Buch lesen: "Проклятые судьбой"

© Текст. Аники Рэйн., 2026

За карнавальной маской

– Закон судьбы гласит: то, что предначертано судьбой, нельзя изменить. Искажению поддается лишь мгновение, – прошептала я строчку из когда-то прочитанной книги.

За окном машины последние лучи заката пронизывали высотки и поблескивали в стеклах. Я вышла из такси и направилась к темному, не огороженному забором и не охраняемому зданию. Внутри мои документы проверили вместо пропуска.

Внимание привлекло быстро ставшее знакомым постукивание каблуков. Из-за угла вышел знакомый мужчина – директор информационного отдела.

– Здравствуйте, Арэйра. Я хотел встретить вас, но, как вижу, в этом не было необходимости. – Он развел руками и широко улыбнулся.

Его черные, коротко стриженные волосы были аккуратно расчесаны, но по-прежнему вздымались над головой, как бы он их ни укладывал. Он, как всегда, не отступал от своего правила носить деловой костюм.

– Здравствуйте, – ответила я. В плечах возникло непонятное напряжение. Я оглядела директора, пытаясь понять, что меня насторожило… Но осознать не успела: мы вошли в темное помещение.

Щелчок выключателя залил комнату теплым золотистым светом. Директор сел за стол посередине. Мрачные черные шторы нарушали уютную атмосферу. На столе рядом с ним документы были аккуратно сложены.

– Завтра начинается ваше первое расследование. Простите, что пришлось прервать обучение так неожиданно. Теперь я должен ознакомить вас с аспектами, которые не озвучивают при подготовке к этой профессии, – сказал мужчина и указал на свободный стул. – Присаживайтесь.

Я кивнула, села и продолжила слушать.

– Ваша команда не приписана к конкретному отделу, поэтому пока я поручаю вам свободную миссию, – продолжил говорить мужчина, пытаясь отыскать какие-то, как мне казалось, документы в стопке листов. – Вот список участников команды.

Директор легким движением руки достал лист и протянул его мне. Я быстро пробежала глазами по именам и ролям, игнорируя фамилии и отчества: Макия – целитель, Илтрэй – око и информатор, Тиронаев – военный служащий. У последнего была указана только фамилия, а имя стояло инициалами. «Возможно, ошибка», – подумала я, не акцентируя на этом внимания.

– Какова моя роль в команде? – я подняла глаза на директора.

– Вы лидер и полностью отвечаете за действия команды и их последствия.

– Значит, по совместительству я веду расследование?

– Да.

– К какому тогда отделу я отношусь?

– К тому же, что и вся команда. Но есть разделение: группа имеет одну задачу, а участники – другие, при этом они расследуют дела в рамках полномочий команды.

– Могу ли я работать одна?

– В вашем случае – нет. Одиночки редки. Думаю, объяснять причину излишне: мы не можем допустить эффект бабочки. Вам нужна малая группа, которая не привлекает лишнего внимания. Есть и большие команды, но они занимаются делами иного характера.

– Поняла.

– Я уже отправил вам на почту билет на поезд и адрес проживания. Команда сейчас расформирована, остальные участники присоединятся к заданию позже.

– Почему расформирована?

– Во главе каждой команды – лидер. В данном случае произошла задержка с его подбором, и свободных сотрудников пришлось отправить на миссии с другими командами, где не хватало участников. Когда отряд сформируется полностью, его больше не будут разделять.

Он сделал паузу и достал из-под стола черную папку.

– Ваше расследование начнется с недавнего убийства девушки расы Амилар¹. Думаю, дело будет вам знакомо, ведь вы относитесь к той же расе. Цель – определить причину геноцида и остановить его распространение. Влезать в политические конфликты у вас нет полномочий.

Я открыла папку и стала изучать информацию, пока мне рассказывали о требованиях. На первой странице – данные об убийстве девушки. На приложенных фотографиях не было видно ни следов крови, ни тела. Об уликах в записях – ни слова. В папке были и другие жертвы, но я просмотрела их беглым взглядом.

– Почему нет улик?

– Местная полиция скрыла следы, чтобы не привлекать внимание: преступление совершено в публичном месте. Тело похоронено, материалы дела – у государственной полиции, не у нас.

– И как мне тогда расследовать?

– К сожалению, наша организация – тайное мировое формирование. Вы не можете открыто заявлять о своей профессии, но можете заявить о своих правах.

– Понимаю.

– Вам сделали новый паспорт. Он дает больше свободы в отношении законов всех стран, в том числе право запрашивать необходимую информацию у государственной полиции.

– Что для этого нужно?

– Показать паспорт. Только доверенные лица высокого статуса и правители знают, кто вы на самом деле. Скрывать принадлежность к межвременной полиции нужно только в обычных обстоятельствах.

Директор передал мне новый паспорт.

– Ваш старый паспорт больше недействителен.

– Значит, я не могу вести открытый образ жизни?

– Нет, это исключено. Вам ведь уже говорили об этом. Все исполнители в межвременной полиции ведут тихую жизнь. Надеюсь, вопросов больше нет. Можете быть свободны.

Я молча вышла из кабинета, но в голове оставалось множество вопросов. Ответов на них не было получено, но в будущем… Нужно было лишь подождать. Только я плохо спала всю ночь, пытаясь найти ответы самостоятельно.

На следующий день я приехала на вокзал и прошла на нужную платформу. Толпились представители множества наций, в том числе нечеловеческих, объединенных общим названием «сущные»². Их голоса сливались в гул. Лучи утреннего солнца отбрасывали тени от ожидавших посадки. Я стояла среди них.

С этого дня начиналась новая глава моей судьбы. Как мне казалось, она могла сыграть в жизни важную роль, ведь есть профессии, предопределяющие.

Объявили посадку. Под мелодичную балладу в наушниках я прошла в купе, где уже кто-то сидел. Я не обратила внимания на спутника. Заметила лишь темное одеяние и черную волчью маску. Он тоже не проявил ко мне интереса: запрокинув голову, сидел у окна, сложив руки на груди. Я села напротив, положив рядом сумочку.

Этот этап миссии должен был занять несколько дней, поэтому я не брала сменной одежды – в сложной ситуации она стала бы лишним грузом. Возможно, я ошибалась и лишь пренебрегала гигиеной, но тогда это меня не волновало.

– Лучше бы мы поехали на обычном поезде, пускай дольше, зато безопаснее.

– Так намного быстрее.

– Я не переношу тряски после телепортации. Некоторые от потери энергии и вовсе теряют сознание.

– Ты не из таких.

Я отчетливо расслышала этот отрывок диалога двух девушек сквозь гул толпы. Его хватило, чтобы насторожиться.

Я взглянула в окно: сущные занимали места в вагонах. К платформе подошел новый поезд. Из него выходила толпа – кто-то спешил, кто-то неспешно беседовал с друзьями, кто-то покидал платформу. Вскоре вид за окном сменился. Мимо проносились деревья, город отдалялся. Теплые лучи солнца заставляли меня жмуриться и наслаждаться моментом, пока была такая возможность, потому что потом…

За дверью послышались приближающиеся шаги кондуктора, слившиеся со стуком колес. Я невольно оглядела купе, которое прежде не рассматривала. Все было как в обычном поезде, только стекла отсутствовали – их заменял прочный прозрачный пластик. Судя по внешнему виду, поезд был необычный.

– Пожалуйста, предъявите билеты, – сказал кондуктор безразличным, механическим голосом.

Я вздрогнула и опустила взгляд. Мужчина протянул руку. Я открыла на телефоне электронный билет и дала отсканировать код. Незнакомец, сидевший напротив, не сразу заметил кондуктора.

– Ваш билет, пожалуйста, – повторил тот усталым, но равнодушным тоном.

Парень протянул руку с уже готовым кодом. Кондуктор кивнул, проверил код и вышел.

Мне наскучило смотреть в окно. Я убрала наушники в поясную сумку, где лежала книга формата А5. Достала незнакомый предмет и стала его разглядывать. Ни на одной пожелтевшей странице не было записей. Кобальтово-синий кристалл на черной кожаной обложке книги красиво преломлял проходившие сквозь него солнечные лучи. Ленточки-закладки звенели, сталкиваясь голубыми кристальными бусинами на концах.

Я перебрала все воспоминания с прошлого вечера, пытаясь понять, как в моей сумке оказалась чужая вещь. Ни одно из них не объясняло появления этой странной книги.

Незнакомец резко шагнул ко мне и хотел выхватить ее из моих рук, но я успела отдернуть руку. Он схватил меня за запястье и крепко сжал. Я нахмурилась от боли и напряглась. Заметив это, мужчина в маске ослабил хватку.

– Откуда у тебя эта книга? – с раздражением спросил он.

– Какое вам дело? – я вырвала руку.

Ответить я не могла – и сама хотела бы знать, откуда она. Но стоило ли признаваться незнакомцу? Он мог быть кем угодно, как и книга в моих руках. Может, она представляла большую ценность, и он не верил, что она оказалась у простой девушки, или же что-то еще стало причиной такого грубого обращения.

– Она принадлежит мне. Более того, я ее создал, – пояснил мужчина.

– Тогда у меня вопрос: как она оказалась у меня? – я ненароком вступила в конфликт, который мог привести к неприятностям.

– Не придуривайся!

– Я говорю правду.

Нашу дискуссию прервал женский голос из динамика: «Повторяем. Уважаемые пассажиры, просим вас занять свои места. Сейчас поезд совершит межпространственную телепортацию³».

Незнакомец не успел сесть – все еще пытался вырвать из моих рук книгу. В следующее мгновение произошел скачок. Я упала, и незнакомец оказался сверху. После скачка он снова потянулся к книге, но я выдернула руку и попыталась сбросить его с себя.

За дверью послышались громкие разговоры, стук каблуков, суета. Хлопки дверей приближались, пока не щелкнула ручка нашего купе. Вошла медсестра.

– Здравствуйте. У вас есть пострадавшие? – спросила она, увидев нас в довольно странном положении. Получив отрицательный ответ, она в смятении вышла.

– Уважаемые пассажиры, в поезде проводится медицинская проверка. Всех, кто пострадал или путешествует с пострадавшими, просим оставаться на местах и ждать помощи. Остальные могут покинуть вагоны, – объявил голос.

Я сбросила с себя отвлекшегося спутника и поспешно направилась к выходу из поезда, но меня остановил мужчина в полицейской форме, потребовав документы. Я стиснула кулаки и протянула паспорт. Он одобрительно кивнул, и я растворилась в толпе, каждые несколько секунд оглядываясь.

Отойдя от платформы, я проверила сумку: книга, ради которой, казалось, не стоило рисковать, все еще была со мной. Мотивы агрессии незнакомца оставались неясны, и я решила оставить книгу на видном месте. Если она действительно ему нужна, он увидит ее и заберет. А требовать компенсации за предполагаемую кражу он не сможет.

Я оглядывалась в надежде найти подходящее место, стараясь не допустить, чтобы книгу забрал случайный прохожий или ребенок.

Я зашла в довольно тихий зал вокзала. На повороте в просторное помещение полицейские объясняли прохожим, как выйти из здания вокзала, и что-то говорили о зоне риска. Но я застыла в оцепенении, перестав слышать гул. Прямо передо мной на холодном кафельном полу лежала девушка. Она прижимала к груди раненую руку, из которой сочилась кровь.

Я пришла в себя от скрипа ботинок. Передо мной стоял мужчина. Он отбросил в сторону небольшой перочинный нож и направил на меня пистолет.

– В тот коридор прошел посторонний, его нужно задержать!

– Убийцу нашли?

– Он пошел в вашу сторону и напал на девушку!

За спиной слышались чьи-то поспешные шаги и переговоры по рации, но надеяться остаться невредимой я не смела. Во время подготовки мы не раз отрабатывали подобные сценарии, и я знала, как вести себя, если окажусь в заложниках. Возможно, поэтому сейчас я не испытывала паники.

Я медленно подняла руки, чтобы ослабить бдительность нападавшего и в подходящий момент применить магию, но мужчина вздрогнул и крепче сжал оружие. Позади уже стояла полиция.

– Ни с места! – раздался голос за моей спиной.

Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Прозвучал оглушительный выстрел, от которого мое тело вздрогнуло. Я открыла глаза. Нападавший лежал на полу, его руки уже скручивали. Над ним возвышался незнакомец в волчьей маске. Он отшвырнул в сторону пистолет, обезоружив убийцу.

Ко мне подбежал один из полицейских и заслонил собой, а другой надел на преступника наручники.

– С вами все в порядке? – спросил мужчина в форме.

– Да, но… нужно вызвать скорую, – я кивнула в сторону женщины, которая стонала от боли.

– Не волнуйтесь, дальше мы сами разберемся. Вы можете покинуть вокзал.

– Спасибо, – поблагодарила я и еще раз взглянула на пострадавшую. По звериным ушам и хвосту было понятно: она амилар. – Вы не будете допрашивать меня? – прошептала я, бдительно подняв брови.

– Оставьте номер, в случае необходимости мы свяжемся с вами, – вздохнул мужчина и неохотно достал телефон. Я продиктовала цифры.

– Мне не нужно оставаться? Для протокола?

– Нет.

– Кто это был?

– Девушка, вас это не касается. Не переживайте, к геноциду это не имеет никакого отношения. Эта девушка была заложницей банды.

– Банды?

– Идите по своим делам, дальше разберемся сами.

Я кивнула и поспешно покинула зал. Незнакомец в маске остался для разговора с полицией.

Меня отпустили так просто. Может, в этой стране иные порядки, и свидетелей преступлений отпускают свободно? Или… свидетелей уже было достаточно?

На улице шел дождь. Я накинула на голову капюшон и направилась в гостиницу по указанному директором адресу.

Машины ехали медленно, буксуя в глубоких серых лужах. Несмотря на дождь, улицы были полны сущных, спешивших по своим делам. Я шла, не глядя под ноги, пытаясь осмыслить странность происшедшего на вокзале, но логичного объяснения поведению участников так и не нашла.

Мне следовало остаться и поговорить с убийцей, но он оказался из какой-то банды. Возможно, девушка с другими заложниками пыталась сбежать где-то поблизости.

На стене серого здания висела медная табличка с надписью «Гостиница». Рядом под аккуратным серебристым навесом находилась массивная деревянная дверь арочной формы. Я постучалась. Через минуту дверь открылась, и металлическая кольцевая ручка стукнула о дерево.

Передо мной стояла женщина неопределенного возраста – не молодая, но и не пожилая. У нее были белые, не седые волосы, а глаза голубые, как вода у коралловых рифов.

– Здравствуйте, вы в гостиницу? – спросила она тихим, нежным голосом, в котором слышалась странная дрожь.

– Да.

– Назовите, пожалуйста, ваши имя и фамилию, – женщина на миг встретилась со мной взглядом, затем отвела глаза, словно провинившись.

– Арэйра Элисай.

– Проходите. В гостинице, кроме вас, никого нет. Мы обслуживаем гостей вдвоем с дочерью. Ее зовут Элизабелия. Ко мне можете обращаться по имени Льния. Проследуйте за мной, я провожу вас в номер.

Когда дверь в мою временную комнату закрылась, я вздохнула и бросила сумку рядом с кроватью, не заметив, как часть содержимого высыпалась на пол. Мягкий серый плед и скромная лакированная мебель поблескивали в свете, пробивавшемся с улицы. Я повалилась на кровать и раскинула руки. Лежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к звукам из открытого окна: лай сторожевых собак, шум машин, приглушенное пение птиц… Ветер врывался в комнату, принося приятную прохладу, и чуть завывал, путаясь в шторах.

Я взглянула на сумку – из нее чуть виднелся сияющий синий кристалл книги. Я медленно поднялась с кровати и, резко наклонившись над вещами, чтобы прогнать неприятные воспоминания, небрежно забросила все обратно в сумку. Затем подошла к окну и распахнула его настежь. В лицо ветер. Я запрыгнула на подоконник и свесила ноги наружу.

– Книгу так и не вернула, – пробормотала я, ударившись затылком о стену.

В мыслях мелькнули образы: пострадавшая на вокзале женщина и преступник, под удар которого я едва не подставилась сама.

Почему на меня напали, что стало с той девушкой – осталось без объяснений. Я смутно помнила внешность пострадавшей амиларки, но допускала, что она могла быть жертвой геноцида. Я продолжала сопоставлять события, пока на улице не стемнело и мое сознание не начало отключаться.

Утром я проснулась от ярких лучей солнца, ощутив под собой мягкую кровать и пушистый плед. Окно было закрыто.

Спустившись по лестнице, я встретилась взглядом с молодой незнакомкой, стоящей у кухни.

– Здравствуйте, Арэйра, вас на кухне ждет моя мама.

– Хорошо, – ответила я, поняв, что это дочь хозяйки.

Льния, прищурившись, наблюдала, как я подошла и спросила, какие есть продукты.

– Не утруждайтесь, вы в гостях. Я сама приготовлю вам все, что попросите, – Льния настойчиво минут пять уговаривала меня не готовить, даже не подозревая, что я не люблю хозяйничать на чужой кухне и вообще не мастер готовить.

– Если вы можете, приготовьте, пожалуйста, сами.

Льния наконец расслабила плечи и достала хлеб, мед, немного корицы и молоко. Я сидела за столом и наблюдала, как она смешала молоко с медом, затем положила пропитанную булочку на нагретую сковородку с маслом. Льния снова прищурилась, глядя на меня. Когда хозяйка закончила, я не смогла встретиться с ней взглядом – ее излишнее внимание слегка давило на меня.

– Быстро и вкусно, идеально для завтрака.

– Дядя часто готовил мне такие сладости, – с легкой улыбкой ответила я и быстро съела поданные сладкие булочки.

– Вы приехали посмотреть достопримечательности?

– Нет, у меня командировка.

– Ох, не догадалась. Вам уже пора идти? – спросила Льния, слегка потупив взгляд.

– Да, – тихо сказала я, стараясь говорить вежливо, без спешки. – Я тороплюсь. Спасибо за гостеприимство.

Я вышла из гостиницы и поспешила на место убийства. В папке было указано, что дело в межвременной полиции еще не расследовалось, а место преступления недавно зачистила местная полиция, поэтому улики могли быть потревожены. Это значительно осложняло работу.

Передо мной возвышался большой храм, отдаленно напоминающий замок из серого камня. Стиль был приближен к готическому – возможно, потому что страна Скалирор граничила с королевством Кэроу. Площадь перед зданием была вымощена каменными плитами.

Я ходила между плит, стараясь найти кристаллы, упомянутые в деле, и нарочно игнорировала косые взгляды прохожих. Сейчас я выглядела странно не из-за внешности, а из-за поведения.

Я остановилась, заметив мелкие фиолетовые кристаллы и рядом с ними, между плит, засохшие капли крови. На осколках все еще ощущался чей-то магический след⁴. Я аккуратно извлекла один кристалл и убрала в маленький пластиковый пакетик. Между плит вглубь улиц уходила дорожка из камней. Я направилась вдоль нее, свернула с площади и дошла до тупика. Кристаллы, вросшие в стену здания, тоже были покрыты брызгами засохшей крови.

Я прикоснулась к застывшим каплям.

Перед глазами возник мужчина. Я, прижимая к себе порезанную ладонь, бежала от него по темной незнакомой улице. Кричать не было сил – связки были порваны. Я оказалась в тупике:

– Не тронь меня! Зачем я тебе? – пыталась кричать я сорванным голосом, но получалось только шипеть.

– Мне просто заплатили, – криво улыбнулся мужчина в черной полумаске койота. Он сжал руку в кулак, и кристаллы мгновенно выросли вдоль тротуара, цепкими плетями опутав меня. Я ощутила режущую боль, охватившую все тело.

Я одернула руку от стены. Без той пронизывающей иглами боли я очнулась в том же переулке. Видение исчезло. Чужие предсмертные воспоминания – вот что я увидела несколько секунд назад.

Видимо, девушку убили недавно, раз энергия еще не рассеялась.

Как только я вышла из переулка, на меня чуть не налетел мужчина в маске зайца с красным фонарем в руках. Он остановился, кивнул мне и скрылся в глубине улицы. Мимо проходили люди, монстры, сущности – все они скрыли свои лица под масками животных.

На всех была традиционная одежда жителей Скалирора: у женщин – серые юбки с разрезами по бокам, кофты кремового цвета с длинными треугольными рукавами, поверх которых на плечах серебряными брошами крепились серо-синие накидки; талии обвивали тонкие длинные ремни с утяжеляющими кольцами на концах. Мужчины были в белых рубашках, узких штанах и таких же украшенных плащах.

Я шла сквозь толпу, разглядывая каждого и чувствуя себя чужой больше обычного. Это ощущение неловкости никогда, кажется, никогда меня не покинет. Прохожие смотрели на меня то со страхом, то с осуждением. Я выделялась: накидка с золотой застежкой сбоку и цепочками, юбка с высоким разрезом, под ней – узкие штаны, и никакой маски.

Чтобы не привлекать внимания, я стала искать лавку, где продавались маски. Найдя ее, я поспешно выскочила из толпы и пробралась к магазинчику по узкому проходу у стены.

– Здравствуйте. Сколько стоит одна маска?

– Восемьдесят пять фрин⁵, – ответила женщина-продавец и слегка отклонилась от стойки – должно быть, ее удивил мой неподобающий для праздника вид.

– Какой валютой? – я не расслышала. Толпа выла и звенела, и звуки отдавались режущей болью в ушах.

– По мировому курсу, – пояснила женщина.

– Дайте мнету, – сказала я и указала на одну из кроличьих масок. На ней были начертаны узоры, напоминавшие символы моего народа, потому она и приглянулась мне.

Женщина сняла маску и протянула мне. Я оплатила покупку картой.

– Спасибо, – сбросив капюшон, я показала волосы – шатенка с белыми прядями – и надела маску. Звериные уши, похожие на волчьи, послушно легли на голову. Тревога никуда не ушла, но чувство защищенности усилилось. Теперь я привлекала куда меньше внимания к своей персоне. – Скажите, какой праздник сейчас проходит?

– Праздник живых душ, – ответила продавщица. Я мельком взглянула на ее змеиную маску. – Вы выбрали подходящего зверя – он символизирует жизнь, – улыбнулась она.

– Как в вашей стране с распространением информации? – довольно резко перевела тему я.

– Сплетни кругом.

– Да? Открытые?

– Да, а что вы ищете?

– Информатора по личному делу.

– Наша страна ими славится, но я знакома лишь с одним. Не могу сказать, насколько он хорош, возможно, специфичен. Но могу подсказать, где его найти.

Я вошла в мрачную, запыленную библиотеку, когда на улице уже стемнело. Казалось, внутри никого не было. Я оглянулась, и дверь громко хлопнула за мной – тот, кто был внутри, наверняка заметил чужое присутствие.

– Здравствуйте. Вы за книгой или информацией? – спросил мужчина средних лет с аккуратно выбритой седой бородой. Он вышел из-за стеллажа и подошел к кассе.

– За информацией, – сказала я.

– Я слушаю запрос. – Во мраке блеснули его глаза. Мужчина облокотился на прилавок.

– Мне нужен создатель этого кристалла. – Я достала пакетик и протянула информатору. Он взял его и покрутил в пальцах с некоторым бодрым равнодушием, поглядывая на улицу.

– Вам повезло. Я из тех, кто знаком с владельцем.

– Где его можно найти?

– Сегодня вечером состоится тайное собрание. Полагаю, владелец будет присутствовать на нем. Я могу вас провести – мне там тоже нужно быть, – пояснил информатор и вернул мне кристалл.

– Сколько я должна?

– Смотря, что именно вам нужно от создателя этого кристалла. Вам нужна информация?

– Да. За ним долг, – соврала я.

Отчасти это была правда: он отнял чужую жизнь и должен был заплатить за свой грех.

– Потом расскажете, если я хорошо выполню услугу. В честь праздника сделаю скидку – обменяемся информацией, – усмехнулся мужчина. – Сейчас и отправимся. Скоро начало.

Он накинул плащ и вышел из библиотеки. Я последовала за ним.

Мы дошли до мрачного переулка, где стояла компания из трех сущных – двое мужчин и женщина. Они вошли в здание. Информатор жестом пригласил меня за собой и сам не спеша направился ко входу. Первое, что я увидела, – прямая лестница, расходившаяся на два крыла. Стены цвета хаки были увешаны большими зеркалами и картинами с рваными разрезами, написанными в мрачных тонах. Я отвела взгляд и увидела два коридора под крыльями второго этажа.

К нам подошла девушка, стоявшая на лестнице, и попросила специальный пропуск. Я невольно взглянула на ее отражение. В зеркале девушки не было – вместо нее стояло обезображенное с бледной кожей, непропорционально длинными руками, доходившими до пола, и впадинами вместо глаз.

Мой сопровождающий показал пропуск. Девушка кивнула и провела нас на второй этаж, в окутанную мраком комнату, где сидели сущные в темных одеяниях. Очертания напоминали собрание секты. Один из силуэтов казался мне знакомым, но я старалась убедить себя в обратном.

Мы сели на свободные места. Я пыталась найти убийцу по магическому запаху⁶, но информатор положил ладонь на мою руку и покачал головой.

– Подождите. Я укажу на него при первой возможности.

– Не хотелось бы, чтобы виновник ушел раньше, чем я встречусь с ним лично, – прошептала я компаньону.

– Надеюсь, вы не против, если я присяду к вам? – спросил мужчина в черной маске зверя.

По моему телу пробежали мурашки, и сердце дрогнуло от знакомого голоса. Я обернулась. Его голова была повернута прямо на меня, но лица не было видно из-за маски. Я опустила взгляд на свою руку: на мизинце появилась сине-голубая нить.

– Что ты здесь забыла? – прозвучал его голос с насмешливой интонацией в моей голове.

– Пришла по своим делам, которые тебя не касаются, – мысленно ответила я.

– Вы знакомы? – спросил информатор.

– Да, – с усмешкой сказал мужчина в маске волка.

Я чувствовала себя зайцем, загнанным в капкан рядом с сытым хищником.

– У меня нет на тебя времени, – сказала я ему и отвернулась к информатору.

Тот кивнул в дальний угол комнаты, где сидела компания, встреченная нами на улице.

– Мужчина в маске совы, – произнес он.

Теперь нужно было незаметно для остальных вывести подозреваемого на улицу и передать полиции для дальнейшего разбирательства.

Началось странное представление. На сцену вышли девушки и стали плавно танцевать в полумраке под ритмичную музыку, будто скользя по воздуху.

Когда в комнате потемнело, я хотела встать, но мужчина в волчьей маске преградил мне путь рукой. Сам он поднялся с кресла и направился к моей «жертве».

В плечах возникло напряжение. Внутри вспыхнуло несвойственное мне желание дать ему пощечину. Я встала и пошла за ним, чтобы не позволить незнакомцу вмешаться в мое дело, но он взял меня за локоть и притянул к себе.

– Не могли бы мы на несколько минут выйти с вами на улицу? – спросил он у подозреваемого.

Получив кивок, мужчина в маске, не отпуская, повел меня к выходу. Я с почти болезненным напряжением молча шла за ним.

– Ну, что вам нужно? – спросил подозреваемый, расставив ноги, когда мы вышли. В этот момент мой локоть отпустили. Я удивленно посмотрела на мужчину в маске, а потом на подозреваемого.

– Ты же хотела поговорить, – напомнил волк.

– Да… Скажите, это не ваш кристалл? – я достала из сумки камень и шагнула к сове.

– Нет, – уверенно заявил он.

– Не ваш? Я был на девяносто девять процентов уверен, что он был создан вами, – сказал вышедший следом информатор.

– Нет, не мой! Что вы все ко мне прицепились? – возмутился тот, и под его ногами появились кристаллы. Они стремительно разрастались, образуя вокруг меня сферу с острыми шипами, направленными внутрь. Волк успел схватить меня за локоть и вытолкнуть из купола. Я приземлилась на колени.

Волк одним шагом оказался рядом с совой и ударил его в живот и в пах.

– Ты только что заработал еще одну статью! Не проще было признаться? – воскликнул он. – Последнее, что тебе следовало делать, – это вспоминать об убийстве.

– Об убийстве? – я подбежала к дерущимся, сжимая кулаки.

– Он в мыслях признался, – огрызнулся волк, не оборачиваясь.

– Так вот что вам было нужно? – спросил информатор. Он усмехнулся и подошел ближе.

– Да, – ответила я, не глядя на него.

– Ты пойдешь в полицию, – обратился волк к сове.

– Я с вами, – напомнила я.

– Только из-за твоих дел мы туда и идем, – сказал мужчина и поволок еще не пришедшего в себя убийцу.

– Как я могу к тебе обращаться? – спросила я, поспешив за ним следом, лишь раз обернувшись на улыбающегося на прощание информатора.

– Невер.

– Хорошо.

– А тебя как зовут?

– Зарица, – вырвалось у меня прежде, чем я успела придумать ложное имя.

Мы довольно быстро дошли до полицейского участка. Невер передал задержанного и ушел, а я осталась заполнять документы о задержании подозреваемого. Только во втором часу ночи допрос закончился, и я смогла покинуть здание.

На улице, облокотившись на стену у входа, стоял Невер.

– Долго тебя не отпускали, – равнодушно произнес он. – Пойдем?

– Ты все это время ждал меня? Зачем?

– У меня свои причины помогать тебе.

– Например, чтобы вернуть книгу?

– Не совсем. Теперь планы изменились – мне придется следовать за тобой. – Невер уверенно зашагал вперед. – Я помогу тебе, а в обмен ты вернешь книгу. Надеюсь, договор заключен.

– Я не согласна.

– Я не интересовался твоим мнением. Если убежишь – найду тебя без труда.

Возможно, он не врал: все-таки он нашел меня уже дважды, и, судя по поведению, это не составило большого труда.

– Ты знаешь, куда идти? – спросила я и прикусила нижнюю губу.

– Да, прекрасно знаю. Пойдем, маленький бес.

– Как ты меня назвал? – переспросила я, решив, что ослышалась.

– Маленький бес, это было не оскорбление, а шу…

– Поняла. Поспеши – я легко одета, – сказала я и, обогнав Невера, быстрым шагом пошла вперед.

Он поравнялся со мной и протянул кристалл, незаметно выпавший из моей сумки. Я достала черную папку и сверила информацию. Задача заключалась в аресте убийцы. Дальнейшим расследованием должна была заняться другая команда.

Странно одно… почему я так быстро нашла убийцу? Только вчера вечером я прибыла в Скалирор, а уже сегодня ночью задержала преступника. Может, мое предположение было ошибочным? Невер утверждал, что убийца мысленно вспомнил о преступлении. Подозреваемый напал на меня из-за кристалла, используя ту же магию. Разве можно в этом ошибиться? Или я что-то упускаю?

Когда мы вернулись в гостиную, Льния вздрогнула при виде моего нового спутника, но без регистрации проводила его в комнату рядом с моей.

Если Льния не регистрировала Невера… значит, он уже был здесь зарегистрирован?

Я вошла в свою спальню и села на кровать. Папка выпала из сумки, лежавшей на краю, и документы рассыпались. Между листами с записями по моему делу оказались вложенные листки разного формата, газетные вырезки с фотографиями, распечатанные заголовки интернет-статей. Я читала их, и осознание накрывало с новой силой: это действительно происходит с моим народом. Во всех статьях говорилось о текущих событиях в моей стране и за ее пределами. В одной было прямо написано: «Кто-то целенаправленно убивает амиларов. Однако назвать это геноцидом назвать это нельзя, пока не станет ясно, кто именно совершает преступления. Возможно, это простое совпадение, а обычную статистику смертности расы выдают за геноцид?»