Оливия Стилл
284 Subskribent
Я, Андрей Князев — гроза мототреков, тот, кого называют Князем и за глаза шепотом величают «тем ещё гадом», сейчас стою в дверях собственной квартиры и пялюсь на мелкого пацана максимум лет восьми, заявившем мне, что он мой сын!
Вот это приплыли… И кого мне благодарить за такое счастье?!
Zitate
общались плохо… Я не слышала последних слов. Только одно – перепутала . Я перепутала. Меня бросило в жар, потом в холод, потом снова в жар. Голова закружилась, и я откинулась на спинку дивана, чувствуя, как дрожат руки. – Брат? – я едва не задохнулась от недоверия, ус
записочки, которые он оставлял в карманах моей одежды, пикники на крыше дома, завтраки в постель – и всё это с таким трогательным, искренним волнением, что сердце моё с каждым днём становилось всё больше и больше его… Конечно, я сопротивлялась. Де
увидела, что именно я скрывал и почему. Хочу, чтобы она поняла всё сразу – и насколько я люблю своих
Желание защититься от вмешательства, о котором не просили, мгновенно овладело мной с головы
огороде не лечилась, да? Так я тебе сейчас устрою! Как раз надо засеять горчицей всё в зиму! Вставай, Журавлёва, марш за мной! Я попыталась возразить, но не тут-то было. Бабушка тащила меня в ночнушке во двор, при этом комментируя мои успехи в саможалении:
часов, когда они зашли домой, чтобы переодеться и поехать в город, деловито поправляя бант на голове. Леша захотел познакомить нас со своей сестрой и мамой, что вызывало во мне практически полный паралич от нервов. – Дядя Лёша обещал, что мы теперь всегда будем с ним советоваться, прежде чем что-то взрывать. – И вообще, мы уже взрослые, – важно добавляла
ПАНИКУЮ! Я в абсолютной, тотальной панике! – Это катастрофа! – практически завизжала я, вцепившись
охранник, который вытаращил на нас глаза, был крайне удивлён…
бумагу в руках. – Я заберу Ваню и ты ничего
и не спалиться перед мамой, что она у меня. Теперь мне было предельно понятно, почему девушка была