Нина Кузьмина

высились блюда с коржами. Гриша хотел спрятаться от всех на своем удобе и читать, но его заставляли помогать. Сидеть на душной кухне и натирать лимонную цедру или

обители своих мыслительных процессов – темной каморке, заполненной безысходным фатализмом.

Я подозреваю, что в какой-то ранний момент своего существования он решил, что у собаки в этом мире нет будущего. И поэтому с упорством, которым отличался каждый его поступок, он задался целью стать чем-то еще. Подсознательно он вообще не считал себя собакой, однако, в отличие от многих глупых псов, не ощущал себя и человеком. Впрочем, он терпимо относился и к тем и другим.