Zum Hörbuch
«Люди страдают только потому, что воспринимают всерьёз то, что боги создали для забавы».
Алан Уотс
Однажды, когда я учился в школе, у нас была контрольная по НВП. По начальной военной подготовке, если кто забыл. Наш военрук раздал нам задания и, походив минут пять между рядами, удалился за железную дверь в свою комнату, в которой хранились наглядные пособия и оружие – автомат АКМ, мелкашки, муляжи и т.д. Добрый был человек, дал нам возможность списывать прямо из учебников.
Минут через десять, позвенев там чем-то, он вышел с довольной улыбкой и блестящими глазами.
– Иван Иваныч, а чего это вы улыбаетесь? – ехидно спросили мы.
Он доел огурец, подмигнул нам и ответил:
– А с улыбкой, ребята, жить веселей!
Все истории, собранные в этом сборнике, произошли на самом деле. Вот как написано, так всё и было. Наверное. Ну, по крайней мере, в тех, которые рассказаны от первого лица. Остальные истории я записал со слов своих друзей, поэтому голову на отсечение давать не буду. Как говорится, за что купил, за то и продаю.
Да, жизнь бывает сурова и несправедлива. А порой, чего уж там, очень немилосердна и жестока. Иногда она отнимает если не всё, то многое («Рукопись, которая не сгорела»). Бывает, что в буквальном смысле поливает дерьмом («Чем пахнут деньги»). И периодически бьёт по голове чем-нибудь тяжёлым и твёрдым («Почему я такой умный»).
Всё это, спору нет, очень прискорбно и печально. После такого поневоле загрустишь унылым осликом Иа-Иа, оросишь пространство вокруг себя горючими слезами, а может быть, даже испачкаешь жилетку ближнему своему безутешными соплями. И кто посмеет осудить такое поведение несчастного после столь жестоких ударов судьбы? Вот я лично не посмею.
Но если посмотреть на все эти безобразия с другой стороны, то они выглядят забавными, потешными, а иногда и откровенно ржачными. Особенно, если произошли не с тобой. И это кажется мне более правильным. Умение улыбнуться и посмеяться над собой и положением, в которое завела тебя затейница жизнь, делает трагедии не такими трагичными, печаль не такой печальной, а уныние не таким беспросветным. Для этого надо всего лишь отстраниться от ситуации, пересесть в зрительный зал и посмотреть на себя со стороны как на персонажа прикольной истории. За тыщу лет до Вильяма нашего Шекспира один александрийский поэт по имени Паллад сказал: «Вся жизнь сцена и игра; либо умей играть, отложив серьёзное, либо сноси боли».
И в этом есть практический смысл – жить сразу станет легче, жить станет веселей.
И в конце своей приветственной речи я позволю себе привести ещё одну составную цитату. Составную, потому что я две фразы соединил в одну. Без дозволения автора. Уж простите меня, Юэлль Андерсон. «Тот, кто смеётся, полон жизни. Тот, кто серьёзен, погибает под тяжестью отчаяния… Жизнь – это песня. Жизнь – это танец. Жизнь – это приключение, полное восторга от её великолепия».
Поэтому живите и радуйтесь, читайте и улыбайтесь. Ибо жизнь озорна, прекрасна и удивительна. А с улыбкой, как говорил мой школьный военрук Иван Иваныч, жить веселей. Я проверял.
* * *
Другие забавные истории я рассказываю в своём блоге ВКонтакте. Заходите взять паузу в жизненных битвах, почитать, расслабиться, выдохнуть и улыбнуться: https://vk.com/brehunoff
На работу в Мариинский театр я попал через постель.
– Хочешь работать у нас? – спросила меня заслуженная меццо-сопрано, с наслаждением закурив после нашего общения.
– А вы можете устроить?
Она снисходительно улыбнулась.
– Я?! – заслуженная артистка РФ потрепала меня по волосам. – Чувство ритма у тебя есть. Ты в литавры бить можешь? Ну или хотя бы палочкой по треугольнику?
На этот раз снисходительно улыбнулся я.
Ладно, ладно, шучу. Никаких меццо-сопран не было. Теноров и баритонов тоже. Но кровать была. Точнее, диван.
Так сложилась судьба, что я около года перед этим провёл на диване. В том смысле, что не работал, сидел дома. На самом деле мне это нравилось – жить, не тратя жизнь на разную ерунду типа зарабатывания денег. Попробуйте, вам тоже понравится.
Единственный минус этого образа жизни – все вокруг хотят, чтобы ты устроился на работу. Помните старый анекдот?
Бракоразводный процесс. Судья:
– Истец, объясните суду, почему вы подали на развод.
– А вот скажите, Ваша честь, семья из двух человек может прожить на 30 тысяч рублей в месяц?
– Ну… Если жить очень скромно, не шиковать и не транжирить, если ужаться и экономить на всём, то с трудом, но, наверное, можно.
– Ну вот видите! А она постоянно: «Иди работать, иди работать…»
Не то чтобы я совсем не искал работу. Искал. Я даже пару раз заполнял анкеты. Один раз на идиотский вопрос «Сколько бы вы хотели зарабатывать у нас?» (как будто к моему ответу прислушаются и откорректируют зарплату) честно написал: 275'688 рублей. «Мы вам перезвоним», – ответили мне и не перезвонили.
В другой раз мне в анкете попался ещё более идиотский вопрос: «Почему вы хотите работать именно в нашей фирме?» Я ответил предельно правдиво: да мне посрать на вашу фирму, меня жена гонит на работу. И снова пообещали перезвонить и обманули.
И вот однажды, когда я размышлял на диване о проблемах королевских пингвинов, возникших после образования озоновых дыр, дочка прислала мне сообщение. Мол, хорош, папа, дома сидеть, на только что открывшуюся новую сцену Мариинки требуются электромеханики, вот тебе ссылочка на объявление ВКонтакте. И вот тут я крепко задумался: а оно мне надо?
Через неделю дочка поинтересовалась:
– Ты сходил на собеседование?
– Пока нет.
– А позвонил?
– Готовлюсь.
– Ну позвони хотя бы…
И я позвонил. А потом пришёл на смотрины. Меня поспрашивали о моём жизненном пути, оценили визуально. Я был гладко выбрит, накануне не пил, и меня взяли. Правда, собеседование проходило на набережной Крюкова канала, внутрь театра меня не пустили и умолчали об одном существенном нюансе, из-за которого я собирался увольняться через два дня. Ну об этом в другой раз.
Так прямо с дивана я попал в Мариинский театр.
Помню свой первый рабочий день. Я впечатлился масштабами и размахом новой сцены. Здание занимает целый квартал, одиннадцать этажей вверх, три вниз. Одних лестниц штук двадцать. Чудеса инженерной мысли, электроники и компьютеризации. Я два месяца ходил с отвисшей челюстью. С новой Мариинкой, как и с Питером, за несколько дней не познакомишься.
В первый мой рабочий день шёл какой-то гала-концерт. Я впервые оказался за кулисами во время спектакля и смотрел на всё выпученными глазами. А как их не выпучивать и не благоговеть? Храм искусств, самое логово прекрасного. Шаляпин, Чайковский, Гергиев и прочие терпсихоры с голыми ногами. Господа артисты в костюмах, наверняка очень заслуженные и известные. Какие-то напомаженные и набриолиненные люди, все здороваются промеж себя не иначе как чмоки-чмоки. Режиссёрский пульт, более похожий на пульт космического корабля. И ведущий режиссёр, гладко выбритый в накрахмаленном жабо. Может он, конечно, был и без жабо, я уже не помню, но мне сейчас представляется именно в нём. Ну уж точно не в строительной робе с грязными руками.
Я стоял притихший посреди этого великолепия и сам себе не верил. Я оказался в самой гуще прекрасного, в эпицентре искусства и высокой культуры. Я, позволяющий себе иногда ковыряться пальцем в носу и никогда не употреблявший слова «отнюдь», я, пиливший брёвна и мешавший не только бетон, но и портвейн с водкой, оказался причастен к созданию высокого и духовного.
У меня захватывало дух и щекотало в носу от пафоса и торжественности этой минуты.
Шли последние приготовления к началу концерта. До подъёма занавеса и начала нового этапа моей трудовой карьеры оставались считанные секунды. Аплодисменты после появления дирижёра в яме смолкли, зрительный зал в ожидании прекрасного затих.
– А что идёт первым номером? – шёпотом спросила у напомаженного ведущего режиссёра в жабо пышная дама в не менее пышном платье.
Тот наморщил лоб, вспоминая.
– Ария этого… как его, блядь? Ну, из оперы… Как же её, сука?
Дирижёр на экране монитора махнул палочкой, оркестр заиграл, ведущий режиссёр нажал на пульте какую-то кнопку, занавес поплыл наверх, этот, как его блядь, шагнул на сцену, и концерт начался.
Если, читая эти строки, вы между делом балуетесь кофейком или тешите себя каким-нибудь бутербродиком или булочкой, на всякий случай отложите их в сторону. Мало ли что…
Знаете, откуда взялась крылатая фраза про то, что денежки не пахнут? Давным-давно, я бы даже сказал, очень давным-давно, жил-был некий император по имени Веспасиан. Жил, надо сказать, весьма неплохо, не бедствовал, но денег, как известно, много не бывает. И вот надумал этот сообразительный император брать плату с граждан за посещение ими общественных уборных. Оказывается, это изобретение вовсе не дикого западного империализма, где человек человеку прямо-таки волк и ни за что не даст ближнему своему бесплатно пописать, и даже не нашего, юного, но ещё более дикого капитализма.
– Что же это вы делаете, папаша? – возмутился сынок этого Веспасиана Тит. – Ишь чего удумали, за такое срамное дело деньги брать! Перед людями даже неловко…
– Молод ты ещё, – ответил корыстолюбивый папаня и протянул ему монету. – Ну-ка, понюхай. Пахнет?
Ну, это присказка. А вот вам и сказка. В фигуральном, конечно, смысле.
Когда в разгар перестройки руководящая и направляющая сила (помните, была такая?) милостиво разрешила гражданам проявлять экономическую инициативу, один мой приятель и несколько его товарищей стали зарабатывать себе на хлеб с маслом тем, что ездили по различным предприятиям и внедряли на них свою разработку, суть которой заключалась в следующем.
Предприятия, работающие с сыпучими веществами (такими как цемент, мука и другие), постоянно сталкиваются с неприятной проблемой очистки резервуаров, в которых эти самые сыпучие вещества хранятся. Дело всё в том, что с течением времени их мельчайшие частицы слипаются, уплотняются, и на стенках образуется постоянно растущий твёрдый слой, уменьшающий полезный объём этих резервуаров. Чтобы очистить от него ёмкости, специально обученному человеку приходилось брать кувалду и долго и упорно молотить ею по стенке резервуара, охреневая от колокольного звона и постепенно доводя до такого же состояния и окружающих. Процесс этот, как вы понимаете, весьма утомителен, довольно долог, не очень эффективен и, кроме того, ведёт к деформации оборудования.
И вот мой приятель и его товарищи сконструировали приспособление, позволяющее быстро, легко и эффективно решать эту проблему. Внутрь резервуара монтировалась ультразвуковая пушка – небольшое, размером с пепсикольную бутылку, устройство. К ней подводились два провода, а в удобном месте на стене ставилась кнопка. Теперь для очистки ёмкости нужно было только нажать на эту кнопку. Пушка «выстреливала» ультразвуковым импульсом, и стенки мгновенно освобождались от спрессованного налёта.
Вот с такой вот штукой эти неглупые предприимчивые молодые люди ездили по хлебозаводам и строительным организациям и за небольшую, но хорошую денежку устанавливали её.
Среди них оказался самый сообразительный и самый предприимчивый. Движимый корыстными побуждениями, он подумал так: а почему бы не расширить сферу применения ультразвуковой пушки и не подзаработать немного самостоятельно? Не откладывая это дело в долгий ящик, молодой человек, не посоветовавшись со своими товарищами, заключил с жилищной конторой договор, по которому обязался, за соответствующую плату, разумеется, очистить таким вот способом фановые, т.е. канализационные трубы многоквартирного дома.
Предвкушая легкий заработок, он поднялся на чердак мирно готовящегося ко сну дома, укрепил в фановой трубе ультразвуковую пушку, подсоединил её к электросети и с легким сердцем нажал на кнопку…
Скажем сразу, что повезло в тот вечер лишь тем жильцам, которые в этот момент с кроссвордом, ну или без него, по естественным надобностям плющили в туалете стульчаки. Хоть и пришлось им в своём собственном, родном сортире пережить сильное потрясение, но всё-таки, как амбразуру грудью, они закрыли собой унитазы и тем самым спасли свои квартиры от последствий внедрения в быт плодов всесильной человеческой мысли. У остальных же жильцов этого многоквартирного и многострадального дома стены и потолки туалетов мгновенно оказались в том, от чего необходимо было очистить фановые трубы.
А весь заработок этого предприимчивого молодого человека, полученный им от столь хитроумной операции, ушёл у него на ремонт пострадавших от научно-технического прогресса сортиров.
Вот я и спрашиваю: а прав ли был Веспасиан?
Да простят меня милые дамы, речь сейчас пойдёт о женской логике. Сколько уже было сказано язвительных и несправедливых слов об этом загадочном природном явлении, и я совсем не собираюсь добавлять что-либо к ним. Напротив. Хочу выразить этой логике свою искреннюю признательность. Ибо только благодаря ей я разобрался в одной технической тонкости, касаемой хитроумных машин компьютеров.
Надо заметить, что сам я приверженец традиционной логики. Видимо, просто потому, что совсем не являюсь женщиной. Некоторое время назад, по молодости лет, приверженность моя доходила до границ здравомыслия, а иногда, пожалуй, и переступала через эти границы. Например, ремонтируем мы с приятелем какую-нибудь электрическую технику типа кардиографа, и приятель, заметив поджарившийся резистор (это такая маленькая финтифлюшечка тараканьего цвета), спрашивает:
– Интересно, почему это он сгорел?
– Чего же тут непонятного? – начинаю я придуриваться, шутки ради отвечая на прямые вопросы буквально. – Просто он нагрелся до высокой температуры.
Приятель улыбается моему остроумию и уточняет:
– Это понятно. Но почему он нагрелся?
Я пожимаю плечами:
– Просто через него прошёл слишком большой ток.
Приятелю моему уже не до веселья, и он раздражённо спрашивает:
– Так почему ток-то пошёл?!
Я радуюсь, что снова получил некорректный вопрос, и отрываюсь на полную катушку:
– Так ведь ему через резистор было идти проще и короче. Коротыш называется…
Безобразно грязный мат я воспринимаю как комплимент.
Впрочем, теперь я уже подрос и понимаю простой человеческий язык. Однако…
Однажды в тихий идиллический вечерок, когда все члены семьи были в сборе и умиротворённо занимались каждый своим делом, я зачем-то пошёл на кухню.
– Саша, выключи чайник, – попросила меня жена.
Я как образцово-показательный муж, ещё не подозревая, что меня ожидает, выполнил её просьбу. Через минуту вернулся в комнату.
– Ты чайник выключил? – спросила супруга.
Вроде бы, вполне простой, очень понятный и однозначный вопрос, на который и надо дать простой и опять-таки однозначный ответ. Каковой я и дал:
– Да.
А вот следующий вопрос моей дорогой супружницы поверг меня в состояние шока.
– Что да?
Я раскрыл рот, судорожно пытаясь глотнуть воздуха. Мир померк в моих глазах. Мир был близок к полной катастрофе. Я ничего не понимал. Я не знал, как ответить на этот простенький вопрос. Без помощи разных специальных веществ, способствующих изменению сознания, без помощи многочасовых медитаций и пения мантр я почувствовал себя зависшим компьютером…
С тех пор, балуясь иногда написанием незатейливых программок для своего железного друга, я очень аккуратно задаю ему вопросы или пытаюсь объяснить, что именно мне от него надо. Просто я хорошо помню своё состояние и даже железке его не пожелаю. А вы говорите – женская логика…
А из той истории я вышел молодцом. Пару минут побалансировав на краю безумия, я всё-таки нашёлся, что ответить.
– Вот то, о чём ты меня спросила, то и да!