Наталья Масальская

звонок. Вахтерша внимательно посмотрела на меня и протянула трубку

так быстро и рвано стучит в груди, что хочется царапать ногтями дверь. Я еще никогда

разглядывая плотно утоптанный снег с видневшимися кое-где черные изрытыми комьями земли. – Кто тут еще был? – со

Сначала тихо, а потом все громче звучали слова заклинания, пробуждая древний храм после сотен веков забвения. Они вспыхивали в наполненном запахом благовоний воздухе тонкими золотыми символами языка, который человечество забыло много тысяч лет назад, вместе с именем древнего бога.

Одиночки всегда сопротивляются вниманию, не замечали? Как будто не верят, что вы это всерьез. Как будто не заслужили. Прячут свое одиночество в криках и суете. Как акулы, которые не могут останавливаться ни на секунду чтобы не утонуть.

– Сколько я тебя знаю, никогда

все мечтаем о свободе, а получив ее, замираем в ужасе, не зная, что с ней делать. Мы не умеем жить без клетки, вот в чем парадокс

Он всегда был очень сдержанным и сосредоточенным. От него исходили мощь и стать, а от его плавных неторопливых движений веяло сознанием силы. Она знала – такие сдержанные люди способны на безумства, какие даже не снились развязным красавчикам. Словно вулкан, что спал много столетий, извергаясь, разрушал целые города.