Zum Hörbuch
Это были два наискучнейших солнечных дня, которые только знал оролинг. Никаких убийц больше не появлялось. Хотя их следовало ожидать, ведь Оргар не был мертв, и его тело не валялось в луже крови, как должно было быть. Некоторые особо приближенные к правителю люди недоуменно косились на оролингов, гуляющих только возле палат их господ, держа оружие наготове.
– Я ожидаю увидеть наших незадачливых убийц снова, – с усмешкой произнес Оргар, каждую минуту выглядывая в окно. – Стоит признать, что действовали они весьма и весьма профессионально. Можно сказать, что я поражен их действиями. Таких действий я не ожидал, они меня прямо восхитили.
– Еще немного, и ты сам пойдешь искать их с просьбой убить тебя, – заметил Рагнар, с любовью поглаживая топорище. – Сегодня наши бравые правители должны возвратиться со своей прекрасной охоты. Не сомневаюсь, что они привезут отличные трофеи, которые с честью повесят у себя в гостиной и будут любоваться ими до скончания времен.
– Я прекрасно понимаю твое негодование, братец. Но у нас здесь нет особой власти, и нам не стоит забывать этого. Ты был бы счастлив видеть их головы у себя в башне, но поверь, сейчас наши головы могут оказаться на месте голов оленей и кабанов. Теперь Кистан и Диниан будут умнее и не встретятся с нами с глазу на глаз, хотя, этого нам уже и не надо.
Рагнар отложил топор и взял в руки свою новую флягу с вином. Ему не нравилось сидеть здесь, зная, что эллы не будут медлить и нападут в любой момент и ему нужно сидеть не здесь, а быть там, защищать свой народ от золотокровых ублюдков.
Во дворе послышался стук копыт. Правители вернулись с охоты. С ними было около десяти опытных гвардейцев, которые искоса посмотрели на оролингов и уехали в конюшни. Кистан и Диниан, едва завидев вооруженных слуг принцев, быстрее всех слезли с коней и направились прямиком к Оргару и Рагнару, захватив с собой тридцать стражников.
– А вот идут по наши души, – улыбнулся Оргар и повернулся к входу, с широкой улыбкой ожидая правителей. Они просто вломились к ним, сначала вошли двое стражников, выставив вперед щиты. За ними уже начинали толпиться ошеломленные слуги, пытаясь заглянуть стражникам за спины.
– Что здесь происходит? – тут же спросил Кистан с мечом наперевес, выглядывая из—за плеча первого стражника.
– Это мы хотели бы спросить и у вас, – Оргар склонил голову в почтительном поклоне. – К нам без спросу вваливается такая орава людей с оружием, с явным намерением насадить наши тела на пики, хотя мы совершенно ничего не делали. Можно дать нам хоть какое—то объяснение этому?
– Ваши солдаты стоят с оружием наголо во дворе моего дворца, а вы еще спрашиваете, что мы здесь делаем?! – чуть ли не взревел Кистан, выходя из—за стражников. Диниан искоса глянул на него, но не проронил ни слова.
– Пожалуй, мне стоит начать с того, что два дня назад на меня напали, – спокойно продолжил Оргар, не замечая воплей Кистана. – Напали на спящего, надеясь прирезать, как скотину. Видите ли, я не настолько глуп, чтобы попытаться захватить дворец, кишащий стражей, превосходящей по силам мой отряд в несколько раз. Это всего лишь вынужденная мера, если вы не можете защитить своих гостей, значит, гости защитят себя сами. Я бы предложил продолжить наш разговор в более приятно обстановке, если вы не против.
Кистан медленно сунул меч в ножны и кивнул своей страже. В палате остались принцы, правители и два гвардейца.
– Хотелось бы переговорить наедине, – с нажимом сказал Рагнар.
– Будьте уверены, они ничего не расскажут, – улыбнулся Диниан, открывая флягу. – Гвардейцы моего друга не выдают тайн своего господина. Даже если они этого захотят. У них нет языков.
– Похвально. Что ж, тогда мы можем начинать, – вздохнул Оргар. – Мы тщательнейшим образом обдумали ваше предложение, лорд Диниан, и пришли к выводу, что у нас не такой уж и большой выбор. Поэтому я выступлю на турнире от имени одного из вас, но только я один. Будет странно, если оролинги придут встречать нового короля без принцев. К сожалению для вас, мой брат куда больше известен, чем я, поэтому он и займет место принца. А моя история будет таковой – я вольный оролинг, наемник, телохранитель принца, решивший посмотреть на нового короля острова. Мое лицо будет сокрыто от любопытных глаз, так что боятся, что меня узнают, не стоит.
Диниан задумчиво погладил свою щетину, лишь недавно появившуюся на его лице, а Кистан с подозрением глядел на братьев.
– Это неожиданно для нас. В первую очередь я бы хотел сказать, что убийц к вам мы не посылали. Как вы понимаете, нам незачем было желать лицезреть ваши трупы, – торжественно сказал Диниан. – Но я обещаю вам, мы найдем того, кто заказал вас. Ну, а во—вторых, по рукам. С нашей стороны мы обещаем, что те воины, что стоят у вашей столицы, будут защищать вас от эллов, если те смогут дойти до вашей столицы. Осталось решить один маленький вопрос, от чьего имени вы будете выступать, но этот вопрос мы решим лично. А теперь я бы предложил вместе пообедать, чтобы забыть обиды, что имели место быть, но не я здесь хозяин.
– Да-да, – поддакнул Кистан и вымученно улыбнулся. – Что ж, лорд Диниан говорит хорошие вещи. Через час мы будем ждать вас в общем зале.
Они вышли вместе с гвардейцами и направились в тронный зал. Оролинги дождались, пока гулкие звуки шагов стихнут и расслабились.
– Я ожидал, что они будут немного умнее, – протянул Оргар. – Разумеется, они будут следить за нами, это очевидно. Нам ничего с этим не поделать, к сожалению.
– Это гораздо лучше, чем сидеть и ждать своей смерти каждую ночь, – заметил Рагнар. Он был доволен тем, что займет место принца—наследника в столице людей, но виду не показывал.
– Зато куда интересней, – возразил Оргар, переливая вино из фляги в золотой бокал. – Многочисленные битвы за собственную жизнь, что может быть интересней? Интриги, которые плетут против тебя злые пауки, решение их – что может быть лучше?
– Вино и бабы, – хмыкнул Рагнар. – И пара кусков свежего мяса с кровью.
– И еще живые обладатели этого мяса? – спросил Оргар. – Ты всегда знал толк в развлечениях, братец. То проведешь десять лет возле деревянной статуи, пожирая травы, червяков, глупых животных и собственную плоть, то начнешь вместе со мной строить интриги против людей! Давненько я не видел тебя с женщиной вместе, даже последние трактиры, щедро расставленные на нашем пути, ты посещал настолько неохотно, что я было подумал, что ты нашел свою любовь и не хочешь обижать ее своим неверием.
– Может быть, что ты оказался прав, – туманно ответил Рагнар. – Но только лишь может быть.
– Наверняка это эльфийка милыми ушами, которые ты собираешься отгрызть! – расхохотался Оргар.
– Скорее всего – да. Они все так любят думать, что мы едим наших врагов, что поневоле мне захотелось отведать их уши.
– Вот за это наши враги нас и не любят, – ответил ему Оргар, заправляя одежды. – За то, что мы не прочь отведать их мяса.
– Теперь они и сами не против отведать нашего мяса, – откликнулся Рагнар. – Эллы жестоки и жаждут власти не меньше, чем люди. Что будет, если они смогут победить нас? Эллы пойдут дальше и разобьют людей. Превратят их города в пыль и засадят все земли своими деревьями и кустиками! А чем они отличаются от нас? А от людей?
– Не пройдет и дня, когда ты не упомянешь их, – вздохнул Оргар. – Успокойся и пошли. Наверняка правители захотят дать тебе противоядие. А потом мы покажем им труп того убийцы, думаю, правители смогут нам что—то сказать.
– Мне кажется, что этот убийца действовал хуже остальных, – сказал Рагнар. Оргар услышал его уже в дверях. – Именно его я и услышал… словно он не один из тех, кто приходил за твоей жизнью. Словно он чужой.
– Идем, братец, прекрати забивать голову такими вещами именно сейчас.
Рагнар хотел взять топоры с собой, но в последний момент убрал их, спрятав в поясе кинжал. Оргар с собой вообще не взял оружия, предоставив одному из охранников второй меч на всякий случай. Они медленно спускались по крутым каменным лестницам, освещенным факелами, щедро развешенным на стенах.
На одном из этажей из окна открывался вид на Туан, по которому медленно, словно призраки, шли корабли.
– Это не Асперионские корабли, – вглядевшись вдаль, сообщил Рагнар. – Другие флаги… таких здесь нет, это точно.
– Это торговые корабли с Дарвы, – сказал ему Оргар. – Все готовятся к турниру королей. Все хотят нажиться на выборах нового короля и, я уверен, у них это неплохо получится. Скоро и пара наших кораблей отправится туда, чтобы занять лавки нашими винами и оружием. Сейчас Арториум почти пустует, там сидят лишь жрецы богов, да немного горожан, готовящих город к предстоящему событию. Скоро там станет людно.
Вскоре они спустились в тронный зал, где слуги накрывали на небольшой стол, рассчитанный на несколько персон. Диниан и Кистан стояли возле трона и что—то обсуждали. Кистан яростно взмахивал руками, пытаясь что—то доказать спокойному Диниану, уже одетому в походный плащ, в котором он появился два дня назад перед оролингами. Рагнар услышал только пару слов, совершенно не касающихся ни оролингов, ни их претензий на корону. Они не прекращали свой спор до тех пор, пока Оргар не окликнул одного из слуг с просьбой налить ему вина. Увидев оролингов, стоящих перед накрытым столом, Кистан поменял выражение лица, перестал взмахивать руками и послал слугу за вином.
– Простите меня, но я вынужден откланяться, – сказал Диниан с должным уважением. – Срочные дела не заставляют себя ждать. В конце концов, я тоже правитель. К сожалению, мне не попробовать отличных вин моего друга. Но, то ли еще будет.
Кивнув им, Диниан поспешно вышел из зала. Кистан с сожалением смотрел ему вслед. Оставаться с оролингами ему не хотелось, даже под присмотром стражи.
– Надеюсь, уважаемые принцы не сочтут это за оскорбление, если мой советник присоединится к нам? – спросил он, с надеждой высматривая Бирамая, своего первого советника и лекаря по совместительству.
– Вы здесь правитель, – великодушно ответил Оргар, – и вы имеете право сажать рядом с собой, кого вам хочется. Мы лишь гости в вашем дворце и ничего более.
Рагнар не мог быть таким добрым к врагу, поэтому просто молчал, разглядывая серые, немного покрытые плесенью стены, которые то и дело закрывали гобеленами. Потолок был покрыт фресками, описывающими сражения давности. Часть картин была облуплена, восстанавливать их никто, похоже, не собирался. Асперион считался одним из самых богатых лордов Сиинира, но вкупе с этим он был еще и самым скупым. Его казна была забита монетами, а люди на улицах утопали в грязи и нищете.
– Да простят меня принцы за мое опоздание, – с хитрой улыбкой произнес Бирамай, бесшумно входя в зал. Советник был одет в длинный халат, подметавший за ним пол, расшитый павлинами и золотыми линиями, ярко выделяющимися на синем бархате. Его лысеющая голова сверкала в свете сотен свечей и факелов, а жидкая бородка почти терялась в пухлом красном лице. Его толстые и дрожащие руки медленно отодвинули крепкий дубовый стул и советник сел подле своего правителя, севшего за стол сразу же, как Гуор появился в зале. Оргар и Рагнар сели за стол, кивнув советнику, и принялись за еду. Они знали, что никто не собирается их травить, поэтому без опаски ели жареного оленя, фаршированного яблоками.
– Позвольте узнать, мой правитель, какая у вас добыча сегодня? – елейным голосом чуть ли не пропел Бирамай.
– Мы убили не так много животных, как бы нам хотелось, Бирамай, – напряженно отозвался Кистан, взяв в руки бокал вина и откинувшись в кресле. Правитель пытался создать непринужденную обстановку, но у него это плохо получалось. – Но даже такая победа приятна. Леса Аспериона больше не кишат дичью. Видимо, придется оставить охоту в этих лесах на время.
– Безусловно, безусловно, мой правитель, – поддакнул Бирамай, разглядывая содержимое своего бокала. Вино с Дарвы никогда не радовало его утонченный вкус. Гуор всегда душился духами, как только выходил в город или на совет. Он терпеть не мог грязных оборванцев, потных крестьян, вечно снующих туда—сюда по некогда чистым улицам, стражников, не снимающих свои портки и доспехи неделями. Если бы он мог, то жил бы в бассейне с ароматизированной водой и вечно вдыхал ее благоухание, но, увы, такого он позволить себе не мог. Рагнар морщился, чувствуя утонченные запахи советника, и старался не смотреть на него. Его разговоры злили его, его речь заставляла его веки нервно дергаться.
– Я бы предложил выпить за наше сотрудничество, – Кистан встал и неуверенным взглядом окинул остальных. – Это будет началом новой эпохи нашего союза!
Кистан сразу выпил вино и с размахом отправил бокал в стену. Бирамай отпил вина и поставил бокал обратно, отворачиваясь от правителя, чтобы тот не видел его скривившегося лица. Оргар махом опрокинул кубок и с громким стуком поставил его на стол. Рагнар же медленно, словно смакуя вино, отпивал по маленькому глотку и не сел на свое место, пока не закончилось вино в кубке.
– Слуги! – заорал Кистан. – Очистите стены дворца, сейчас же! Прочистить конюшни, выходить и очищать улицы! Чтобы каждый кусочек города был вылизан, чтобы город к завтрашнему дню сверкал, как алмаз на солнце! Бирамай, поручаю очищение города вам. Тратьте деньги не впустую, освободите рынок для торговых судов. На острове намечается праздник и мы не должны упускать возможность заработать на торговле. Но прежде всего, пока меня не будет, моя дочь Лейн будет править вместо меня. Документ будет у вас на столе через час.
– Но… мой правитель… Лейн cлишком молода… у вас есть сын, – попытался встрять Бирамай, но Кистан жестко его оборвал:
– Она моя старшая дочь и законный наследник моего трона. Разумеется, совет будет контролировать ее действия и не позволит спустить все деньги на никчемные вещи и платья, но в остальном особо ей не перечить. Ясно?
Гуор коротко кивнул и тут же поспешно вышел из зала, раздавая указания стражникам и слугам. Кистан устало сел в кресло и выпил еще вина.
– Давайте будем честны, оролинги, – начал он. – Вы не нравитесь мне, я не нравлюсь вам. Я не подсылал к вам убийц, хотя, мысль у меня такая была, даже не буду спорить. Мне доложили, что вы попросили оставить тело в погребе, чтобы я и Диниан могли осмотреть его. Что ж, ужин у нас не задался, так что давайте покончим с вашим убийцей раз и навсегда.
Оролинги переглянулись, но перечить правителю не стали. Рагнар лишь прихватил с собой жареную куриную ногу.
В хладном месте хранились трупы, готовящиеся к погребению. В самом дальнем углу поместили труп убийцы. Зияющая дыра в голове была прикрыта окровавленной грязной тряпкой. Лекарь вырвал трупу глаза для своих экспериментов, и теперь они покоились в маленькой банке, залитые чем—то прозрачным.
– Тень. – Тут же сказал Кистан, едва взглянув на труп.
– Тень? – переспросил его Оргар. – Что еще за тень?!
– Клан наемных убийц, большинство из которых выходцы с Дарвы, – пояснил Кистан, наклоняясь к трупу. От него начинало вонять, словно он лежал не в хладном месте, а под солнцем на жаре. Червей еще не было видно, так что это был не трупных запах – лицо покойника еще оставалось свежим, трупные пятна даже не появились на коже. – Чтобы нанять их нужно иметь при себе очень много денег. Уж поверьте, если бы я хотел вас убить, я бы просто отравил вас, или натравил стражников. Асперион богатый город, но не настолько, чтобы раскидываться деньгами просто так. Вы разозлили весьма властную и богатую личность.
– Вряд ли кто—то из оролингов мог желать нам смерти, – покачал головой Оргар. – Возможно, об этом пронюхали эллы, но они действуют более грубо. У них достаточно своих орденов убийц, так что это явно не они. Остаются лишь люди.
– Вы ничего не знаете, – ухмыльнулся Кистан. – И ничего не можете знать. Но, мне незачем спорить с вами. Я бы вам только посоветовал беречь голову.
Рагнар еще долго смотрел на труп убийцы, потрогал его кожу, которая стала чересчур жесткой. Он вытащил кинжал и порезал ему щеку. Свернувшаяся кровь вязкой каплей появилась из раны и застыла на порезе. Цвет крови был темно—багровым.
– Идем, братец, – Оргар положил руку ему на плечо. – Нам стоит проверить, не пришло ли письмо от отца.
Рагнар убрал кинжал, кивнул Кистану и ушел в свои покои, немного покачиваясь из стороны в сторону, показывая всем, что он слегка пьян, и его поступок был вызван именно винными парами. Правитель удовлетворенно подметил, что оролинг выпил вино и вышел вслед за ним. В хладном месте остался лишь Оргар, который схватил маленькую склянку с полки и забрал кровь у убийцы, спрятав емкость у себя за пазухой.
Когда он пришел в свои покои, там уже сидел Рагнар, держа в руках кусок пожелтевшей бумаги, на котором были видны строки, написанные красными чернилами.
– Отец доволен гвардией людей. Они такие молчаливые, ни во что не лезут, никому не мешают, лишь точат оружие, иногда охотятся, только вот не ходят по трактирам, – сказал Рагнар, вновь читая письмо.
– Разумеется, люди не ходят туда, где им могут откусить их хозяйство, прожевать его и выплюнуть им в лицо. Конечно, в трактирах наверняка есть и простые женщины, но страх встретить оролинга весьма велик.
– Дальше он пишет, что эллы вновь попытались напасть на нашего брата, но он доблестно сражался… прячась за троном, наверное, – добавил Рагнар и отдал письмо брату.
– Ты так не любишь Оррака… в принципе, тебе есть за что его недолюбливать… ни ума, ни силы, ни храбрости. Ума можно набраться, читая книги, усердно учась, но его жир ему мешает, и думать и набираться сил. Вино, женщины – вот, что его заботит в первую очередь. И, конечно же, власть.
– Он – принц оролингов. Ему не хватает власти? Над ним выше только наш отец, и больше никто. Большего нельзя и желать! – удивился Рагнар.
– Он может желать многого, но его ум не позволит воплотить его мечты в реальность, – устало вздохнул Оргар, пробегая глазами по письму. – Отец хочет, чтобы мы вернулись настолько быстро, как только сможем. Похоже, он тоже сомневается в доблести Оррака. Несомненно, наша отправка была его ошибкой, но королям не перечат. А он – король.
– Только слепой и глухой не будет сомневаться в его доблести, – хмыкнул Рагнар. – Кстати, только таких наш братец убивать и может.
– Поэтому они и не сомневаются в его доблести.
Братья расхохотались. Оррак, тучный, туповатый и бесхитростный оролинг был чуть ли не позором семьи. Отец не понимал, почему такой уникум родился на свет от его семени. Некоторые оролинги шутили, что это все от договора с людьми, но больше таких шуток больше никто не слышал. Трудно шутить, когда твой язык скормлен тебе же.
– Зачем ты резал тот труп? – вдруг спросил Оргар.
– Хотел увидеть его кровь, – пожал плечами Рагнар, – от трупа шел ужасный запах, мне хотелось удостовериться, что у него кровь не жидкая.
– Что ж, достаточно было посмотреть на его пустые глазницы и пропитанную кровью тряпку, середина которой уже успела высохнуть. Жрец подготавливал его к погребению, не забыв забрать себе его глаза – это был запах его мазей. Но это уже не важно. Я взял немного его крови, – Оргар вытащил из—за пазухи склянку с кровью. – Не думаю, что местный лекарь обидится на меня за то, что я позаимствовал у него эту стекляшку. Я верну ее быстрее, чем он успеет заметить пропажу.
– Даже если у тебя есть его кровь, что нам это дает? Это всего лишь капля крови трупа, твой ковер до сих пор пропитан ею.
– К сожалению, его уже унесли, – ответил Оргар. Он открыл свою сумку и достал оттуда странное приспособление, названия которого Рагнар не знал. Вытащив кровь из склянки, Оргар бросил ее в заранее подготовленный стакан с синей жидкостью. Едва кровь попала в нее, в склянке все зашипело, по поверхности пошла белая пена.
– Железо… и… и… – бормотал Оргар, всматриваясь в пену. Рагнару казалось, что его брат бредит, поэтому слушал его в пол уха. – Не могу понять, что это. Кровь явно не местных людей. Дай—ка свою кровь, братец.
Рагнар встал с кресла и подошел к брату. Тот взял свой кинжал и порезал ему ладонь. Рагнар даже не взглянул на порез. После Оргар добавил его кровь во вторую склянку с синей жидкостью. Все в ней так же зашипело, и пошла белая пена, как и в той склянке, где была кровь убийцы. Удивленно разглядывая две склянки с пеной, Оргар тут же подготовил и третью склянку, в которую добавил свою кровь.
– Кровь одинаковая… вся кровь одинаковая! И твоя, и моя, и этого убийцы тоже! – воскликнул Оргар и побежал вниз, в погреба, заодно захватив с собой банку лекаря. Рагнар бросился за ним, мимолетом приказывая стражникам стоять на месте.
Когда Рагнар прибежал, лекарь уже разделывал труп на части и некоторые из них отправлял в печь, а органы оставлял себе. К облегчению Оргара, голова еще не горела. Он подбежал к трупу и раскрыл ему рот. Зубы трупа были ровными, хоть и желтыми. Это не мог быть оролинг.
– Это не оролинг. Но наша кровь одинакова… – тихо сказал Оргар. – А если это не оролинг, то кто же мы тогда?
Рагнар искоса посмотрел на него, нащупывая в кармане рукоять кинжала.
– Может быть, у этого убийцы просто фальшивые зубы? Это надо проверить. Не делай поспешных выводов, братец, – с нажимом произнес он.
Оргар вновь открыл рот трупу и ощупал его зубы.
– Зубы либо настоящие, либо сделаны, как настоящие. Либо вырваны у человека и переставлены оролингу. Я не могу узнать, настоящие ли они, – с сомнением проговорил он. – Вряд ли кто—то сможет это узнать.
– Тогда тем более не делай поспешных выводов. Некоторые оролинги не хотят быть оролингами, а хотят быть людьми, понимаешь? Я бы не сказал, что оролинг, перешедший в люди – такая уж и редкость. А уж оролинг, живущий на Дарве, тем более захочет стать человеком.
Оргар выпустил отрезанную голову трупа и незаметно для лекаря, ушедшего вглубь своего рабочего места, чтобы не слышать принцев, поставил его склянку на место.
– Ты прав, – осторожно сказал он. – Скорее всего, он – оролинг. Но это нам ничего не дает, оролинг может стать кем угодно. Теперь может быть ясно только одно.
– И что же?
– Я почти уверен, что и те убийцы были оролингами. А такое внимательное отношение в выборе убийц есть только у двух существ, известных нам. Нашему отцу и нашему брату.
– Не говори глупостей, братец! – вдруг обозлился Рагнар.
– Посуди сам. Отец высылает своих сыновей, оставляя защиту на Орраке – туповатом, но все же сыне. Чем он руководствуется? Тысячами воинов людей? Он сам прекрасно знает, что они сбегут оттуда по щелчку пальцев своих обожаемых правителей, а мы всегда останемся верны своему народу. Тебе это не кажется странным? Оррак не любит нас, ибо мы красивее, умнее и прочее, прочее, прочее.
– Пока мы не узнаем, не стоит делать поспешных выводов, Оргар, – Рагнар вздохнул и успокоился. – И пока нам не стоит возвращаться к этой теме.
Он еще раз взглянул на пенившуюся жидкость и ушел в свои покои.