контраст перехода от сексуально-игривого к серьёзному, внимательному состоянию мышления. – Мне бы хотелось знать, за что я получил нагоняй.
– Мне неловко, – Джил потянулась к нему, требуя предъявить ей неведомого бабайку, – что я оторвала тебя от твоих забот. – В голосе и эмоциях девушки сквозил укор, что он не даёт ей серьёзные задания, загрузив только заботой о функционировании паба.
В некоторых вопросах (как узнал Тед) женщине было проще уступить, чтобы не терять время на продавливание своей линии. Он открыл часть своей памяти и поделился образом Банкира, распустившего щупальца. Побелевшая от прочувствованного (Тед забыл отключить от картинки свои эмоции), Джил в спешке перебирала все свои проделки за последнее время. Более серьёзного проступка, чем работа с чужой сексуальной энергией она за собой не замечала.
– Ты хочешь сделать из мальчика сексуального маньяка? Чего ты добиваешься, заставляя его так часто спариваться? – Пришлось подкреплять свои слова серьёзным мысленным настроем, на фоне старой железной двери в комнату паутин.
– Ты знаешь, – Джил волновалась и искала начало, толчок, заставивший её, воровать чужую энергию, чувство неудобства и неловкости, всплывшее из детства, когда пытаешь объяснить взрослому всю серьёзность своего намерения попасть на осеннюю ярмарку, чтобы выиграть того розового пони, – видишь, чувствуешь, что в наш паб заглядывают далеко не счастливые люди. Ты занят своими проблемами, умеешь работать с сущностями. А я? Чем могу быть полезна я?
Решившись, Джил, забыв про слова, открылась Теду. Ей было не стыдно открыть ему свои эксперименты с чужой сексуальной энергией. Поиски информации по сексуальным практикам, по правильному обмену сексуальной энергией. С её собственной сексуальной энергией было всё в порядке. Плюс ей повезло с партнёром (Теду следовало покраснеть, но за него краснело тело, от быстрой череды образов, подкреплённых фонтанирующих энергиями оргазмами), а вот другим было не так хорошо в жизни. Прекрасным примером этого служил Ким. Мальчик был зажат, зашорен и следовал общепринятым практикам, мировоззрениям поведения мужчины наедине с женщиной.
– Я, конечно, не переоцениваю и не принижаю роль сексуальной энергии. Она содержит в себе пробивной характер атомной бомбы. Как иначе здравомыслящий человек невзирая на препоны, сложности жизни, может решиться на продолжение рода?
Джил оттолкнула возражения Теда, принимая его позицию во внимание, но стараясь защитить свою точку зрения. Многим, приходящим за дармовым «счастьем» от Помойки, не хватало в отношениях искры, уголька от остывшего влечения, в пепле будничных отношений. По неизвестной причине это задевало Джил, не давало покоя. Плюс, эксперименты с обменом энергией, заставляли её считать себя чересчур счастливой, на фоне утративших друг к другу интерес мужчин и женщин. Джил начала вести статистику степени удовлетворённости каждого посетителя паба и пришла в ужас. Он подтолкнул искать какие-то решения (нельзя всех подряд отправлять к сексологу).
Направление действий подсказал Ким, вернее, его желание быть с живой (нормальной) девушкой. Выходя из тела только при оргазме (её буквально выкидывало из физического тела), Джил, ради эксперимента, однажды попробовала заглянуть в комнаты мальчика. Там действуя по пересказанным на школьном дворе «канонам», Ким совершал фрикцию, после чего бурно кончил, взорвавшись одинокой бомбой энергии (девушка только начала набирать энергию на пути к оргазму).
После этого случая практикуя обращение со своей сексуальной энергией (следуя даосским практикам) Джил пыталась собрать энергию, разбрасываемую Кимом (что её не возбуждало, так как чужую энергию очень тяжело удержать). Этой энергии так пропитались комнаты мальчика, что даже кости крыс, мышей и кошек пытались сношаться (я видела, как ты «воруешь» у мальчика энергию, чтобы побыть со мной наедине на физическом плане). Потом одна из девушек достигла оргазма одновременно с Кимом. Тут всё прошло очень гладко – Джил удалось собрать выброшенную энергию и удержать её.
Заряженная чужой энергией, спустившаяся в паб Джил, смогла (случайно) поделиться ею с тремя парами, на которых обратила внимание (одна из парочек тут же удалилась в туалет, где бурно кончили). Так началась её «благотворительность». Немного работы с девушками перед встречей с Кимом (пока они «прихорашивались» в его ванной комнате), плюс мягкое направления мальчика во время процесса (он быстро учился и вникал в происходящее) и у Джил появилось много свободной энергии для «исправления» остывших отношений.
Как щитом Джил закрылась своим оправданием – понимание своего поступка (экспериментами над Кимом и его девушками). Оправданием был тот факт, что Ким сейчас получал большее удовольствие от доставленного им наслаждения девушке, чем только удовлетворением своей похоти: – Он перестал быть маньяком, манекеном, подобием человека!
Мысленно обняв Джил, Тед попросил прощения. Он совсем загнался, пытаясь опередить время, отобрать у него Неизбежное. Он Трус, недостойный быть с ней рядом, но умоляет не оставлять его одного в темноте Ночи. Опасаясь гнева Организации, он давно создал, а после аварии внедрил в структуры Кима модель Монстра. Осознавая неизбежность своего гения, он пытался исправить сотворённое им, переложив его крест на друге плечи, но этих, других плеч, так и не смог найти. Теперь мечется по просторам штата, пытаясь найти Претендента, которого, скорее всего, нет на белом света. Значит, им предстоит увидеть рождение Монстра. Вовлёкши её в свои дела, он сделал Джил причастной к своему «творению».
– Я знаю, ради кого прошла сквозь железные двери. – Она мысленно гладила его голову, лежащую у него на коленях. – Мне есть за что жертвовать. Мой выбор – быть рядом с тобой, любимый.
На границе тяжёлой ночи с пятницы на субботу Тед был уже готов передать смену новому помощнику Кириллу (для американских друзей – Кайл, кажется, он был русский). Ни Джил, ни Луи не одобряли выбор Теда, так как Кайл находился на третьей ступени общества анонимных алкоголиков (именно там он его и заприметил). Мастер поручился за парня, а Луи взялся курировать его деятельность за барной стойкой. Всем казалось, что Тед бросает вызов невидимым силам, ставя за барную стойку человека, имеющего слабость к горячительным напиткам. Но в этом был холодный расчёт и вера в «могущество» Луи (пора было разделять их с Мастером – сладкую парочку). Подходило время передачи поста за барной стойкой. Тед повернулся к выставленным на полках бутылкам, пересчитывая в уме их количество и объём в литраж. Колокольчик над входной дверью мелодично начал необычайно высокий хорал. Ноздри Теда уловили запах настолько тонкий и возвышенный, что любые благовония казались дешёвой подделкой под изысканные французские духи. Поворачиваясь, он готов был лицезреть явление Ангела вживую (сияющие белым перья на крыльях, свет от нимба над головой, рассеивающий любой мрак, Высшей Светлой сущности), но был разочарован видом старика монаха, еле передвигающем ноги по ещё не мытым доскам пола паба.
Терпеливо дожидаясь пока, клиент дойдёт до барной стойки, Тед машинально налил гостю в стакан воды. Посмотрев на неслыханный для его заведения напиток, он улыбнулся, вспомнив последнюю фразу Тёмного. Как бы он не сопротивлялся влиянию на своё сознание тёмной сущности, но нельзя было представить напитка более подходящего для иссушенного жизнью тела.
Худое, иссушенное тело старика было облечено в рясу монаха бенедиктинца. Казалось, что Светлый несёт на своих плечах не только собственные прожитые годы, но и скорбь, боль каждого жителя этого города. Тяжело опустившись на стул (было видно, как ему неудобно сидеть на жёстком и высоком стуле), с благодарностью во взгляде несколькими глотками осушил стакан воды.
–… – Тед не знал, как правильно обратиться к гостю: ваше святейшество; ваше сиятельство или просто высокочтимый. Его замешательство скрыло появления в дверях паба Кайла, который увидев, кто посетил злачное заведение, стремительно рванул к руке святого отца, припав к ней губами.
– Отец Верн. Как я рад вас видеть. Может пройдём в более удобные для вашего тела условия? – Кайл, служа опорой для старца, сопроводил его до углового столика. Там усадив его на жёсткий стул, постоял несколько мгновений ища что-то на просторах паба. Потом он метнулся за барную стойку, взял (без разрешения Теда) приставную лавочку (на неё вставали, чтобы достать бутылки с алкоголем, с верхних полок), унёс её к старцу. Поставив лавочку перед ним, он бережно положил на неё его ноги. После, совершив несколько поклонов, он пошёл к своему рабочему месту.
– Ты знаешь этого человека? – Тед пытался не ослепнуть от «сияния» старца и одновременно увернуться от света из глаз Кайла.
– Это отец Верн, – доверительно зашептал Кайл, словно боясь, своими словами оскорбить слух старца, сидящего вне досягаемости звуков за барной стойкой. – Он содержит приюты для бездомных и госпиталя для малоимущих в этом и соседних штатах. Отец Верн часто приходит послушать проповеди в нашей церкви. Рядом с ним каждый ощущает себя чуточку святым, посвящённым в таинства, причастным к деяниям Господа.
Тед всем своим нутром ощущал, что ему нужно подойти к старцу для аудиенции, но его разум говорил, что в этом и заключается подвох (нужно покинуть привычное для него место за барной стойкой).
– Он вас ждёт. – Кайл мягко положил руку на плечо Теда. В его взгляде читалась мольба о прощении его вольности, но иначе он не может.
– Сколько ему лет. – Тед пытался понять, откуда в нём два противоречивых желания – остаться на месте (безопасность) и бежать к сиянию старца (бурлящая детская радость встречи).
– Говорят больше двухсот. – Голос Кайла опустился до границ слышимости (такое доверяют только очень близкому человеку). Его голова склонилась так, чтобы сидящий вдалеке старец не смог заметить движение его губ. – Он когда-то давно прибыл с кораблём из Франции. Люди, переплывшие с ним море, давно покоятся на старом кладбище.
– Слухи? А документы у него кто-нибудь проверял?
– Кто будет требовать документы у Святого? – Кир почти шипел, как выкипающий чайник. Остыв, он достал бутылку с водой (талая вода с горных вершин), поставил её на поднос, рядом с чистым стаканом, пододвинул его к Теду. – Готов отработать эту смену бесплатно, если вы не будете отнимать драгоценное время у отца Верна.
Подходя к столику, Тед ощущал себя нашкодившим учеником, готовившимся предстать пред ясны очи мудрого директора. Перейдя невидимую для него черту, он ощутил себя в комнате, в которой стены, пол и потолок исходили мягким, обволакивающим светом (какая сила у этого Высшего Светлого!). Краем сознания, связанным с физическим телом, ему удалось поставить поднос на стол, открыть бутылку, налить полный стакан, сесть на стул.
– Разрешите представиться. Я – отец Верн. – Слова старца вернули Теда в реальность. – С нашей стороны к Вам, как бы Вы себя не называли, претензия на шесть рождений.
– Шесть рождений? – Разум Теда-Красавчика-Тадеуша находился в эйфории как у городского человека, вдохнувшего чистый горный воздух.
– Разрешите показать? – Дождавшись концентрации Теда на реальности, свет в «комнате» изменил свою интенсивность, разложив сущность Теда на три составляющие: Тед, Красавчик и Тадеуш.
В сознание Теда проникал Свет, неся мысли, образы, навеянные старцем.
Оказав своё влияние на Джил, Тед лиши её интереса к земным мужчинам. Вследствие чего она, должна была стать матерью троих сыновей, а теперь останется бездетна (три рождения!). Оставленная без присмотра Тедом, Джил провела «целительное воздействие» на недавнего посетителя паба (ещё три рождения!). Так как она является протеже Теда, то ему нести всю ответственность за её поступки.
– Замечательную работу Вы провели над Мальчиком. – Мыслеобраз коснулся сознания Теда, как оценка инспектора, присланного оценить работу мастера по росписи Сикстинской капеллы, обнаружившего на стенах обнажённую натуру Бориса Вальехо. – Мастерство похвально, достойно восхищения, но… Зачем тебе Дар, если ты Слеп? Исправить твою работу можно, но договор заключён. Джил не входит в этот договор, значит, мы можем внести свои изменения в её Судьбу.
Защищаясь, Тед невольно выставил напоказ их единение энергий. Навряд ли хоть у кого-то получиться их разъединить, не повредив целостности структур Теда или Джил.
– Слабый довод. Нам не нужен Ты. После проделанной тобой работы, ты не интересуешь Организацию (они в курсе, что всё уже сделано). Значит, тобой можно жертвовать. Мы готовы принять такую жертву, если Ты не компенсируешь наши потери.
Возмущение внутри Теда даже не успело нарасти, когда перед ним раскатали его жизнь, словно ковровую дорожку. От момента рождения до сегодняшнего дня. Только это была вычищенная жизнь, БЕЗ Джил. Девушку вычистили из жизни Теда. Стоя на этой дорожке, он готов был глотать слёзы потери, но на выстеленном пути жизни был только Ким.
Свет заполнил Теда, когда дорожка его альтернативной жизни ушла из-под его ног. Он перестал ощущать внутри себя зарождающуюся сверхновую звезду. От Светлого не было в сторону вывернутого наизнанку человека ни равнодушия, ни презрения. Как ни пытался Тед настроить себя негативно к старцу, но он чувствовал исходящее от него тёплое приятие.
– Почему? – Только и мог выдавить из себя Тед.
– Ущербные – это часть реальной жизни. Ты, твой Подопечный, Чернокнижник, Помойка – вы все ущербные, так как не позволяете рождаться новой Жизни в этом Мире (а ты ещё портишь нормальных девушек). Как к вам относиться? Нормально? Причина? Если говорить языком жизни: есть племенные жеребцы (норовистые и малопригодные для работы); есть мерины (замечательно подходят для любой работы, но не способны размножаться). Глупо не наказать мерина «испортившего» молодую кобылку.