Zum Hörbuch
Перепрыгивая с крыши на крышу, я преследовал мага в синем костюме. Он, то и дело, пытался попасть в меня очередным фаерболом, который я одним только мысленным усилием смахивал в сторону.
«Не твой уровень, аристократишка, не твой…»
Его неудачная попытка убить меня, повернулась совершенно другой стороной и наши роли поменялись. Теперь он жертва, а я охотник. И сейчас я был более чем уверен, он жалел. Жалел, что ввязался в эту проблему.
Казалось бы, сидел себе спокойно у уличного кафе, попивал кофе с соседкой, разговаривал о том о сём… вёл себя, как человек, а не монстр, а тут…
Симбионт внутри меня навострил «уши», сообщив о сильном маге рядом. Ну, как сильном… так, третьесортная выскочка, решившая поохотиться на очередного мутанта. Ну, так он считал до этого.
Следующая крыша оказалась недостижимой целью. Маг застыл на краю здания, опасливо озираясь по сторонам. Мои ноги, коснувшись твёрдой поверхности, заставили битумное покрытие вздыбиться, но тем не менее это помогло торможению. Да и чего скрывать – выглядело эффектно.
Теперь ему некуда было бежать.
– Не подходи! – маг запищал уж явно в слишком высокой тональности, хотя при его внешности, я ожидал чего-то другого. – Ты нарушаешь кодекс!
– Кодекс? – я остановился в двух метрах от него.
Мимолётно глянул на лицо, которое мне всё равно не придётся запоминать и хрустнул шеей.
– Не ты ли его нарушил, обронив на меня балкон? Ты…
Он резко выставил руку перед собой, пытаясь скинуть с пальцев сгусток огня, но я погасил его сразу же, как только он сорвался в полёт.
– Ты хоть понимаешь, что рядом были люди?!
– Такая тварь, как ты, не… – он сделал ещё несколько пассов рукой, но увы и ах, я не позволил ему атаковать.
Затратил всего секунду, чтобы сократить это смешное расстояние. Вцепился рукой в глотку и чуть подтолкнул назад. Он хрипло закричал, хаотично размахивая руками, пытаясь удержать равновесие. Однако я его всё же держал. Правда, в данный момент над пустотой.
Пойманный мной маг, словно герой какого-нибудь мультика, дрыгал ножками и ручками, пытаясь то ли взлететь, то ли ещё что, но это несильно помогало.
– Я чту установленный кодекс, – холодно пробормотал я, чуть крепче сжимая его глотку. – Я не нападаю на противоположных моему нутру, симбионтов, не охочусь на них, если за их голову не назначена награда. А ты же, напал на меня на нашей же территории. Как ты думаешь, что сделает с тобой твой же господин, владелец территории, на которой ты питаешься?
Он пытался было что-то промычать, но ответ я и так знал.
Если член стаи нарушает внутренний закон, его в лучшем случае попросят покинуть группу или территорию «аристократов», если это, разумеется, маг. В худшем – объявят охоту, и сами же дадут контракт на его устранение.
На правах защиты…
Я поднял вторую руку, медленно приближая её к его лбу. Когда из руки появились чёрные нити, которые, казалось, жили своей жизнью, подрагивая в воздухе и двигаясь в разные стороны… маг истошно захрипел, удвоив свои усилия, но всё тщетно.
Когда эти нити коснулись его лица, тело мужчины содрогнулось, а высшее существо внутри него пошло мне навстречу, пусть и неохотно. Выбора всё равно у него не было.
Было вкусно, но теперь…
Сейчас он временно стал самым обычным человеком, который сидел у моих ног, то и дело всхлипывая. Теперь он временно лишён дара, дара, о котором другие люди могли бы только мечтать. Быть вершиной пищевой цепочки, став во главе неё. Быть, в некотором роде богом, кем-то сильным и непобедимым…
Тем сокрушительней для него текущее состояние.
– Я… найду тебя… – его всхлипы неожиданно остановились, а лицо, наполненное слезами, выражало убийственную ненависть, обращённую ко мне. – Все узнают, что дивергент, травмирующий симбионтов, действительно существует…
– Ну, думаю, тебе придётся много времени потратить, чтобы восстановиться… – улыбнулся я в ответ. – Но… мне очень жаль, что о нашей встрече ты даже и не вспомнишь.
И я вновь коснулся рукой его лба.
Подработку на заправочной станции, пожалуй, не назвать самым благодарным делом. Я много раз за сегодняшний день жалел… жалел, что согласился помогать Вадиму. Точнее, его отцу.
Казалось бы, провести инвентаризацию, подсчитать товар и сделать соответствующие заметки в документе после учёбы и всё… свобода, лишние три тысячи в кармане и чувство выполненного долга перед товарищем. Тем более деньги никогда не бывают лишними, да и подработка выглядела необременительной.
А фактически… этот рыжий крендель то и дело сбивал меня с толку и мешал.
– Ярик, – друг в очередной раз окликнул меня.
Пришлось вновь переключить всё внимание на него.
– А омывайку считал?
«Чтобы я ещё раз…»
Глядя на то, как Вадим своими тоненькими ручонками пытается передвинуть двадцатилитровую канистру с синей жидкостью, хотелось просто материться. Ну, сколько можно-то, а?!
– Вадим, не трогай её, пожалуйста, – стараясь говорить спокойно и сдержанно, произнёс я. – Я специально её там поставил.
– А на кой фиг она там?
– Чтобы ты спросил, – я покачал головой, подошёл к нему, и с лёгкостью поднял канистру, переставляя на то место, где она и стояла изначально. – Не мешайся, пожалуйста.
Очередная подколка, мол, дело силачей – тягать, а умных – считать, он выхватил планшет с бумагой у меня из рук и улизнул за соседний стеллаж.
Ребёнок, одним словом… в свои восемнадцать лет имеет лишь одну мечту – быть менеджером… Хотя перед глазами яркий пример – его отец. И что? Он хочет такую же жизнь? Вечно горбатиться на заправке за копейки, не видя семью целыми днями?
Бесспорно, для многих и это предел мечтаний, но всё же…
Догнал Вадима быстро, сгрузил в охапку, несколько раз почесал костяшками пальцев его рыжую макушку и отпустил. Наслушался, конечно. Но хотя бы «отомстил», да и друг на такие вещи не обижается, иногда и сам вытворяя что-то подобное.
Спустя ещё полчаса «осмотра» стеллажей, наконец, я выдохнул. Учёт был проведён, недосдачи не было, а значит, я, наконец, мог убраться отсюда. Желательно как можно дальше.
Шелестящие купюры, добродушное усатое лицо отца Вадима, и короткое: «спасибо», было последним, что я услышал и увидел здесь.
По дороге домой, а от заправки мне нужно было идти чуть больше двадцати минут неспешным шагом, зашёл в круглосуточный магазин. Там как раз была скидка на кошачий корм, который я обычно брал, и поэтому захватил сразу несколько пачек. Но и про себя, конечно, не забыл: пакет лапши и лёгкий завтрак на утро в универ.
Кошачий корм предназначался бродячим бестиям, которых я подкармливал возле строящейся высотки напротив моего дома. Ну не могу ничего поделать – люблю кошек и те, как правило, отвечают мне взаимностью. Да и несложно мне потратить не такую уж и большую сумму, чтобы котейки не были голодными.
Поэтому первым делом я завернул за ограждение, с помощью своей не такой уж и плохой координации и чьей-то матери, обошёл все ямищи и почти у самых опор заприметил миску, которую сам же сюда и принёс для удобства кормления животин.
Чёрный, толстый котяра, с ярко выраженной недовольной мордой и пятном на груди, приветливо потёрся о ноги. Знает ведь, кто его кормит, вот и ластится, чтобы я не прекращал это делать.
– Дождался, Кактус? – я почесал урчащего добряка за ухом, снял со спины рюкзак и начал распаковывать деликатес. – Даже ты кушаешь побогаче меня, мистер. Сегодня у вас… – я всмотрелся в пакетик, наконец-то найдя состав, – креветки в сливочном соусе.
За одобрительным «мур» тут же послышалось чавканье, стоило только содержимому пакетика оказаться в миске.
С чувством выполненного долга, только, было, собрался разворачиваться обратно, чтобы меня не прогнали, когда где-то надо мной послышался металлический лязг.
Единственное, что я успел сделать, это поднять голову, чтобы увидеть, как несколько стальных балок, с какой-то космической скоростью летят на меня. Касание металла о землю, отскок в лицо и…
Следом последовала яркая вспышка в глазах, сопровождаемая моментальным потемнением, яркими пятнами и убийственной болью. Мне даже показалось, что я увидел смутные силуэты людей и каких-то монстров, а затем сознание окончательно помутилось.
Капли дождя, бьющие меня в лицо, заставили очнуться от пустого сна. Ощущение тяжести в ногах и руках…
– Чёрт, – прохрипел я, понимая, что даже двинуться толком не могу.
Голова, впрочем, двигалась.
Серое небо надо мной щедро поливало водой, а холодный бетон под спиной мигом вернул восприятие.
«Меня же убить должно было…»
Повернул голову вправо, увидел пушистого толстяка, придавленного куском камня, шерсть которого как-то странно…
Двигалась…
Затем начались первые странности. Пульсирующая боль, пришедшая вместе с ощущением холода, начиналась от сердца. Следом, проходя по нервным окончаниям, пропадала в конечностях. Только вот с каждым подобным импульсом понемногу возвращался контроль над телом.
Неестественный изгиб руки говорил только об одном – вывих и очевидный перелом. Но у судьбы, видимо, были другие планы на мой счёт.
Рука неожиданно для меня вдруг самостоятельно выправилась, вернув мне контроль над собой. Следом пришли ощущения от правой руки, а затем и ног. Я попытался приподняться.
На странности я пока решил не обращать внимания, так как мало ли что мне могло привидеться, а в дурке сидеть не хотелось.
Попытка подняться не увенчалась успехом, лишь облокотившись, смог оценить масштаб ужаса происходящего вокруг. Меня действительно придавило балками.
Только вот… как я выжил?
– Срань, срань, срань! – мужской басистый голос с лёгкой хрипотцой, зазвучал где-то возле меня.
Помотал башкой, ничего и никого не увидел. Правда, голос зазвучал вновь.
Если бы я не посмотрел на кота, то и не понял бы, кто говорил. Его глаза были ярче, чем обычно. Светились зелёным, так скажем, а рот двигался в такт словам.
Но животные же не разговаривают… Неужели меня настолько сильно приложило по голове, что уже видится подобное?
– Что смотришь, ирод? Вылезай оттуда и убери этот сраный камень.
– Я…
– Давай быстрее, мне, кажется, хвост прищемило!
«Хвост? Серьёзно?»
Ему не то чтобы хвост прищемило… он сам почти наполовину лежал под камнем.
Так, стоп…
– Какого чёрта, – я помотал несколько раз головой в разные стороны, посмотрел сначала на балку, потом повернулся налево, посмотрел на кота…
А кот чего? А кот ничего, всё также испытывающе пялился, изредка моргая.
– Ты оглох, что ли? – ворчливо отозвался он.
– Меня, видимо, пришибло окончательно…
Коту не нравилось моё промедление. Пфыкнул вполне по-человечески, грязно выругался и заявил, что если я сейчас же не начну действовать, то… он собственноручно, точнее «лапно», оторвёт мне голову.
Угроза, произнесённая котом, теперь я уже не сомневался, что говорит именно он, была своеобразной, как и его слова. Но всё же, я попытался вытащить ногу из-под металла. Но, увы и ах, многотонная сталь была мне не по плечу, хоть я был достаточно крепким парнем.
– Да что ты ногами трясёшь, как девка после утренней дойки, – ворчание начинало действовать мне на нервы. – Ручонками своими двигай давай!
Ручонками, говоришь?
Вот тут всё неожиданно и получилось. Балка, словно по волшебству, или же, будто она весила не несколько тонн, а всего килограмм, с противным скрежетом сместилась по бетону в сторону.
Я смог подняться.
С удивлением рассматривая площадку перед собой, нашёл вполне себе ожидаемое море крови. Посмотрел на себя и понял, чья она.
Следом был осмотр. Тщательный.
На мне не было ни царапинки, не то чтобы…
– Срань, подарила мне судьба… – ворчал тем временем кот.
Закончив с осмотром, гадая про себя, что за хрень творится вокруг, всё же пожалел беднягу. Поднял камень, придавивший кота, и выругался.
Кошка-лепёшка, одним словом. Жалость давила на сердце, а эта пушистая котлета лишь ворчала и ворчала. Ворчала и ворчала. Изрядно мне надоев.
Оценивая обстановку ещё раз, всё для себя объяснил. Я просто умер. Не попал ни на небеса, ни в ад. Остался то ли духом, то ли ещё чем…
– То ли последним дураком, который верит в небеса и ад, – подытожил кот, восстанавливаясь прямо на моих глазах.
Действие отчасти было мерзким и отвратительным, но тем не менее с каждой пройденной секундой он становился всё более целым. Спустя полминуты я так и стоял с открытым от удивления ртом, а этот… кот, вылизывал шерсть.
– Зачем эти создания так делают? Мурмяу… – облизал бок, точнее, место, до которого смог дотянуться. – Чёрт, даже остановиться не могу. Чёртовы реакции организма и инстинкты!
– Какого… ты разговариваешь? – я присел на корточки рядом с ним, с ощущением, что вот-вот кукуха полетит, куда нужно.
Я больше получаса просидел на балке (благо их тут было много), ожидая, когда эта пушистая тварюшка доизучает своё новое, как он же и признался, тело. Не забывая при этом полностью меня обнюхать. Причём от последнего, как мне кажется, он сам был в шоке.
Кот в шоке… А уж я в каком шоке.
Умозаключение было следующим: он, такой-то такой-то, фиг пойми вообще, о чем он говорил (я в этот момент больше пытался осознать, как сам оказался цел и, если честно, не слишком внимательно вначале слушал его), снизошёл до меня, чтобы поделиться небольшой частью своего симбионта. Собственно, это и позволило мне выжить в этой ситуации.
– Сомнительно, что ты чем-то можешь меня наградить, – я смахнул с рваных и испачканных в крови брюк чёрную шерсть. – Разве что глистами.
– Возмутительное обращение к высшему существу! – его ярко-зелёные глаза искренне возмущались.
– Это, как ты говоришь «высшее существо», пока я не покормил его, копалось в помойке в поисках вкусняшки, – не смог удержаться я от этого замечания. – Определённо.
– Что делало это животное до моего пришествия – меня не интересует, – он гордо повернул морду в сторону, разглядывая стену строящегося здания.
Затем кот незаметно слинял, оставив меня в полном замешательстве. Я толком-то ничего понять не мог. Помнил, как упали балки, помнил боль удара, который должен был превратить мой череп во что-то более эластичное… и на этом всё.
А сейчас этот… Кактус, разговаривает, умничает, да и вообще, имеет характер ворчливого старика… Хотя, может, коты и должны такими быть, если бы умели разговаривать?
Между тем «ворчливый старик» быстро вернулся. Ровно в тот момент, когда я хотел встать и уйти, ссылаясь на помутнение рассудка и кровопотерю, которую было видно, но не чувствовалось (даже ран на мне не было, что вообще было странно в любом случае). Тащил за собой какое-то… тело.
С учётом его крошечной по всем меркам тушки, кот тащил вполне себе взрослого мужика, только в какой-то странной, незнакомой мне форме.
Чёрный пушистый котяра оставил свою добычу возле моих ног, запрыгнул мужчине на спину и выжидающе уставился на меня.
Воцарилось молчание. Я смотрел на него, он на меня… искра, буря, безумие.
– Что?! – я сделал шаг назад, разводя руками. – Что ты хочешь от меня? Похвалы? Хороший Кактус принёс мне какого-то дядю? Раз ты стал говорить, то и твоя добыча стала крупнее?
Кот фыркнул, мотнул мордой и начал вычёсывать своё ухо. Закончив со своим кошачьим занятием, он начал говорить.
– Урок номер один, – следом котейка долбанул лапой спину мужика. – Это маг. На данный момент, просто мёртвый человек, потому что симбионта, который был в нём, я сожрал ещё в полёте. Он – твой враг номер один. Запомни это в первую очередь!
Все, точно, шарики заехали за ролики… кот меня учит какой-то ерунде.
Я просто махнул рукой на это представление и обошёл эту парочку и двинулся в направление выхода.
Кот догнал меня у самых ворот. Пару раз ударил лапой по ноге, привлекая внимание к себе. Причём получилось у него это весьма болезненно, что было удивительно, а затем, так и не добившись ответной реакции, просто пошёл за мной.
В обычной, привычной манере представителя усатых. Типа, это не я иду рядом с тобой, а ты со мной.
– Попытки убежать от правды, ничем хорошим для тебя не закончатся, Ярослав.
«Точно, рассудку крышка».
Я просто молчал. Шёл вперёд и даже не смотрел на вышагивающее рядом животное, которое не затыкалось.
– Тебе определённо повезло, что такой сильный дивергент, я бы даже сказал – высший, поделился с тобой частичкой своей силы.
«Бла-бла-бла».
– Если ты думаешь, – следом было яростное мяу, и удар по икре, – что я не слышу, о чем ты думаешь, у меня для тебя плохие новости.
«Это просто бред. И ничего больше. И этот кот мне тоже кажется после того как я ударился головой».
– Бред, это твоя попытка ухлёстывать за Аней, которой вообще начхать на тебя. Или ты думаешь, что сочетание спорта и учёбы даст тебе время, чтобы забраться к ней под юбку?
Ну, он был не прав. Определённо!
Аня – моя сокурсница, действительно мне нравилась. Но я не делал никаких попыток ухлёстывать за ней. Потому что понимал, что из-за моего увлечения смешанными единоборствами и постоянной зубрёжкой лекционного материала, чтобы не отставать в учёбе, у меня просто нет времени на неё.
А эта пушистая фигня, которая типа разговаривает, всего лишь плод моего воображения. Видимо, я просто упал и сильно приложился головой только и всего. Никакие балки не падали, а я запнулся за арматуру. Ударился головой, а сознание просто играет злую шутку, подкидывая вот такие вот образы.
Бывает. Травмы головы всё же были… Мне просто нужна горячая ванна и крепкий сон. А утром будет полегче.
Но у кота, похоже, были свои мысли на этот счёт.
Он просто издевался. Стараясь меня задеть цитированием моих ошибок в прошлом. Будто бы копался в моей памяти. Что, в свою очередь, точно указывало на его «невозможность». Кот просто увязался за мной, а я пытаюсь придать ему особенности, которые невозможны. И всё из-за травмы головы.
– Приделал бы лучше себе мозг, Ярик, – кот даже не смотрел в мою сторону, а просто шёл рядом шаг в шаг. – Тысячу раз тебе сказал, выслушай меня. Но нет, он всё на голову свою съезжает.
Следом, когда мы завернули за угол одноэтажного дома около дороги, где начался метровый забор, Кактус запрыгнул на него. Уставился на меня, словно просил остановиться.
– Ярослав, в последний раз тебе повторяю. Ты умер. Но с помощью моей силы, точнее, части меня, а теперь симбионта внутри тебя, ты ожил. Восстановился до того как стало слишком поздно.
– Звучит как бред сивой кобылы, – я хотел было просто пойти дальше, когда морда кота изменилась.
Его пасть неожиданно раскрылась больше, чем физически это было возможно. Но раскрылась не только… снизу вверх, а ещё и в другие стороны. Тройной ряд заострённых маленьких зубов напомнили мне помесь нескольких монстров, из различных книг, которые я когда-то читал.
А что это загорелось в том месте, где должны были быть… гланды? А у котов есть гланды? Появилась яркая, светящаяся точка, от которой невозможно было оторвать взгляд.
«Всё же, стоит попытаться вернуть себя», – зазвучал старческий голос в моей голове, когда, пасть, расширилась до совершенно неестественных размеров, и захлопнулась на моей голове.
Мне снилось нечто чуждое мне. Словно я был кем-то или чем-то другим. Более сильным, гибким. Даже, кажется, не совсем человеком.
А картина была весьма занятной.
Во сне я перепрыгивал машины, убегая от какого-то существа, то и дело оглядываясь и бросая что-то в сторону этого существа из своей руки. Казалось, что это были маленькие шарики, правда, в руках у меня ничего не было. А вот эти самые шарики оставляли после себя на асфальте довольно существенные воронки.
Существо с ярко-красными глазами проделывало то же самое, только вот его шарики, кажется, состояли из огня. Да и не имели такую ровную форму как у меня.
Загнав меня в тупик, противник, как оказалось, что-то пробормотал, и дальше…
Я словно был супергероем из всем известного комикса. Обернулся к врагу спиной и в прыжке с места, зацепился пальцами за кирпич пятиэтажного дома. А прыгнул-то… метра на три в высоту.
Дальше, всё было ещё более фантастическим.
С лёгкостью насекомого, просто и быстро, без каких-либо сложностей, просто вбивая конечности в стену, взбирался по стене вверх, оглядывая на противника, который также быстро «полз» за мной, а дальше…
Чувство полёта преследовало меня каждый раз, как мои ноги отталкивались от крыши дома. Я перепрыгивал чудовищное, по моим меркам, расстояние в пять-десять метров с небывалой лёгкостью, то и дело бросаясь прозрачными шарами в преследователя, чтобы хоть немного его задержать.
Как это и бывает во сне, не все действия выглядели чёткими, а порой и вовсе я оказывался в другом месте, будто кто-то включил перемотку. Но всё равно из-за того, что это сон, подобное воспринималось вполне нормально.
И вот вскоре я спрыгнул на землю и оказался у здания, смутно знакомого мне в настоящем. Строящийся объект. Высотки.
Цепляясь пальцами за выступающие балки, которые ещё не перекрыли кирпичами в полной мере, всё с той же лёгкостью «взлетал» вверх. И, наконец, когда оказался на крыше, завязалась драка из-за того, что мой преследователь появился на ней в тот же момент.
Противник то и дело швырялся в меня огнём, а я, в свою очередь, с необычайной лёгкостью уворачивался от них, пользуясь всевозможными преградами, путая его своими неожиданными прыжками.
Но и атаковал его тоже. Только вот не «огнём» и шарами, а руками, на кончиках пальцев которых, сами собой появились весьма серьёзные когти, смолянисто-чёрного цвета. Ни я, ни противник не уступали друг другу, постоянно переводя игру в свои ворота.
Концом всего этого был выступ, о который и я, и враг зацепились, когда мы схватили друг друга за грудки. Я, было, схватился за балки, стараясь удержаться, но те, к сожалению, не были закреплены и не выдержали нашего совместного веса.
Мы падали вместе с тяжёлыми кусками металла, которые постепенно обгоняли нас. Я старался сожрать что-то внутри него, а он лишь кричал, уже не в силах мне противостоять.
Последнее, что было в этом сне – это лицо настоящего меня. В ужасе застывшего, глядя на приближающийся металл.
Какой странный сон…
Пробуждение было не совсем нормальным.
Просыпаться от ощущения обезвоживания организма, и в целом, как от похмелья… было явно не моим. Я не пил от слова «совсем». Причём очень давно, с тех пор, как понял, что ничего приятного в этом нет. Так что…
Попытался, было, скинуть с себя одеяло, но…
Какого черта?
Чуть приподнял голову и уставился на того самого кота. Он безотрывно пялился на меня в ответ, то и дело помаргивая.
– Ну-ка, брысь, – шикнул, выдёргивая из-под него одеяло.
Но не тут-то было. Эта животинка как будто вросла в ткань, а дальше…
– Брысь будешь дворовым котам говорить, шкет, – с его уст послышался удивительно знакомый старческий голос.
Мотнул башкой, не веря в происходящее, и повторил ему это ещё раз, но в ответ не послышалось ничего.
«Почудилось…» – облегчённо выдохнул я.
Кажется, мне стоит побольше отдыхать. Предупреждала же Аня, что такими темпами я скоро перегорю. А дальше – апатия и долгое блуждание в своих мыслях. Жалость, самобичевание и прочее.
Говорила она это так, словно сама сталкивалась с выгоранием и по полной испытала на себе все «прелести» этого состояния.
На удивление, кот был тяжелее… обычного, с лёгкостью спихнуть его с постели не получилось, но когда я взял его за шкирятник, дело пошло куда проще. Ни писка, ни визга, ни голоса.
Следом схватил с тумбы телефон, бормоча себе под нос, будто всё происходящее вокруг, норма:
– Как ты вообще в мою квартиру попал?
А следом я присвистнул от количества пропущенных вызовов. Их было аж восемь и все от одного абонента – Вадима.
Только вот трубку он на ответный дозвон не взял, а спустя ещё пять минут попыток с ним связаться и вовсе, отключил его.
Странно… зачем тогда было звонить?!
– Абонент не абонент? – послышался голос от кота.
Покосился на животину и тут до меня начало доходить… всю сонливость как рукой сняло. Бегом ринулся в ванную.
Включив холодную воду, несколько раз умыл лицо, чтобы окончательно отбросить сон в сторону, похлопал себя по щекам несколько раз, сводя на нет все неправильные мысли – что всё это было просто сном…
Кот между тем стоял у двери и, дождавшись меня, в шкодной кошачьей манере лапищей шарахнул по босой ноге и сбежал на кухню. Я же последовал за ним.
Ничего необычного. Кот как кот…
– Ты долго будешь меня игнорировать? – он вновь, несколько раз ткнул меня лапой, пытаясь обратить внимание на себя.
– Какого чёрта?! – с лёгкой дрожью в голосе повторил уже приевшуюся с самого утра фразу и схватился за нож.
– Но-но-но! – Кактус попятился, уткнулся спиной в холодильник. – Ты бы это, пацан, выдохнул, что ли…
– Какого чёрта ты разговариваешь?! Что ты такое? Откуда ты здесь?!
– Выдохни, положи нож на место, иначе я буду расценивать это как нападение. За себя в таком случае не ручаюсь. Сам знаешь, как я умею делать «клац», – при этом чуть клацнул… огромной челюстью, которая, как по волшебству, растянулась.
В мозгу что-то щёлкнуло и в сознание потоком вошли воспоминания. Во всех подробностях, кроме…
Как я вернулся домой?!
– Ты… пытался меня сожрать! – нож я так и не убрал из рук.
– Пытался. Но это в прошлом, – он по-старчески фыркнул и, глядя на меня, чуть пошипел: – Ты бы это, всякие бредовые мысли оставил на потом. Медленно положи нож, возьми с холодильника пульт и включи утренние новости.
– А что… там? – я сощурился, стараясь поверить в то, что слышу и вижу.
А это на самом деле было сложно. Не каждый день встречаешь говорящих котов.
– Подтверждение моих слов. Что всё это не сон, и то, что если ты сейчас же не уберёшь оружие, я тебе руку откушу и скажу, что так и было.
Опять клацнул челюстью, придавая мне нужное ускорение.
Пульт от миниатюрного телевизора действительно находился там, где сказал кот. Даже… не пришлось его искать, а это обычно занимало порядком больше времени, потому что я вечно забывал, где его оставил.
Субботний выпуск новостей оказался весьма…
– Какого чёрта?
Я замер перед телевизором, неосознанно покручивая нож в руке и пялясь на картинку на экране. Диктор говорил о стройке. О маргиналах, которые почему-то позарились на строящийся объект. Устроили поджог, о чём говорили пятна копоти, а в конечном итоге, обрушили небольшую, но всё же, металлическую конструкцию, и что-то по типу: «ущерб был оценён…»
Я присмотрелся повнимательнее, подмечая знакомые детали.
– Быть такого не может…
Я ясно видел место, где лежали балки, и ту… большую, которую убирал со своих ног в своём первом сне.
В голове начался полный сумбур, события минувшей ночи одно за другим начали всплывать в сознании с детальными подробностями. Ощущения, разговоры, этот шерстяной… посмотрел вниз, под ноги, кот всё так же пялился на меня.
Да боже?! О чем я думаю?!
Мотнув головой, я сбросил с глаз образ, который никак не хотел уходить и уставился в телевизор. Нет. Это просто совпадение, не больше.
Есть же чувство дежавю? Верно? Вот и со мной просто поигрывает…
– Ты сам с собой поигрываешь. Особенно, по ночам, – хохотнул кот. – Наверное, что там ещё делают зрелые юноши, м?! А то как-то присутствия девушки я здесь не заметил или ты к ней сам ходишь?
– Что ты такое?!
Он молчал. Я же, решив, что окончательно двинулся рассудком, аккуратно обошёл животинку, вернулся в ванную и уставился в собственное отражение.
Бледность, красные глаза, сухие губы… я просто заболел. Это всё бред. Как и эта стройка…
А если нет?
Одна идея была хуже другой. А что, если всё правда, и я действительно умер. А сейчас просто нахожусь здесь, дома, в теле духа? Может быть такое или нет?
Не, не может. И это я доказал сам себе, ущипнув за руку – было больно, так что это реальность.
Оставалось просто надеяться, что это всё просто совпадение, тем более…
– Кактус, ты где? – немного басисто пробормотал я, заглядывая на кухню.
Но его на месте не было.
Прошёлся по квартире в поисках этого «пожирателя». Не сразу осознал, что его здесь и быть-то не должно, потому что я никогда не тащил дворовых котов к себе домой, тем более хозяева съёмной квартиры настрого запретили животину тащить в дом, но уже, будучи в коридоре, завис перед входной дверью.
Мне же не показалось, что он был здесь? Да?
Да… первым делом почувствовал странный, сквозящий ветер где-то снизу. Плавно опустил взгляд с середины двери до… низа.
Моё внимание было обращено на весьма немаленькое отверстие, прогрызенное кем-то, обладающим весьма внушительной челюстью.
– Это ещё что такое?!
Дыра в евродвери очевидно была, и это стало заключительным этапом наведения порядка в «событиях».
Всё это было не сон, мне не показалось, что кот говорил… и эта дыра – явная улика того, как он попал в мою квартиру.
С его-то челюстью, грех и всю дверь не… съесть.
Подводя общий итог, вернулся на кухню, которая встретила меня всё той же утренней прохладой от незакрытой на ночь форточки, и мяуканьем. На второе я среагировал не сразу, потому что осознание звука пришло с запозданием. А когда понял…
Развернулся и уставился на него.
– Объясняй всё, сейчас же!
Большой, жирный чёрный кот с приметным и очень знакомым белым пятном на груди сидел в дверном проёме моей кухни. И ответом была тишина.
Дальше всё произошло так быстро, что я не совсем отдавал отчёт тому, что делаю. Я схватил швабру и ринулся на кота, который с удивлённым «мяу» рванул прочь. Ещё и когтями пробуксовал по полу, оставляя следы.
Пробежал мимо моих ног, устремился в спальню, где я чуть было – не прихлопнул его задницу шваброй, а дальше… всё же выскользнул и вновь завис в дверном проёме кухни. При этом – он и ни слова не сказал!
– Говори! – взревел я, метнувшись к нему.
Своей жирной тушкой кот снёс небольшой табурет, попытался было запрыгнуть на стол, но масса ему не позволила совершить такой манёвр, и по итогу забился в угол к холодильнику.
Его поза – лёжа на спине с поднятыми передними лапами вверх да ещё и этот несчастный кошачий взгляд, ну… никак не давали мне его прибить этой самой шваброй.
– Ты, – прошипел я. – Что ты сделал?! Кто ты такой?! Отвечай!
– Мяу?!
И что бы я ни спрашивал, ответом на всё было либо тишина, либо короткое «мяу».
Что-то я ничего не понял.
– Как ты здесь оказался, а, Кактус?
В ответ лишь тишина. И тут я понял, насколько это всё нелепо выглядит со стороны, даже стыдно стало.
Убрал швабру, медленно нагнулся и почесал брюхо толстяку. Тот, видимо, понял, что опасность миновала, добродушно растянулся, позволяя человеческому рабу вычёсывать его. Все как всегда.
Длилось это недолго. Вскоре, когда я ему надоел, кот попросту слинял в коридор, остановился у входной двери и принялся вынюхивать край двери, где зияла дыра.
– Ну ты же не мог этого сделать? – с нотками обречённости вновь обратился к нему.