Татьяна Михаль

– Твой фамильяр, Аглая, единственный в мире кот, который может умереть от вкусной еды, – заметила она, забирая монеты. – Он бессмертный, – отмахнулась я.

навсегда. «Так, Лида, тише, успокойся. Паникой делу не поможешь» , – попыталась договориться с собой. «Я сейчас лежу на пляже, держу в руках книгу. Надо мной простирается синь неба, светит и греет яркое солнце, море лижет мои пятки, чайки кричат о своём, морской ветер

когда ты лжёшь, ты не становишься храбрее. В тебе начинает прорастать зерно страха и трусости. Запомни, дочка, ложь прокладывает путь в никуда и в никогда. Она только разрушает изнутри, травит душу и гасит твой свет.

И почему власть имущие мужики вечно с такими важными лицами ходят, будто, по меньшей мере, щелчком пальца целый мир создали?

не обязана просить у меня прощения.

обнажённому торсу. Богдан вздрогнул

Паника отступила, уступив место

себе груз неведомых мне сражений, была напряжена. Я